Домой    Кино    Музыка    Журналы    Открытки    Страницы истории разведки   Записки бывшего пионера      Забытые страницы войны       

Люди, годы, судьбы... (только документы)

Translate a Web Page      Форум       Помощь сайту   Гостевая книга


«Одна из иллюстраций к «Записке Даля» в «Штюрмере», заимствованная из средневекового апокрифа. ...Не собирался касаться этой замусоленной темы, но попалась мне в интернете на сайте http://dirty.ru/comments/248656 заметка - Автор "Толкового словаря живого великорусского языка" Владимир Иванович Даль служил в Министерстве внутренних дел в 1841–1849 годах. Министр МВД Лев Алексеевич Перовский поручил Далю на основе архивов министерства подготовить служебную записку об обоснованности обвинений евреев в ритуальных убийствах христиан.
Записка была напечатана в 1844 году. Не знаю, какие цели преследовал автор, но хотелось бы предоставить думающему читателю самому разобраться, при желании, для чего в трудные времена появляются подобные публикации. Лучшим, на мой взгляд, ответом служит исследование Александр Кац. "Евреи. Христианство. Россия"


В. И. Даль  "ЗАПИСКА О РИТУАЛЬНЫХ УБИЙСТВАХ"

"Запятнанный Даль"- Мог ли создатель «Толкового словаря живого великорусского языка» быть автором «Записки о ритуальных убийствах»?


Александр Кац. "Евреи. Христианство. Россия"

1  2  3  4  5 (дополнение)

   Содержание

   * КНИГА ПРОРОКОВ
   o 1. РАСПЯТИЕ
   o 2. ИСТОРИЧЕСКИЕ ОКРЕСТНОСТИ ГОЛГОФЫ
   + 2.1. Правление Ирода Великого
   + 2.2. Потомки Ирода
   + 2.3. ИУДЕЯ ПОД ВЛАСТЬЮ ПРОКУРАТОРОВ
   o 3. РЕЛИГИОЗНЫЕ ОКРЕСТНОСТИ ГОЛГОФЫ
   + 3.1. Закон и пророчества
   + 3.2. Религиозное сознание евреев перед Христом
   + 3.3. Первый шаг
   + 3.4. Еврейская диаспора
   + 3.5. Великие миссионеры
   o 4. ЕВРЕИ ПОСЛЕ РАЗРУШЕНИЯ ХРАМА
   o 5. ИУДЕО-ХРИСТИАНЕ ПОСЛЕ РАЗРУШЕНИЯ ХРАМА
   o 6. ЕВАНГЕЛИЯ
   + 6.1. Устная традиция
   + 6.2. Еврейское Евангелие
   + 6.3. Евангелие от Марка
   + 6.4. Евангелие от Матфея
   + 6.5. Евангелие от Луки
   + 6.6. Евангелие от Иоанна
   + 6.7. Евангелие от Фомы
   o 7. ВЕЛИКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ
   + 7.1. Еллины против иудеев
   + 7.2. Иудеи против христиан
   + 7.3. Победа христианства
   o 8. ЧТО ДЕЛАТЬ?
   * КНИГА ЦАРЕЙ
   o 1. РУСЬ И ХАЗАРИЯ
   o 2. В РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ
   o 3. ОТ ПЕТРА ВЕЛИКОГО ДО ЕЛИЗАВЕТЫ ПЕТРОВНЫ
   o 4. ЕЛИЗАВЕТА ПЕТРОВНА
   o 5. ПЕТР III
   o 6. ЕКАТЕРИНА ВТОРАЯ
   o 7. ПАВЕЛ I НН РУССКИЙ ГАМЛЕТ
   o 8. АЛЕКСАНДР I
   o 9. НИКОЛАЙ I
   o 10. АЛЕКСАНДР II ОСВОБОДИТЕЛЬ
   o 11. АЛЕКСАНДР III МИРОТВОРЕЦ
   o 12. НАЧАЛО ЦАРСТВОВАНИЯ НИКОЛАЯ II
   o 13. ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ И ПАРТИИ
   В КАНУН ПЕРВОЙ РЕВОЛЮЦИИ
   o 14. ЕВРЕИ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ РЕВОЛЮЦИИ
   o 15. РУССКИЕ НЕМЦЫ - ПЕРВАЯ НАЦИЯ РОССИИ
   o 16. ПУТЬ К КРОВАВОМУ ВОСКРЕСЕНЬЮ
   o 17. СТУДЕНЧЕСТВО
   o 18. ЦАРСКИЙ ХАРАКТЕР
   o 19. РУССКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА
   o 20. ЛЕВЫЙ ТЕРРОР
   o 21. РЕВОЛЮЦИЯ 1905 - 1907 гг.
   o 22. ПРАВЫЙ ТЕРРОР
   o 23. ПРОТОКОЛЫ СИОНСКИХ МУДРЕЦОВ
   И ВСЕМИРНЫЙ ЖИДОМАСОНСКИЙ ЗАГОВОР
   o 24. ЦАРЬ И ДУМА
   o 25. РАСПУТИН
   o 26. РОССИЯ ПЕРЕД ВОЙНОЙ
   o 27. ВОЙНА 1914 - 1917 гг.
   o 28. ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1917 ГОДА
   o 29. ВОЗВРАЩЕНИЕ ВОЖДЯ
   o 30. СМУТА И ОКТЯБРЬСКИЙ ПЕРЕВОРОТ
   o 31. ОКТЯБРЬСКИЙ ПЕРЕВОРОТ И ЕВРЕИ
   o 32. ЦАРСТВО РАЗБОЙНИКОВ
   o 33. ЕВРЕИ В ЦАРСТВЕ РАЗБОЙНИКОВ
   o 34. УБИЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ
   * КНИГА ГЕНСЕКОВ
   o 1. НАЧАЛО СОВЕТСКОЙ ИМПЕРИИ
   o 2. СЦЕНЫ ПАРТИЙНОЙ ЖИЗНИ
   o 3. И. В. СТАЛИН
   o 4. СТАЛИНСКИМ КУРСОМ
   o 5. КОГО СЧИТАТЬ ЕВРЕЕМ?
   o 6. КТО КРУТИЛ КОЛЕСА?
   o 7. ХОДИЛ ЕВРЕЙ В РАЗВЕДКУ
   o 8. СТАЛИНСКИЙ ТЕРРОР И ЕВРЕИ
   o 9. ВНЕШНИЕ ДЕЛА В ПРЕДВОЕННЫЙ ПЕРИОД
   o 10. ВНУТРЕННИЕ ДЕЛА В ПРЕДВОЕННЫЙ ПЕРИОД
   o 11. ВЕЛИКАЯ РАСОВАЯ ВОЙНА 1941 - 45 ГОДОВ
   o 12. ХРУЩЕВ Н. С.
   o 13. БРЕЖНЕВ Л. И.
   o 14. АНДРОПОВ Ю. В.
   o 15. ЧЕРНЕНКО К. У.
   o 16. ГОРБАЧЕВ М. С.
   o 17. ЕВРЕИ И КУЛЬТУРА
   o 18. ЕВРЕИ И НАУКА
   * КНИГА СВОБОДЫ,
   ИЛИ ЖИТЬ, ЧТОБЫ ЖИТЬ
   o 1. ЕЛЬЦИН Б. Н.
   o 2. О СОВЕТЕ СОВЕСТИ
   * БИБЛИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА

   1. РАСПЯТИЕ
В. Васнецов. Распятие Христа. 1902   14-го дня месяца ниссана 3794 г. от сотворения мира по иудейскому календарю на кресте умирал  Сын  Человеческий  Иисус.  Смерть  была  мучительной: истерзанное плетьми тело, рвущиеся мышцы и  сухожилия,  палящее солнце,опухший язык в высохшем рту, мухи, гаснущее сознание  и  медленно по капле уходящая жизнь. "Жизнь течет меж пальчиков паутинкой тонкою."
   Этот самый жестокий вид казни всегда вызывал  у  людей  отвращение  и ужас. Несколько веков христиане испытывали глубокий непреодолимый  страх к кресту как символу смерти и унижения. Только спустя столетие после отмены Константином Великим распятия как казни образ креста перестал ассоциироваться с орудием палачей. Крест как осознанный  знак  нравственного спасения человечества через искупительную смерть  Иисуса  получит  распространение в V или VI веках.
   Смерть была позорной. Так распинали преступников и рабов в  Вавилоне, Персии, Финикии, Карфагене и Римской Империи. К римским  гражданам  этот вид казни, как правило, не применялся. Справа и слева от Иисуса на крестах висели два негодяя. Одного из них по иронии судьбы тоже звали  Иисусом по прозвищу Вар-авва. Смерть на кресте в обществе бандитов усугублялась бесчестием. Этот род казни не вытекал из иудейских законов. Римское право не распространялось на евреев, они подчинялись каноническому  праву. Первоначальное обвинение имело чисто религиозную основу. Иисус обвинялся по двум пунктам: объявил себя Сыном Божиим и произнес роковые слова: "Могу разрушить Храм Божий и в три дня создать его" (Мф. 26: 61).  С точки зрения Закона Моисеева это было богохульством, и оно было  доказано. Синедрион объявил Иисуса заслуживающим  смерти  -  побитию  камнями. Приговор священников должен был быть утвержден римским прокуратором Понтием Пилатом, который первоначально не нашел вины Иисуса и почти уж было освободил его. Тогда враги Иисуса представили  его  мятежником  и  государственным преступником, присвоившим титул "царя иудейского", что в конечном итоге решило его судьбу. Чернь потребовала  римской  казни  через распятие. Поскольку казнили "царя иудейского", а  не  Сына  Божьего,  то казнь выполнялась римским вспомогательным отрядом, квартирующим в  Иерусалиме, под начальством центуриона.
   Смерть - это всегда одиночество. Вблизи  не  было  друзей,  учеников, семьи, возлюбленной. Не было никого, кто  мог  бы  поддержать  слабеющий дух. "Боже мой! Боже мой! для чего Ты Меня оставил?" (Мф. 29: 46).
   У пророков не бывает друзей, бывают  лишь  ученики  и  последователи. Один из учеников - Иуда из Кериота выдал его стражникам  Анны,  в  руках которого находилась фактическая священническая власть  в  Иудее.  Другой ученик - Петр в ночь ареста трижды отрекся от своего Учителя.  Остальные ученики разбежались еще в  Гефсиманском  саду,  попрятались  и  не  присутствовали при кончине Иисуса. Это были добродетельные, очень наивные и простые люди, "простецы", обожавшие своего Учителя, не способные  противостоять воинам. Правда, "один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященника, отсек ему ухо. Тогда  говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч,  мечом погибнут" (Мф. 26: 51, 52). Таким образом,  вялая  попытка  защитить Иисуса была им же отвергнута.
   Издали за казнью наблюдали Мария из Магдалы, Мария Клеопова и Саломея - галилейские подруги, сопровождавшие  Иисуса  в  Иерусалим.  Двоюродные
братья Иисуса - Иаков, Иосия, Симон и Иуда и сестры при  казни  не  присутствовали. Синоптики не упоминают также и Марию -  мать  Иисуса,  хотя
евангелист Иоанн утверждает, что Богородица находилась у подножия  креста. Лысый холм - Голгофа не был единственным или излюбленным местом казни в Иерусалиме. Так царь Александр Яннай из  рода  Хасмонеев  распял  в центре города 800 иудеев, изрубив на глазах распинаемых их жен и детей и созерцая резню во время пира в  обществе  своих  наложниц.  Политические казни в Иерусалиме в правление Ирода Великого не совершались. Они происходили в Иерехоне.

   Публичные казни в Римской Империи считались, вообще, как  бы  естественными зрелищами, и, когда они принимали массовый  характер,  кресты  с распятыми рабами выставлялись если не на форумах, то, во всяком  случае, на видных городских магистралях.
   Публичные казни дожили до новейшей истории. Еще недавно они  происходили на Гревской площади в Париже, на Красной площади в Москве, во дворе
Тауэра в Лондоне и т. д. Но лишь событию на Голгофе случилось стать  как бы началом отсчета нового периода в истории людей.
   У подножия креста разыгрывались сцены человеческой злобы и  глупости. Над крестом надпись, написанная словами греческими, римскими,  иудейскими: "Сей есть Царь Иудейский". "И стоял народ и смотрел. Насмехались  же вместе с ними и начальники, говоря: других спасал, пусть спасет Себя Самого, если он Христос, избранный Божий. Также и воины ругались над  ним, подходя и поднося Ему уксус и говоря: если ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого" (Лк. 23: 35 - 37).
   Все требовали немедленных доказательств божественности. Их не было. О чем думал умирающий мучительной смертью Сын Человеческий? О своем  наро-
де, к которому Он был послан и к сердцу которого не нашел пути? О провале своей миссии? О суде и приговоре? И разве Он единственный из  великих Сынов Человеческих, казненных по приговору черни? За четыре столетия  до Иисуса выпил чашу с ядом Сократ, этот воплощенный идеал мудреца, казненный по приговору суда за "поклонение новым божествам и развращение молодежи". Спустя двадцать веков после Иисуса чернь в академических шапочках будет требовать распятия Сахарова. Сколько их было мудрецов  и  пророков между Сократом и Сахаровым! Сколько их еще будет?
   Этого мы не знаем. Но мы знаем, что смерть Иисуса - этой великой личности, сочетавшей в себе все, что есть высокого и доброго в природе  человека, заложила основу божественного властвования над царством его обожателей. После смерти Иисуса люди перестанут делать различие между Христом и Богом. Ценою своих страданий и благодаря своему учению Иисус  шагнул в бессмертие и в мир, который тысячелетиями будет оставаться  в  Его власти. Его учение явится краеугольным камнем существования  человечества. История покажет, что в эпохи, когда темные силы будут пытаться сдвинуть этот камень, люди будут переносить бедствия страшных масштабов.
   Иисус - это величайшая из вершин  на  рельефе  человеческой  истории, указывающая человеку его прошлое и его будущее. До тех пор, пока существуют распинающие и распинаемые, ненавидящие и  ненавидимые,  гонители  и гонимые, угнетающие и угнетаемые, причиняющие  страдания  и  страдающие,
человеческая мысль будет возвращаться к Голгофе 3794 года.
   Смерть Иисуса, не замеченная, по существу, просвещенным эллинским миром, так же, впрочем, как и менее просвещенным еврейским миром, поставила перед человечеством комплекс философских, религиозных,  социальных  и научных проблем, над которыми два тысячелетия работают лучшие умы многих
народов. Рождение нового духа, несмотря на его крайне медленное и нестабильное развитие, обрело в конце концов небольшую  положительную  равно-
действующую исторических сил, приведшую к  тому,  что  принято  называть христианской цивилизацией.
   Мы, ее дурные дети, уцелевшие в катаклизмах кровавого двадцатого  ве
ка, осмысливая Человеческую Драму последних двух тысячелетий, должны ре-
шить, какие принципы и концепции следует взять с собой в будущее.  Главными, разумеется, останутся вопросы: что есть истина и как должно происходить творение человека по образу и подобию Божию? Творение не как акт, а как длительный и сложный процесс. Созданы религии, институты, технологии, искусственные органы, аппараты для любых сред, поражающие воображение, "дети из пробирок" и т. д., но по-прежнему "средний  статистический человек"Средневековые художники именно так представляли себе Древнюю Иудею ежедневно, как и в то время, с которого начинался этот рассказ, балансирует между Добром и Злом, пересекая в обоих направлениях  невидимую границу этих субстанций, вызывая отчаяние и надежду, страх и  любовь зрителей и участников человеческого ансамбля.
   Вот почему трагедия Голгофы актуальна сегодня, на пороге третьего тысячелетия, так же, как и двадцать веков назад. Она будет  осознанной,  а иногда и неосознанной точкой опоры человеческих душ в кризисных ситуациях, возникающих прежде всего с отдельным индивидуумом. На  Голгофе  3794 года в муках рождалось новое христианское сознание и новый  христианский взгляд на человека.
  
От мощного древа иудаизма отпочковывалась  новая  религия  -  христианство, созданное незначительным  меньшинством  еврейской  нации.  Через
шесть веков от этого же древа  отпочкуется  ислам.  Взаимоотношение  еврейства и христианства станет центральной темой истории, своего рода исторической осью, вокруг которой будет твориться философия, культура, религиозная мысль.

   По мере своего развития и огосударствления  церковь  объявит  иудаизм самым сильным и страшным врагом христианства. Из сочинений отцов церкви,
устных проповедей, многочисленных энциклик и булл церковных иерархов будет следовать, что евреи не только распяли Христа, но  и  покушаются  на
самое основание веры - на Христа Богочеловека. Это закрепится в массовом сознании многонационального христианства, станет идеологическим  штампом
и породит вселенский антисемитизм в его бытовой, государственной и религиозной разновидностях.
   В свою очередь евреи, живя в диаспоре и отличаясь непреклонной национальной гордостью, основанной на  своем  Законе  и  избранничестве,  вели
строго замкнутый, непонятный окружающим общинный образ жизни, что отнюдь не способствовало снижению накала страстей, принимавшего иногда кровавые
формы.
   Интересно, что русский философ-антисемит Розанов В. В. в ХХ веке  обвинял евреев в том же, в чем обвиняли римские философы  во  втором  веке
новой эры христиан, а именно в тайности богослужений, допускающей  любую противозаконную  трактовку,  включающую  человеческие  жертвоприношения,
блуд и т. д.
   В этой книге ставится задача рассмотреть взаимоотношения  христиан  и евреев с позиций современного  человека.  К  этой  старой,  как  мир,  и больной теме, которой посвящены целые библиотеки, в последние годы добавились новые факты из истории советского периода. Имеется в виду  активное участие евреев в большевистской революции  и  гражданской  войне,  в создании репрессивных органов, в коллективизации и т. д. Эта тема  стала дежурной в ряде изданий России. Человеконенавистническая идеология марксизма-ленинизма и преступная практика ВКП(б)-КПСС обрушила  неисчислимые бедствия на эту страну. В то же время практически отсутствуют публикации о роли евреев в развитии науки и культуры, экономики, медицины,  образования, создании ядерного щита СССР.
   Крушение СССР  породило  во  всех  республиках  так  называемого  СНГ всплеск мощного национализма. Массы людей, лишенные привычной  коммунис-
тической идеологии, лишенные гражданских прав, формально гарантированных Конституцией СССР, ставшие "инородцами", "оккупантами",  "мигрантами"  в
собственной стране, полные смятения и страха перед  будущим,  страха  за своих детей, мечутся в поисках духовной опоры. Многие находят эту  опору
в национализме. Это естественно, так как он лежит на поверхности и  доступен пониманию простых людей.
   Национализм используется политиками как средство разделения людей  по расовому признаку в целях удовлетворения прежде всего личных амбиций,  а
затем уже ложно понятых прав своего этноса.  Лидеры  националистического толка - это люди профессионально непригодные, неспособные к  творческому
труду, разрушители. Результаты их "деятельности" - это горы трупов, выжженные города и нравственность, отброшенная на уровень раннего средневековья. Так было в фашистской Германии. Это наблюдалось в Югославии и  на окраинах России.
   Вопрос о сосуществовании этносов и  национальных  меньшинств  в  этой прекрасной стране - России стал необычайно актуальным. Поэтому 
в  книге
будет рассмотрен также вопрос о взаимоотношениях русских и евреев - двух самых талантливых наций: одной самой молодой и другой самой  древней  на
территории СССР - и перспективах на будущее.

   Мы начали наш рассказ с распятия Христа. Продолжим его изучением  исторических и религиозных окрестностей Голгофы.

   2. ИСТОРИЧЕСКИЕ ОКРЕСТНОСТИ ГОЛГОФЫ
   * 2.1. Правление Ирода Великого
   * 2.2. Потомки Ирода
   * 2.3. ИУДЕЯ ПОД ВЛАСТЬЮ ПРОКУРАТОРОВ    

  

  

   2.1. Правление Ирода Великого
   Первой исторической фигурой, с которой, по существу, начинается Евангелие от Матфея, является царь Ирод, правивший Иудеей в 37 - 4 гг. до н.э. и отдавший приказ истребить в городе Вифлееме младенцев мужеского пола от двух лет и ниже, ибо сказано пророком, что в этом городе "произойдет мне Тот, Который должен быть Владыкою в Израиле, и  которого  происхождение из начала, от дней вечных" (Мих. 5: 2).
   Этот драматический сюжет стал излюбленной темой многих выдающихся художников так же, как слово Ирод стало синонимом злодейства.  Между  тем,
царь Ирод I Великий (73 - 4 гг. до н. э.) - основатель династии Иродов -являлся несомненно незаурядной личностью. Он отличался бесстрашием,  могучей энергией, воинским и управленческим талантами, эллинским  кругозором и красноречием. Его жестокость вполне соответствовала духу того времени. Его богатая событиями биография еще не нашла достойного романиста.
   С воцарением Ирода в Иудее закончилась династия Хасмонеев. При Хасмонеях Иудея стала независимым государством. До Хасмонеев Иудея была заво-
евана сначала Навуходоносором II (586 г. до н.  э.),  затем  Александром Македонским (333 г. до н. э.) и фактически исчезла с исторической арены, представляя собой лишь теократический храмово -общинный  анклав  радиусом 10 - 15 миль вокруг Иерусалима.
   После Александра эта территория длительное время была яблоком раздора между правителями эллинистических государств - Птолемеями и Селевкидами,
хотя столкновения между ними редко происходили на самой еврейской территории. С 320 по 202 гг. до н. э. Иудея находилась под властью Птолемеев, с 202 до 168 гг. до н. э. - под властью Селевкидов.
   В 170 г. до н. э. селевкидский царь Антиох IV Эпифан (Светлый), возвращаясь из египетского похода, захватил Ерусалим, устроил  там  страшную резню, ограбив при этом храм. Через два года он снова  послал  войско  в Иерусалим во главе с Аполлонием. Стены города были срыты, на алтаре храма была расположена статуя Зевса, на холме Аккра в центре города разместился сирийский гарнизон. Под страхом смерти были запрещены иудейские  и введены обязательные греческие богослужения. Иерусалим по корился новому режиму, но вне Иерусалима евреи  сопротивлялись  с  яростной  непреклонностью.
   В 167 г. до н. э. евреи восстали под руководством Иуды Маккавея, заключившего незадолго перед своей гибелью в 161 г. до н. э. договор с  Римом. Условия договора оговаривали не столько военную помощь, сколько отказ от всякой помощи тому, кто будет вести войну с Иудеей или  Римом.  В политическом смысле этот договор означал признание могущественным  Римом независимости Иудеи от Селевкидов.
   Маккавейская война 167 - 142 гг. до н. э. закончилась победой  Иудеи, значительно расширившей свою территорию за счет Самарии и Галилеи.  Поскольку Иуда Маккавей был внуком священника Хасмонея, то его род,  утвердивший свою власть в стране, стал называться династией Хасмонеев. Первые после Иуды потомки Хасмонеев обладали властью первосвященников. В 104 г.до н. э. пятый после Иуды Маккавея представитель этого рода -  Аристобул I возложил на себя царскую диадему. Так спустя 482 года после разрушения храма в Иудее возродилась царская власть. Последним  царем  из  династии Хасмонеев был Антигон (40 - 37 гг. до н. э.).
   При Хасмонеях Иудея была монархическим государством  эллинистического типа с пышным двором, огромным бюрократическим аппаратом, наемной  арми-
ей, требовавшей расходов. Налоговый  гнет  вызывал  народные  восстания, длившиеся иногда по несколько лет.
   Иудея вплетается в канву римской политики в 63 г.  до  н.  э.,  когда Гней Помпей после блистательных побед на Востоке  над  понтийским  царем Митридатом VI Евпатором и армянским царем Тиграном II  и  захвата  Сирии выступил арбитром в споре Гиркана и Аристобула, наследников иудейской царицы Александры - Саломеи. Аристобул, пытаясь  склонить  Помпея  в  свою сторону, преподнес ему роскошный подарок стоимостью 500 талантов  -  виноградное дерево из золота. Однако Помпей, раздраженный поведением Аристобула, принял

  
3. РЕЛИГИОЗНЫЕ ОКРЕСНОСТИ ГОЛГОФЫ
   * 3.1. Закон и пророчества
   * 3.2. Религиозное сознание евреев перед Христом
   * 3.3. Первый шаг
   * 3.4. Еврейская диаспора
   * 3.5. Великие миссионеры


