Домой   Кино   Мода   Журналы   Открытки   Музыка    Опера   Юмор  Оперетта   Балет   Театр   Цирк 

Форум       Помощь сайту   Гостевая книга

Страницы истории разведки

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13


Елизавета Юльевна Розенцвейг-Горская-Зарубина
 
(Советская Мата Хари и её мужья)
1900-1987

В 1966 году в Москве вышел из печати роман Верткеса Тевекеляна "Рекламное бюро господина Кочека", который сразу же завоевал популярность у читателей. Причина успеха романа заключалась не в его художественных достоинствах, хотя написан он был живо и интересно, а в редком для тех лет сюжете.

Это было наполненное интереснейшими событиями повествование о советских разведчиках - молодой семейной паре, сумевшей проникнуть на территорию Германии, успешно там легализоваться и обзавестись необходимыми для добычи секретных сведений связями в условиях тотального сыска и всеобщей подозрительности, разжигаемых пришедшим к власти и набирающим силу фашистским режимом.

Отдавая дань лихо закрученной фабуле и переживая вместе с героями романа их головоломные приключения, вряд ли кто из читателей мог догадаться о том, что они являются не плодом воображения талантливого автора, а реальными событиями из жизни малоизвестных широкой общественности выдающихся советских разведчиков Елизаветы Юльевны и Василия Михайловича Зарубиных, чьи профессиональные достижения не только не уступают, а даже во многом превосходят успехи тех знаменитых нелегалов, имена которых стали хрестоматийными.

При этом особо следует отметить, что они, в отличие от таких корифеев разведки, как Рихард Зорге, Рудольф Абель, Конон Молодый, Джордж Блейк и другие, ни разу не "провалились", ни разу не бросились в "бега", как Орлов, Кривицкий и Рейсе, хоть над ними не раз нависала смертельная опасность в периоды многократных чисток в органах госбезопасности.

Кем же была и чем прославилась Елизавета Зарубина (Розенцвейг), которую автор позволил себе назвать "советской Мата Хари"?

Родилась и выросла она в Северной Буковине, входившей в состав Австро-Венгерской империи, а после Первой мировой войны - в Румынию. Будучи по образованию филологом, она свободно владела румынским, русским, английским, французским и немецким языками.

Состояла в родственных отношениях с рядом видных политических и военных деятелей, пострадавших по воле "отца народов": кто из-за своих независимых взглядов, кто - из-за еврейского происхождения.

К ним следует прежде всего отнести знаменитую Анну Паукер, министра иностранных дел в послевоенном румынском правительстве и члена политбюро румынской компартии, погибшую в 50-е годы в период бурного расцвета антисемитизма;

и еще одного Паукера [Паукер Карл Викторович], который из парикмахера бухарестской оперетты превратился в 30-е годы во всесильного начальника личной охраны Сталина и по совместительству - в начальника оперативного отдела ОГПУ (расстрелян в 1937 году);

Наума Исааковича Эйтингона, генерал-майора НКВД, друга и заместителя легендарного супер-шпиона XX века Павла Судоплатова, непосредственного организатора убийства Троцкого.

Лиза стала сотрудником разведывательной службы еще в 1919 году. Одно время работала в секретариате Дзержинского

Ее первым мужем был знаменитый Блюмкин, ответственный сотрудник ВЧК, руководитель и непосредственный участник операции по ликвидации в 1918 году немецкого посла графа Мирбаха, что чуть было не привело к возобновлению военных действий между Россией и Германией. Блюмкин, кроме того, являлся ключевой фигурой в заговоре эсеров против Ленина.

После провала мятежа Блюмкин явился с повинной, был прощен и продолжал работать в ВЧК-ОГПУ, выполняя личные поручения Дзержинского и иногда Троцкого, с которым был хорошо знаком и которому симпатизировал. Именно это сыграло роковую роль в его судьбе. В 1929 году Блюмкин руководит созданной им нелегальной резидентурой в Турции.

По тайному поручению советского правительства он продает полученные из особых фондов Государственной библиотеки им. Ленина древнееврейские хасидские рукописи. Вырученные деньги предназначались для организации боевого диверсионно-террористического подразделения, в чью задачу входила вооруженная борьба против англичан на Ближнем Востоке.

Блюмкин утаил часть средств и передал их в распоряжение Троцкого, а также взял на себя роль связника между ним и его последователями в Москве. Когда Лизе стали известны эти факты, она сообщила о них руководству ОГПУ.

Блюмкин был арестован и расстрелян. Таким образом, Лиза была предтечей Павлика Морозова. Трудно сказать, была она права или нет, даже учитывая многие отрицательные черты личности Блюмкина. Ответ за этот поступок ей, наверное, пришлось держать перед Всевышним, который забрал ее к себе 11 лет назад в возрасте 87 лет. [в1987 году]

Но вернемся в 30-е годы. Лиза снова свободна. Обаятельная и общительная, она легко устанавливает дружеские связи в самых широких кругах, собирая и накапливая при этом агентурные сведения.

Элегантная женщина с чертами классической красоты, жгучая брюнетка с чувственным взглядом, натура утонченная и широкая, она, как магнит, притягивает к себе людей, вербуя все новых и новых агентов в свое ведомство, неузнаваемо меняя в случае необходимости свою внешность и манеру поведения.

Через несколько лет после разрыва с Блюмкиным она выходит замуж за Василия Зарубина, профессионального разведчика-нелегала.

Василий Михайлович Зарубин вполне заслуживает того, чтобы читатели хотя бы вкратце ознакомились с его героической биографией

Он родился в 1894 году в семье железнодорожного рабочего. В 14 лет начинает трудовую деятельность мальчиком на побегушках в торговой фирме. С 1914 по 1917 год участвует в Первой мировой войне рядовым российской армии.

За антивоенную агитацию попадает в штрафную роту. На фронте получает ранение. После окончания войны служит в Красной Армии, а с 1920 года - в органах ВЧК. С 1925 года

Зарубин во внешней разведке. После недолгой подготовки он впервые выезжает за кордон, в Китай, а затем в Финляндию. После этого начинается его многолетняя служба в нелегальной разведке, где они вместе с Лизой, помогая друг другу, добиваются выдающихся успехов.

Зарубин последовательно руководит резидентурами в Дании и во Франции. С 1934 года Зарубины через Чехословакию проникают в Германию, где вербуют ряд ценных агентов, в том числе сотрудника гестапо Лемана (единственный за все годы случай вербовки сотрудника этого ведомства) и жену помощника министра иностранных дел.

Передаваемая ими в центр информация о планах и намерениях Гитлера заслуживает высокой оценки, ведь до Пакта, подписанного Молотовым и Риббентропом, еще далеко.

Так продолжалось в течение трех лет. А затем... Затем органами безопасности стал руководить Берия, который отозвал большинство нелегалов в Москву и обвинил их в шпионской деятельности против своей страны. Среди них был и Зарубин. Его твердая, бесстрашная и последовательная позиция в процессе проводимых лично Берией допросов помогла ему спастись от репрессий. Но он был значительно понижен в должности и отдан под начало профанов, по партийному набору занявших руководящие должности в НКВД.

Зарубин был настоящим самородком. Не имея даже школьного образования, он благодаря систематической работе над собой стал широко эрудированным человеком, поражавшим всех своими разносторонними знаниями. Уже в середине 30-х годов он в совершенстве овладел немецким, английским, французским и чешским языками. И вот такой выдающийся профессионал накануне войны был практически отстранен от оперативной работы.

Но началась война, и настал звездный час Зарубина. Вместе с женой, которой присваивается звание капитана госбезопасности (три шпалы в петлицах), он направляется легальным резидентом в США. Миссии Зарубина придавалось настолько важное значение, что накануне своего отъезда он был принят лично Сталиным, который его непосредственно проинструктировал и обрисовал важнейшие задачи.

Деятельность Зарубина на этом посту и добываемая им из правительственных и научных кругов информация, в том числе о термоядерном оружии, сыграла большую роль в укреплении экономического и военного потенциала СССР, в превращении его в послевоенные годы в великую державу, державшую в непрерывном напряжении весь мир.

За достигнутые успехи ему было присвоено звание генерал-майора, что было в службе безопасности из ряда вон выходящим событием. Ведь многие канонические герои советской разведки, включая Абеля, Кима Филби и многих других, выше полковника не поднялись. По возвращении на родину Зарубин был назначен заместителем начальника внешней разведки МГБ. В 1948 году он ушел в запас по "состоянию здоровья" и в 1972 году скончался в возрасте 78 лет.