  
3.1. Закон и пророчества

Первый храм   Общим фундаментом иудаизма  и  христианства  является  Ветхий  Завет, включающий Закон, Пророчества и Писания. Закон (в иудаизме Тора) -  пер-
вые пять книг Библии, так называемое Пятикнижие Моисеево, описывает Священную историю, оправдывающую пути Господни от сотворения  мира  до  его
грядущего конца, и кодекс религиозных, этических и гражданских предписаний. Этот кодекс охватывает все стороны жизни человека  -  диэтологию  и
педагогику, половую жизнь и таинства смерти, устроение армии и земельное законодательство, отношения между народом и политическими вождями  и  т.д.
   Ветхозаветная история евреев выходит за рамки легенд и  подтверждается, по крайней мере, двумя независимыми древнейшими источниками. Во-первых, египетской "стелой Израиля", датированной 1243 г. до н. э., в которой говорится о победах фараона Мернептаха: "Захвачен Ханаан...  Израиль опустошен, нет семени его" (259). Во-вторых, ассирийским письмом,  датированным 853 г. до н. э., в котором упоминается  израильский  царь  Ахав (22). По-видимому, можно считать установленным  фактом,  что  древнейшие тексты Ветхого Завета относятся к XIII - XII векам до  н.  э.,  а  самые поздние - ко II веку до н. э. И сегодня Тора перебрасывает мост  от  легендарной реальности к повседневному существованию современного  человека, "просвечивая" это существование жесткими и милосердными лучами.
   "Глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу" (Исх. 21: 24).
   "Люби ближнего твоего как самого себя" (Лев. 19: 48).
   "Не следуй за большинством на зло, и  не  решай  тяжбы,  отступая  по большинству от правды" (Исх. 23: 2).
   "Не суди превратно пришельца, сироту; и у вдовы не бери одежды в  залог" (Втор. 24: 17).
   Десять заповедей Моисея, принятые христианами в качестве духовной эстафеты от иудеев, могут быть хорошей основой для мирного сосуществования
родственных религий. Практическая реализация этих заповедей  растянулась на тысячелетия, несмотря на суровые санкции (побитие  камнями),  которые
предусматривал иудаизм. Особенно сложным, знакопеременным был  путь  утверждения двух первых заповедей: "Да не будет у тебя других богов..."  и
"Не делай себе кумира".
   Существование  Яхве,  первоначально  как  племенного  бога,  покровительствующего детям израилевым, отнюдь не означало  исчезновение  другихХрам Гроба Господня
богов, почитание которых евреями было обычным делом. Особенно это  касается общеханаанских богов Ваала и Астарты. Цари Иудеи  и  Израиля  имели многочисленные разноплеменные гаремы, оказывающие влияние на своих повелителей и окружающую их аристократию. "И жили сыны Израилевы среди ханаанеев, хеттеев, амореев, ферезеев, евеев и иевусеев, и брали дочерей  их себе в жены, и своих дочерей отдавали за сыновей их, и служили богам их" (Суд. 3: 5, 6). Библейское описание храма Яхве, построенного царем Соломоном с помощью финикийских мастеров, присланных Соломону Хирамом, царем дружественного Тира, является копией финикийских  храмов.  В  Иерусалиме рядом с храмом Яхве существовал "дом Ваала". В Самарии  храм  Ваала  был поставлен царем Ахавом, находившимся под влиянием своей жены  финикиянки Иезавели. Угроза культу Яхве стала максимальной, когда  все  жертвенники Яхве были разрушены, жрецы и пророки Яхве перебиты, как  это  описано  в 3-й и 4-й книгах Царств.
   В таких драматических условиях огромную роль в сохранении культа Яхве играли народные пророки Амос, Захария, Илия, Елисей и др.
   В 722 г. до н. э. ассирийский царь Саргон завоевал северное еврейское царство - Израиль и переселил все его население в Месопотамию,  где  оно бесследно растворилось среди других народов.
   Южное еврейское государство - Иудея, откупившаяся от ассирицев в  597 и 586 гг. до н. э., подверглась опустошительным походам Новуходоносора и
так называемому вавилонскому пленению. Иерусалим был разрушен, храм  Соломона сожжен, светская знать, жречество, искусные ремесленники  и  торговцы уведены в Вавилон.
   Эта первая национальная катастрофа поставила в  религиозном  сознании вопрос о грехопадении иудеев как народа, так как справедливость Яхве  не вызывала сомнений. В этот период еврейская религия  претерпевает  важные изменения.
   Пророки Неемия и Ездра, а затем Иеремия  и  Иезекииль  вдохновенно  и яростно проповедуют идею о том, что все религии кроме одной ложны и Господь сурово, но справедливо покарал свой возлюбленный народ за грех идолопоклонства. "Как лук, напрягают язык свой для лжи, усиливаются неправдою; ибо переходят от одного зла к другому, и  Меня  не  знают,  говорит Господь" (Иер. 9: 3). "И сделаю Иерусалим грудою камней,  жилищем  шакалов, и города Иудеи сделаю пустыней, без жителей" (Иер. 9: 11). Эта идея становится ортодоксальной, приобретая непримиримый и национально  исключительный характер. "Я Господь Бог ваш, который отделил вас от всех  народов" (Лев. 20: 24)... "Святы будьте, ибо  свят  Я  Господь,  Бог  ваш" (Лев. 19: 2).
   Из вавилонского плена евреи возвращаются под  руководством  Неемии  и Ездры и застают оставшихся в Иудее жителей в том же состоянии греха, что
и до пленения: "...в субботу топчут точила, возят  снопы  и  навьючивают ослов вином"; "взяли себе жен из Азотянок, Аммонитянок и Моавитянок"; "И оттого сыновья их вполовину говорят по-азотски, или языком других  народов, и не умеют говорить по-иудейски"; "Я сделал за это выговор, и проклинал их, и некоторых из мужей бил, рвал у них волоса, и заклинал их Богом, чтобы они не отдавали дочерей своих за сыновей их, и не брали дочерей их за сыновей своих и за себя" (Неем. 13: 15, 23 - 25). В результате деятельности пророков смешанные  браки  расторгаются,  восстанавливаются обряды: соблюдение субботы, обрезание как отличительный признак святости еврея и другие. Отстраивается Храм в Иерусалиме. Важным итогом этого периода является Закон, призванный сохранить национальное единство.

   В еврейской религии этого периода отсутствует идея загробного воздаяния. После смерти душа опускается в шеол -  подземное,  мрачное  царство мертвых - и ведет там призрачное существование, худшее, чем  несуществование. Эта участь - в равной мере всех: нечестивцев и праведников,  добрых людей и злодеев, и "нет им воздаяния" (Еккл. 9: 5).  Зато  воздаяние предполагалось коллективным для народа Израиля, и не посмертным, а  прижизненным в случае соблюдения Закона. "И даст тебе Господь  изобилие  во всех благах, в плоде чрева твоего, и в плоде скота твоего, и в плоде полей твоих на земле, которую Господь клялся отцам твоим дать тебе" (Втор.28: 11).
   Яхве - защитник Израиля: "поразит пред тобою  Господь  врагов  твоих, восстающих на тебя" (Втор. 28: 7). Наказание самого Израиля за  беззакония также было коллективным, при этом невинные страдали наряду с виноватыми. Коллективная ответственность  народа  в  межэтнических  конфликтах сохранилась до настоящего времени.  Достаточно  выслушать  конфликтующие стороны в лице их национал-радикальных вождей.
   Первым древнееврейским пророком,  поставившим  под  сомнение  принцип коллективной ответственности перед Богом одних за  грехи  других,  всего
народа за грехи части народа, отдельной личности - за грехи народа,  детей - за грехи отцов, был Иеремия. Иеремия смело пророчествует  о  новом
Завете с Богом, когда "каждый будет умирать за свое собственное беззаконие; кто будет есть кислый виноград, у того на зубах и  оскомина  будет" (Иер. 31: 30).
   Согласно Закону, бессмертной являлась не отдельная личность, а  народ Израиля. В годы вавилонского пленения школа иудейских  теологов,  ученых
"книжников" существенно обновляет Священное Писание и создает так  называемый жреческий кодекс, вошедший затем в Пятикнижие Моисеево. Вдохнови-
телем и одним из создателей жреческого кодекса был пророк Иезекииль, воческую "утопию" с высшей судебной властью, принадлежащей верхушке  иеру-
салимского жречества - сынам Садока, садокидам, впоследствии  саддукеям. По Иезекиилю, роль светской власти незначительна - сбор податей в пользу
Храма.
   Жреческий кодекс регламентировал все стороны общественной  и  частной жизни. Соблюдение культовых требований кодекса изолировало и противопос-
тавляло иудеев языческому окружению,  способствовало  сохранению  евреевкак нации в будущих исторических катаклизмах.  "Необрезанные  сердцем  и
необрезанные плотью" не допускались в Храм Бога.
   Великие еврейские пророки Иеремия, Иезекииль, Исайя обращались с гневом не только к своему народу - отступнику и нарушителю Завета. Их виде-
ния и пророчества содержат социальный протест, обращенный к  правителям. В этом отношении особенно великолепен пророк Исайя.  "Омойтесь,  очисти-
тесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро; ищите правды; спасайте угнетенного; защищайте  сироту; вступайтесь за вдову". "Князья твои законопреступники и  сообщники воров; все они любят подарки и гоняются за мздою; не защищают сироты,  и
дело вдовы не доходит до них" (Ис. 1: 16, 17, 23).
   Яхве пророка Исайи - единственный Бог во  вселенной.  Устами  пророка Исайи Яхве множество раз утверждает: "Нет иного Бога, кроме Меня, - Бога
праведного и спасающего нет кроме Меня" (Ис. 45: 21).  Некоторые  пророчества Исайи перебрасывают мост в христианство и в далекое светлое будущее. Национальное предназначение евреев быть народом  священников,  дать миру Мессию. Из дома Давидова придет Спаситель:  "...се  дева  во  чреве
приимет, и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил" (евр. - Бог с  нами, Ис. 7: 14). "Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; на  живущих  в стране тени смертной свет воссияет... Ибо младенец родился нам; Сын  дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя  Ему:  Чудный,  Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира" (Ис. 9: 2, 6). Пророчества Исайи о Мессии являются основными ветхозаветными текстами о пришествии Христа, хотя в узком историческом контексте пророк  предсказывал  рождение  царя Езекии.
   Произойдет примирение всех народов, и спасены будут не только  иудеи, но и язычники: "...и перекуют мечи свои на орала, и копья свои - на серпы; не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться  воевать". После справедливого суда Господня "...волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и  вол будут вместе, и малое дитя будет водить их" (Ис. 2:  4,  11:  6).  Более благостной и масштабной картины не создавал ни один пророк мира.
   В конце послепленного периода в средине III века до нашей эры появляется книга Екклесиаста.  Это  почти  светский,  пропитанный  религиозным скепсисом моральный кодекс праведных, самодовольных евреев того времени. Не следует часто беспокоить Бога, "потому что Бог на небе, а ты на  земле" и "нет... ничего лучшего, как веселиться и  делать  доброе  в  жизни своей" (Еккл. 5: 1, 3: 12). В книге  Екклесиаста  религиозный  догмат  о прижизненном воздаянии от Бога каждому "по путям его" претерпевает  кризис. Несмотря на это, высоко ставится добрая слава среди ближних и честность, т. к. это свойство человека угодно Яхве.

   3.2. Религиозное сознание евреев перед Христом

   В 170 г. до н. э. Иудея - небольшой теократический анклав с центром в Иерусалиме - переживает мощный катаклизм,  отразившийся  на  религиозном
сознании евреев. В захваченном и разграбленном  Антиохом  IV  Иерусалиме жестко внедряется греческое богослужение. В Храме устанавливается статуя
Зевса. Священные для иудеев сосуды увозятся. Под страхом смерти запрещаются иудейское богослужение и отправление установленных  Торой  обрядов.
Этот период является самым критическим за всю историю иудаизма.
   Эллинизация распространялась на все подвластные Антиоху IV области  и народы, а не только на Иудею. И эта политика,  ставящая  целью  создание как бы единого народа, успешно претворялась в царстве Селевкидов.  Евреи диаспоры все более и более эллинизировались. Правящая в Иерусалиме знать тоже постепенно склонялась к принятию  греческих  новшеств.  Однако  небольшая в сравнении с океаном язычников горсточка евреев, проживающих  в Иудее и прошедших испытания вавилонского плена и школу  Торы,  оказалась народом, не поддающимся никаким воздействиям. Сельское население Иудеи с
яростной непреклонностью встретило новации Антиоха.  Оппозицию  реформам возглавила партия Хасидим (евр. - Святые). Героическое сопротивление Хасидим спасло еврейскую религию. Этот период  истории  описан  в  четырех книгах Маккавеев. "Они, по данному повелению,  убивали  жен,  обрезавших детей своих, а младенцев вешали за шеи их, домы их расхищали и совершавших над ними обрезание убивали. Но многие в Израиле остались твердыми  и укрепились, чтобы не есть нечистого, и предпочли умереть, чтобы не  оскверниться пищею и не поругать Святого Завета, - и умирали" (1 Мак. 1: 60- 63).
   В четвертой книге Маккавеев содержится рассказ о семи  юных  братьях, которых Антиох пытал, а потом сжег живыми в присутствии матери,  умоляющей их быть стойкими и соблюдать Закон. Антиох требовал от юношей, чтобы они съели свиное мясо, за это им были обещаны царем златые горы. В русской истории аналогом религиозного героизма являются самосожжения  старообрядцев во времена патриарха Никона.
   Современному человеку может показаться, что этот героизм был  направлен на защиту не столь уж важного дела. Однако нельзя не  признать,  что кровь, пролитая маккавейскими мучениками, стала в конечном счете тем семенем, из которого выросла церковь. Если бы иудаизм погиб  при  Антиохе, то исчезла бы почва, взрастившая христианство, а затем и ислам.
   Эти первые в истории человечества мученичества за веру появились тогда, когда идея бессмертия души получила  щирокое  распространение  среди
евреев. Юноши-мученики перед сожжением заявили Антиоху, что после смерти его уделом будут вечные муки, а они получат в награду вечное блаженство.
   Оборотной стороной мученичества является то, что кровь,  пролитая  за веру, рождает нетерпимость. Со времен пророка Неемии и до падения  Иерусалима в первой Иудейской войне в 70 г. н. э. Закон приобретал в  глазах иудеев все большее и большее значение. Иудейское общество уже не  терпит пророков, желающих заявить что-либо новое. Слепая приверженность  Закону как абсолютной и последней истине вскоре  уничтожила  всякие  проявления свежих мыслей и чувств. Мыслители и пророки вынуждены теперь для изложения своих идей приписывать их авторство какому-либо  известному  уже  из истории пророку или царю. Многие книги Ветхого и Нового Заветов, носящие известные имена, по существу являются произведениями нескольких авторов. Так, например, книга пророка Исайи содержит  главы,  принадлежащие  трем различным авторам. Авторы Маккавейских книг неизвестны.
  
В период после Маккавейских войн и правления в Иудее династии  Хасмонеев общество Израиля по религиозным взглядам делится  на  три  основные
группы: саддукеев, фарисеев и ессеев.

  
Саддукеи - высшая жреческая аристократия, восходящая к первосвященнику Садоку, жившему в эпоху царей Давида и Соломона,  представляла  собой
немногочисленный, наследственный слой храмовых священников - основу  иудейской теократии. Саддукеи строго придерживались только Пятикнижия Мои-
сеева, не признавая других писаний как  религиозно-правовой  нормы.  Они отрицали судьбу и считали, что Бог не имеет никакого влияния на  человеческие деяния, ни на добрые, ни на злые. Выбор между добром и злом  предоставлен свободной воле человека. Саддукеи отрицали бессмертие  души  и загробное воздаяние.  Оппозицию саддукеям составляла партия фарисеев.
   Фарисеи (арам. - обособленные) - открытая для каждого религиозная организация в иудействе с испытательным  сроком,  уставом,  дисциплинарным правом, руководимая ученым знатоком Священного Писания  -  книжником.  В знак ученого авторитета книжники в синагогах восседали на "седалище Мои-
сеевом" - каменном почетном кресле (Мф. 23: 2).
  Впервые фарисеи выступили во времена Маккавеев как религиозно политическая оппозиция первосвященнику и царю Гиркану I (134 - 104 гг.  до  н.э.) и его чисто мирской политике. Первосвященник и царь Иудеи  Александр Яннай (103 - 76 гг. до н. э.) подверг фарисеев кровавым  преследованиям, и лишь с 76 г. до н. э. они приобретают значительное влияние. Расцвет их деятельности приходится на правление Ирода Великого.
   Фарисеи были точнейшими толкователями Закона и ставили все в  зависимость от Бога и судьбы. Они учили, что хотя человеку предоставлена  свобода выбора между честными и бесчестными поступками, но этот выбор  предопределен судьбой. По мнению фарисеев, души людей бессмертны, при  этом
души праведных переселяются в другие тела, а души грешников обречены  на вечные муки. Фарисеи верили в пророчество Исайи о Мессии и  ожидали  его
прихода. Отсюда их частые контакты  с  Иисусом.  Фарисеи  были  добродетельным, умеренным "средним" и "низшим" классом, т. е., по существу, ос-
новным народом Иудеи. В I веке н. э. от них откололась радикальная секта зелотов (арам. - ревнителей).
   Ессеи (эссены, иессеи, арам. - благочестивые) представляли  иудейскую секту, развившуюся, по-видимому, из партии Хасидим, организованную наподобие монашеского ордена, с  трехлетним  испытательным  сроком,  вступительной присягой об исполнении заповедей добра и справедливости,  в  том числе о хранении в тайне учения секты. Они отличались особой  святостью, отрицанием чувственных наслаждений, умеренностью,  поборением  страстей, любовью к членам секты. Весь день ессеев от  восхода  до  захода  солнца проходил в труде, молитве и культовых омовениях.
   Ессеи строго подчинялись своим  руководителям  и  могли  пользоваться полной свободой лишь в оказании помощи и делах милосердия. Они совместно
владели имуществом братства. Ессеи верили в тленность материи и в  бессмертие души, что неотразимым образом привлекало  к  ним  всех,  "которые
только раз вкусили их мудрость".
   Ессеи просуществовали до 70 г. н. э. и приняли участие в войне с римлянами. Война "представила их образ мыслей в надлежащем свете. Их завинчивали и растягивали, члены у них были спалены и раздроблены,  над  ними пробовали все орудия пыток, чтобы заставить их хулить  законодателя  или отведать запретную пищу, но их ничем нельзя было склонить ни к тому,  ни к другому. Они стойко выдерживали мучения, не издавая ни одного звука  и не роняя ни единой слезы. Улыбаясь под пытками,  посмеиваясь  над  теми, которые их пытали, они весело отдавали свои души в  полной  уверенности, что снова их получат в будущем" (122).
   Кумранские рукописиРукописи, обнаруженные в 1949 г.  в  Кумранских  пещерах,  доказывают очень тесную связь между ессеями и кумранитами. Быт первых  христианских общин и монастырей весьма близок к укладу секты ессеев.
   Наряду со строгим исполнением Закона в целом пророческое рвение в Иудее не угасало, и имел место, как  принято  сейчас  говорить,  плюрализм мнений относительно трактовок  различных  его  положений,  пророчеств  и притч.  Бродячие  проповедники  самых  различных  ориентаций,  пользуясь культовой демократией, имели возможность излагать свои пророчества прямо в синагогах, в том числе на "седалище Моисеевом". Из дохристианских произведений этого периода величайший интерес представляют два  апокрифа  - книга Еноха и Завещание 12 патриархов.
   Первый из них может быть датирован временем до 64 г. до н. э. и является рассказом об апокалиптических видениях патриарха Еноха.  Новозаветные писатели - св. Иуда, Тертулиан, Климент Александрийский были  хорошо знакомы с этим произведением и включали его в канон. Однако позднее книга Еноха была отвергнута отцами церкви Иеронимом и  Августином,  предана забвению и утрачена. Книга Еноха написана на древнееврейском и,  частично, арамейском языках членами партии Хасидим и, возможно, фарисеями. Она
осуждает царей Хасмонейской династии и саддукеев  и  содержит  некоторые новозаветные доктрины в отношении мессии, ада, демонологии.
   Страшный суд будет вершить "Сын человеческий, в коем  воплощена  праведность". Большая часть язычников и эллинизированные евреи будут преданы вечному проклятию. Тема индивидуального греха  и  смирения  является, конечно, нововведением последующего христианства, но ее элементы  содержит книга Еноха. Книга заканчивается словами: "Верным  Он  подарит  верность в обители праведных путей. И узрят они, как родившихся во мраке во мрак и потащат, в то время как праведные воссияют. А грешники  возопиют, узрев их воссиявшими, и не миновать им попасть туда, куда предписано им" (23).
   Вторая книга - "Завещание 12 патриархов"  удивительна  тем,  что  она предвосхищает дух и даже отдельные фразы Нагорной проповеди Христа. Книга написана между 109 и 107 гг. до  н.  э.  фарисеем,  симпатизировавшим первосвященнику Иоанну Гиркану из Хасмонейской династии. Этические  нас-
тавления "Завещания 12 патриархов" весьма близки к евангельским и позволяют предположить знакомство с ними Иисуса и Апостола Павла. Вот некоторые из них:
   "Возлюбите один другого от всего сердца, и если кто  согрешит  против тебя, обратись к нему со словами мира и не таи в душе своей злобы; и если он станет сожалеть об этом и покается, прости  его...  Если,  утратив стыд, он станет упорствовать в грехе, то и тогда  прости  его  от  всего сердца и оставь мщение Богу";
   "Возлюбите Господа и ближнего своего";
   "Возлюбите Господа на всю жизнь и один другого от чистого сердца";
   "Я возлюбил Господа, а также всех людей от всего сердца" (Ср. Мф. 22:37, 39). Автор "Завещания 12 патриархов" полагает, что спасены будут  не только евреи, но и язычники.
  Несмотря на существование общепринятого Закона, иудейское общество по оттенкам своих религиозных воззрений представляло собой пеструю картину.
Согласно Талмуду, "Израиль попал в рабство потому, что в стране возникли двадцать четыре разновидности сектантства". Основные из них описаны выше.
   Подведем весьма схематично итог тем религиозным взглядам иудеев,  которые были восприняты и развиты последующим христианством.  Основные  из
них следующие:
   1. Возлюби Бога и ближнего своего как самого себя;
   2. Идея бессмертия души и рожденное ею мученичество за веру;
   3. Идея воскресения в пророчествах Исайи (Ис. 26: 19), Осии  (Ос.  6:2), Даниила (Дан. 12: 2);
   4. Мессианская идея;
   5. Идея индивидуального греха и Страшного Суда, который будет вершить Сын человеческий, в коем воплощена праведность;
   6. Спасение души возможно, по взглядам одних,  только  для  праведных иудеев, по взглядам других, и для иудеев, и для язычников.
   Можно сказать, что в первом веке до н. э. Иудея уже была  "беременна" христианством. В заключение этого раздела отметим тот высокий нравственный идеал и уклад жизни, который существовал у ессеев и назореев  и  был воспринят в качестве эстафеты первыми христианскими общинами.
  