А что же наша героиня, от судьбы которой мы позволили себе на некоторое время отвлечься? Честно признаем, что миссия Зарубина в США была столь успешной только потому, что рядом с ним была Лиза. Именно она закрепляет за собой и курирует свыше двадцати ценнейших агентов.

Некоторые из них - источники секретной информации, некоторые - так называемые "агенты влияния", формирующие взгляды и определяющие поступки нужных людей в правительственных сферах. Кого только не было среди этих агентов! Это и жена бежавшего из СССР в 1933 году крупнейшего физика современности Георгия Гамова, владеющего самой свежей информацией о научных достижениях в США.

Лиза Зарубина принуждает жену Гамова, тоже физика по специальности, к сотрудничеству в обмен на гарантии, что ее родственникам в Союзе будет оказана поддержка в трудные военные годы. Это и жена известного скульптора, в будущем народного художника СССР и лауреата Ленинской премии Коненкова, которая под руководством Зарубиной сблизилась с Эйнштейном и Оппенгеймером, отвечающим за научные разработки атомного проекта.

Именно она уговорила Оппенгеймера принять к себе на работу специалистов, известных своими левыми убеждениями, на разработку которых были нацелены нелегалы. Это глубоко законспирированные и осевшие на западном побережье США два агента, польские евреи по происхождению, легализованные Эйтингоном еще в начале 30-х годов.

Более 10 лет эти агенты не привлекались к активным действиям и совершенно выпали из поля зрения американской контрразведки. Семье одного из них - зубного врача, обучение которого по специальности оплатило ГПУ, - удалось установить дружеские отношения с семьями ряда руководителей атомного проекта и получить от них ценнейшие сведения.

Вообще, по мнению многих своих коллег, Лиза была незаменима, когда надо было восстановить утраченные связи между агентурой и центром. Она во многом способствовала воссозданию этих связей, разрушенных террором 1937-39 гг.

Так, накануне поездки в США, в апреле 1941 года она по заданию центра выезжает в Германию для восстановления прерванной связи с женой крупного правительственного чиновника, завербованного органами госбезопасности в Москве. Выдавая себя за немку, Елизавета Юльевна провела две встречи с этой женщиной и добилась ее согласия на продолжение сотрудничества.

От этого источника в дальнейшем поступала важная информация о положении в Германии. Параллельно с этим серьезным заданием Зарубина восстанавливает временно утраченную связь с агентом МГБ - шифровальщиком немецкого МИДа.

В США Зарубина действует не только с помощью своих агентов. Она лично знакомится с женой Оппенгеймера и через нее оказывает влияние на его мировоззрение и поведение. В частности, он прекратил открытые высказывания в поддержку левых и согласился более лояльно относиться к ученым, бежавшим из Европы от преследований нацистов (некоторые из них работали на советскую разведку).

После возвращения из США Зарубина работает в центральном аппарате внешней разведки. В 1946 году она в чине полковника была вынуждена уволиться в запас. В органах безопасности под руководством нового министра Абакумова начался очередной поход против неугодных.

Заканчивая рассказ о семье Зарубиных, хочется отметить, что их разнообразная и многоплановая деятельность еще ждет своих серьезных исследователей и летописцев. В этой статье приведены лишь некоторые факты из их жизни, собранные по крупицам из разных источников, в первую очередь мемуарных. Остается только сожалеть, что эти высокоодаренные, широкообразованные и предприимчивые люди все свои знания, способности и таланты посвятили укреплению тоталитарного режима, который им самим принес немало бед и горьких разочарований.

Можем ли мы осуждать их с позиций сегодняшнего дня? Скорее всего, нет, так как жили они совсем в другие времена, в совсем другом измерении, где господствовали иные идеи, иные взгляды, иные моральные ценности.

Что бы там ни было, их жизнь и выполняемая на грани смертельного риска работа могут служить образцом беззаветного служения родине, весьма и весьма неласковой ко многим своим детям, образцом безукоризненного выполнения служебного долга. Было бы хорошо, чтобы это понимали и об этом помнили все те критики, которые специализируются на развенчивании героев наших предыдущих поколений

журнал "Вестник"

Разведка, о которой знали немногие. Василий Зарубин

 


Она украла ядерные секреты США и завербовала Штирлица

В 1966 году в Москве вышел из печати роман Тевекеляна "Рекламное бюро господина Кочека", который сразу же завоевал популярность у читателей. Причина успеха романа заключалась не в его художественных достоинствах, хотя написан он был живо и интересно, а в редком для тех лет сюжете. Это было наполненное интереснейшими событиями повествование о советских разведчиках - молодой семейной паре, сумевшей проникнуть на территорию Германии, успешно там легализоваться и обзавестись необходимыми для добычи секретных сведений связями в условиях тотального сыска и всеобщей подозрительности, разжигаемых пришедшим к власти и набирающим силу фашистским режимом.

Отдавая дань лихо закрученной фабуле и переживая вместе с героями романа их головоломные приключения, вряд ли кто из читателей мог догадаться о том, что они являются не плодом воображения талантливого автора, а реальными событиями из жизни малоизвестных широкой общественности выдающихся советских разведчиков Елизаветы Юльевны и Василия Михайловича Зарубиных, чьи профессиональные достижения не только не уступают, а даже во многом превосходят успехи тех знаменитых нелегалов, имена которых стали хрестоматийными. При этом особо следует отметить, что они, в отличие от таких корифеев разведки, как Рихард Зорге, Рудольф Абель, Джордж Блейк и другие, ни разу не "провалились".

В послужном списке Елизаветы Юльевны Зарубиной - десятки результативных операций, сотни приобретенных источников, ценных контактов и агентурных связей. Она свободно владела шестью языками, обладала высокой личной культурой и незаурядным умением привлекать к себе людей, в ее характере проявлялись неизменная скромность, легкая застенчивость. В СССР она была единственной из бывших иностранок, принявших советское гражданство, кто дослужился до звания подполковника КГБ. Впервые о русской разведчице Зарубиной стало известно из публикаций в американской печати, когда после войны там рассекретили некоторые архивные документы спецслужб.

Тогда же появились и различные версии, с разной степенью достоверности раскрывавшие сенсационные подробности операций советской разведки в США в годы Второй мировой войны. После выхода в середине 90-х мемуаров Павла Судоплатова "Спецоперации" стала широко известна роль Зарубиной в добывании секретов американской атомной бомбы. Так, ею был установлен контакт с Робертом Оппенгеймером до того, как он возглавил атомный проект "Манхэттен". Сегодня российская разведка еще не готова открыть подлинное служебное досье Елизаветы Зарубиной - столь масштабной являлась ее деятельность на поле битвы спецслужб. Но в кабинете истории СВР ей посвящена отдельная музейная экспозиция. В официальных публикациях многие детали биографии разведчицы либо неточны, либо вовсе отсутствуют. Сведения о ней содержатся в полузакрытых партийных архивах.

Кем же была и чем прославилась Елизавета Зарубина (Розенцвейг), которую автор позволил себе назвать "советской Мата Хари"?

Родилась и выросла она в Северной Буковине, входившей в состав Австро-Венгерской империи, а после Первой мировой войны - в Румынию. Будучи по образованию филологом, она свободно владела румынским, русским, английским, французским и немецким языками. Состояла в родственных отношениях с рядом видных политических и военных деятелей, пострадавших по воле "отца народов": кто из-за своих независимых взглядов, кто - из-за еврейского происхождения. Лиза стала сотрудником разведывательной службы еще в 1919 году. Одно время работала в секретариате Дзержинского.

Ее первым мужем был знаменитый Блюмкин, ответственный сотрудник ВЧК, руководитель и непосредственный участник операции по ликвидации в 1918 году немецкого посла графа Мирбаха, что чуть было не привело к возобновлению военных действий между Россией и Германией.

Блюмкин, кроме того, являлся ключевой фигурой в заговоре эсеров против Ленина. После провала мятежа Блюмкин явился с повинной, был прощен и продолжал работать в ВЧК-ОГПУ, выполняя личные поручения Дзержинского и иногда Троцкого, с которым был хорошо знаком и которому симпатизировал. Именно это сыграло роковую роль в его судьбе.

В 1929 году Блюмкин руководит созданной им нелегальной резидентурой в Турции. По тайному поручению советского правительства он продает полученные из особых фондов Государственной библиотеки им. Ленина древнееврейские хасидские рукописи. Вырученные деньги предназначались для организации боевого диверсионно-террористического подразделения, в чью задачу входила вооруженная борьба против англичан на Ближнем Востоке.