3.3. Первый шаг

   Потрясенные событиями Страстной  пятницы  14-го  ниссана  галилейские ученики Иисуса разбрелись по Иерусалиму. Их мысли были посвящены  своему
обожаемому Учителю, который в течение нескольких лет являлся им источником надежды и радости. Они верили в  Царство  Божие,  являющееся  по  их
представлению полным преобразованием мира и уничтожением смерти. Их  горячая вера и любовь к Иисусу не могли не сотворить чуда.  Тело  Учителя,
перед субботой наскоро умасленное благовониями и убранное пеленами, было положено в пещеру в саду Иосифа Аримафейского. Пещера была закрыта  кам-нем.
   Утром в воскресенье 16-го ниссана пришедшая ко гробу Мария  Магдалина обнаружила его пустым. Исчезновение дорогого покойника лишало ее последней радости взглянуть и прикоснуться к стопам Учителя. Она бежит за учениками. Петр, Иоанн и вернувшаяся Мария стоят  у  пустого  гроба,  затем Петр с Иоанном уходят. Оставшаяся у могилы Мария  горько  плачет.  Вдруг она слышит шорох, и знакомый голос, столько раз заставлявший  ее  трепетать, зовет: "Мария!" Это было первым видением воскресшего Иисуса. В эту минуту свидетельством Марии Магдалины решается судьба  христианства.  Ее великое откровение "Иисус воскрес!" стало краеугольным камнем новой  религии.
   Здесь мы придерживаемся Евангелия от Иоанна. В синоптических  Евангелиях ко гробу приходило несколько женщин. В  еврейском  Евангелии  честь
первого видения приписывают Иакову - брату Иисуса.
   В тот же день двое учеников, шедших в Эммаус, встретили благочестивого человека, знающего Писание, произведения Моисея и пророков. Они рассказали ему о событиях в Иерусалиме. Во время трапезы, "когда Он возлежал с ними, то, взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них" (Лк. 24:  30,31).
   И, наконец, вечером того же дня во время вечерней трапезы одиннадцати учеников в Иерусалиме "Иисус стал посреди их и сказал им: мир вам"  (Лк.24: 36), показал им свои раны и благословил учеников. Таким  образом,  в воскресение вечером 16-го ниссана факт воскресения Иисуса уже признавался всеми апостолами. Эти простые и добрые люди безгранично верили живому Иисусу, когда Он говорил им о воскресении из мертвых, о скором  пришествии. Эта вера была совершенно естественной для них. Ведь из Торы им было известно, что великие пророки Енох и Илия миновали смерть и вознеслись к Богу живыми. А слова Торы "Бог Авраама, Исаака и Иакова" они понимали  в том смысле, что эти патриархи суть вечно живые, ведь не  может  же  Яхве быть Богом мертвых. Воскресение Иисуса не вызывало в учениках, за исключением Фомы, ни удивления, ни сомнения, так как все это было заранее известно из пророчеств и учения Христа.
   Явления Иисуса ученикам, согласно Матфею, продолжались в Галилее.  По другим Евангелиям, загробная жизнь Иисуса на  земле  до  его  вознесения
длилась, видимо, один день. Автор "Деяний Апостолов"  cрок  такой  жизни определяет в сорок дней, хотя цифра "сорок" является скорее  символической (странствование евреев по пустыне сорок лет и т. д.). В первом  Послании к Коринфянам апостол Павел  пишет,  что  Иисус  являлся  "пятистам братьям", а также ему, Павлу, что, как известно, было спустя 5 -  6  лет после смерти Христа.
   Воскресший Учитель призывает учеников проповедовать покаяние и прощение грехов "во всех народах, начиная с Иерусалима" (Лк. 24: 47).  И  вот маленькая секта в праздник Скинопигии в конце 33-го,  а  может  быть  на Пасху 34-го года н. э. навсегда оставляет Галилею, страну, овеянную  неотразимой поэзией Евангелий, и отправляется в  Иерусалим.  Впоследствии, после Иудейской войны и, далее, во II - IV веках, Галилея будет  страной Талмуда, центром иудаизма.
   Иерусалим на короткое время становится столицей христианства. Апостолы стараются не расставаться друг с другом, хотя иногда  отправляются  с короткими миссиями за пределы Иудеи.  Их  взаимная  привязанность  после смерти Учителя возросла многократно. Они составляют маленькую обособленную общину из ста двадцати человек (Деян. 1: 16),  очень  благочестивую, трудолюбивую, уважаемую простым людом. Община имеет, по-видимому,  суровый устав с
икона Рублева "Апостол Павел" элементами устрашения, т. к. жизнь строится  на  коммунистическом принципе и работать обязаны все.
   Во главе общины находятся одиннадцать Апостолов и "Братья  Господни", авторитет которых равен авторитету Апостолов. О Братьях Иисуса  известно мало, за исключением, может быть, того, что старший  Брат  Иисуса  Иаков восемнадцать лет возглавлял Иерусалимскую церковь. Впрочем,  различий  в духовной иерархии тогда еще не существовало, титулов тоже, и главным для этих первых христиан была вера в Иисуса и уважение личности  каждого  из них.
   Судьба Иуды из Кериота недостаточна ясна. По версии  Матфея,  "бросив серебренники в храм, он вышел, пошел и удавился" (Мф. 27: 5). По  версии Луки Иуда "приобрел землю неправедной мздой, и, когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его" (Деян.  1:  18).  Мотивом предательства Иуды могли быть как корыстолюбие, так и разочарование  иудея-зелота, чаявшего найти в Иисусе грядущего восстановителя царства Израилева и нашедшего в Нем мечтателя о духовно обновленном Царствии Божием.
   На опустевшее после Иуды место община по жребию из двух кандидатур  -Иосифа Варсавы и Матфия - выбрала Матфия, доведя число Апостолов до две-
надцати. Вот их имена: Петр (Симон), Иаков Заведеев,  Иоанн  (Богослов), брат Иакова Заведеева, Андрей (брат Симона-Петра), Фома, Филипп,  Варфоломей (Нафаноил), Матфей (Левий), Иаков Алфеев, Симон (Зелот), Иуда  Иаковлев (Фаддей), Матфий.
   Принцип безбрачия духовенства был уже провозглашен, хотя эта идея находилась еще в зародыше. Апостолы Петр и Филипп были женаты и имели  детей.
   Главным занятием Апостолов были проповеди и  молитвы,  однако,  здесь самые блестящие роли в деле пропаганды  христианства  достались  не  им.
Только имена Апостолов Петра, Фаддея и Андрея Первозванного стали широко известны за пределами Иудеи.
   Первая христианская община отличалась от окружающих евреев лишь верой в совершившееся пришествие Мессии. Люди, не посвященные в это  таинство,
смотрели на общину как на секту Хасидим и любили их за кротость,  благочестие и простоту. Пребывание в такой секте  отнюдь  не  рассматривалось как ересь или раскольничество и первоначально  не  подвергалось  никаким гонениям. Иисус сознательно не оставил после  себя  никаких  новых  формальных обрядов, ритуалов, а вся теология общины сводилась  к  главному: "Иисус - Мессия, сын Божий". Эти  первые  иудео-христиане  добросовестно выполняли еврейские обряды, в то время как размышления  их  посвящались, по-видимому, не столько Торе, сколько любимому Учителю. Обычно это  происходило во время воскресных, вечерних, братских трапез. Воспоминания  о первых годах христианства являются воспоминанием как бы о земном рае,  к которому в своих мечтах будут стремиться истинные христиане всего мира.
   Замечательным свойством новой религии  было  появление  особого  вида вдохновения - пророчеств. Вновь появились псалмопевцы, пророки, пророчицы. Однако никому не приходило в голову записывать эти тексты, т. к. сам Иисус проповедовал устно, его слова хорошо помнили и ждали  Его  скорого второго пришествия.
   Преобладающей идеей первой христианской общины было сошествие Святого Духа, нисходящее на собрание, как некое таинственное  дуновение.  Счита-лось, что Святой Дух исходит от самого Иисуса. Всякое движение души было
делом Святого Духа. Сошествие Святого Духа понималось как второе  крещение.
   В день Пятидесятницы огненные языки почили на каждом из Апостолов  "и исполнились все Духа Святого и начали говорить на иных языках,  как  Дух давал им провещевать" (Деян. 2: 4). С этого дня дается старт интернационализации христианства. Согласно духу Нового Завета слово Божие не должно иметь особого национального языка, оно свободно, доступно всем  и  не нуждается в переводчиках. Это был очень важный шаг,  и  он  был  впервые сделан  евреями-христианами,  тогда  как  правоверные  иудеи  признавали только еврейский (арамейский) язык священным языком,  несравнимым  ни  с каким другим национальным языком.
   В тот день в Иерусалиме крестилось сразу три  тысячи  человек.  Резко возросшей количественно общиной признавалось, что Мессия  объединит  все
народы и все языки. Однако это признание произошло не сразу, а в процессе эволюции, включающей иногда очень острые конфликты.
   В первой христианской общине господствовал дух безоговорочной общности имущества. "Не было между ними никого нуждающегося, ибо все,  которые
владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду" (Деян. 4: 34, 35). Обобществление имущества и коммунистическая  организация жизни большого коллектива людей всегда было скалой, о  которую  разбивались экономическое благополучие и судьбы  отдельных  личностей.  Поэтому церковь, дабы не порождать ненужных коллизий, довольно быстро отказалась от этих принципов. Однако в тот период общность имущества была  незыблемым законом для всех членов секты. Утаивание части имущества при  вступлении в общину сурово наказывалось (Деян. 5: 1 - 10).
   Таким образом, первоначальным элементом христианства  был  социализм, монашеское общежитие. Современная монашеская жизнь, вытекающая  из  духа
христианского учения, есть продолжение первобытной церкви. Милосердие  и братство было девизом христианской общины, и это резко  отличало  ее  от
жестокого языческого мира, делало привлекательным в глазах  обездоленных
бедняков.
   Было бы неправильным противопоставлять здесь христианство и  иудаизм, т. к. первобытная церковь все, о чем выше говорилось,  получила  от  еврейского Закона, Закона социального, а не политического, Закона, создающего религиозную и нравственную основу общества. Христианство лишь  развило и усилило эти идеи.
  
В богословской и исторической литературе  члены  первой  христианской общины Иерусалима называются: иудео -христианами, эвионитами (арам. - нищими), назореями.
   Назореи - мужчины и женщины, которые по обету, данному на  всю  жизнь или на ограниченное время, считались посвященными Богу. Предъявляемые  к
ним суровые требования описаны в книге Чисел (Чис. 6: 2 - 21).  Значение слова "назорей", относящееся к Иисусу, остается предметом  споров.  Так, например, Матфей связывает это слово с названием города Назарет (Мф.  2: 23), хотя назореи существовали задолго до Иисуса. В  обвинении  Апостолу Павлу он называется "представителем Назорейской ереси"  (Деян.  24:  5). Слово "назареянин", применительно к Иисусу, должно означать  происхождение его из города Назарета.
  
Чтобы разобраться в драмах иерусалимской общины,  описанных  Лукой  в Деяниях Апостолов, следует различать смысловые оттенки слов "эллинисты",
"евреи", "иудеи".

   "Эллинисты" -  "по-гречески  говорящие  и  по-гречески  живущие"  евреи-христиане, т. е. часть эллинизированной  еврейской  диаспоры,  плохо или совсем не владеющей арамейским языком, читающей  в  своих  синагогах Библию на греческом языке (Септуагинту).
   "Евреи" - иерусалимские евреи-христиане, говорящие только на арамейском языке.
   "Иудеи" - евреи ортодоксального направления,  не  признающие  Христа. После начавшихся в общине конфликтов автор Деяний Апостолов, будучи  эл-линистом, смешивает два последних слова, употребляя, в  основном,  слово "иудеи".
   На первое место в общине благодаря своей энергии, уму и дару  убеждения выдвигается Апостол Петр (первоначальное имя Симон, Иисусом  наречен
"камнем", по-арамейски Кифой, по-гречески Петром). Под его  руководством община быстро растет. В ее ряды вливается заметный поток эллинистов  родом из Сирии, Малой Азии, Египта, Понта, Кипра и других областей  Средиземноморья. Среди эллинистов есть прозелиты - люди  нееврейского  происхождения, обращенные в иудейство из язычников. Галилейские ученики Иисуса и "братья Господни", по-видимому, вынуждены осваивать в какой-то мере греческий язык для общения с этой братией.
   Принимает христианство уроженец Кипра Иосия  бен  Галлеви,  названный Апостолами Варнавой, что значит "сын пророчества". Он станет самым  дея-тельным после Павла миссионером первого века.
   Важным приобретением церкви этого периода является племянник  Варнавы Иоанн, прозванный римлянами Марком, обрезанец, будущий  евангелист.  Оба
они были обращены Петром.
   Эллинисты, не знавшие "священного" языка и не посещавшие больших  иудейских школ, хотя и чтившие Закон, но стоящие как бы  на  перепутье,  в стороне от рутины иудаизма, его традиций, оказались особенно восприимчивы к новому учению. В скором времени в  христианской  общине  эллинистов становится больше, чем евреев. Эллинисты привносили в христианство либерализм и широту взглядов, т. е. то, к  чему  привыкли  они,  находясь  в крупных метрополиях Средиземноморья. Различия  в  языке,  воспитании,  а следовательно, в нравах, мышлении, мироощущении между эллинистами и  иерусалимскими евреями-христианами оказались столь глубокими, что сгладить их не могла даже общая вера в Иисуса -  Мессию.  Конфликты  между  двумя группами первых христиан были почти неизбежны.
   Первый известный конфликт носил экономический характер: "произошел  у Эллинистов ропот на Евреев за то, что вдовицы их  пренебрегаемы  были  в
ежедневном раздаянии потребностей" (Деян. 6: 1). Апостолы, признав обвинение справедливым, предложили общине избрать семь  человек  (дьяконов),
"исполненных Святого Духа и мудрости", которые  должны  были  "пещись  о столах". В этот комитет семи, судя по именам, вошли  эллинисты:  Стефан,Филипп, Прохор, Никанор, Тимон, Пармен и Николай  Антиохиец,  обращенный из язычников. Апостолы  же  отстранились  от  руководства  хозяйственной жизнью общины, дабы "пребывать в молитве и служении слова".
   Высшее духовенство Иерусалима во главе с первосвященником Иосифом Каиафой, его тестем Анной и саддукейской храмовой  знатью,  казнившее  три года назад Иисуса, с неудовольствием наблюдало за  успехами  назорейской секты, время от времени арестовывая и бичуя ее руководителей  (Деян.  5: 17, 18, 40). В тоже время отношение фарисеев к новой секте  было  скорее благожелательным, чем враждебным, т. к. адепты новой веры  по  строгости нравов и благочестию стояли близко к фарисеям. Ненависть фарисеев к  Иисусу объяснялась, по-видимому, превосходством его ума и иронией, которой Иисус никогда не скрывал, тогда как Апостолы были людьми простыми и  без раздражающей фарисеев иронии. Многие фарисеи приняли  христианство.  Известно, что "Брат Господень" и Апостол  Павел  были  фарисеями.  Гневные слова Иисуса в адрес фарисеев тогда еще не были записаны.
   Самый знаменитый из еврейских ученых того времени фарисей равви Гамалиил, отличающийся терпимостью и широким кругозором, выступил в синедрионе в защиту свободы евангельской проповеди: "Если это предприятие и это дело - от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не  можете разрушить его, берегитесь, чтобы вам не оказаться богопротивниками" (Деян. 5: 39). Этот мудрый совет, естественно, не был услышан саддукеями.
   Между тем в назорейской общине на первый план вывинулись эллинисты во главе с дьяконом Стефаном, "исполненным  веры  и  силы",  темпераментным
проповеником, навлекшим на общину шквал гонений. Он был обвинен  лжесвидетелями в произнесении "хульных слов на Моисея и на Бога",  "на  святое
место сие (Храм) и на Закон", а также в том, что  говорил  будто  "Иисус Назорей разрушит место сие и переменит обычаи, которые передал нам  Моисей" (Деян. 6: 11 - 14).
   Перед судом синедриона Стефан выступил не с защитительной, а  с  пламенной обличительной речью, вызвавшей всеобщую ярость и  скрежет  зубовный: "Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы..." (Деян.  7:  51,  52).  Надо сказать, что и ветхозаветные пророки с пафосом обличали грехи  евреев  в целом, как этноса, так что Евангелист Лука здесь не отходит  от  установившихся пророческих традиций. Святой  Стефан,  первый  мученик  христианства, еврей-эллинист был выведен за город и побит  камнями.  При  этом исполнители казни "положили свои одежды у ног юноши, именем Савла",  что по иудейской традиции означало не самосуд толпы, что тоже было бы неудивительно после всего сказанного Стефаном, а исполнение приговора  синедриона.
   "В те дни произошло великое гонение на церковь в Иерусалиме,  и  все, кроме Апостолов, рассеялись по разным местам Иудеи и Самарии...  А  Савл терзал церковь, входя в домы, и, влача мужчин и женщин, отдавал в темницу" (Деян. 8: 1, 3). Из этого и последующих текстов следует,  что,  несмотря на кровавый террор, Апостолы  остались  в  Иерусалиме,  продолжали свою деятельность, выступали публично в городе  и  во  дворе  Храма,  не встречая никаких препятствий как со стороны властей, так и жителей Иерусалима. По своей воле они отправлялись и возвращались в Иерусалим,  поддерживая связь с возникающими в Иудее и Самарии христианскими общинами.
   Юноша Савл, агент синедриона, жестокий гонитель христиан,  прозревший по пути в Дамаск и принявший христианство вместе с именем Павел, возвра-
щается в Иерусалим и, не чувствуя вины, идет к Петру и Иакову.  Апостолы без обиды за гонения покровительствуют ему и, узнавши о  готовящемся  со
стороны эллинистов покушении на Павла, отправляют его в Кесарию, а затем в Тарс (Деян. 9: 30).
   Как следует понимать автора Деяний? Что это за гонения, когда руководители назореев не прятались и вели себя так, словно им ничто не угрожало? Ответ здесь может быть следующим. Эллинист Лука, когда говорит,  что "все... рассеялись по разным местам Иудеи и Самарии", имеет  в  виду  не всех христиан, а только эллинистов, т. е. евреев-христиан диаспоры, "говорящих и живущих по-гречески". Иерусалимские евреи-христиане, ничем  не отличающиеся от правоверных иудеев, кроме веры в свершившееся пришествие Христа, не являлись объектом преследований Савла. Очевидно, что  фарисей Савл не видел существенной разницы между назореями,  ессеями  и  другими иудейскими сектами. Вера в Мессию отнюдь не считалась преступлением, ибо была предсказана пророками. Зато эллинисты,  оказавшиеся  в  Иерусалиме, естественно должны были выделяться из  общей  массы  иудеев,  во-первых, языком, во-вторых, всем своим поведением, шокирующими взглядами при  об-суждении щекотливых тем и т. д. Эллинисты были как  бы  другим  этносом, чужеродным элементом, опасным нацменшинством, пятой  колонной  иудаизма. Процесс отчуждения двух назорейских группировок - эллинистов и евреев  - стал необратимым, несмотря на продолжающиеся контакты их руководителей - Павла, Варнавы, с одной стороны, и Петра, Иакова, с другой.
   Эллинисты и были объектом жестоких преследований со стороны синедриона, пекущегося о чистоте веры и о том, чтобы чужаки-смутьяны своими  во-инственными и экстремистскими выступлениями не навлекли ответной реакции римлян, как это не раз бывало в прошлом. Описанный конфликт можно  расс-
матривать не как чисто религиозный, а как межэтнический. Таким  образом, церковная традиция в части преследований христиан в 35 - 36  гг.  н.  э. должна быть уточнена, иначе текст Деяний Апостолов  становится  двусмысленным.
   Именно в эти годы новое учение начинает отрываться  от  своего  иудаистского ствола. Рассеяние христиан-эллинистов началось, как  мы  видим, до апостольских миссий Павла, Варнавы и Филиппа. Страсти Святого Стефана подожгли христианский бикфордов шнур, пламя от которого через десять лет охватит многие города Средиземноморья. Если бы не  эллинистический  элемент в назорейской общине Иерусалима, то возможно, что христианство  как мировая религия вообще бы не состоялось. Это была бы одна из многих  иудаистских сект, влачащих жалкое существование в удаленном от Европы  регионе, которая, скорее всего, просто исчезла бы с исторической сцены  по закону внутреннего разложения или в катаклизме надвигающихся войн.
  

 3.4. Еврейская диаспора
   Христианская проповедь распространялась первоначально  лишь  в  одном направлении - по пути миграции  евреев.  Еврейская  диаспора  охватывала многие провинции Римской Империи - Сирию, Малую Азию, Кипр, часть  городов Греции, Македонии, Италии, Египта. Эти провинции омывались Средиземным морем, очищенным со времен Цезаря  от  пиратов,  что  способствовало торговым контактам. В столицах и крупных городах римских провинций - Антиохии, Эфесе, Афинах, Александрии, Риме существовали в то время  центры иудаизма. В этих центрах сконцентрировалась первоначально вся творческая работа христианских проповедников.
   В наше время известно, как существуют национальные общины,  например, греков и армян в России, русских во Франции и Америке, украинцев в Канаде. Их связывают общий язык, вера, воспоминания о Родине, общие  проблемы. Впрочем, первое, что утрачивают национальные меньшинства в  диаспоре - это язык. Обычно третье поколение иммигрантов забывает родной  язык  и говорит на языке коренного народа. Так было и с евреями диаспоры,  говорящими на греческом или латинском. Но еврейские общины уже в те  времена отличались компактностью, необычайной спаянностью и внутренней  изолированностью от окружающего мира. Они жили по предписаниям Торы внутри  чужих городов под управлением своих синагог, издающих декреты и  выполняющих функции городских властей. Еврейские  гетто  Александрии,  Антиохии, Рима были созданы самими евреями с  целью  удобства  организации  уклада жизни в соответствии с требованиями религии. Религиозные  вопросы  здесь преобладали над политическими и составляли,  по-существу,  смысл  жизни. Благочестивые  евреи  таких  общин  были  полны  добродушия,  веселья  и чувствовали себя вполне счастливыми, несмотря на жестокость и  презрение окружающего мира.
   В Александрии и Салониках влияние еврейских общин было значительно  и в некоторых случаях определяло внутренний  распорядок  городской  жизни,
например, соблюдение субботы, постов и других обрядов иудейства.  Многочисленная еврейская община Рима представляла силу, сопротивление которой
Цицерон называл актом мужества. При дворе римских императоров обретались многие члены дома Иродов, выполняющие иудейские обряды  с  царской  пыш-
ностью. Отношение римских цезарей к иудеям колебалось в различные периоды от преследований до покровительства. Александрийский еврей  Александр
Тиберий был прокуратором Иудеи, а затем наместником Египта.
   Римские власти предпочитали не вмешиваться в самоуправление иудейских общин, довольствуясь сбором налогов и  предоставляя  им  даже  некоторые
льготы. Так, например, статуи римских цезарей не украшали иудейские храмы. Иудеи имели право чеканить монету без изображения римских  императоров и были освобождены от службы в римских легионах.
   Завоевательные походы римлян привели к покорению огромных территорий. Рим триумфально демонстрировал побежденных, награждал легионеров рабами,
переселял целые народы, что привело к известной  этнической  мешанине  в пределах империи, и особенно в Италии. Поэтому  существование  иудейских
общин, как и других национальных групп среди коренных наций, проходило в целом спокойно, за исключением отдельных специально провоцируемых  вспы-
шек насилия. Крупных богатств в те времена евреям тогда не принадлежало, поэтому зависть их не преследовала. Они перебирались из города  в  город
нищенствующими группами наподобие цыганских таборов, и образ еврея,  нищего еще во чреве матери, являлся литературным персонажем той эпохи.
   Тем не менее отношение к иудеям диаспоры со стороны  местных  народов характеризовалось антипатией, переходящей во враждебность. Причиной тому
был непонятный замкнутый образ жизни, резко выраженная  неуживчивость  и высокомерие, отвращение к почитаемым всеми богам, запрет на определенные
виды пищи, мелочное соблюдение ритуалов и т. д. Особым предметом  насмешек было обрезание, завещанное через  Моисея  Богом,  как  отличительный
знак избранничества еврея. В иудейских общинах видели  тайные  общества, враждебные остальным этническим группам. По ходу  истории  эти  свойства
евреев сохранятся, а враждебность к ним окружения усилится в силу  религиозных и экономических факторов. Выдающиеся римские философы и  писатели: Тацит, Светоний, Цицерон, Ювенал, Квинтиллиан - никогда не  скрывали своей ненависти и презрения к иудеям.
   В то же время на фоне общего упадка нравов и верований, расцвета коррупции, дикого разврата и преступности иудейские общины выделялись светлыми пятнами. В них царили добрые нравы, серьезность, простые обычаи. Их религиозный закон был законом социальным, направленным вглубь человека и семьи, что создавало устойчивость жизни. Их единобожие внушало тем,  кто хотел в этом разобраться, сознание истины и чего-то высшего. Все это существенно усилилось с развитием христианства внутри  иудейских  общин  и параллельно с ними. Для многих в те времена христианство было неотличимо от иудаизма. Бедность здесь без зависти взирала на богатство,  во  внутреннем устройстве жизни просвечивался  дух  семейственности  и  патриархального добродушия. Все это резко контрастировало с окружающей действительностью городов, являющихся средоточием грязи и отвратительных  пороков.
   Особенно привлекательным иудаизм был в глазах женщин.  Монотеизм  иудейского толка становился господствующим в Сирии.  Например,  в  Дамаске
большинство женщин исповедовало иудейскую веру, хотя еврейское население города было сравнительно невелико. Приняла иудаизм царская семья, правя-
щая в Адиабене на Тигре и Мезене. Большое число обращенных появляется  в Аравии и Эфиопии. Иудаизм подпитывался язычниками при условии соблюдения
ими ритуалов и уважения Торы. "Один устав пусть будет у вас и  для  пришельца, и для туземца" (Чис. 9: 14). Еврейская религия в первой половине I века н. э. достигла максимальных успехов. Слава  Иерусалимского  Храма как одного из святилищ мира распространяется далеко за пределы Иудеи.
   В таких исторических  условиях  происходило  распространение  христианства первоначально внутри иудейских общин диаспоры  среди  эллинизиро-
ванного еврейства.