Блюмкин утаил часть средств и передал их в распоряжение Троцкого, а также взял на себя роль связника между ним и его последователями в Москве. Когда Лизе стали известны эти факты, она сообщила о них руководству ОГПУ. Блюмкин был арестован и расстрелян.

30-е годы. Лиза снова свободна

Обаятельная и общительная, она легко устанавливает дружеские связи в самых широких кругах, собирая и накапливая при этом агентурные сведения. Элегантная женщина с чертами классической красоты, жгучая брюнетка с чувственным взглядом, натура утонченная и широкая, она, как магнит, притягивает к себе людей, вербуя все новых и новых агентов в свое ведомство, неузнаваемо меняя в случае необходимости свою внешность и манеру поведения. Через несколько лет после разрыва с Блюмкиным она выходит замуж за Василия Зарубина, профессионального разведчика-нелегала.

Шпионская семья - идеальная находка ОГПУ. В 1929 г. Елизавета и Василий Зарубины начинают готовиться к нелегальной работе во Франции под видом чехословацких коммерсантов - супружеской пары Кочеков. С паспортами на фамилию Кочек они легализуются в Дании, а затем их ждет Париж. Это был период, когда советская нелегальная разведка не имела проблем с квалифицированными кадрами, эпоха "великих нелегалов".

Даже некоторые оглушительные провалы, которые иногда случались в разных странах, не снижали возможностей "соседей", оперативных успехов других групп и системы в целом. Французские связи Зарубиных еще не раскрыты, а некоторые из них, возможно, имеют ценность до сих пор. Часть контактов - например, из среды германских дипломатов в Париже - были активно задействованы позже, когда в Германии установилась фашистская диктатура.

С декабря 1933 г. около трех лет нелегалы Зарубины действовали в гитлеровском рейхе. Именно они привлекли сотрудника гестапо Вилли Лемана ("Брайтенбах"), одного из прототипов Штирлица, к работе на ИНО. Даже провал в 1942 г. "Красной капеллы" не затронул ценной агентуры, подготовленной Зарубиными в середине 30-х. Так, чиновник германского МИД, он же агент "Винтерфельд", продолжал успешно действовать и после войны.

Звездный час Зарубина пришелся аккурат на начало войны

Вместе с женой, которой присваивается звание капитана госбезопасности (три шпалы в петлицах), он направляется легальным резидентом в США. Миссии Зарубина придавалось настолько важное значение, что накануне своего отъезда он был принят лично Сталиным, который его непосредственно проинструктировал и обрисовал важнейшие задачи.

Но, оговоримся сразу, миссия Зарубина могла и не быть столь успешной, если бы рядом с Василием не было Лизы. Именно она закрепляет за собой и курирует свыше двадцати ценнейших агентов. Кого только не было среди этих агентов! Это и жена бежавшего из СССР в 1933 году крупнейшего физика современности Георгия Гамова, владеющего самой свежей информацией о научных достижениях в США.

Лиза Зарубина принуждает жену Гамова, тоже физика по специальности, к сотрудничеству в обмен на гарантии, что ее родственникам в Союзе будет оказана поддержка в трудные военные годы. Это и жена известного скульптора, в будущем народного художника СССР и лауреата Ленинской премии Коненкова, которая под руководством Зарубиной сблизилась с Эйнштейном и Оппенгеймером, отвечающим за научные разработки атомного проекта и т.д.

После возвращения из США Зарубина работает в центральном аппарате внешней разведки. В 1946 году она в чине полковника была вынуждена уволиться в запас. В органах безопасности под руководством нового министра Абакумова начался очередной поход против неугодных. Официальное признание ее заслуг пришло к ней через двадцать с лишним лет в 1967 г., когда отмечалось 50-летие ВЧК-КГБ.