   3.5. Великие миссионеры
   После гонений 37-го года Благая Весть разносится по селениям  Самарии и Иудеи, а затем Финикии, Кипра и Антиохии.  Выброшенное  из  Иерусалима
молодое эллинистическое руководство христианской общины в лице Варнавы и Филиппа с жаром приступает к служению Иисусу, "никому не проповедуя слова, кроме иудеев". "И великое число,  уверовав,  обратилось  к  Господу" (Деян. 11: 19, 21).
   Начавшийся духовный процесс неизбежно должен был вырваться  из  узких рамок еврейской диаспоры в безбрежный языческий мир.  Десятки  еврейских
общин оказались теми трамплинами, оттолкнувшись от которых новая религия никогда уже не вернется в старое русло. От каждой иудейской общины потя-
нулись ручейки христианства, слившиеся вскоре в единый поток  христианского сознания. В идеологическом плане поток ограничивался двумя ортодоксиями: иудейской и языческой. Апостола Павла будут гнать как лидеры  синагог, так и мудрецы афинских храмов. Но, пока фарисей Савл  не  превратился в Апостола Павла, обращение язычников в христианство было штучными актами.
   Первый прецедент такого рода - крещение диаконом Филиппом безымянного "евнуха царицы эфиопской и хранителя сокровищ", знакомого  с  иудейством
прозелита. Случившееся произошло без свидетелей в пути из  Иерусалима  в Газу и не имело впоследствии никакого резонанса.
   Второе такое же событие - это обращение в христианство римского  центуриона Корнилия и домочадцев его, которых окрестил Апостол  Петр,  прибывший с миссией вместе с братьями во Христе в  город  Иоппию.  Крещение благочестивых, но необрезанных язычников могло бы не состояться, если бы не видения, трижды явившиеся Петру, и внушения Святого Духа. После этого Петр сказал язычникам: "...вы знаете, что  Иудею  возбранено  сообщаться или сближаться с иноплеменником; но мне Бог открыл, чтоб я не почитал ниодного человека скверным или нечистым". "И верующие из обрезанных,  пришедшие с Петром, изумились, что дар Святого Духа излился  и  на  язычников..." (Деян. 10: 28, 45).
   Петру, вернувшемуся в Иерусалим, пришлось давать серьезные объяснения евреям-христианам, упрекавшим его, "говоря: ты ходил к людям  необрезанным и ел с ними" (Деян. 11: 3). Это было  неслыханным  нарушением  назорейских традиций, граничащим со святотатством, и только ссылка на Святого Духа, сошедшего на язычников, примирила спорщиков. "Выслушав это, они успокоились и прославили Бога, говоря: видно и язычникам дал Бог  покаяние в жизнь" (Деян. 11: 18). Впоследствии Петр воздерживался от  личного участия в обращении в христианство  необрезанных  язычников.  Внутренний мир и благолепие в общине продолжалось шесть или семь лет  до  появления на авансцене христианства Апостола Павла.
   Апостол Павел (Савл) родился в 12-м году н. э. в  киликийском  городе Тарсе в семье, считавшейся принадлежащей к колену Вениаминову (Рим.  11:1). Его отец - благочестивый фарисей - имел римское гражданство и обучал сына ткачеству, а позже богословию в иерусалимской школе Гамалиила Старца (Деян. 22: 3). Однако юноша Савл оказался плохим учеником  Гамалиила, проповедующего терпимость и умеренность, так как вскоре возглавил  преследование христиан-эллинистов в Иерусалиме. Это было в период царствования сумасшедшего Калигулы, когда деморализованная римская  администрация уступала свои функции местным правителям и фанатикам.
   Для продолжения преследований Савл  отправляется  в  Дамаск  с  верительной грамотой первосвященника Феофила, сына Анны. По дороге  он,  ос-
лепленный, падает на землю и слышит слова: "Савл! Савл!  Что  ты  гонишь Меня? Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я  Иисус,  которого ты гонишь; встань и иди в город, и сказано будет тебе, что тебе  надобно будет делать" (Деян. 9: 4 - 6).
   Это был горький час фарисея Савла. Обладая пылкой душой, он вдруг переполнен сомнениями. Савл неожиданно чувствует обаяние тех кротких муче-
ников, которых он безвинных отправлял на смерть. Ужас за содеянное и муки совести терзают его. И Савл перерождается. Он становится  самым  ревностным, самым энергичным и бесстрашным Апостолом христианства. Фанатизм Савла, видимо присущий этому горячему, экзальтированному человеку, меняет знак. С этого момента христианство получает своего первого  рыцаря  и организатора. Огромную созидательную деятельность  этой  могучей  натуры трудно переоценить.
   Первый пыл своей апостольской души Павел проявил в Дамаске и  Аравии, где с 38-го по 41-й год н. э. проповедовал среди  христиан,  которым  он внушал страх, т. к. они помнили его своим гонителем, и иудеев,  фанатизм которых он сам еще недавно направлял и олицетворял. При этом Павел  выступает в синагогах один, без поддержки какой-либо школы и мандата  иерусалимских Апостолов. Его отличают сомоуверенность и пылкость. Он  "смело проповедовал во имя Господа Иисуса" (Деян. 9: 28). Иудеи, видя в нем богоотступника, вознамерились убить его. Павел бежит из Дамаска и прибывает в Иерусалим. Однако вхождение в круг  учеников  Иисуса,  естественно, затруднено, так как все смотрят на Павла со страхом и подозрением. Решающую роль здесь сыграло ручательство Варнавы, и Павлу  разрешают  выступить перед Апостолами, а затем и перед братией.
   Поступок мудрого и благородного Варнавы заложил основы горячей дружбы и совместной миссионерской деятельности этих двух великих христиан. В то
же время отношения Павла и Апостолов были весьма холодными, так как  все помнили его прискорбное прошлое. Кроме того, Павел не  знал  Иисуса,  не
получал от него наставлений и то, что он таким образом примкнул к  христианской общине, все это ставило его в глазах Апостолов на второе место.
   С другой стороны, независимый характер Павла, склонность к лидерству, более глубокое в иудаистскском смысле образование, необычайная энергия в
делах и вера в свое призвание требовали для новообращенного члена общины совсем иного амплуа. Различие воспитания, характеров и взглядов  рождало
стену отчуждения между Павлом и Апостолами.  Его  общение  в  Иерусалиме происходило, в основном, лишь с Петром и Иаковом,  Братом  Господним,  и
длилось всего пятнадцать дней (Гал. 1: 18, 19). Преследуемый теперь  уже эллинистами Павел бежит из Иерусалима в Кесарию, а затем в  свой  родной
Тарс, где пребывает в мучительном бездействии около двух лет.
   В это время Апостолы поручают Варнаве идти в Антиохию. Варнава,  "муж добрый и исполненный Духа Святого и веры", плодотворно  благовествует  в
Антиохии и делает ее второй столицей христианства. В 45-м г. н. э.  Варнава приглашает в Антиохию Павла и вторично вводит его в братство  христиан. "Целый год собирались они в церкви и учили немалое число людей,  и ученики в Антиохии в первый раз стали называться христианами" (Деян. 11:26). Новая церковь получает здесь свое имя,  начинает  существовать  отдельно от иудаизма и становится сама собой.
   Антиохия - полумиллионный город, третий по численности после  Рима  и Александрии, "столица Востока", резиденция  римского  наместника  Сирии, город с четырехвековой историей и невообразимым смешением рас,  народов, обычаев, культов, верований. Основные языки Антиохии - греческий  и  си-
рийский. Наиболее многочисленные группы населения - греки, сирийцы и евреи. Античные авторы - Ювенал, Тацит, Малала, Ливаний пытались дать  понятие о степени растления жителей Антиохии, называя  их  диким  скопищем шутов, шарлатанов, мимов, чудотворцев, колдунов,  обманщиков  и  жрецов, праздной и склонной к мятежам чернью, а саму Антиохию - городом  скачек, танцев, процессий, торжеств, вакханалий, безумной роскоши, вредных  суеверий, фанатичных оргий и всех мыслимых и немыслимых видов разврата.
   Официальная религия - многобожие - становилась все более и более  несостоятельной, а бессодержательные языческие обряды - все менее удовлет-воряющими души людей. На фоне этой веселой, беспутной и распутной  жизни иудейские общины с вкрапленными в  них  христианами  представлялись  для
многих островками спокойствия и порядка. Поток  прозелитов  нееврейского происхождения усиливался. Мешанина культов и этносов, либерализм  взгля-
дов антиохийцев и общий греческий язык способствовали религиозной пропаганде. Миссионеры Кипра и Киринеи, а затем Варнава с Павлом  просто  вы-
нуждены были в таких условиях проповедовать слово Божие как евреям,  так и грекам. Кастовый принцип, господствующий в иерусалимской общине, здесь
был нарушен с самого начала. Христианами становятся  как  евреи,  так  и язычники греки и сирийцы. Однако все старейшины  антиохийской  церкви  -
евреи. Это - Симеон, по прозвищу "Нигер", Люций Киринеянин, Менахем. Новообращенные язычники еще не занимают высокого  положения,  так  как  не
блистают риторикой и знаниями. Это низшие классы общества, простой люд и рабы.
   Далекий Иерусалим остался городом Божьих нищих. Вся касса иерусалимской общины шла на пропитание бедных. Еврейский коммунизм породил нищету,
и антиохийская церковь, привлекшая богатых прихожан,  оказывает  материальную поддержку христианам Иудеи.
   От грекоговорящей антиохийской церкви отделяется  секта  христиан-сирийцев, говорящих по-сирийски и называемых ныне маронитами. Как это часто бывает между родственными движениями, отношения греческой и сирийской церквей рано приобрели соперничающий, а затем враждебный характер.
   Варнава и Павел своей благотворной деятельностью сумели создать в Антиохии барьер против общей безнравственности. Со временем Антиохия  станет родиной столпников и отшельников.
   Итак, спустя 8 - 10 лет после гонений на эллинистов и бегства  их  из Иерусалима иудейская община Антиохии количественно и качественно изменяется. Собственно еврейская часть общины распадается на ортодоксальную  и христианскую. С внешней стороны к иудейской общине  примыкает  многочисленный слой "богобоязненных" - полуязычников-полуиудеев, верящих в  единого Бога и Мессию, признающих моральный кодекс  иудеев,  участвующих  в
молениях, но находящихся при этом вне синагог за отказ выполнить  ритуал обрезания, нарушение запретов на пищу и других иудейских правил.  Именно
этих людей вовлекает в христианство проповедь Варнавы. Павел  и  Варнава требуют от язычников лишь веры в Иисуса Христа и освобождают их от непо-
нятных иудейских правил.  Это  был  порыв  революционного  духа,  свидетельствующий об уме и смелости Павла и Варнавы - евреев,  воспитанных  в
строгих фарисейских традициях.
   Значение этого шага можно в полной мере оценить,  если  помнить,  как живой Иисус презрительно относился к иноверцам: "Я послан только  к  погибшим овцам дома Израилева" (Мф. 15:  24).  Этот  сложный  богословский вопрос Павел решил однозначно, и задолго до  написания  Евангелий.  Если проанализировать суть доктринальных споров Павла с Апостолами, то  можно сказать, что именно точка зрения Павла,  смело  эллинизирующего  христи-
анство, послужила основой последних глав всех Евангелий, где  воскресший Иисус напутствует учеников нести свет Его учения всем народам. Да и  са-
мих споров между Павлом и Варнавой, с одной стороны, и Петром и Иаковом, с другой, не было бы, если бы в то время  существовало  прямое  указание
воскресшего Христа об отношении к язычникам.  Какими  бы  прекрасными  и святыми людьми ни были бы Апостолы, их кастовое мировоззрение не  позво-
лило бы христианству стать мировой религией.
   Из Антиохии Варнава и Павел планируют  и  осуществляют  миссионерские поездки по Малой Азии, Греции, Италии, островам и побережью  Средиземно-
морья. Начинается эллинистический этап развития христианства,  вовлекающий огромные разноплеменные массы людей низших сословий и рабов  Римской
Империи. Всего Павлом совершено три путешествия, которые  длились  около двадцати лет. Два из них закончились в Иерусалиме. Павел и его  спутники
- Варнава, Иоанн Марк, Сила, Тимофей посещают десятки городов и  портов, подолгу живя в некоторых из них. Они проповедуют в синагогах, на улицах,
в частных домах, в языческих храмах. Приход Павла в город  обычно  начинался с проповеди в синагоге, где по традиции мог выступать любой прихожанин. Многие слушатели, уверовав, присоединялись  к  Павлу.  Иногда  же проповеди принимали драматический оборот, и Павлу приходилось  спасаться
от разъяренных иудеев.
   "Деяния" содержат описание 5 - 6 таких случаев, когда Павла  побивают камнями, просто избивают, арестовывают, либо он спасается бегством. Если
проанализировать тексты "Деяний", то можно понять, что конфликты начинались тогда, когда Павел затрагивал интересы местных авторитетов - законников, привыкших к послушной пастве. Пламенные речи Павла подобно метеоритам врывались в  тихую,  благостную  атмосферу  синагог,  эмоционально
взрывая традиционный порядок служб. У руководителей синагог всегда находились фанатичные сторонники, требовавшие, как минимум, изгнания из храма этого чужака-еретика.
   Возможно, что причиной конфликтов была одержимость, присущая характеру Павла, то мощное эмоциональное поле, которое он привносил с  собой  в
доселе тихие еврейские собрания. При этом взрывы ярости обрушивались почему-то только на его бедную голову, тогда как Варнава,  Сила,  Тимофей,
также участвовавшие в этих диспутах, оставались  неприкосновенными.  Понятно, что после общения с иудеями-ортодоксами и пережитых, мягко  говоря, неприятностей, Павлу особенно легко было проповедовать  язычникам  -грекам. Незакомплексованные греки оказались  более  благодарной  и,  что особенно важно, намного более многочисленной аудиторией, чем  иудеи.  На основании "Деяний" трудно сказать, какой процент иудеев пошел за Павлом. Возможно, что половина членов общин, возможно, менее половины. Об этом в "Деяниях" говорится много раз, но всегда расплывчато:  "Многие  Иудеи  и чтители Бога, обращенные из язычников, последовали за  Павлом  и  Варнавою..." (Деян. 13: 43); "...уверовало великое множество Иудеев  и  Эллинов..." (Деян. 14: 1). Как бы то ни было, но центры иудаизма становились в то время и центрами христианства. Сбывалось пророчество Захарии -  эллинский мир хватался за одежды евреев и просил: "...введите нас в  Иерусалим..." (Зах. 8: 23). Это была непризнанная христианским миром историческая заслуга еврейского народа. Самое интересное, что евреи никогда не гордились тем, что они создали христианство. Например,  среди  множества довольно регулярных публикаций в еврейских  издательствах  о  знаменитых представителях этой нации можно встретить философов, ученых,  писателей, Нобелевских лауреатов, но никогда в них  не  упоминаются  имена  Иисуса, Апостолов, Павла, Варнавы. А ведь именно эти  личности  запустили  новые часы в истории человечества. Сам Павел на суде  синедриона  с  гордостью подчеркивал свое иудейское происхождение. А почему бы евреям  не  погордиться своим великим соплеменником? Ведь гордятся же они пророками  Исайей и Иеремией! Разве у такой личности, как Павел, калибр меньше?
   Попытка Павла проповедовать слово Христа среди ученых греков в  Ареопаге закончилась полной неудачей. "Услышав о воскресении  мертвых,  одни
насмехались, а другие говорили: об этом послушаем тебя в  другое  время" (Деян. 17: 32). Философия стоиков была резко враждебной христианству.
   Иерусалимский собор, заслушавший в 51 г. н. э. отчет Павла и  Варнавы об обращении язычников, устами Апостолов Петра и Иакова, Брата Господня,
одобрил деятельность этих великих миссионеров, освободил  язычников-прозелитов от иудейского обряда обрезания, обязав их лишь в самом необходимом: "Воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавлены и блуда,  и не делать другим того, чего себе не хотите" (Деян. 15: 29). Таким  образом, обрядовая формула приема в христианство для  греческого  мира  была предельно упрощена. Иерусалимский собор как бы официально признал  Павла Апостолом и разделил сферы влияния Павла и Петра: "Мне вверено благочестие для язычников, как Петру для обрезанных" (Гал. 2: 7).
   Отношение Павла к богатству и богатым людям было сугубо  прагматическим и отличным от известного изречения Иисуса: "Удобнее верблюду  пройти
сквозь игольные уши, нежели богатому войти в  Царство  Божие"  (Мф.  19: 24). От богатых людей Павел требует, "чтобы они не высоко думали о  себе и уповали не на богатство неверное, но на Бога живаго... чтобы они  благодетельствовали, богатели добрыми делами, были щедры" (1 Тим.  6:  17). Идея обобществления имущества представляется Павлу утопической помехой в развитии новой религии. Ее основатели не считали социальные проблемы актуальными ввиду ожидаемого Царствия Небесного.
   Стремясь легализовать христианство в  глазах  римской  администрации, Павел открыто поддерживает институт рабства: "Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти, со страхом и трепетом, в  простоте  сердца  вашего,  как Христу" (Еф. 6: 5). Здесь Павел забывает, что человек сотворен по образу и подобию Божьему, и относится к рабству спокойно,  как  человек  своего времени. Впоследствии Блаженный Августин и Иоанн Златоуст откорректируют учение Павла и объяснят рабство людей наказанием за их грехи.
   Как у всех первопроходцев, путь Павла не был усыпан розами. В  58  г.н. э. после третьего миссионерского путешествия он возвратился в Иерусалим. В указанное время Иудеей правил римский прокуратор Феликс, синедрион возглавлял первосвященник Анания, христианскую общину -  Иаков,  Брат Господень. Тетрарх Ирод-Агриппа II властвовал в Кесарии Филипповой.  Иудейский пророк Агав предупредил Павла о грозящей ему в Иерусалиме  опасности, но Павел пренебрег этим. Тогда обстановка в Иудее была чрезвычайно напряженной из-за жестокого произвола и вымогательств  римской  администрации, ответного терроризма еврейских патриотов, то и дело возникающих и подавляемых восстаний. Волна национализма и религиозного фанатизма стремилась к своему апогею, так как на карту было  поставлено  само  существование еврейского народа. Малейшее  отклонение  от  ортодоксального иудаизма считалось преступлением в глазах патриотов-фанатиков.
   Встречу Павла с Иаковом нельзя считать дружественной.  Присутствовавшие при встрече пресвитеры "сказали ему:  видишь,  брат,  сколько  тысяч
уверовавших Иудеев, и все они - ревнители Закона; а о  тебе  наслышались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению  от
Моисея, говоря, чтоб они не обрезывали детей своих  и  не  поступали  по обычаям" (Деян. 21: 20, 21). Иаков потребовал от Павла семидневного  покаянного очищения в Храме. Для Павла, призванного к служению самим Иисусом, это было унижением, однако, он совершает очищение, как бы этим  самым сближаясь с еврейским народом и  назореями.  Несмотря  на  это,  иудеи-фанатики обвиняют Павла в том, что он, якобы, ввел в  Храм  язычника Трофима Ефесянина. В городе начинается смута. В дело вмешивается римский тысяченачальник, и Павел оказывается перед  судом  синедриона,  где  его предварительно по приказу Анании "бьют по устам".  Однако  синедрион  не являлся монолитной организацией из-за религиозного раскола на  саддукеев и фарисеев. Этим воспользовался обвиняемый. Павел "возгласил в синедрионе: мужи братья! я фарисей, сын фарисея; за чаяние  воскресения  мертвых меня судят" (Деян. 23: 6). "Сделался большой крик",  и  книжники-фарисеи оправдали Павла.
   Однако против Павла зреет новый заговор фанатиков, и, чтобы  предотвратить убийство его, тысяченачальник отправляет Павла под охраной из Иерусалима в Кесарию к прокуратору Феликсу. Взяточник и вымогатель  Феликс в ожидании того, что Павел заплатит ему, продержал  римского  гражданина Павла в тюрьме два года. В 60 г. н. э. прокуратором  Иудеи  стал  Порций Фест, и суд возобновился. Процесс над Павлом проходил публично по  римским законам. Обвинителем со стороны первосвященника Анания выступил  ритор Тертулл: "Нашедши сего человека язвою общества, возбудителем  мятежа между Иудеями, живущими во вселенной, и представителем назорейской  ереси, который отважился даже осквернить Храм..." (Деян. 24: 5,  6).  Судья Фест и царственный эксперт по  иудейской  теологии  Ирод-Агриппа  II  не пришли ни к какому решению. "И сказал Агриппа Фесту: можно было бы освободить этого человека, если бы он не потребовал суда у кесаря. Посему  и решился правитель послать его к кесарю" (Деян. 26: 32).
   О римском периоде жизни Апостола Павла известно прискорбно мало.  Ему позволено было жить отдельно, но с воином, стерегущим его. В Риме, как и
везде, он проповедовал среди иудеев учение о Царстве  Божием,  при  этом "одни убеждались словами его, а другие не верили". Здесь, как  и  везде, после слов Павла: "Да будет вам известно, что спасение  послано  язычникам: они и услышат" - возникал религиозный раскол среди евреев,  которые уходили, "много споря между собою" (Деян. 28: 29).
   В Риме Павел оказался одиноким и брошенным всеми человеком. "При первом моем ответе никого не было со мною, но все меня оставили. Да не вменится им!" (2 Тим. 4: 16). Закованный в кандалы, он некоторое время  содержался в тюрьме. "Ты знаешь,что все Асийские оставили меня, в том числе и Фигелл, и Ермоген. Да даст Господь милость дому  Онисифора  за  то, что он многократно покоил меня и не стыдился уз моих, но, быв в Риме,  с
великим тщанием искал меня и нашел" (2 Тим. 1: 15, 16).
   Как окончил свои дни этот великий христианин? История не дает ответа. По церковной версии, Павел погиб в правление Нерона во время гонений  на
христиан. По другой версии он отправился с проповедью в Испанию,  будучи приговорен судом кесаря к изгнанию. О намерении донести туда Слово Божие
сам Павел дважды упоминает в послании к римлянам (15: 24, 28).
   После Христа Павел, несомненно, первая фигура  в  христианстве.  Если Христос - создатель учения, то Павел - создатель церкви. Его успех история объясняет умом, смелостью и  энергией.  Но  есть  еще  одно  великое свойство, которое придавало его словам неотразимость  и  убедительность. Это свойство - любовь к человеку. Именно  ее  ставил  Павел  в  качестве главной задачи своей миссии, она была целью и средством.  Христиане  никогда не должны забывать апостольский гимн любви:
   "Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не  имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание  и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто.
   И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а  любви не имею, нет мне в том никакой пользы.
   Любовь долготерпит, милосердствует, любовь  не  завидует,  любовь  не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не  раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине;
   Все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.
   Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и  языки
умолкнут, и знание упразднится" (1 Коринф. 13: 1 - 8).
   Пройдет время, и церковь станет мощной  организацией,  контролирующей государей и государства. Метод убеждения, которым так искусно пользовался основатель церкви, будет отвергнут  как  неэффективный  и  медленный. Христианские государи с благословения римских пап будут отправлять в за-
морские и незаморские страны воинства для  обращения  язычников  в  веру Христову. Любимым и единственным методом этих  воинов-миссионеров  будет
меч и огонь. Так действовали испанские конкистадоры в Америке и немецкие крестоносцы в Польше и Литве. Зверства, творимые участниками религиозных
войн, останутся вечным позором христианства.

   4. ЕВРЕИ ПОСЛЕ РАЗРУШЕНИЯ ХРАМА
   Иудейская война 66 - 73 гг. н. э. с ее сокрушительным для евреев  результатом ввергла в длительный шок нацию, устойчивость которой зиждилась на незыблемости договора с Богом. Если Господь допустил разрушение  Храма, служившего центром еврейского мира, то сможет ли в будущем пламенная
вера Израиля совершать свой подвиг и надеяться при абсолютном отсутствии всякой надежды? Иерусалим превратился в груду  камней,  уцелевшие  иудеи
разбрелись по выжженной стране в поисках крова и пищи, общественное  богослужение прекратилось. Результатом войны было  поголовное  истребление
сикариев и зелотов,  исчезновение  священнической  аристократии,  жившей Храмом, истощение всех источников доходов и ужасающая нищета.
   В пламени войны уцелели лишь фарисеи  -  умеренная  и  добродетельная буржуазия, заблаговременно покинувшая горящий Иерусалим. В пламени войны
уцелели и евреи-христиане, или иудео-христиане (назаряне, евиониты), бежавшие в 68 г. н. э. еще до разрушения Храма в город Пеллу в Заиорданье. И иудейскому большинству, и христианскому меньшинству предстояло  многое осмыслить, нащупать ориентиры для дальнейшей жизни.
   Единственное, что осталось у еврейского народа после катастрофы,  это Закон и небольшая группа ученых - толкователей Торы, заменивших  священников, которые стали теперь уже ненужными. Один из  них  -  Иоханан  бен Заккай, член бывшего синедриона и один из вождей "партии мира" -  в  какой-то мере повторил судьбу Иосифа Флавия. В последние дни осады Иерусалима он тайно покинул город, сдался римлянам, предсказал Веспасиану  императорский титул и испросил разрешения создать в  городке  Явнея  нечто вроде академии по изучению Торы, или синедриона. Разрешение было получено.
   Иоханан бен Заккай пользовался огромным авторитетом. Его любимым правилом было устанавливать царство мира. Никто не успевал поклониться  ему
первым, включая язычников на рынке. Во многих отношениях его можно  считать последователем Иисуса, хотя он не  был  христианином.  Иоханан  бен Заккай и его коллеги предложили создать для спасения рассеянного  народа некую невидимую духовную границу между  евреями  диаспоры  и  окружающим
языческим миром. Во все еврейские общины они отправляют  наставления  по организации религиозной жизни, жизни в семье и в быту, воспитанию  детей
и т. д. В Явнее, а также в городке Лидде вычисляются и рассылаются в диаспору даты еврейских праздников, тексты ежедневных трехкратных  молитв,
заменяющих храмовые жертвоприношения.
   Преемник Иоханана бен Заккай равви Гамалиил-младший увеличил  известность Явнеи. Он установил порядок проведения  пасхальной  трапезы  с  ее
символикой и другие нормы исполнения Торы в новых условиях. Всем  евреям было предписано обучать детей грамоте и Торе, начиная с пяти лет.  Новые
условия жизни в диаспоре требовали приспособления к ним самой Торы. Ученые Иудеи и Парфии (бывшей Вавилонии) разработали  свод  комментариев  к
Торе, подробнейшее законодательство,  впоследствии,  через  пять  веков, превратившееся в грандиозный литературный памятник - Талмуд.
   Евреи диаспоры добровольно признали этих ученых своими духовными вождями и, находясь во враждебном окружении, делали  все,  чтобы  сохранить
религию, язык, культуру, память о прошлом и надежды на будущее. Это сохранение и выживание требовало поддержания состояния  "народ  в  народе".
Оглядываясь на уникальную историю евреев - единственного народа,  сохранившего в течение тысячелетий, несмотря на гонения и погромы, свою религию, язык и чистоту крови, приходится признать, что дерзкий замысел  Иоханана бен Заккай вполне удался, тогда  как  народ-победитель,  римляне, как и все другие народы, в потоке истории забыли изначальные  религии  и языки.
   Методом сохранения, согласно Талмуду, была строжайшая изоляция иудеев от всех народов. Множились  отлучения.  Прекратился  приток  прозелитов:
"Новообращенные - это проказа Израиля". Установленные еще до  разрушения Храма "восемнадцать мер" - перечень запретов - сейчас строжайше соблюда-
ются. Запрещается покупать что-либо у язычников, запрещается говорить на их языке, принимать их свидетельства, их приношения, запрещается  приносить жертвы императору, принимать пищу вместе  с  язычниками,  требуется очищаться после контактов с ними и т. д. Другими словами, это были  требования абсолютной стерильности евреев во всем и, прежде всего, в духовной сфере.
   Изучение Закона становилось освобождением от ненавистного мира:  тот, кто подчиняет себя игу Закона, освобождается от  ига  политики  и  мира; тот, кто нарушает Закон, достоин проклятия.  Детальнейшая  регламентация жизни порождала мелочность и формализм. Еврейский ум усыплял себя греза-
ми и истощался в казуистике. Казуисты доводили требования, предъявляемые правоверному иудею, до невыносимых уровней и при этом  получали  возмож-
ность проклинать тех, кто не дотягивал до установленной ими произвольной планки. По их мнению, только так могло проявиться правосудие Господне.
   Дух мелочности порождал антипатию у истинно добродетельных людей, для которых формальная сторона всегда является второстепенной. Именно в  это
время евреи-христиане в Пелле начинают отрываться от Закона,  тогда  как иудеи неистово цепляются за него. До этого времени слово "фарисей" понималось христианами в положительном смысле, хотя Иисус полвека тому назад и делал фарисеев мишенью своих острых притч. Вспомним, с какой гордостью заявлял Апостол Павел на суде синедриона: "Я фарисей, сын фарисея"  (Деян. 23: 6). Брат Господень Иаков и члены семьи Иисуса были верными фарисеями. Новое настроение христиан, порожденное требованиями послевоенного формализма, оказало влияние на смысл  слова  "фарисей"  при  составлении Евангелий. Растущее непонимание между евреями-христианами и правоверными иудеями, полемика и появившаяся в связи с этим враждебность придали словам "фарисей" и "иудей" смысл врагов Иисуса.
   Изучение Закона как основы основ жизни евреев порождало  в  некоторых случаях самоуверенность и высокомерие, присущие, впрочем, ученым и наше-
го времени. В этом смысле характерна молитва молодого  иудея,  заимствованная из Вавилонского Талмуда: "Благодарю Тебя, Бессмертный,  мой  Бог,
за то, что по твоей милости я посещал школу вместо того, чтобы, как другие, таскаться по базарам. Я встаю в одно время с ними, но для  изучения
Закона, а не для суетных дел. Я тружусь, как и они, но имею в виду будущую жизнь, тогда как они достигнут лишь могилы" (34).
   Привитое многими поколениями уважение к учению проявилось в  XX  веке внушительным успехом евреев в фундаментальных науках. Советская  власть,
перекрывшая с начала 50-х годов доступ еврейской молодежи в вузы по специальностям - физика, химия и ряду других, совсем не знала  историю  ев-
рейского народа. Разумнее было бы использовать  эту  особенность  евреев для блага СССР.
   К концу первого века в Иудее рождается книга Юдифь. Это  агада  (поэма), отражающая душу народа той эпохи, составленная неизвестным  пламенным патриотом. Книга содержит воспоминания о прошлых поражениях и  предчувствия будущих восстаний против ненавистных римлян. По привязанности к
Закону автор может считаться фарисеем. В то же время уверенность в  том, что Бог любит слабых и отчаявшихся, приближает автора к христианам.
   Иудаизм этой поры состоит из двух полюсов. Первый - это Закон, второй - это пророки, псалмы, поэтические книги, агады - грезы и волнующие  надежды. Ортодоксальные иудеи считали агадистов и христиан, которых они, в сущности, не отличали от агадистов, людьми  несерьезными,  легкомысленно
относящимися к изучению  Торы.  В  процессе  диспутов,  происходивших  в страстной, накаленной атмосфере  синагог,  у  ортодоксальной  части  иудейства вырабатывается резкое неприятие христианства, доходящее до ритуальных проклятий. Вводится обычай тройного проклятия назарян  -  приверженцев Иисуса в синагоге - утром, днем и вечером: "Предателям нет спасения! Злонамеренным гибель! Пусть сила гордости будет ослаблена,  уничтожена, разбита, скоро, в наши дни! Слава, о Бессмертный, тем, кто поражает твоих врагов и гордецов!" Слово "предатели" следует  понимать  в  том смысле, что иудео-христиане не участвовали вместе со всеми в войне  против римлян. Конечно, это не последний случай, когда проклятия  в  храмах будут произноситься в адрес раскольников и еретиков. Гнев правоверных  - святое дело!
   Рождается потребность в точном каноне священных книг. Признанной  основой считаются Тора, пророки и псалмы. Евреи становятся народом  Книги.
Здесь они ищут средство застраховаться от распыления  и  обезличения,  и перед великой целью самосохранения должны были смолкнуть все сомнения  и
споры относительно отдельных частей канона.
   В правление императора Домициана в 81 - 96 гг. н. э. на римские общины евреев и христиан обрушиваются жестокие преследования,  не  затронув-