Легендарная разведчица скончалась в преклонном возрасте, в 1987 г., став жертвой транспортного происшествия


 
ЗАРУБИНА ЗОЯ ВАСИЛЬЕВНА

Зарубина Зоя Васильевна в годы Великой Отечественной войны и в первые послевоенные годы была сотрудницей внешней разведки. Она имела дело с документами особой важности и секретности, была среди тех, кто обеспечивал безопасность глав антигитлеровской коалиции во время проведения Тегеранской и Ялтинской конференций, имевших огромное значение для хода всей второй мировой войны и послевоенного устройства мира. 
Многое в работе Зои Зарубиной до сих пор остается тайной, но и то о чем теперь пишут газеты и журналы, о чем сама она рассказывает по телевидению и на различных встречах, вызывает восхищение и изумление. 

 
С разведкой была связана вся семья Зои Зарубиной. Ее отец Василий Зарубин –профессиональный разведчик, работал в Китае, после прихода Гитлера к власти – в Германии, а в годы Великой Отечественной войны был резидентом советской разведки в США. Мать Ольга Георгиевна работала в аппарате НКВД. Легендой советской разведки был отчим Леонид Эйтингон.
 
Вот, что рассказала Зоя Васильевна о том, как она пришла в разведку в интервью для радио «Голос России»:
 
Когда растешь в семье разведчиков, то впитываешь романтизм, связанный с такой профессией, проникаешься стремлением служить своей стране. Еще школьницей я хотела стать разведчицей. Помню, когда я закончила школу с отличием, приехал из загранкомандировки мой отец и как уже взрослую пригласил меня в ресторан «Москва». Там у нас и состоялся серьезный разговор о моем будущем. На вопрос «кем я хочу стать?» я ответила, что конечно разведчицей. Но отец был категорически против. « У нас в семье хватает разведчиков, ты должна получить хорошее образование, жить нормальной жизнью»,- сказал он, и я послушалась. Поступила в Институт философии, истории и литературы в Москве на исторический факультет. Студенческая жизнь захватила меня. Я училась, занималась спортом, стала даже чемпионкой страны по легкой атлетике. Скоро вышла замуж за своего одноклассника. Он служил пограничником. У нас родилась дочка Танечка. Мирная жизнь закончилась 22 июня 1941 года, когда гитлеровская Германия напала на Советский Союз. Муж, находившейся в отпуске в связи с рождением дочки, сразу же вернулся в армию, потом был тяжело ранен на фронте. А что могла сделать я, имея на руках крошечную дочь? Я пошла работать в военный госпиталь, но через год стала проситься санитаркой на фронт. Но мне сказали: «Есть много людей, которые смогут работать санитарами, а с твоими знаниями иностранных языков ты будешь нужна в другом деле – в разведке.» Так мои детские мечты стали воплощаться в жизнь. Правда романтика уступила место суровой реальности. Моими первыми заданиями стали переводы секретных материалов и документов. Действительно, очень пригодились полученные в школьные годы знания иностранных языков. Дело в том, что, живя с родителями в Китае, затем в Турции я училась в школах, где преподавание велось на английском языке, который стал для меня вторым родным языком. Там я учила и французский язык, а в московской школе овладела немецким. Конечно, у меня были способности к языкам…
 
Знания иностранных языков определили во многом и дальнейшие важные задания Зои Зарубиной в разведке.
Шел 1943 год – переломный в ходе всей второй мировой войны. Главам антигитлеровской коалиции предстояло договориться о высадке войск союзников в Европе.
Местом встречи Сталина, Рузвельта и Черчилля была выбрана столица Ирана Тегеран. Остро встал вопрос о безопасности Тегеранской конференции. Вместе с другими сотрудниками внешней разведки выполняла эту задачу офицер связи Зоя Зарубина.
 В Тегеране советское и британское посольства располагались рядом, а американское стояло далеко от них. Рузвельту пришлось бы ездить через весь город на переговоры, в том время как в Тегеране оставалось немало немецких агентов, готовых на все, чтобы сорвать переговоры. Поэтому американский президент принял приглашение Сталина остановиться в советском посольстве. Зое Зарубиной с ее великолепным знанием английского языка и было поручено стать связующим звеном между нашей и американской службой безопасности. Естественно, что, выполняя это задание, она стала свидетельницей события огромной важности, встречалась с руководителями трех великих держав, к которым было приковано внимание всего мира.
Долгое время все, что происходило на Тегеранской конференции было окутано тайной. Многое и теперь не подлежит разглашению, но конечно публикуются материалы, вызывающие большой интерес.
 