шие, по-видимому, их восточных собратьев. В 116 - 117 гг. н. э. при Траяне евреи диаспоры поднимают ряд восстаний против римских  правителей  в
Киренаиках, Александрии и на о. Кипр. Эти восстания сразу принимают кровавый межэтнический характер. Греческие и христианские историки  -  Дион
Кассий, Евсевий, Орозий, Аппиан рассказывают о зверствах, на  этот  раз, евреев, убивших в Киренаиках 220000, а  на  Кипре  240000  язычников.  В Египте восстание иудеев  приняло  характер  настоящей  войны,  грозившей распространением на Палестину, Сирию и Месопотамию. Иудеи как  бы  предчувствовали из пророчеств конец ненавистного языческого Рима.
   Ученые Явнеи в это время стремились показать, что  путь  к  душевному равновесию лежит в точном соблюдении Закона, и не побуждали никого к мятежу. Война с евреями продолжалась свыше года и закончилась почти  поголовным их истреблением в Месопотамии и Египте. Могущественная  еврейская община Александрии вместе с Великой синагогой, считавшейся чудом  света, перестали существовать.
   Судьба, постигшая еврейский народ в его затяжном конфликте  с  Римом, печальна и фатальна. Иудея, как римский протекторат, могла бы  существовать не хуже и не лучше других римских провинций и сохранить себя до наших дней. И в других римских провинциях вспыхивали и подавлялись мятежи, но все они сохранили территорию, государственность и население. Ни у одного из подвластных Риму народов не было столь мало шансов на успех  завоевать свободу военным путем, и нигде попытки вырвать ее не были  столь яростны и безоглядны. Историки второй Иудейской войны 132 - 135  гг.  н.э. объясняют ее развитие причинами, прежде всего, религиозного свойства.
   Во-первых, это религиозное притеснение восточных сект Империи на  основании принятых римских законов. Имевшие место в прошлом гонения на иудеев и христиан, которые в глазах римлян были неотличимы друг от  друга, происходили под влиянием каприза отдельных императоров - Калигулы, Нерона, Домициана. В правление Адриана некоторые ритуалы иудейского  вероисповедания объявляются преступлениями. Например, запрещается и  преследуется столь важное в глазах евреев обрезание младенцев.
   Во-вторых, разрушенный Иерусалим - это  святое  для  иудеев  место  - застраивается римлянами и переименовывается в Элию Капитолину.  Из  священных камней Храма возводятся языческие храмы  Юпитера  Капитолийского, Вакха, Сераписа, Астарты, Диоскуров. Близ Голгофы красуются статуи Венеры и Юпитера. В глазах евреев это было святотатством и вызовом.  Они  не хотели возвращаться в этот новый, оскверненный, языческий город.
   И, в-третьих, мессианские надежды, которые всегда двигали  евреев  на борьбу с римлянами, на этот раз персонифицировались  в  конкретную  лич-
ность, вошедшую в историю как Бар-Кохба (арам. - сын звезды).  Настоящее имя этого человека неизвестно, так как умышленно скрывалось его  сторонниками ввиду его мессианской роли. В Талмуде он  назван  Бен-Козиба,  по имени отца, а может быть, местности. Бар-Кохба объявил себя, возможно, в подражание Иисусу, мессией и увлек на борьбу значительную часть  населения Иудеи. Как всегда, за безумство храбрых, но ослепленных людей  пришлось расплачиваться всему народу. Просвещенная часть иудеев и  умеренные фарисеи в движении Бар-Кохбы не участвовали, но и сдержать  экстремистов не сумели. Один из высших еврейских авторитетов того времени равви  Акиба, которого сравнивали с Моисеем и Ездрой, неожиданно  признал  мессианизм Бар-Кохбы, вручив ему жезл командующего и поддержав стремя его  коня. Таким образом, Бар-Кохба стал религиозным  и  военным  руководителем израильского народа.
   Война была продолжительной и опустошительной. Она тянулась более двух лет. Два опытных римских легата Тиней Руф и Публий Марцелл потерпели неудачу в этой партизанской войне на истребление. Лишь посланный императором Адрианом лучший военачальник Рима Секст Юлий  Север  сумел  добиться победы над мятежной Иудеей. В войне погиб и Бар-Кохба.  В  боях  полегло около 180000 евреев. Огромное количество людей умерло от голода и болезней. Иудея превратилась в пустыню с бродящими по ней гиенами.  Уцелевших жителей продали на ярмарках. С равви Акиба римляне содрали  кожу  раскаленными крючьями. Он умер под пытками, крича: "Иегова  наш  Бог!  Иегова
Бог единственный!"
   Благоразумные расплатились за безумцев. По всей Империи началось  гонение против иудаизма. Уцелевших иудеев и евреев диаспоры обложили тяжелыми податями и запретили обряды: обрезание, соблюдение субботы и праздников. Запрещалось изучение Закона и его преподавание. Посвящение в  иудаизм каралось смертью - казнили и раввина, и прозелита. Особенно жестоко преследуются ученые, знатоки Закона. Быть евреем в это время являлось преступлением на всей территории Сирии. Острый период гонений продолжался до смерти Адриана. Вера в дарованную Богом  землю  обетованную  являлась, как известно, одним из догматов Торы. Чтобы подсечь корень иудейских войн в будущем, был издан эдикт, изгоняющий евреев из  Иерусалима  и его окрестностей под страхом смертной казни. Отныне евреи лишались  возможности даже глядеть на священные развалины. Впоследствии им было  разрешено за плату один раз в год поплакать на руинах Храма и помазать маслом камень, означающий то место, где, по преданию, была Святая Святых.
   Уцелевшие ученые, знатоки Торы решают теперь вопросы такого рода: какие предписания Закона позволительно нарушить, а ради  каких  претерпеть мученичество. Соглашаются с тем, что в период гонений  можно  отказаться от всех нормативов Закона, кроме запрета идолопоклонства,  прелюбодеяния
и убийств. При необходимости выбора между соблюдением Закона и  сохранением своей жизни, человек должен выбрать жизнь. В то же  время  соглашались с тем, что должно идти на смерть скорее, чем  нарушить  предписание Закона публично. Все шумные ритуалы и богослужения отменяются - иудаизм, как и христианство, уходит в катакомбы. Обязанность преподавания  Закона признается первенствующей над всеми другими.
   Многочисленные еврейские мученики были лишены того, что было основным у христиан - веры в будущую жизнь. Во всяком случае,  мученик-еврей  был
лишен ясности в этом важном вопросе. Идея о бессмертии постепенно  внедрялась в религиозное сознание Израиля в процессе гонений этого  периода.
А ведь эта идея ввиду массового мученичества становилась своего рода необходимостью. Как можно было утверждать, что многочисленные строгие  ис-
полнители Закона свою награду здесь на земле уже получили? Или Бог несправедлив, или мученики - не святые, а  преступники!  Некоторые  мученики
соглашались скорее объявить себя грешниками, чем усомниться в справедливости Бога. Но таких было не много, во всяком случае, это не носило массового характера.
   Идея загробного воздаяния святым в этот период прошла несколько  фаз. Сначала  предполагалось,  что  мученики  за  веру  получат  тысячелетнее
царствие. Затем, что они вознаградятся духовным вознесением на небо. Далее, вера в правосудие Божие принимала формы,  близкие  к  христианскому
раю. Однако это последнее нигде не возводилось в догмат, так как в  Торе отсутствуют даже намеки на него.
   Так закончилась последняя попытка древних иудеев сохранить свою государственность. Отныне и вплоть до 1948 г. евреи станут кочующей  нацией,
изгоняемой и преследуемой всеми,  нацией  с  историей  беспросветно  печальной и разительно несхожей с историей других народов.  Имеется  ли  в прошлом евреев некая роковая вина, породившая чудовищную вереницу их мучений? Спектр мнений здесь широк, хотя, надо признать, что многие античные, христианские и современные историки выносят  обвинительный  вердикт евреям, считая их нетерпимыми, фанатичными  и  тем  заслуживающими  свою участь. Не будем столь категоричны. Едва ли это так. Старая, мудрая Клио не отказывает в сочувствии побежденным, даже если  они  жили  и  воевали иначе, чем представляется теоретикам  в  уединенной  тиши  академических библиотек.

 
  5. ИУДЕО-ХРИСТИАНЕ ПОСЛЕ РАЗРУШЕНИЯ ХРАМА
   А что же евреи-христиане, бежавшие в 68 г. н. э. в Пеллу? Какова была их судьба после разрушения Храма? Еще будучи в Иерусалиме,  христианская
община возглавлялась родственниками Иисуса. Первый Иерусалимский епископ - Иаков Праведный, "Брат Господень" был казнен в смутное время в  62  г.н. э. по приказу первосвященника Аннания. Он руководил общиной  христиа 18 лет, пользуясь огромным авторитетом у жителей Иерусалима. Этот  авторитет зиждился на строгих, аскетических, назорейских принципах,  унаследованных, видимо, в семье отчима Иисуса - Иосифа. Иаков не пил вина,  не ел мяса, не купался при людях, не натирался  благовониями,  не  стригся. Целыми днями Иаков, коленопреклоненный, молил в храме Бога о том,  чтобы Тот простил людям их грехи. Его колени были мозолисты, как колени  верблюда. Это была незаурядная личность, и известие о его казни вызвало возмущение в Иерусалиме, приведшее к тому, что Аннаний был лишен сана  первосвященника.
   Иаков Праведный не принадлежал к двенадцати ученикам Иисуса. При земной жизни Иисуса между ним и братьями существовало  отчуждение,  вызванное, по-видимому, их ортодоксальной ограниченностью (Мф. 12: 46, Мк.  3:31, Лк. 8: 19). "Ибо и братья Его не веровали в Него" (Ин. 7:  5).  Возможно, что братья Иисуса восстанавливали против него родную мать и  препятствовали Ему осуществлять свое призвание. "И пришли Матерь  и  братья Его и, стоя вне дома, послали к Нему звать Его. Около Него сидел  народ. И сказали Ему: вот, Матерь Твоя и братья Твои и сестры Твои,  вне  дома, спрашивают Тебя. И отвечал им: кто матерь Моя и братья  Мои?  И  обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и Матерь"  (Мк.  3:  31  - 35). Непонимание родных вызывало чувство обиды и глубоко  ранило  сердце Иисуса. Однако после смерти и воскресения  Иисуса  братья  признали  Его Мессией. Ко времени, о котором идет речь, вторым Иерусалимским епископом был Симеон, сын Клеопы, младшего брата Иосифа.
   Для евреев-христиан, бежавших в Пеллу, разрушение Храма было страшным событием, потрясшим их своей неожиданностью. Несчастья, выпавшие на долю
еврейского народа, рассматривались ими как наказание за смерть Иисуса  и Иакова Праведного. Пережитые страдания понимались ими как прелюдия  нас-тупления дней Мессии. При этом расчет евреев-христиан строился на псалме 94: "...Сорок лет Я был раздражаем родом сим, и сказал: это народ,  заб-луждающийся сердцем; они не познали путей Моих; и потому Я  поклялся  во гневе Моем, что они не войдут в покой Мой". Сороковой год после распятия
Иисуса приходился на 73-й год - год гибели Иерусалима.
   Однако вскоре стало ясно, что жизнь продолжается,  и  через  какое-то время евреи-христиане с родными Иисуса во главе переселяются в городишко
Кокабу, неподалеку от Пеллы. Некоторая часть христиан возвращается в Галилею и Самарию. Верные духу нагорной проповеди: "Блаженны нищие  духом,
ибо их есть Царствие Небесное", они живут нищенством, как и в  Иерусалиме, гордятся нищенством как  титулом  благородства.  Они  называют  себя
"евионим" или "нищие". Среди других народностей Батанеи маленькая  секта слывет под именем "назарян". В исторической  и  богословской  литературе эти христиане Востока называются иудео-христианами, евионитами,  назарянами или назариянами.
   Эта ветвь христианства осталась верной первоначальному  духу  Иерусалимской церкви и братьев Иисуса, согласно которому Иисус  был  пророком,
избранным Богом для спасения Израиля. Они беспредельно  обожали  Иисуса, называли Его пророком правды, Мессией, Сыном Бога,  избранником  Божиим,
верили в Его воскресение. В то же время, согласно исходным понятиям  евреев-христиан, Иисус был сыном простого человека - Иосифа, так как  принадлежал к известной семье. И лишь потом, в дальнейшем их взгляды  модифицировались, и они стали объяснять рождение  Иисуса  действием  Святого Духа, а факт крещения Иисуса - фактом усыновления Его Богом.  Однако  их еврейское мировоззрение не позволяло отождествлять  Иисуса  с  Богом.  С точки зрения назарян, это было бы кощунством. В IV  веке  такие  взгляды католическая церковь объявит еретическими.
   Если греки-христиане, ведущие начало от апостола Павла, считали замену религии Моисея на христианство как замену низшего культа  высшим,  то евреи-христиане Кокабы воспринимали это как богохульство. Они с усердием исполняли Закон, омовения, обрезание и другие еврейские обряды. Праздно-
вали субботу одновременно с воскресением. Их каноном был  еврейский  канон, хотя и с некоторыми отступлениями. Библию они читали  на  еврейском
языке.
   В рассказах о жизни Иисуса евиониты изображали Его  исполняющим  весь Закон: "Я пришел не уничтожить Закон, а исполнить его". Образцом святос-
ти для евреев-христиан был Иаков Праведный, Брат Господень. Большим уважением пользовался также Апостол Петр. С другой стороны, они  проклинали
Павла, называли его вероотступником, "человеком из Тарса".
   Евреи-христиане Заиорданья оказались в очень трудном положении  из-за возрастающей изоляции и конфронтации  с  большинством  иудейской  нации,
считавшей их предателями за их неучастие в войне, и с христианами,  последователями Апостола Павла. В глазах этих  последних  Иисус  становился
все более и более воплощением Бога, и всякий, кто  имел  отличную  точку зрения, становился их идейным противником. Великая идея, рожденная евреями-христианами, обретала самостоятельную жизнь, в которой они  занимали все меньше и меньше места и в конце концов были забыты.
   Еще при жизни Христа высказывалось утверждение, что он  потомок  царя Давида, а его предназначение - спасение Израиля от ига Рима. После смер-
ти Иисуса его родство с Давидом было перенесено и на его  родных,  возглавлявших  церкви  Заиорданья.  Эти  добродушные  люди  гордились  таким
родством, хотя и основанным на легком самообмане, озабоченно  составляли родословные, а, в случае затруднений, ссылались на гибель документов  во
время гонений царя Ирода. Их усилия, увенчанные успехом, могли  бы  привести к созданию христианского дворянства со всеми вытекающими из  этого
обстоятельства отрицательными для новой религии последствиями.  Их  наследственные привилегии и наследственная правота в  вопросах  веры  легко
могли бы оттолкнуть новообращенных  и  остановить  развитие  идеи.  Это, собственно, и произошло с церковью Заиорданья, оставшейся  малочисленной
группой евреев-христиан. Некоторые места Евангелия, изображающие в невыгодном свете семью Иисуса, являются отголоском антипатии, рожденной пре-
тензиями на благородство родственников Христа.
   Имеются неточные сведения о возвращении части евреев-христиан из Пеллы и Кокабы в Иерусалим в  правление  императора  Адриана.  По-видимому,
строгости, применяемые к иудеям, были ослаблены римлянами по отношению к безобидным и мирным христианам. Их  маленькая  колония  расположилась  в
уцелевших постройках или в отстроенных  вновь  домишках  и  пользовалась единственной сохранившейся в Иерусалиме синагогой,  напоминающей  строфу
из Исайи: "И осталась дщерь Сиона, как шатер в винограднике, как шалаш в огороде..." (Ис. 1: 8). Сан первосвященника  Иерусалимской  церкви  был,
скорее всего, номинальным. Родные Иисуса остались за Иорданом. Возможно, что некоторые из учеников Иисуса дожили до возвращения в  Святой  Город,
однако, определенными данными история не располагает.
   В истории христианства евионито -назарянская церковь оставила глубокий след своей святостью и мистическим началом. Свойственное евреям  простое
понятие о божестве предохранило их от перегрузки мифами  и  метафизикой, чем потом так увлеклась западная церковь. Евреи-христиане упорно и  тро-
гательно придерживались парадокса Иисуса о благородстве и счастье нищеты и видели в этом высшую истину христианства. Они гордились  нищетой,  так
как имели за душой Царствие Небесное.
   Второй бесспорной привилегией евреев-христиан было обладание истинным преданием слов Иисуса, что послужило основой Еврейского  Евангелия.  Все
ученые того периода, знавшие евионито-назарянскую церковь,  -  Гегезипп, Юлий Африкан, Евсевий, а также Отцы Западной церкви с восторгом и уважением отзывались о ней, видя в ней идеал христианства.
   После восстания Бар-Кохбы в 135 г. н. э. евиониты опять были  изгнаны из Иерусалима. Ненавидимые иудеями, чуждые христианским общинам, созданным Павлом, иудео-христиане становились все малочисленнее. Они не  имели организованной иерархии и рассеялись по безвестным селам Сирии, куда  не доходили потоки информации. Мессианские верования  выразились  у  них  в бесконечных рядах ангелов. Теософия и аскетизм ессеев,  в  конце  концов,
взяли верх над заслугами Иисуса. Их чистое учение (блаженны нищие!) стало для развивающейся церкви соблазном и было объявлено Никейским собором
богохульством.
   Евионизм и назорейство продолжали существовать  в  отдаленных  частях Сирии и на Кипре до V или VI веков. Преследуемые православными императо-
рами, они исчезли в бурях ислама. Магомет, рожденный еврейкой,  познакомился с христианством через назорейские общины Заиорданья. В глазах  Ма-
гомета все христиане - назореи.

 
  6. ЕВАНГЕЛИЯ
   * 6.1. Устная традиция
   * 6.2. Еврейское Евангелие
   * 6.3. Евангелие от Марка
   * 6.4. Евангелие от Матфея
   * 6.5. Евангелие от Луки
   * 6.6. Евангелие от Иоанна
   * 6.7. Евангелие от Фомы

  
6.1. Устная традиция
Папирус с текстом Евангелия от Иоанна на коптском языке. Конец VIII в.   Греческое слово "евангелие" - благая весть - в классическом греческом языке первоначально означало вознаграждение носителю доброй вести, а затем - акт благодарения, жертвоприношения богам в знак признательности за сообщение о каком-либо радостном событии.  В  народном  греческом  языке "койне", на котором изъяснялись с IV века до н. э. по V век  н.  э.  все разноязычные племена и народы, населявшие территории, завоеванные  Александром Македонским, слово "евангелие" означало либо вообще любое доброе известие, либо сообщение о прибытии некоего известного лица.
   Декрет в греческих городах Малой Азии от 9 г. до  н.  э.  о  введении юлианского летоисчисления возвещал, что день рождения императора Августа 23 ноября 63 г. до н. э. был для мира "началом евангелия", как бы  началом новой эры блаженства. Другая греческая запись сообщала о приезде им-
ператора в город, как о его "евангелии".
   Еврейский эквивалент слова "евангелие" встречается в кумранских текстах, найденных на берегу Мертвого моря, где говорится об  "Учителе  праведности": "и он принесет благую весть". Вообще, благовествование издавна присуще еврейским пророкам и, в частности, второму Исайе: "Дух Иеговы на мне, ибо Иегова помазал Меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и узникам - открытие темницы, проповедовать лето Господне благоприятное и день  мщения Бога нашего, утешить всех сетующих..." (Ис. 61: 1).
   Появлению евангелий предшествовали устные предания  о  жизни  Иисуса, его нравоучениях, Тайной Вечере и Страстях Господних. Символические, на-
иболее важные части биографии Иисуса заучивались наизусть и передавались в виде маленьких рассказов. В евионитском тексте 135 г. Апостол Петр говорит: "Около полуночи я всегда просыпаюсь и сон не возвращается ко мне, вследствие приобретенной привычки повторять про себя слышанные мною слова моего Господа, для того чтобы точно их  запомнить".  Устная  традиция господствовала целых 30 - 40 лет, прежде чем появились письменные  евангелия. Многочисленные, но безвестные сторонники новой веры проповедовали в иудейских синагогах, где возникали группы приверженцев Иисуса.  Учение Христа в виде подлинных, а, может быть, мнимых изречений в  сочетании  с драматическими событиями Его жизни расцвечивалось красками народной фантазии и передавалось устно, как притчи, становилось фольклором.
   Возникает вопрос: почему ученики и последователи Иисуса не спешили  в течение столь долгого времени записать историю жизни  своего  обожаемого
Учителя? Существует несколько причин этого. Во-первых, необходимо учитывать настроение непрерывного ожидания Иисуса, сказавшего: "Истинно гово-
рю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят  смерти,  как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем" (Мф. 16: 28).
Назореи находились в состоянии религиозной экзальтации, порожденной  верой в скорое возвращение Учителя и восстановление царства справедливости
и мира.
   Во-вторых, ученики и родные Иисуса являлись правоверными иудеями,  не помышляющими о том, чтобы заменять или дополнять Закон Моисея новым  пи-
санием. Их вполне удовлетворяли устные рассказы о жизни Иисуса, предназначенные для проповеди, апологии, обращения  евреев.  Ученики  Иисуса  и
Братья Господни скорее всего ответили бы усмешкой на  замечание  о  том, что рассказы о Христе должны  иметь  форму  освященных  книжек.  Следует
иметь в виду также, что ученики, в том состоянии, в котором их нашел Иисус, были людьми весьма простыми, не книжными, не владеющими грамотой.
   И, наконец, среди народов Востока  и  Средиземноморья  именно  устная традиция всегда являлась показателем мудрости  человека.  Слава  ученого
зависела от цитирования на память возможно большего числа казуистических фрагментов. Память человека заменяла книгу. Тренировка памяти  считалась
главным элементом обучения человека. Запоминались и  передавались  устно весьма значительные по объему художественные и религиозные тексты и раз-
говоры, при которых рассказчик мог и не присутствовать. Начало  Парменидов Платона звучит так: "Клазомениане слышали, как Антифон, имевший сношения с неким Пифадором, другом Зенона, вспоминал беседы Сократа с Зеноном и Парменидом, так как он слышал, как их передовали Пифадору. Антифон знал их наизусть и повторял всем желающим".
   Евангелист Лука в начале своего  повествования  ссылается  на  многих предшественников, писавших об Иисусе. Известно около пятидесяти  евангелий: Евангелие евреев, Евангелие назореев, Евангелие евионитов,  Евангелие Петра, Никодима, Иакова, псевдо-Матфея, Евангелие от Филиппа, от Фомы и др. Все они, за исключением четырех Евангелий: от Матфея, от Марка, от Луки и от Иоанна, получили название "апокрифических", т.  е.  тайных, сокровенных. Впоследствии греческое слово "апокриф" в церковной  литературе приобрело значение сочинения, происхождение которого неизвестно, т.е. неподлинного произведения.
   Евангелие от Матфея, Евангелие от Марка, Евангелие от Луки и  Евангелие от Иоанна были признаны церковью боговдохновенными, а тексты - кано-ническими. Апокрифические Евангелия были написаны на  палестинском  диалекте арамейского языка, на котором говорил Спаситель и Апостолы.  Впос-
ледствии эти Евангелия переводились на греческий, коптский, сирийский  и др. языки. Канонические Евангелия были написаны на греческом языке.
  

6.2. Еврейское Евангелие

“Кто же скажет брату своему: “рака”, подлежит синедриону; а кто скажет: "безумный", подлежит геенне огненной” (Матф.5:22).    Наиболее древним следует считать, по-видимому,  Еврейское  Евангелие, не сохранившееся до наших дней. Доказательством существования Еврейского
Евангелия служат тексты Папия, Гегезиппа, Оригена, приведенные  Евсевием Кесарийским (260 - 340 гг.), первым  историком  христианской  церкви,  а также труды Св. Иеронима, Св. Августина, Иоанна Златоуста и других отцов церкви, у которых имеются ссылки на Еврейское Евангелие. Оно  не  носило имени какого-либо автора и не имело четкого заголовка, хотя, возможно, и называлось Евангелием Двенадцати Апостолов для придания ему высокого авторитета всего апостольского состава. Как  и  другие  тексты,  Еврейское Евангелие черпало свою душу из великого резервуара, которым являлось живое предание. Видимо, оно было создано в Пелле и Кокабе в провинции  Ватанея, где укрылись остатки Иерусалимской церкви во главе с братьями Иисуса.
   Еврейское Евангелие составлялось людьми, являвшимися очевидцами  волнующих событий, а, может быть, и участниками. Его  стиль,  очаровывавший души, был стилем поэтизированного детского рассказа, напоминающего  наиболее светлые страницы древних еврейских книг. Все отцы церкви  находили Еврейское Евангелие весьма сходным с греческим Евангелием от Св.  Матфея и приходили к заключению, что это последнее является переводом с еврейского. Сейчас признано, что это не так и что Евангелие от Матфея прошло в своем становлении весьма сложный путь.
   Неизвестные авторы Еврейского Евангелия создали  его  в  виде  агады, притчи, с неустановившимися контурами народной поэмы, которой  не  нужна
хронология, но нужны  легкие  переходы,  беззаботность  по  отношению  к действительности. Это был никем не редактированный литературный  шедевр,
в котором сами погрешности являлись красотой, а неопределенность залогом успеха. Еврейская агада через греческие Евангелия покорила  тяжеловесные
европейские народы и стала тем, что она есть - старой  семейной  книгой, листы которой орошены слезами и истерты пальцами многих поколений. Литературным успехом Евангелие обязано, прежде всего, личности самого Иисуса и несравненной внутренней красоте.
   Еврейское Евангелие, виденное Св. Иеронимом, по размерам было средним между Евангелиями от Марка и от Матфея. Из-за отсутствия ортодоксии  оно
непрерывно переделывалось и дополнялось. В нем отсутствовало  непорочное зачатие Иисуса, но зато помещались в  разных  вариантах  генеалогические
списки. Фантазия назарян заставляла гореть реку Иордан во время крещения Иисуса. Эпизод с блудницей в Евангелии от Иоанна попал туда, видимо,  из
Еврейского Евангелия.
   Еврейское Евангелие было преданием Иерусалимской церкви, поэтому  явление воскресшего Иисуса происходило в Иерусалиме. Честь первого видения
Иисуса приписывалась Иакову, Брату Господню, в награду за данный Иаковом обет не пить и не есть до тех пор, пока не увидит своего брата  воскресшим. В отличие от греческих Евангелистов, стремившихся умалить  значение Брата Иисуса, назаряне ставят Иакова на первое место в сонме  последователей Христа. В сцене суда над Иисусом народ, разумеется, не вопит бессмыслицу: "кровь Его на нас и на детях наших" (Мф. 27: 25).  Эта  выдумка попала в Евангелие от Матфея, написанное в 81 - 96 гг. н. э., позже -  в разгар антииудейских настроений.
   Христианские общины назарян и евионитов обращались с еврейским  Евангелием достаточно вольно, меняя его объем. Епифаний Кипрский (367 -  403
гг. н. э.), известный ересеолог, приписывает более полное Евангелие  назарянам, а урезанное - евионитам. Во втором веке евиониты, сильно  изменив редакцию, перевели Еврейское Евангелие на греческий язык, сделав его подражанием Евангелию от Луки. Из этого же еврейского источника происходят апокрифические Евангелие от Петра и "Согласно египтянам".  Еврейское Евангелие просуществовало до V века среди назарян Сирии и погибло вместе с уничтожением сирийских иудео-христиан. Его греческие и латинские переводы, диссонирующие с каноническими Евангелиями, не сохранились.
   Из апокрифических Евангелий в древней Руси было известно три: Иакова,Фомы и Никодима. Евангелие Иакова, происходящее от  видоизмененного  Ев-
рейского Евангелия, в русских списках называется:  "Слово  на  РождествоХристово".
   Вообще, вопрос об авторстве евангельских текстов -  как  апокрифических, так и канонических - признается библеистами открытым и весьма  интригующим. Отметим различие в подходе к авторству современных  и  древних писателей. Авторы современных произведений, используя законы  об  интеллектуальной собственности, активно защищают свои интересы в многочисленных тяжбах от посягательств похитителей идей. В эпоху Иисуса,  наоборот, многие, в том числе серьезные, авторы часто выступали под чужими именами для пропаганды истины, совершая этим, как они считали, подвиг  благородного бескорыстия. Поэтому  очень  многие  новозаветные  и  ветхозаветные тексты составлены безвестными компиляторами, тогда  как  авторство  этих текстов приписывалось пророкам или апостолам.
   В 1965 г. католическая церковь на II Ватиканском соборе признала вопрос об авторстве открытым и нуждающимся в дополнительных  исследованиях.
При обсуждении "Конституции об откровении "участники собора большинством голосов отвергли следующий абзац: "Божия церковь всегда утверждала и ут-
верждает, что авторами Евангелий являются те, чьи имена названы в каноне священных книг, а именно: Матфей, Марк, Лука и Иоанн". Вместо перечисле-
ний имен в Конституцию были вписаны слова "святые отцы".
   Канонические Евангелия родились в той части еврейской диаспоры, которая приняла христианство и открыла новый мир язычникам.  Об  этом  факте
стараются не вспоминать ни отцы церкви, ни ее древние и современные пастыри, ни историки христианства. Эллинизированное  еврейство  и  язычники
испытывали потребность в письменном изложении  учения  и  жизни  Иисуса, контуры которого уже были определены устной традицией. Кроме того, должны были существовать маленькие еврейские книжечки назарян с  изречениями Иисуса. Об этом говорит поразительная точность совпадения  Его  речей  в
канонических Евангелиях, составленных разными авторами, в разных  местах и в разное время. Да и человеческая память не могла хранить точно  такой
объем текстов. Книжечки доставлялись апостольскими  лицами  в  еврейскую диаспору по традиционным путям из Сирии и переводились на греческий. Од-
нако изречения Иисуса - это еще не Евангелия. Ведь кроме изречений  требовался греческий стиль, выбор  определенных  форм  изложения,  описание
эпизодов жизни Иисуса.


   6.3. Евангелие от Марка

Евангелие от Марка (греч. Κατά Μαρκον ) — вторая книга Нового Завета и второе из четырёх канонических евангелий.    Первое греческое Евангелие было составлено Иоанном-Марком,  родственником Варнавы, учеником и переводчиком Апостола Петра. Марк  лично  знал учеников Иисуса и, возможно, был свидетелем его ареста в Гефсимании (Мк.14: 51 - 52). В доме матери Марка Марии останавливался Иисус с  ученика-ми, и там же состоялась Тайная Вечеря. В этом же  доме  желанным  гостем был Петр (Деян. 12: 12). В правление Нерона Петр и  Марк  встречаются  в Риме, где в то время существовала многочисленная еврейская община. Здесь начинается совместная деятельность Петра, владеющего, по-видимому,  лишь арамейским языком, и Марка, его переводчика на  греческий  и  латинский. Папий и Св. Ириней считают, что Евангелие было написано уже после смерти Петра, по воспоминаниям Марка о слышанном от Апостола. В  Евангелии  содержится предсказание Иисуса о разрушении Храма: "все это будет разрушено, так что не останется здесь камня на камне" (Мк. 13: 2). Это позволяет датировать Евангелие от Марка приблизительно 70 - 75 гг. н. э.
   Евангелие было написано в Риме для прозелитов языческого  происхождения, а не для христиан-евреев, так как, говоря об обычаях и обрядах  иудеев, автор объясняет их смысл, что было бы излишним для евреев-христиан (Мк. 7: 2 - 4). Встречающиеся в тексте арамейские  выражения  переведены на греческий язык. Латинизмы у Марка встречаются чаще, чем в  каком-либо другом писании Нового Завета. Ссылки на библейские  тексты  делаются  по переводу Семидесяти Толковников (Септуагинта). В Евангелии от Марка  содержится лишь одна точная цитата из Ветхого Завета (Мк. 1:  2  -  3),  а слово "Закон" не произносится вообще.
   Отголоски полемики в Пелле между евреями-христианами  и  правоверными иудеями, придавшие слову "фарисей" смысл врагов Иисуса, в  Евангелии  от
Марка чувствуются остро и непримиримо. Оно по сути своей враждебно фарисейству и еврейской теократии (Мк. 2: 16, 3: 6, 7: 1 - 23, 8: 11  -  21, 12: 12 - 17). Эта направленность перейдет на другие Евангелия и приобретет расширительный смысл. Врагами Иисуса станут не только первосвященни
ки, старейшины, возбуждавшие народ (Мк. 15: 11), но и иудеи, вообще, как нация.
   Первое греческое Евангелие делает крутой поворот в сторону от иудаизма и означает отрыв от иудаисткого ствола новой  ветви  религии.  Святой Марк и другие составители этой маленькой, объемом в 30  страниц,  книги, послужившей ядром следующих Евангелий, были евреями-эллинистами,  воспитанными диаспорой, смотревшими на мир совсем иными  глазами,  нежели  их братья в Пелле. Живя вдалеке от центра  иудаизма,  постоянно  общаясь  с язычниками, они не только оказались равнодушными к запретам своей  религии в отношении язычников, но и открыли им доступ в лоно христианства. В этом величие духа и историческая заслуга  евреев-христиан  и  Марка  как составителя первого греческого Евангелия.
   Как литературное произведение, Евангелие от  Марка  обладает  большой ясностью, определенностью деталей и жизненностью по сравнению с последу-ющими  рассказами  о  Христе.  Несмотря  на  некоторую  сухость   языка, свойственную, очевидно, Петру, образ Иисуса, живущего и  действующего  в
Евангелии от Марка, оставляет сильное впечатление.
   Следует заметить, что рассказы Петра не вносили никакой ясности в биографию и происхождение Иисуса. Это всегда удивляло читателей Евангелия.
Почему первый призванный Иисусом ученик Симон-Петр не знал или  не  счел нужным сообщить о существовании важных для христиан этапов жизни  своего
обожаемого Учителя? Потребность знаний об этом порождала массу рассказов и преданий, хранившихся в каждой отдельной общине  евреев-христиан.  Два
Евангелия - от Матфея и от Луки -  восполнили  некоторые  биографические пробелы и, сохранив основную часть изречений - логий Иисуса, придали Его
истории новые  эпизоды,  оттенки  и  краски,  а  самому  произведению  - цельность и большую литературность. Первые три греческих Евангелия -  от Марка, от Матфея и от Луки -  из-за  сходства  изречений  и  повествовательных частей называют синоптическими - от  греческого  слова  синопсис (обозрение).


   6.4. Евангелие от Матфея

   В Евангелии от Матфея отдельные страницы буквально совпадают с  текстами Евангелия от Марка, однако, в целом оно  дополнено  более  длинными речами, что особенно ценилось еврейскими читателями, и  накопившимися  к тому времени преданиями, представлявшими большое значение в глазах хрис-тиан. Так как текст содержит намеки на разрушение Храма, то время  написания Евангелия от Матфея относится к периоду после Иудейской войны (16: 28, 24: 2). В тексте есть пророчества Иисуса о гонениях  на  христиан  в правление императора Домициана (24: 9), царствовавшего в 81 - 96 гг.  н.э. Евангелист Лука в 95 г. н. э. еще не встречал этого Евангелия в Риме.
   Автор Евангелия владел греческим народным языком "койне" и  многочисленные цитаты из Библии приведены им по переводу Семидесяти  Толковников (Септуагинты). Однако некоторые фрагменты имеют чисто еврейскую  идиоматику и допускают, что автор пользовался еврейским текстом с  последующим переводом на греческий, умело сохраняя при этом естественность и свободу выражений.
   Церковная традиция, утвердившаяся в средине II века, считает  автором Евангелия мытаря Левия-Матфея, ученика Иисуса и очевидца  всех  событий. Это мнение установилось на основании сочинений Папия,  Иринея,  Климента Александрийского, Евсевия Кесарийского  и  других  церковных  писателей. Бесспорным является еврейское происхождение  автора,  легко  и  уверенно разбирающегося в традициях, понятиях и тонкостях иудаизма, авторитет которого признается им путем многочисленного цитирования пророчеств. Автор прекрасно владеет терминологией Ветхого Завета, знает  обычаи,  уклад  и
географию Иудеи. Евангелие написано для евреев сирийской диаспоры  и  их языческого окружения предположительно в Антиохии, главной столице  хрис-
тианства после разрушения Иерусалима, где сталкивались влияния  иудаизма и эллинизма.
   Сомнения в авторстве, высказанные Ф. Штраусом, Э. Ренаном,  З.  Косидовским и другими исследователями текстов  Евангелия  от  псевдо-Матфея,
как они стали его называть, сводились к  следующему:  1.  Почему  Матфей молчал более сорока лет, дождавшись, пока не умерло большинство  очевид-
цев и участников, вместо того, чтобы по  свежим  воспоминаниям  записать слова и деяния боготворимого им Учителя? 2. Маловероятно, что галилеянин
Матфей владел греческим языком и обладал талантом писателя. 3. Евангелие от Матфея не воссоздает атмосферу личного общения автора с Иисусом из-за
отсутствия деталей, всегда возникающих в таковом,  зато  содержит  слова Иисуса и факты, взятые как бы из вторых рук, т. е. является компиляцией.
Заметим, что, с нашей точки зрения, наиболее  серьезным  здесь  является первый пункт, тогда как овладение языком  и  приобретение  писательского
навыка - дело явно наживное. Что же касается компилятивности  Евангелия, то, в отличие от точных наук, в  такого  рода  произведении  компиляция, по-видимому, просто неизбежна и, честно говоря, трудно  найти  историка, бытописателя, который бы не грешил этим. Поэтому не будем в этом вопросе слишком уж строгими и дотошными судьями и перейдем  к  более  интересным особенностям Евангелия от Матфея.
   Имея под рукой Евангелие от  Марка,  Еврейское  Евангелие  и  изречения-логии, Матфей помещал большие речи Иисуса, раздвигая в нужных местах текст Марка. Знаменитая Нагорная проповедь - украшение Евангелия и квинтэссенция этических норм христианства -  составлена  из  фрагментов,  не имеющих связи, разбросанных у Луки по всему тексту, а здесь  соединенных искусственно в один отрывок. Чувствуется, что Матфей дорожил любым  рассказом о чудесах и исцелениях и дополнял им текст Марка,  не  заботясь  о повторениях близких сюжетов, не боясь впасть в противоречия  и  запутать повествование. Отсюда в Евангелии от Матфея ряд повторов: два  исцеления двух слепых (9: 27 - 30, 20: 30 - 34), два исцеления немого  бесноватого (9: 32 - 34, 12: 22 - 24), два случая умножения хлебов (14: 15 - 21, 15: 32 - 38), два изречения против развода (5: 32,  19:  9),  два  назидания против соблазна (5: 29 - 30, 18: 8 - 9) и  т.  д.  Зато  в  новый  евангельский текст вошло много легенд, не  имеющихся  у  Марка  и  возникших позднее. Это - генеалогия, рождение Иисуса, посещение волхвов, бегство в Египет, избиение младенцев в Вифлееме, хождение Петра по водам, его прерогативы, волнение в Иерусалиме при въезде Иисуса, иерусалимские чудеса, роль Пилата в судьбе Иисуса и другие эпизоды.
   Евангелие от Матфея является полем мирной безболезненной борьбы  или, точнее, сосуществования двойственных убеждений  автора,  отражающих  его
иудаистскую и христианскую сущности. Он и иудей, и христианин.  Он,  как всякий галилеянин, ненавидит иудеев,  вкладывая  в  их  уста  совершенно
бессмысленное самопроклятие в сцене суда над Иисусом. И в  то  же  время иудаизм для Матфея есть высший авторитет, так как все вершится по предс-
казаниям пророков. Он отрицает и утверждает одновременно. Евангелие состоит из полутеней и деликатных ситуаций. Иисус исполняет еврейские  обы-
чаи и не хочет, чтобы их исполняли. Он признает субботу и  нарушает  ее. Он называет язычников "псами", но затем милостиво  обращает  хананеянку.
Однако все становится четким, определенным, когда Иисус язвительно  громит фарисеев. Фарисеи - враги Иисуса, а  фарисейство  становится  именем
нарицательным, символом ханжества, как впоследствии иезуитство. По своим убеждениям Матфей находится между Иаковом, Братом Господним, стопроцент-
ным иудеем, и Павлом, отбросившим иудаизм ради Христа. Благодаря ясности и простоте еврейского рассказа, мягкому колориту наивных и доверительных
еврейских притч, очень квалифицированно переданному в  греческом  звучании, Евангелие от Матфея стало произведением народной литературы.
 

  6.5. Евангелие от Луки

Третье каноническое Евангелие - Евангелие от Луки написано предположительно в Риме около 90 - 95 гг. н. э. для неевреев, т. е. для христиан из язычников. Лука, первый историк христианства, является также автором "Деяний Апостолов". Согласно Евсевию и Иерониму, автор третьего Евангелия - уроженец г. Антиохии, грек по происхождению. Его основательное знакомство с иудейскими обычаями, его фразеология позволяют думать, что сначала он был прозелитом, принявшим иудейство, а затем уже стал христианином. Это произошло в Македонии после встречи Луки с Павлом, ошеломившим и полностью покорившим его своим дерзким и горячим умом. Лука был спутником Апостола Павла, его учеником, врачом и секретарем, разделяя с ним до конца все взлеты и падения этого удивительного человека. Ириней Лионский и Иоанн Златоуст называют третье Евангелие творением Павла.
Евангелие от Луки, как впрочем и Деяния Апостолов, отличает проримская направленность, отражающая вкусы и взгляды автора, а также политическую жизнь Рима эпохи Домициана. Лука любит порядок и римскую иерархию. Его центурионы и тысяченачальники почти что благосклонны к христианам (Деян. 22: 25 - 30, Лк. 23: 47). В сцене суда у Луки римские солдаты не оскорбляют и не бичуют Иисуса, как у Марка (Мк. 15: 15 - 19). Эти эпизоды опущены Лукой. Римский прокуратор Понтий Пилат - справедливый правитель и чуть ли не правозащитник. Он трижды пытается спасти Иисуса, объявляя его невиновным. Узнав, что Иисус - галилеянин, Понтий Пилат отправляет его к Ироду Антипе, правителю Галилеи. "Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал видеть Его, потому что много слышал о Нем и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо. И предлагал Ему многие вопросы; но Он ничего не отвечал ему" (Лк. 23: 8 - 9). Сознание невиновности Иисуса роднит представителей местной и римской администрации. "И сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собой, ибо прежде были во вражде друг с другом" (Лк. 23: 12).
Итак, власть, убедившаяся в безобидности Иисуса, не должна преследовать христиан. Если Иисус и казнен, то не как враг Рима, а по наущению первосвященников и начальников, возбудивших народ и обвинивших Иисуса в какой-то малопонятной римлянам еврейской ереси. Во времена Луки римляне еще никак не могли взять в толк, чем же христиане отличаются от иудеев. В их понимании это было восточное суеверие, лже-учение, присущее варварам и недостойное римского ума. После Луки пройдут десятилетия, прежде чем римляне разберутся в оттенках иудаизма и христианства. Но Лука будет первым, кто укажет им этот водораздел.
Помимо того, что водораздел действительно существовал, у христиан были и политические мотивы отмежевываться от иудеев из-за гонений, обрушившихся на них в правление императора Домициана (81 - 96 гг. н. э.). Этот "лысый Нерон", по совокупности человеческих качеств представляющий из себя полное ничтожество, объявил открытую войну всякой добродетели. Его непрерывное бешенство, параноидального типа, очень дорого обошлось Риму. Возобновилась эпоха бессмысленных казней, конфискаций, ссылок. Особенно страдала интеллигенция Рима, писатели, к которым Домициан испытывал маниакальную ненависть. Сенатом был издан первый в истории специальный декрет, изгоняющий из Рима и Италии всех философов. Через 19 веков этот уникальный эксперимент повторится в Советской России и фашистской Германии. Введенное в Риме официальное обращение к Домициану "наш Господин и Бог" самим адресатом понималось буквально и абсолютно. Вскоре Домициан потребовал, чтобы ему и его многочисленным статуям поклонялись, как богам. Благочестивые и законопослушные римляне, проходя мимо языческих храмов и официальных зданий со статуями Домициана, обязаны были посылать в направлении их воздушные поцелуи. Естественно, что евреи и христиане, которых римляне не отличали от евреев, признающие только своего Единого Бога, таких поцелуев не посылали, как, впрочем, не оказывали и других "божеских" почестей. За это они объявлялись "врагами богов, императоров, законов, обычаев и всей природы", и Домициан мог педантично и сладострастно удовлетворять свою неуемную жажду наказаний. Гонения Домициана обрушились и на евреев, и на христиан, проживающих не только в метрополии. Отклики этих событий отразились в еврейских преданиях. В Мишне говорится, что императорский Сенат издал декрет, согласно которому евреев не должно быть более, вообще, в мире. Это было десятилетие кровавых эксцессов и мученичества. Поэтому неудивительно, что Евангелист Лука делает слабую, хоть и бесполезную попытку показать невиновность, безобидность и лояльность Риму христиан.
Это проявляется в книге по-разному. Лука затушевывает все, что указывает на еврейское происхождение христианства, опускает описание еврейских обычаев, местности, хотя и нежно сочувствует Иерусалиму, ждущему своей гибели (Лк. 19: 41 - 44). Даже рождение Иисуса связано хронологически с римской переписью населения в Сирии и Иудее в 6 - 7 гг. н. э., что, впрочем, указывает на незнание Лукой Евангелия от Матфея, которое, по-видимому, еще не достигло Рима. При этом Лука приводит более универсальную генеалогию Иисуса - от Адама (Лк. 3: 23 - 38), тогда как Матфей вычисляет ее от родоначальника евреев Авраама (Мф. 1: 2 - 16).
Мы знаем, что в еврейских христианских общинах горячо обсуждался вопрос о приеме язычников. Этот вопрос, собственно, и привел к расколу иудаизма и выделению новой религиозной ветви. В Евангелии Лука отражает взгляды своего патрона, "Апостола язычников" Павла. Лука, уравновешенный и терпимый, уважающий как Петра, так и Брата Господня, является решительным сторонником принятия в церковь язычников. В Евангелии от Матфея Иисус говорит ученикам: "на путь к язычникам не ходите и в город Самарянский не входите" (Мф. 10: 5). Согласно же Луке, Иисус общается с язычниками в Самарии и лечит их (Лк. 17: 11 - 16). Иисус Луки предстает полным милосердия и любви к язычникам, грешникам, мытарям и заблудшим овцам. Иисус прощает даже разбойника на Голгофе и обещает ему Царство Божие. Все притчи, принадлежащие собственно Луке, полны духа милосердия и прощения грешников. Суть Евангелия от Луки - это прощение за веру. И в этом подлинный Иисус, каким его приняло человечество. "Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать" (Лк. 9: 56). Все, кто был презираем высокомерными фарисеями - мытари, блудницы, грешники, язычники, все - дети Иисуса, и всех ждет спасение. Вопрос о Законе Лукой не поднимается, так как есть новая вера, общая для всех. Это вера в Иисуса. Она заменяет и заполняет все.
Внутреннее, духовное важнее внешнего благочестия. Эта серьезная и важная проблема ранее была поставлена, но не решена иудаизмом, и Лука посвящает ей ряд притч. Язычник-самарянин оказывает бескорыстную помощь пострадавшему от разбойников человеку, в то время как священник и левит проходят мимо (Лк. 10: 30 - 37). Смиренный, кающийся мытарь и гордый фарисей в храме молятся, естественно, по-разному (Лк. 18: 10 - 14). Более оправданным уходит мытарь, "ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится". На пиру у фарисея Симона Иисус прощает грехи женщине, выразившей особыми знаками свою любовь к нему (Лк. 7: 37 - 48). Духовное начало, по Луке, отделено от материального. Истина открывается только нищим, и Евангелие прославляет их. Иисус рождается в хлеву среди домашних животных, т. к. для Него не нашлось места в гостинице. Первыми Его приветствуют пастухи. Вся земная жизнь Иисуса прошла в абсолютной нищете (Лк. 9: 58). Накопление богатства бессмысленно, а искать надо "Царствия Божия, и это все приложится вам" (Лк. 12: 16 - 31). Блаженны нищие и горе богатым! Царствие Божие - пир нищих. Друзей надо искать среди нищих и обиженных судьбой. Евангелие от Луки - доктрина чистого евионизма, гимн нового народа, осанна (спасение) малых и униженных, идущих в Царствие Божие.
Третье Евангелие написано для всех народов мира, а не только для евреев, и это утверждается очень четко. Восьмидневного Иисуса старец Симеон приветствует как спасителя "всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля" (Лк. 2: 31 - 32). Иоанн Креститель, призывая иудеев к покаянию, советовал им не очень гордиться происхождением от Авраама, т. к. "Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму" (Лк. 3:8). И живой Иисус, и воскресший - он Бог всех людей: "И придут от востока и запада, и севера, и юга, и возлягут в Царствии Божием" (Лк. 13: 29). Таков был первый шаг в утверждении христианства как мировой интернациональной религии. Особенно четко это будет звучать в Деяниях Апостолов и в Посланиях Павла. Всякий человек, верящий в Христа, согласно этому учению, прежде всего христианин, а потом уже эллин, иудей, немец, русский и т. д. провинция Иудея под римским протекторатом
Лука участвовал в миссионерской работе Павла, понимал ее значение и роль этого Апостола. Однако положение Павла явно отличалось от положения в церкви Двенадцати Учеников, уполномоченных на то самим Иисусом. В Еврейском Евангелии существует притча о том, что человек посеял на своем поле только хорошую пшеницу, а человек-враг, под которым евиониты подразумевали Павла, добавил туда плевелы и ушел. Эта притча, отражающая взгляды Заиорданской церкви, разумеется, отсутствует в третьем Евангелии. Чтобы не придавать Двенадцати слишком уж исключительного положения, Лука самолично создает рядом с ними еще семьдесят учеников, которым Иисус дает те же полномочия (Лк. 10: 1 - 24). Таким образом показывается, что можно быть Апостолом, и не принадлежа к Двенадцати. Это был главный "юридический" тезис Павла. И, конечно, не власть или принадлежность к роду или клану обеспечивают вхождение в Царство Небесное, а лишь вера, которая сама является даром Божиим.
Евреи не поняли Иисуса, хотя ели и пили с Ним за одним столом, а потому в доме Авраама, Исаака и Иакова окажутся не они, а народы Севера и Юга. "Тогда станете говорить: мы ели и пили пред Тобою, и на улицах наших учил Ты. Но Он скажет: говорю вам: не знаю вас, откуда вы; отойдите от Меня, все делатели неправды" (Лк. 13: 26 - 27). Евангелие от Луки на каждой странице содержит предчувствия несчастий, ожидающих евреев, не сумевших оценить пришествие в Иерусалим Иисуса. Эти места Евангелия сформулированы Лукой мягко и соболезнующе, а не в форме открытого упрека евреям, ибо их неприятие Христа само по себе является для них наказанием.
В литературном отношении Евангелие от Луки превосходит предыдущие Евангелия, хотя историческое значение его ниже. Эта книга, последовательно еврейская и эллинистическая, свидетельствует о широком и кротком уме автора, талантливо вплетающего в драму радостную идиллию. Многие места у Луки совпадают буквально с текстами Марка, а следовательно, и Матфея. То, что Лука пользовался текстом Марка, не вызывает сомнений. Некоторые части Евангелия Марка включены Лукой почти целиком, разумеется, с некоторыми изменениями и исключениями. Дополнения Луки, например, описание Страстей Господних, детства Иисуса и другие взяты из коллективного устного предания и, по-видимому, также из еврейского Евангелия, греческим переводом которого Лука несомненно обладал. Эти дополнения, не содержащиеся ни у Марка, ни у Матфея, составляют около трети произведения Луки. При отборе материала Лука заботился не столько о подлинности событий и непротиворечивости сюжета, сколько о достижении конечной моральной и идейной цели и литературного эффекта. В конечном итоге это все ему вполне удалось, и Евангелие от Луки считается любимой книгой христиан.