Своими воспоминаниями делится и Зоя Васильевна Зарубина:
 
Лично на меня огромное впечатление произвел торжественный момент вручения Сталину Почетного меча короля Георга Шестого в знак преклонения перед мужеством и храбростью советских воинов, участников Сталинградской битвы. Тогда слово Сталинград повторяли во всем мире. Именно в ходе Сталинградской битвы гитлеровской армии был нанесен сокрушительный удар. И вот на Тегеранской конференции Черчилль вручил Почетный меч Сталину, отдавая дань уважения подвигу нашего народа. И Сталин был по-настоящему взволнован. Он даже не мог выступить с ответной речью. Поцеловал эфес меча и сказал: «Спасибо».
 
Какое же впечатление оставили у Вас руководители трех великих держав?
 
Надо сказать, что вообще я была поражена, какого небольшого роста оказался Сталин. Мы все представляли его по портретам очень высоким статным. На самом деле он таким не был. Что касается Рузвельта, то я понятия не имела, что он инвалид. Мне было поручено обставить его комнату мебелью и я очень удивилась, когда американцы сказали, что двери в комнате надо расширить. Зачем? Оказалось, Рузвельт передвигался в инвалидном кресле. Американский президент произвел на меня огромное впечатление. Это был действительно политик высочайшего уровня. Несомненно, таким же крупным политиком был и Черчилль. Он также был замечательным оратором. Его выступлениями заслушивались. Но только не Сталин. На него никакого впечатления не производили ни цветистость фраз Черчилля, ни его пафос. У самого Сталина речь была абсолютно ясная, четкая.
 
Как проходили сами переговоры в Тегеране?
 
Здесь были свои «подводные камни». Например, Черчилль, который ранее знал и Рузвельта и Сталина, хотел сам представить их друг другу. Но опоздал. Сталин встал рано утром и уже беседовал с Рузвельтом один на один, когда пришел Черчилль. Британский руководитель был очень недоволен.
В ходе переговоров был момент, когда они зашли в тупик. Сталин хотел точно знать время открытия второго фронта и не получая ясного ответа, готов был покинуть конференцию. Но конфликт был улажен, дата названа, хотя о ней никто кроме самих Сталина, Рузвельта и Черчилля не знал.
 
А в какой обстановке проходила следующая Ялтинская конференция, которая во многом определила облик мира после войны?
 
Что касается Ялты, то время было уже совершенно иное. Если в Тегеране для нас самым главным было открытие второго фронта, то в срочности проведения новой конференции у советской стороны уже не было нужды. Наша победа над гитлеровской армией была совсем близка – мы были на подступах к Берлину, тогда как войска союзников – в 500 километрах от немецкой столицы. Гораздо больше чем Сталин, были заинтересованы в переговорах Черчилль и Рузвельт. Черчилль боялся, что советские войска могут разгромить гитлеровцев и закончить войну без помощи союзников. А Рузвельт понимал, что наступают новые времена. Во-первых, он понимал, что необходимо создать новую международную организацию – это будет Организация Объединенных Наций. Еще более срочно ему надо было заручиться согласием Сталина на участие Советского Союза в военных действиях против союзника Гитлера –Японии. Все переговоры относительно Японии Рузвельт вел со Сталиным без участия Черчилля, понимая, что отношения руководителей СССР и Англии были напряженными. О том, кто больше выиграл в ходе переговоров на Ялтинской конференции – рассудит история. А сама атмосфера в Ялте была совсем другой, чем в Тегеране. Приехало очень много народу, работали многочисленные комиссии, проходили встречи на разных уровнях. И главное – чувствовалось, что вот- вот придет победа. Настроение было приподнятое.
 
На всем протяжении войны Зоя Зарубина работала в управлении легендарного разведчика Павла Судоплатова, выполняла различные оперативные поручения. Так ей было поручено переводить секретные документы, переправляемые из Америки и связанные с созданием атомной бомбы. Тогда она не знала, что прямое отношение к полученным советской разведкой атомным секретам США имел ее отец Василий Зарубин и его жена Лиза.
 
Как все это было?
 
В 1943 году по возвращении из Тегерана меня вызвали в кабинет начальника и сказали, что мне дается какое-то срочное сверхсекретное задание. Дали несколько листков для перевода, чтобы посмотреть справлюсь ли я с таким текстом. Технический словарь был только один. Я начала переводить и чуть не заплакала, потому что ничего не понимала. Оказывается, многие термины были зашифрованы. Мне было поручено встретиться с научным руководителем нашего атомного проекта, замечательным физиком Игорем Курчатовым. Он посмотрел мой текст: «Это какая-то абракадабра. Что у тебя было в школе по физике?» Я отвечаю, что «отлично». «Надо начинать все сначала,- сказал мне Курчатов,- бери учебник, учись, а мы тебе поможем.» Потом вместе со мной стали работать физики и группа технических переводчиков. Но первое время я работала одна. Меня часто спрашивали: Как это было: переводить атомные секреты? Я отвечаю: скучно, но необходимо. Это была какая-то загадка, головоломка, которую надо было решать. И, конечно, меня выручало знание английского языка, а физиков –понимание. Мы чувствовали, что сообща делаем очень нужное для страны дело.
 
День Победы Зоя Зарубина встретила в поезде, направляясь с группой своих товарищей в Москву.
 
Она вспоминает:
 
Ночью, когда я спала, подходит ко мне командир и буди меня: «Зоя! Зоя!». Начинает целовать. Я ничего не могу понять. А он говорит: «Победа!» Вы не можете себе представить, что было в вагоне! Поезд остановился на какой-то маленькой станции. К нам бежали люди. Мы все плакали от счастья. Это было ранним утром, еще не рассвело. Какое-то необыкновенное чувство всех охватило, хотелось обнять весь мир. И еще: чувство единения. Радость Победы как и сама Победа была одна на всех.
 
 С окончанием войны работа Зои Зарубиной как офицера разведки продолжалась. Она видела поверженную Германию, работала на Потсдамской конференции. Но в начале 50-годов жизнь резко изменилась. Был арестован ее начальник Павел Судоплатов и отчим Эйтингон. Ей предложили отказаться от отчима, но она не захотела, уверенная, что настоящий патриот, человек честный и порядочный не может стать «врагом народа». Только через 40 лет Леонид Эйтингон был посмертно реабилитирован.
Шли годы. Зоя Зарубина стала деканом факультета английского языка Московского института иностранных языков, затем возглавила курсы подготовки переводчиков для советского представительства в ООН. С 1970 года и по сей день преподает в Дипломатической Академии. В 1972-73 годах участвовала в работе советской комиссии по подготовке Хельсинских соглашений.
В беседе с Зоей Васильевной выяснился интересный факт из ее биографии. Оказалось, что она хорошо знает многих ветеранов радио «Голос России», одно время даже помогала в подготовке программ на английском языке. Именно тогда она и познакомилась со своим будущим мужем американцем Бернардом Купером, много лет работавшим на иновещании.
 
Рассказывает Зоя Васильевна:
 
В 1956 году в Москве открылась спортивная Олимпиада. Мне позвонили из Радиокомитета и предложили вместе с комментатором Бернардом Купером и другими сотрудниками редакции на английском языке освещать ход Олимпиады, ведь я владела английским языком и, будучи сама спортсменкой, хорошо разбиралась в спорте. Для меня такая работа была большим удовольствием. Собрался очень дружный коллектив, готовивший передачи об Олимпиаде на английском языке. Потом я вышла замуж за Бернарда Купера и мы счастливо жили 20 лет вместе. И все это время я сохраняла дружеские отношения с его коллегами на радио, была в курсе событий в жизни иновещания, того, как росла аудитория радиослушателей, устанавливались живые контакты.
 
 Зоя Васильевна Зарубина активно занимается общественной деятельностью. В частности, она была в числе организаторов Международного движения «Педагоги – за мир».
Можно только поражаться тому, как много добра она несет людям сегодня в свои преклонные годы. Вот только один пример. Уже ряд лет она шефствует над подмосковной школой-интернатом для больных детей, сумела привлечь других людей, которые тоже оказывают помощь интернату, делают по мере сил и возможности жизнь этих детей ярче и интересней. А Зоя Васильевна теперь самый дорогой и желанный гость для них.
Как-то журналисты спросили Зою Васильевну счастлива ли она и, что для нее счастье. « Да, я счастливый человек, -ответила она, - потому что счастье – это быть нужной и полезной людям. Спешите делать добро.»

 

источник-  http://www.vor.ru/Victory/Veteranes/Zarubina.html

 

Королева советской разведки