6.6. Евангелие от Иоанна
Четвертое каноническое Евангелие написано в 95 - 100 гг. н. э. в Эфесе, ставшем после разрушения Иерусалима одной из восточных столиц христианства. Традиция приписывает авторство "ученику... которого любил" Иисус (Ин. 19: 26) - Апостолу Иоанну Заведееву, брату Апостола Иакова. Вместе с двумя ближайшими к Иисусу Апостолами Иоанн присутствовал при величайших событиях земной жизни Учителя - воскрешении дочери Иаира, Преображении, душевном томлении в Гефсимании. Иоанн "возлежал у груди Иисуса" (Ин. 13: 23) во время Тайной Вечери, присутствовал вместе с Петром при первой стадии суда над Христом во дворе первосвященника, когда все другие Апостолы в страхе разбежались, находился у креста распятого Спасителя и принял от него поручение заботиться о Его Матери (Ин. 19:
26). Согласно преданию, Иоанн претерпел мученичество в Риме во времена Нерона, был сослан на полупустынный остров Патмос, где написал "Откровение", или "Апокалипсис", и, будучи освобожденным, поселился в Эфесе, где прожил до глубокой старости, окруженный уважением всех церквей Азии. Его почтенный возраст и загадочные слова Иисуса, сказанные Петру (Ин. 21:
22), еще позволяли всем надеяться на близость Царства Божия. Легенда об Иоанне рождалась при его жизни в кругу его учеников в Эфесе.
Евангелие от Иоанна по своему духу существенно отличается от трех греческих Евангелий, с которыми Иоанн был несомненно знаком. Совпадение текстов имеет место лишь в 10 % общего объема книги. Евангелие написано для евреев диаспоры с использованием текстов Ветхого Завета, взятых не из Септуагинты, а из древнееврейского подлинника. Многие иудаистские формулировки приводятся в подлинном арамейском звучании. Автор хорошо знаком с бытом иудеев, топографией Иерусалимского храма, характерами Апостолов. Христианские историки 2 - 3 веков - Папий, епископ Гиераполиса, Климент Александрийский и Ориген считали, что четвертое Евангелие написано очевидцем и потому имеет историческую ценность.
Эфес - родина Гераклита, создателя диалектики и учения о "логосе" - разумной, вечной и суверенной основе всех вещей, душе мира. Понятие "логоса" - Божественного Разума - от Гераклита перешло к великим философам Греции - Платону, Аристотелю, а позднее к стоикам, к еврейскому философу Филону Александрийскому и другим мыслителям древности. В Эфесе, Александрии и Антиохии - центрах эллинской культуры и еврейской диаспоры - сталкивались различные направления мысли, которые, каждое порознь, стремились подчинить человека своему влиянию. В этот начальный период становления христианства рождается множество сект, отражающих свое понимание божественности Христа. Позднее, в 4 - 5 веках в период Великих Соборов и утверждения ортодоксии многие секты будут объявлены еретическими.
Возможно, что стареющий галилейский рыбак Иоанн воспринял греческую идею "логоса" самостоятельно. Возможно, она была подсказана ему учениками, более осведомленными по части всяких новшеств. Это навсегда останется тайной маленького интимного кружка учеников Иоанна, внемлющего рассказам очевидца Великой Драмы.Во всяком случае, четвертое Евангелие - первая христианская книга, утверждающая, что "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. ...Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть..." (Ин. 1: 1, 3). Божественное Слово, Дух - одна из ипостасей Бога и основа будущего триединства Отца, Сына и Святаго Духа. Здесь фундамент христианской теологии. В Евангелии от Иоанна "логос"-"Слово" отождествляется с Иисусом как воплощением Бога и одновременно Сыном Божиим. Поэтому в Евангелии опущено столь важное телесно-материальное событие, как рождение Иисуса, а также Его крещение, снимающее у простых смертных первородный грех. За свое учение о Боге-Слове Иоанн получил почетное имя Богослова. Самыми знаменитыми из его учеников были Папий и св. Поликарп.
Евангелие от Иоанна идеологически противостоит доктрине первого крупного еретика христианства Керинфа, развивавшего взгляды христиан-евионитов. Керинф - александрийский еврей, проповедовал в Эфесе историю Иисуса как обыкновенного человека, праведного и мудрого, сделавшегося Мессией-Христом лишь после крещения. Назначение Иисуса заключалось в проповеди Божией путем притч и чудесных исцелений. Однако Христос до начала Страстей отделился от Иисуса-человека, который и был распят на кресте, а затем воскрес. В других проповедях Керинф утверждал, что воскресение Иисуса произойдет в день Суда вместе со всеми людьми. Эти двойственные взгляды на природу Иисуса во втором веке развивали гностики и знаменитый богослов Маркион из Синопа. Через шесть веков к ним присоединился основоположник ислама Мухаммед, отрицавший, что пророк Иса умер на Голгофе, ибо вместо него был распят кто-то другой. Четвертое Евангелие было ответом Керинфу Иоанна, его учеников и людей, знавших и любивших Иисуса ребенком, мужем во служении людям, мучеником. Для них Иисус был божественным всегда, на всех этапах жизни и после кончины. Они признавали Его целиком, без искусственного метафизического расчленения на компоненты.
РЕКОНСТРУКЦИЯ ХРАМА ВРЕМЕН СОЛОМОНАПосле вполне космологического начала автор Евангелия рисует образ Иисуса лишенным тех обычных человеческих черт, которые любят христиане по Евангелиям синоптиков. Иисус Иоанна дистанцирован от людей, он не с ними, а над ними изначально и до конца драмы. Его изречения императивны, а чудеса таинственны. Роль Петра уравновешена ролью Иоанна, который предан учителю более всех и которому поручена забота о Богоматери. Как всегда бывает в литературе, идеологическая нагрузка здесь потеснила очарование художественного вымысла.

6.7. Евангелие от Фомы
Изречения Иисуса в канонических Евангелиях хотя и имели форму притч, многие из которых благодаря аллегоричности нуждались в последующих размышлениях, однако, в целом не содержали ничего недоступного уму простых израильтян. Повторяемость изречений во всех четырех книгах предполагала существование каких-то или какого-то сборника "логий", которым пользовались евангелисты. Этот сборник "логий" был предсказан и почти вычислен немецкой школой библеистов еще в XIX веке. И хотя розыски сборника не приводили к результату, уверенность в его существовании считалась оправданной.
Но вот, наконец, в 1945 г. в египетском селении Наг-Хаммади были найдены папирусы III века на коптском языке (от арабского "гупт" или "купт", аллитерация греческого "Аи - гуптос" - Египет), содержащие заветные слова Христа. Изречения Иисуса были собраны Апостолом Фомой. На коптский язык, очевидно, был переведен греческий текст, в свою очередь переведенный с арамейского.
Евангелие от Фомы не содержит никаких жизнеописаний Иисуса. Оно состоит из одних лишь Его высказываний. Начинается Евангелие так: "Это тайные слова, которые сказал Иисус живой и которые записал Дидим Иуда Фома. И Он сказал: "Тот, кто обретет толкование этих слов, не вкусит смерти". Большинство изречений начинается словами: "Учитель сказал..." или "Иисус сказал...". Видимо, эти тексты и являются искомым сборником "логий", продиктованных Спасителем, которым пользовались авторы еврейского и канонических Евангелий. В целом эти изречения уже знакомы читателям. Но существует одно из них, возникающее в диалоге Апостолов с Христом о роли Марии Магдалины и представляющее особый интерес. "Для чего среди нас Мария?" - спрашивают Апостолы. Иисус сказал: "Когда вы сделаете женское как мужское, внутреннюю сторону как внешнюю, и внешнюю сторону как внутреннюю, и верхнюю сторону как нижнюю, многое как одно и одно как многое, тогда вы войдете в Царствие". Глубокий космический и религиозный смысл формулы Христа человечество поймет в следующем тысячелетии. Слишком много условностей земной жизни нам нужно отбросить для этого. И дело здесь не в привычной космонавтам физической невесомости, когда верх и низ неразличимы. Здесь имеется в виду некая психологическая, духовная невесомость и конвертируемость, позволяющая увидеть в себе бесконечный Космос и узнать себя в бесконечном Космосе, т. е. сделать внутреннее как внешнее, а внешнее как внутреннее. Или, может быть, это, по Циолковскому, некое лучистое состояние высокого уровня, позволяющее все знать и ничего не желать, при котором человечество станет бессмертным во времени и бесконечным в пространстве? При этом любовь, открытая Иисусом, выносится за границы пола, ибо в Царствии Небесном "не женятся, не разводятся", а все земные страсти превращены в гармонию света и духа. Как обрести толкование этих слов и не вкусить смерти? Кто эти избранные?
Двадцать веков назад гений еврейского народа поставил кардинальные вопросы перед всеми людьми и всеми народами. Ответы на них даны в Евангелиях. Как донести их до сердца каждого? Эта главная задача церкви, следует признать, не была выполнена. Однако то что сделано, заслуживает уважения и развития. Ибо за эти скромные результаты заплачено дорогой ценой, и без них жизнь на земле была бы цепью духовных катастроф и беспросветным адом.
Заканчивая краткий обзор Евангелий, естественно поставить вопрос: почему Иисус сам не облек в письменную форму свое учение, а доверил это менее подготовленным к тому ученикам и ученикам учеников? При такой ретрансляции идей всегда неизбежны ошибки и искажения. Чья рука держала перо, из-под которого вышли тексты: "Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч" (Мф. 10: 34); "Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!" (Лк. 12:
49); "Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение" (Лк. 12: 51). Человеческое сознание авторов Евангелий здесь исказило и омрачило идеи, снизило идеал Христа и приписало Ему слова, которые Спаситель не мог произнести. В словах, приписываемых Иисусу, истинно все, что соответствует духу любви, и ошибочно то, что проникнуто угрозой. Несколько коротких фраз об огне и мече, якобы сказанных Христом, заставили великого английского философа и сторонника ненасилия Бертрана Рассела отказаться от христианства.
Христос не оставил письменного учения, потому что учением была вся Его жизнь. Учением было Его рождение в тихую вифлеемскую ночь, Его жизнь в нищете и любви к людям, Его странствия по дорогам Галилеи, Его беседы и исцеления бедных, Его мученичество и воскресение. Об этом и следует помнить каждому, читающему Новый Завет.


7. ВЕЛИКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ
* 7.1. Еллины против иудеев
* 7.2. Иудеи против христиан
* 7.3. Победа христианства
Христос не мог появиться в языческой стране, например, в Риме, Иране или Египте. Ареной его жизни могла быть страна, народ и культура которой были бы хоть в какой-то мере подготовлены для этого. Необходимым условием возникновения христианства являлось единобожие, длительно и стабильно исповедуемое целым народом, а не отдельными личностями. Иначе отсутствовала бы психологическая почва для откровений Иисуса. В притче о сеятеле говорится о том, что такая почва в Иудее была разной, и зерна падали то на дорогу, где их склевывали птицы, то на каменистые места, то в тернии, а иногда и на добрую землю. На доброй же земле зерно плодоносило "одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать" (Мф. 13:8). То, что зерно было брошено в Иудее и сохранено - есть историческая заслуга еврейства. Зерно разраслось в учение, которое ставило своей целью развитие в человеке способности к духовному совершенствованию и возведение человека на ступень богочеловечества, преодоление среди людей закона возмездия, насилия, превращение общества в братство людей и преодоление закона смерти.
Первыми распространителями учения Христа были евреи. Первыми мучениками христианства были евреи. Как случилось, что к концу II века религиозный и фактически внутренний национальный раскол среди иудеев превратился в конфликт двух религий, на тысячелетия разведший своих последователей по разные стороны баррикад? Могли ли в прошлом и, главное, смогут ли в будущем христиане и иудеи относиться друг к другу терпимее, без антагонизма? Прежде, чем ответить на столь сложный вопрос, необходимо проследить истоки антагонизма с учетом становления и организации церкви, философии и законодательства того времени и личностей, сыгравших важную роль в истории религии.
7.1. Еллины против иудеев
Начнем с того, что тексты Евангелий содержат обвинения в распятии Христа иудеями. При этом, правда, приходится иметь в виду, что наиболее древние рукописные формы дошедших до нас списков восходят лишь к концу IV и началу V веков и отстоят на значительном расстоянии от исходных вариантов. До канонизации Нового Завета каждая община имела свое Евангелие. Христианские переписчики без особых угрызений совести, но с горячей верой перекраивали тексты, давая пищу своей фантазии и своим критикам и, в частности, злейшему врагу христианства, острослову Цельсу. Трудно сказать, что было в исходных списках. Посмотрим лучше, как звучат обвинения евреев в канонических Евангелиях.
По Марку и Матфею, первосвященники и старейшины возбуждают народ (Мк. 15: 11, Мф. 27: 20), а возбужденный ими народ (в текстах "они", у Луки "весь народ") кричит: "распни" (Мк. 15: 13, 14, Мф. 27: 23, Лк. 23: 18,
21). По Иоанну, требуют у Пилата и добиваются распятия первосвященники и служители (Ин. 19: 6). Матфей еще усиливает вину иудеев, т. к. "весь народ сказал: кровь Его на нас и на наших детях" (27: 25). Впервые обвиняет собственный народ Апостол Петр, а затем извиняет его, ибо "вы, как и начальники ваши, сделали это по неведению; Бог же, как предвозвестил устами всех Своих пророков пострадать Христу, так и исполнил" (Деян. 3: 13, 17, 18). Евангелист Лука сближает в этом вопросе взгляды Петра и Павла. Павел в своей проповеди в синагоге города Антиохии говорит: "Ибо жители Иерусалима и начальники их, не узнавши Его и осудивши, исполнили слова пророческие, читаемые каждую субботу, и, не нашедши в Нем никакой вины, достойной смерти, просили Пилата убить Его" (Деян. 13: 27, 28). В "Откровении Иоанна Богослова" глобальная вина за все несчастья мира вменяется без всяких оговорок "зверю" - Римской Империи.
О суде над Иисусом написаны горы книг, а роли всех участников процесса освящены каноном, допускающим, впрочем, различные толкования и различную расстановку акцентов. Отметим в этом деле огромное значение иудейской теократии, опасающейся смут и конфликтов с римлянами и готовой пресечь любые выступления ради сохранения статус-кво. Влияние первосвященников и служителей Храма на невежественную толпу в древнем Иерусалиме было не меньше, чем, например, влияние радио и газет в СССР в годы красного террора, когда разъяренные массы трудящихся, подогретые прессой, единодушно требовали смерти "врагов народа".
Само слово "иудеи" в Евангелиях часто имеет смысл, враждебный Иисусу. Возможно, что такой смысл придавался уже Апостолами и их учениками, а впоследствии он был еще усилен греческими переписчиками Нового Завета. Следует помнить при этом, что из двенадцати учеников Иисуса только Иуда Искариот был родом из Иудеи, тогда как все остальные Апостолы были галилеянами. Между Иудеей и Галилеей находилась полуязыческая Самария, т. е. Галилея была "глухой" провинцией по отношению к эпицентру веры. Известно, как высокомерно относились жители Иудеи к самаритянам и галилеянам. Аналогом таких отношений в русской истории могут служить, разумеется приближенно, отношения между москвичами и новгородцами, или между москвичами и псковичами в эпоху Ивана Грозного, да и в наше время. Большой любви между ними, как известно, не было. Провинциалы-галилеяне Матфей и Иоанн и их окружение, участвующее в составлении текстов, хотя и были евреями, не могли не испытывать отчуждения по отношению к жителям столицы, к тому же замешанным в казни любимого Учителя. Такая же психологическая дистанция отделяла от Иерусалима Евангелиста Марка, и еще большая - Луку. Для евреев-христиан диаспоры и обращенных язычников, вообще, вся Иудея, в которой случилась казнь Христа, была очень и очень отдаленной, скрытой в тумане и легендарной страной. И если в ней, т. е. в этой стране, что-то происходило, то жители, например, далекой Антиохии или еще более далекого Рима, не вдаваясь в детали, говорили: "вот иудеи сделали то-то и то-то". В смысле точности определений это все равно, как если бы где-нибудь в Италии сказали: "Вот русские сослали на каторгу Достоевского", или: "Русские казнили декабристов". Другими словами легендарное событие в далекой стране всегда рисуется крупными мазками и расплывчатыми красками.
Несомненным же историческим фактом является то, что Иерусалимский Храм всегда был окружен ядром преданных Закону иудеев, которыми умела манипулировать священническая каста. В деле Иисуса смешались религиозные и политические мотивы, причем последние, очевидно, главенствовали. На совете первосвященников говорилось: "Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут римляне и овладеют и местом нашим и народом. ...лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб" (Ин. 11: 48, 50). Классическое политическое решение проблемы! За религиозное преступление - объявление себя Сыном Божиим - Иисус был бы по иудейской традиции и после утверждения приговора синедриона Понтием Пилатом побит камнями. Распятие означало политическое преступление - мятеж, призыв к неуплате податей, заговор или оскорбление императора. В данном случае преступлением считалось объявление Иисуса царем иудейским.
Главный персонаж судебного процесса - судья, он же римский прокуратор Понтий Пилат, наделенный правом высшей юрисдикции и убежденный в невиновности Иисуса, хочет отпустить Его, но под давлением еврейской толпы сначала бичует, а затем предает распятию, умывая при этом неожиданно по-еврейскому обычаю руки, т. е. снимая с себя этот грех. Такова евангельская трактовка события, послужившего точкой разветвления двух религий.
Большинство людей не задумывается над тем, что произошло бы, если бы казнь не состоялась. Сумел бы Иисус завершить свою миссию на земле? Прекратилась ли бы кровавая вакханалия и состоялось ли бы идеальное Братство людей? По-человечески проще решается частный вопрос о том, кто же виноват в казни Христа? Евангелия дали направление поискам. Даже, если бы процесс суда протоколировался и на нем присутствовали бы ученики Иисуса, то и тогда народная вера и фантазия существенно дополнили бы Евангелия.
В разгар антииудейских настроений рождается целый цикл апокрифов о благородном Пилате и его жене Прокуле, тайной последовательнице Иисуса. В одном апокрифе анонимного автора Тиберий, узнав о казни Иисуса, впадает в ярость и карает смертью самого Пилата. В другом апокрифе император Тиберий, исцеленный христианкой Вероникой, принимает христианство. В "Апологии" Св. Иустина упоминаются отчеты Пилата Тиберию о деле Иисуса, признанные учеными поддельными. Таковы же и апокрифические "Деяния Пилата", составляющие первую часть Евангелия Никодима.
Ни одному из римских администраторов не выпадала такая историческая слава, как Пилату, сделавшему все, что в силах человеческих, для спасения Христа. В христианском сознании этот жестокий правитель Иудеи был полностью реабилитирован и обелен. И все же римская церковь поступила мудро и не причислила его к лику святых. А вот в святцах коптской церкви день 25 июля значится днем святого Понтия Пилата и святой Прокулы.
Апокрифы являются не только религиозным,но и художественным видением событий, поэтому не будет большим грехом вспомнить здесь чисто художественное произведение Анатоля Франса - "Прокуратор Иудеи". В этой новелле отставной прокуратор Пилат, находясь на "заслуженном отдыхе" и вспоминая свои подвиги на Востоке и, в частности, красотку Магдалину, на вопрос соратника: "Помнишь ли ты Иисуса Назареянина?" - равнодушно отвечает: "Не припоминаю". Реконструкция далекого события в психологической трактовке Франса ближе всего к истине.
История свидетельствует, что смерть любого крупного реформатора религии - еретика - есть почти неизбежный политический акт. Более того, смерть хороша для тех, кто работает для будущего. Уцелей Иисус в те дни в той злополучной Иудее, кто знает, состоялось ли бы христианство как мировая религия? Скорее всего его бы ждала судьба многих иудействующих сект, бесследно исчезнувших в водоворотах истории.
Сосуществование иудаизма и христианства в одной религиозной нише продолжалось до конца I века, а к концу II века отношения между религиями уже приобрели непримиримый враждебный характер. Если бы мирная маленькая община галилейских идеалистов вместе с Иисусом перенеслась бы на полтора столетия вперед, то их удивленному взору предстала бы картина яростной борьбы в духовной сфере одинаково преследуемых римлянами иудеев и христиан. Иудаизм и христианство были двумя единственными религиями, с которыми в I веке воевала Римская Империя. Во времена Апостолов еще не было законов, запрещающих монотеистические религии, хотя они и находились под надзором государства. Римские цезари время от времени в соответствии со своими вкусами и наклонностями выгоняли на арены цирков толпы мучеников
- иудеев и христиан, но это еще не носило характера непреложного закона.
Начиная с императора Траяна, Империя систематически преследует как иудаизм, так и христианство, которые она уже научилась отличать друг от друга. Согласно церковной историографии число гонений, видимо, по аналогии с казнями египетскими, принято считать равным десяти. Очень приблизительно гонения можно приписать десяти императорам: Нерону, положившему начало гонениям в 64 г., Домициану (81 - 96 гг.), Траяну (98 - 117 гг.), Марку Аврелию (161 - 180 гг.), Септимию Северу (эдикт 202 г.), Максимину Фракийцу (235 - 238 гг.), Децию (эдикт 250 г.), Валериану (эдикты 257, 258 гг.), Аврелиану (275 г.) и Диоклетиану (эдикты 303 г. и весны 304 г.). Случаи гонений имели место и при других императорах.
Иудеев и христиан преследуют за враждебность другим религиям и отрицание государства. Свое убеждение, что иудаизм означает презрение к гражданским (римским) законам и полное равнодушие к преуспеянию государства, римляне перенесли и на христианство. Ко всем другим религиям Римская Империя,будучи светским образованием, относилась весьма терпимо. Христиане жили надеждами на близкий конец мира, скрытно желая гибели Империи. В этом отношении их взгляды полностью совпадают с мрачными пророчествами иудеев в Апокалипсисах псевдо-Ездры, псевдо-Варуха, в Апокалипсисе Иоанна, книгах Сивиллы и других произведениях, предсказывающих неминуемую катастрофу. Богословы обеих религий, иудаизма и христианства, убеждены в необходимости борьбы с Империей, как развития борьбы между Богом и дьяволом. Гонения, которым не было видно конца, поддерживались не только римской властью, но и обществом. Об отношении римского общества к христианам можно судить по трудам римских историков, писателей и философов, живших во II - III веках.
Римские историки Корнелий Тацит (58-117 гг. н. э.) и Гай Светоний Транквилл (70 - 140 гг. н. э.) в своих работах уделили христианам по одному абзацу. Плиний Младший, будучи наместником в Вифании, в 112 г. адресовал Траяну письмо о христианах его провинции, где испрашивал совета, как с ними поступать. В целом оценка секты христиан лаконичная и сдержанно-презрительная. Когда христианство стало значительным явлением в Империи, оно подверглось беспощадной критике римских философов Лукиана Самосатского (О смерти Перегрина), Цельса (Правдивое слово), Миниция Феликса (Октавий), Гиерокла (Правдолюбивое Слово) и самого императора Юлиана Отступника (Против христиан). Наибольшей остроты критика достигала в "Правдивом слове" Цельса (ок. 177 г.), произведении, сохранившемся благодаря Оригену и которому Ориген посвятил 8 книг, объединенных названием "Против Цельса".
По Цельсу, христиане представляют собой противозаконную организацию, учение их - варварское и к тому же не оригинальное. Иисус творил чудеса при помощи колдовства. Христиане веруют слепо, вопреки разуму. Иудейство, из которого возникло христианство, отличается нетерпимостью, обособленностью от всех. Христианство имеет последователей лишь среди невежд. Далее Цельс опровергает христианство с иудейской точки зрения следующим образом. Иисус - не мессия, ибо он родился обычным путем, не обладает чертами бога и не совершил ничего божественного. Все пророчества об Иисусе не имеют к нему никакого отношения. Приписываемые Иисусу чудеса, смерть и воскресение можно легко опровергнуть. Иисус сам в свой смертный час признал свое бессилие.
С философской же точки зрения христианство откололось от иудаизма и продолжает дробиться на множество сект. Оно не содержит ничего нового и ищет адептов среди низших необразованных слоев общества. Проповедники христианства - обманщики. Учение о воплощении бессмыслица и противоречит идее Бога, которому не подобает облекаться в низменную плоть и сходить при этом на землю, т. к. земля не центр вселенной, а человек - не есть цель мироздания. Библия - собрание заимствованных и нелепых сказаний.
Далее Цельс не спеша опровергает догматы христианства, которые к тому же заимствованы у платоников, митраистов и персидских магов. Космогония христиан полна противоречий и нелепостей. Пророчества Христа - фальсификация. Учение о Страшном Суде и воскресении из мертвых - противоестественно, противоречит идее Бога и является превратным толкованием учения Платона. По Цельсу, следует с уважением относиться к официальному культу, который вполне может быть совмещен с христианством, а образованным христианам постараться найти общий язык с эллинизмом. Как видим, христианство и иудаизм столкнулись здесь с незаурядным противником. Во втором веке христианство еще не могло дать достойный ответ Цельсу. Это сделал в третьем веке Ориген (185 - 254 гг.).
В правление императора Антонина Пия (138 - 161 гг.) гонения на иудеев начинают ослабевать, т. к. они, по мнению властей, перестают быть угрозой Риму. Им вновь разрешают совершать обряд обрезания и некоторые другие ритуалы. Гонения же на христиан усиливаются, и они живут в атмосфере постоянного страха, доносов и готовности к смерти. Таинственность богослужений, порожденная гонениями, вызывала дополнительные волны клеветы и наветов. Их ночные собрания, богослужебные слова о теле и крови Христовой, привычка верующих называть друг друга братьями и сестрами, священные поцелуи, которыми они обменивались без различия пола - все это возбуждало подозрения в магии, заговорах, кровосмешении, детоубийстве и другие неприятные толкования в умах людей, неспособных понять этот золотой век христианской чистоты. К этому добавлялись обвинения в безбожии, т. к. христиане, подобно иудеям, с отвращением отворачивались от статуй богов. Образ врага общества, колдуна, заговорщика и безбожника сопутствовал теперь христианину более, чем иудею, делал его пугалом в глазах кровожадной черни. Презрение умирающих мучеников к городским подонкам только подливало масла в огонь. Чернь больших городов была злейшим врагом христианских святых. Мученичество становится основой христианской апологетики и признаком истинности христианства. Мужество и презрение к смерти, проявляемые христианами, имели массовый характер и оказывали огромное влияние на умы и чувства зрителей этих казней. Энтузиазм мученичества был в течение двух веков господствующим духом христианства. История сохранила описания мученичеств христиан, не уступающих по силе духа маккавейским братьям.
Одним из самых известных мучеников-христиан Востока был Игнатий Богоносец, глава Антиохийской церкви. Хронология его жизни, ареста и казни содержит много ошибок. Св. Иероним считает, что казнь Игнатия произошла на пятом году царствования Траяна. Евсевий Кесарийский - что в 8 или 10 году, т. е. в интервале 103 - 108 гг. н. э. Имя "Игнатий" было в употреблении у евреев Антиохии, хотя, возможно, он был и сирийцем. После одного из народных волнений Игнатий был арестован и отправлен в Рим для казни. Его имя пользовалось огромным уважением в Малой Азии и потому во время остановок арестанта окружали христиане местных церквей, ища его советов. Путешествие Игнатия превратилось в своего рода триумф и сопровождалось писанием посланий церквям Азии. Одно из них, адресованное верующим Рима, в подражание Св. Павлу, поразило весь древний духовный мир. Его стиль отличает горячая вера и жажда смерти во имя Иисуса. Игнатий в глазах христиан стал учителем мученичества.
В I - II веках языческие религии, сохраняя свою неглубокую мистическую основу, в обрядовой части опустились до уровня дешевых театральных шоу, паясничания магов и были неспособны удовлетворять нравственные потребности общества. Низы Рима - плебс, ремесленники, ветераны, вольноотпущенники и рабы погружались в пучину неверия и покидали языческие храмы. Культы некогда популярных богов приходили в упадок, сопровождающий распад общества в целом. В Риме и других крупных городах общественная жизнь концентрировалась в амфитеатрах, в которых главным зрелищем были все те же кровавые гладиаторские бои, вызывавшие у многих отвращение и ужас. Нужда в монотеистической религии становилась все настоятельнее. Уверенность, присущая иудаизму и иудео-христианству, делала их привлекательными в этот век распадающихся верований. Иудейские, иудео-христианские, а затем и христианские общины являлись островками спокойствия, милосердия и надежды на общем фоне жестокости, вакханалий и порока.
Жизнь в общинах требовала союза людей для взаимопомощи, нравственного утешения и отправления религиозных обрядов. Если у знатных патрициев основные заботы лежали в русле высоких материй - честь фамилии, служба, соблюдение традиций, как и положено аристократам, то у маленьких людей все радости жизни и ее смысл были связаны с семьей и с религиозной общиной. В общине царило полное равенство. Здесь все были равны: и свободный гражданин, и вольноотпущенник, и раб - все дети Божии. Вне общины человек чувствовал себя беззащитным, в общине его ждала любовь и поддержка братьев по вере. В Риме общины иудейской и христианской направленности первое время существовали в форме "погребальных коллегий", официально разрешенных властями для организации взаимопомощи в деле похорон. Для обездоленных и нищих, откладывающих на свое погребение жалкие крохи, очень важно было сознавать, что их тела после смерти не будут выброшены на свалку, а их души продолжат жизнь в Царствии Иисуса. В связи с такой официальной направленностью "коллегий" первыми христианскими святилищами были гробницы мучеников. Римские законы ограничивали существование союзов на постоянной основе, допуская в принципе только две социальные группы - семью и государство. Против союзов были разработаны специальные ограничительные меры: требовалось испрашивать предварительное разрешение на собрание, ограничивалось число членов собрания, запрещалось иметь денежный фонд, председателя и т. п. Эти меры то ужесточались, то ослабевали, но никогда мелочная опека империи не исчезала совсем. То, что коллегии выбирали старейшину - пресвитера и имели кассу взаимопомощи, в любой момент могло быть приравнено к оскорблению цезаря лицом, созвавшим собрание.
Первые иудео-христианские общины управлялись пресвитерами (греч. - старейшинами), поставленными еще Апостолами, а также Павлом, Варнавой и другими миссионерами. Со временем общины стали сами избирать пресвитеров для управления делами из числа наиболее авторитетных и нравственных мирян. Это и были первые священники. Задачами пресвитеров являлись, во-первых, достижение соглашений с римскими властями, во-вторых, организация духовной и, в какой-то степени, материальной жизни верующих. Существование общин на демократических принципах таило в себе опасность анархии, возникновения ересей и борьбы за первенство. Поэтому свободная церковь, как ее задумал Иисус и развивал Павел, вскоре оказалась анархической утопией. Через некоторое время пресвитеры и епископы (греч. - надзиратели, блюстители) стали полномочными выразителями воли верующих, избирая из своей среды одного главу городской или местной церкви - епископа, поглощающего права остальных пресвитеров. "Епископ должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен (честен), страннолюбив, учителен, не пьяница, не сварлив, не корыстолюбив, но тих, миролюбив, не сребролюбив. Хорошо управляющий домом своим, детей содержащий в послушании со всякой честностью; ибо, кто не умеет управлять собственным домом, тот будет ли пещись о Церкви Божией?" (1 Тим. 3: 2 -
5). Теперь таинство евхаристии совершается только епископом, как бы получившим это право от Апостолов. Иудео-христианский историк Гегезипп, путешествующий по христианскому миру во второй половине II века, видел везде уже сложившуюся систему епископата. По одну сторону - пастыри, по другую - стадо.
Состав епископата церкви Иерусалима, наследницей которой признает себя Римская церковь, был чисто еврейским. Это были родственники Иисуса. Первый иерусалимский епископ - Иаков Праведный, "Брат Господень", погиб мученической смертью в 62 г. н. э. в период смуты по приговору первосвященника Аннания. Второй епископ Иерусалима Симеон I, сын Клеопы, дяди Иисуса, и, следовательно, двоюродный брат Господа, был распят после жестоких пыток римским легатом в Иудее Тиберием Аттиком в царствование Траяна. Третий епископ - Иуда, внук Клеопы. Судьба его неизвестна. Четвертый епископ - Симеон II, по-видимому, также внук Клеопы, погиб мученической смертью при Траяне.
В I веке епископами Римской церкви (папами) были: Апостол Петр (казнен в 67 г.), Лин (67 - 76 гг.), Анаклет (Клет, 76 - 88 гг.), Климент I (88 - 97 гг.), Эварист (97 - 109 гг.). Все они, кроме Анаклета, имели еврейское происхождение. Мученической смертью погибли Петр, Лин, Анаклет и Эварист. Во втором веке Римская церковь имела только одного папу-мученика - Телесфора, как указывает Ириней. Римская церковь унаследовала и развила иерархические традиции Иерусалимской церкви и благодаря этому сумела одержать историческую победу.
В развитии иудео-христианства был период, о котором христианские историки стараются не вспоминать. Во время этого периода главами церквей практически всех городов Империи, особенно ее восточной части, например, Антиохии, Эфесса, а также Рима, были евреи-христиане. Постепенно, в связи с наплывом язычников, возникло двойственное положение, когда во многих городах одновременно существовало два пресвитериата и два епископа - один для христиан из евреев, другой для христиан из язычников. Епифаний Кипрский (367 - 403 гг.) считает, что епископы христиан из язычников были поставлены Павлом, а епископы христиан из евреев - Апостолами. Впоследствии, т. е. в III - IV веках, это даже приводило к путанице в установлении правильной преемственности епископской власти. Выросшее из иудейских общин еврейской диаспоры христианство в I - II веках претерпело мощную этническую эволюцию, направленную от иудеев к язычникам, прежде всего, к грекам. Это сопровождалось и сменой руководства христианских общин - пресвитеров и епископов еврейских на греческих, которая, в основном, завершилась к концу II века. Имена еврейских епископов были преданы историками христианства сознательному забвению из-за антагонизма евреев и христиан, оформившемуся тоже к концу II века. Ради исторической справедливости следовало бы восстановить их имена, насколько это возможно. Однако сложность заключается в этом случае в том, что евреи-христиане диаспоры носили греческие имена, как было принято в Империи, и потому они трудноразличимы для историков. Кому, например, придет в голову, что Первомученик Стефан - еврей? Кроме того, раз приняв христианство, т. е. приняв концепцию Апостола Павла "нет ни эллина, ни иудея... но все и во всем Христос" (Колос. 3: 11), они не выпячивали свое еврейство, а по убеждению своему принесли его в жертву новому духу братства и растворились в нем.
Принципиальные споры христианских богословов велись, в основном, c ортодоксальными иудеями, не признававшими мессианства Иисуса, что и было главным водоразделом христианства и иудаизма. Мелкие же споры, касающиеся обрядности и толкования пророчеств, велись между евреями-христианами и греками-христианами ежедневно и составляли неотъемлемую часть духовной жизни. К сожалению, эта полемика становилась все более эмоциональной, увлекая спорщиков, как это часто бывает, в трясину нетерпимости и обид. Празднование Пасхи и субботы, еще связывавшее две религии, ослабевало с каждым днем. Если во времена Апостола Павла христианин, не соблюдающий предписаний Закона, был осуждаем, то теперь с наплывом язычников положение сменилось на противоположное. Главное - это вера в Иисуса и соблюдение заповедей. Соблюдение же обрядности - по благочестию каждого и не смущающее язычников-христиан. При этом узкие умы легко впадали в крайность и осуждали уже тех, кто соблюдал что-либо из Закона. Роли менялись, и язычники, толпами вступающие в христианство, привносили в него неизбежно другой дух и другие нравы. Св. Иустин в "Диалогах" говорил: "если некоторые евреи, уверяющие, что они веруют в Иисуса Христа, хотят заставить верующих, бывших язычников, соблюдать Закон, то я их отвергаю абсолютно". Забывая о преемственности идей, прозелиты веру в Христа противопоставляли Закону Моисея.
Очень быстро полем битвы стала Библия, а орудиями боя ее тексты. Христианские богословы разного калибра старались отыскать в Ветхом Завете пророчества и псалмы, имеющие отношение к Мессии, и доказать, что все это исполнено Иисусом. Им казалось чрезвычайно важным подвести пророческие основания под все факты Его жизни. При этом тексты произвольно кроились, как неодушевленное вещество, фразы выдергивались из контекста, приспосабливались к господствующей в данный момент цели. Критики таких неточных переводов текстов, например (Ис. 7: 14), подвергались поруганию. Случались и подлоги. Когда еврейские книжники протестовали и говорили, что в их текстах ничего подобного нет, им отвечали, что они по своей злонамеренности эти тексты нарочно сами же исказили. Так, например, из книги Исайи они, книжники, сознательно исключили рассказ о том, как пророка распиливали деревянной пилой. Сделано это было, якобы, с целью не напоминать о преступлении против Иисуса. Спор богословов перерастал в бескомпромиссную борьбу. Еврейские полемисты-ортодоксы и христианские апологеты тянули Ветхий Завет в разные стороны и толковали его со всей свободой, вытекающей из отсутствия гласных в еврейском алфавите. Равви Акиба и ученики его школы утвердили принцип, согласно которому в Библии нет ничего малозначащего, и каждая буква вставлена с определенной целью и имеет сокровенный смысл. Истина тонула в потоке казуистики, и о ней забывали, предаваясь ненависти.
Греческие философские школы смотрели свысока на лишенный метафизики иудаизм, казавшийся им упрощенной формой религии. В то же время они не могли спокойно воспринимать идею избранничества евреев. Эта идея вызывала и вызывает в настоящее время, по меньшей мере, чувство досады у "национально" мыслящих людей. Досада сменяется гневом, если начать выяснять у них, не делали ли они попытку добиться у Бога такой же привилегии? Природа человека такова, что он плохо переносит мысль о своей второсортности в сравнении с кем-то. Эгоцентризм людей бессознательно ставит их в центр вселенной, заставляя считать себя, свою семью, свое сословие, свой этнос, свою культуру и законы самыми совершенными. Такова психология многих цивилизованных народов. И проявляется она иногда открытым текстом, иногда между строк в законодательстве, философии, произведениях художественной литературы. В отдельные периоды, когда подобная психология становится доминантой поведения этносов, возникают конфликты. Поэтому естественно, что античная идея избранничества евреев, проливая бальзам на их боголюбивые сердца, рождала антипатию в окружающих народах. Если проследить историю евреев, то становится очевидным, что те моральные дивиденды в виде поддержки и утешения, которые они извлекали из этой идеи, оказывались совершенно несоизмеримыми с теми несчастиями, которые эта идея навлекала на них.
Первыми, кто отвергнул идею избранничества евреев, причем самым решительным образом, были гностики (греч. - совершенные ученые). Для этого некоторые из них предложили гипотезу, по которой чувственный мир был сотворен низшим богом Иалдоваофом, мятежным сыном богини небесной мудрости Софии. Еврейский же бог Яхве - это и есть Иалдоваоф. Змий-искуситель - вовсе не искуситель, а спаситель, так как он попытался предохранить Еву от лживых наущений Иалдоваофа. Верховный бог некоторое время предоставлял Иалдоваофу свободу действий, но затем послал на землю своего другого сына для того, чтобы он временно вселился в тело человека Иисуса и освободил людей от лживого учения Моисея.
Открывался прекрасный компромисс между языческой философией и христианством, включающий почитание Христа и недоброжелательное отношение к иудеям. Христианству, обладающему лишь верой, но не философией, предоставлялся шанс подняться на определенный мировоззренческий уровень и удержать на своей орбите вчерашних язычников христиан-греков, искушенных в философской грамоте. Этим последним, в отличие от простых людей, христианское учение представлялось скудным в умственном плане, так же, впрочем, как и еврейская Библия, если, разумеется, не искать в ней вслед за Филоном одних иносказаний. Гностики предлагали вообще отказаться от Ветхого Завета и прекратить связь с религией частного бога, не сумевшего даже толком защитить свой город от разрушения и заброшенности, в которой он сейчас пребывает. Иисус, говорили они, стоит, разумеется, выше и смотрит дальше основателей иудаизма, но Апостолы Его не поняли, а учение извратили. Один только гнозис, т. е. "совершенная наука", обладает религиозной тайной и истиной. Эта полуязыческая, полухристианская эклектика в I веке смущала многие умы, и Новый Завет устами Павла предупреждал верующих: "О,Тимофей! Храни преданное тебе, отвращаясь негодного пустословия и прекословий лжеименного знания, которому предавшись, некоторые уклонились от веры" (1 Тим. 6: 20 - 21). Гностицизм своим рационализмом, подобно кислоте, разъедал молодое вероучение и просуществовал до той поры, пока христианство не стало государственной религией. Сторонники гностицизма утверждали, что воскресение совершается для каждого в тот момент, когда он становится гностиком (2 Тим. 2: 18). Они легкомысленно относились к нарушению целомудрия: "телу телесное, духу духовное".
Гностики высказывали свое отвращение к мученичеству в форме, оскорбительной для христиан: "Христос не страдал, зачем же страдать ради него?" По их мнению, мученики всегда неправы и претерпевают страдания справедливо, за скрытые ими ранее преступления. Христианам, верящим в чудеса, гностики привили вкус к таинствам. Таинствами становились обряды крещения, соборования умирающих и другие. Гностики допускали и некоторые языческие обряды, гимны, изображения Христа. Их влияние на христианство было первостепенным, так как создавался мост между языческими обычаями и новым культом. Они по-своему пропагандировали христианство в массе язычников и придали новой религии жизнеспособность. С ними церковь перешла от чудес к таинствам и приобщилась к античному искусству, которое нравилось народу. Предавая анафеме теологические бредни гностиков, церковь многое заимствовала у них из обрядности. Сама метафизика гностиков делала веру более рассудочной, а их параллельное присутствие в жизни заставляло христианство поднимать свой интеллектуальный уровень.
Гностицизм имел несколько направлений, которые мы здесь не хотим обсуждать. Отметим лишь одну его разновидность, так называемых докетиков, представителем которых был еще Керинф. Один из элементов докетизма был заимствован Мухаммедом и перешел в ортодоксальную доктрину ислама. Суть сводилась к тому, что человеческий элемент в Христе не участвовал в искуплении, т. к. Иисус был простым человеком, а Сын Божий (ангел,эон) вселился в него на время при крещении и покинул при распятии. В подтверждение такого взгляда докетики ссылались на фразу умирающего Иисуса, которая и сейчас является трудным текстом для христиан: "Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?" (Мк. 15: 34). Умереть на кресте мог простой человек по имени Иисус, но не Сын Божий. На призраке Сына Божьего и вымещали свою бессильную ярость римляне и евреи. Мухаммед, признававший Иисуса пророком, хоть и не божественного происхождения, также не мог допустить для пророка дурного конца. Ислам воздал величайшие почести месту, где находился разрушенный Храм. На месте Храма, оскверненного христианами, превратившими развалины в свалку нечистот, возвышается мечеть имама Омара, лично участвовавшего в вывозе этих нечистот.
Как видим, эллинизация христианства в I - II веках сопровождалась религиозными усложнениями, связанными с привычным для греков многобожием. Многие греческие философы: Василид, Валентин, Карпократ и другие - пытались обобщить христианство, представляя Христа одним из ряда богов, и активно вовлекали слушателей в управляемые ими секты. Их догматы космогонического характера, ум, красноречие, обширные знания производили большое впечатление на колеблющихся в своем правоверии греков. Будучи полу-христианами, они публично клялись в преданности Иисусу, по сути разрушая неустановившуюся ортодоксию церкви. В этот период церковь балансировала между двумя крайностями. Одни, это были греки, утверждали, что религия Иисуса не имеет ничего общего с Ветхим Заветом. Другие, это были иудео-христиане, в том числе Апостолы, считали христианство простым продолжением еврейской религии.
К первому направлению относится Маркион из Синопа, один из самых ярких философов II века, имевший чрезвычайный успех во всем христианском мире. Его сторонники составляли самую многочисленную в те времена христианскую секту. Маркион был философом-новатором и самым оригинальным христианским проповедником. Противостояние церкви и синагоги во многом обязано его трудам. В своих "Антитезах" Маркион выставляет оба Завета, Ветхий и Новый, в вопиющем противоречии. По Маркиону, Ветхий Завет противоположен христианству. Он был продиктован Моисею демиургом (Яхве) с целью удержать евреев в оковах теократии, подчинить их себе обещаниями и угрозами, а затем подчинить другие народы - ханаанеян, египтян и т. д. народу Яхве. Закон Моисея не отмечен печатью высшего значения и оказался бессильным против зла. Закон Моисея - это всего лишь закон справедливости и добра. Система Маркиона основана на двоебожии и противопоставлении Бога злого и Бога доброго, Бога евреев и Бога христиан. Вещество и плоть человеческая - вечное зло. Старый закон Яхве - это творение вещественное, корыстное, жестокое, лишенное любви. Осуждая плоть абсолютно, Маркион считал, что продолжение рода человеского ведет к продолжению царствования демиурга - злого Бога. Маркион осуждал брак и не допускал состоящих в браке к крещению. Секта Маркиона побуждала людей к мученичеству как к высшему освобождению их от жизни, которая сама есть сплошное зло. Тела умерших, по Маркиону, не воскресают. Души истинных христиан получат дальнейшее существование путем ряда переселений. Все еврейское, по Маркиону, требовало удаления из христианства. Маркион составил свое Евангелие, где Иисус не был не только евреем, но и человеком. Это была биография совершенного эона, не имевшего предков, родных, учителей, предвозвестников. Христос, по Маркиону, не рождался, так как рождение есть осквернение, не страдал, не умирал. Маркион убрал из своего Евангелия тексты, в которых Иисус признает Творца своим Отцом. Добрый Верховный Бог присылает своего сына, воплощенную в образе человека Иисуса кротость, чтобы преодолеть влияние демиурга и утвердить милосердие. Но ветхозаветный бог Яхве убивает человека Иисуса и тем как бы венчает эру зла. Переделав по-своему на антиеврейский лад Евангелие, Маркион не успокоился и взялся за переделку посланий Павла, которые он в принципе признавал. Из посланий Павла Маркион изъял все цитаты Ветхого Завета, имя Авраама и вообще все еврейское, которое он почему-то ненавидел. Надо признать, что до Маркиона ни один автор апокрифов так круто не обходился с уже известными и принятыми христианским миром текстами Священного Писания.
Естественно, что такой подход возбудил критику и негодование со стороны авторитетных христианских лиц и, в частности, со стороны Иустина, Поликарпа и других. Надо отдать должное руководству христианских церквей II века, отвергнувшему догматические притязания Маркиона. Сам Маркион делал потом отступления и частичные отречения от своих взглядов, но в конце концов после двух осуждений был за двоебожие отлучен от церкви. Однако влияние Маркиона этим актом, естественно, не аннулировалось, а рожденная им волна антииудаизма обошла все пределы христианского, теперь уже греческого, мира.
Иустин из Неаполя Самарийского, много сделавший для защиты христиан от гонений язычников, сравнивает эти гонения с гонениями восточных христиан-евреев, которыми они подвергались со стороны правоверных евреев во времена восстания Бар-Кохбы. Все это действительно имело место как результат фанатизма и религиозной нетерпимости, достигшей максимума в этой последней иудейской войне. Дело, однако, в том, что в своих "Апологиях" и "Диалогах" Иустин забывает указать, что преследуемые восточные христиане были евреями и были религиозным меньшинством, обвиненным в предательстве нации и расколе. Многие поколения христиан, читавшие труды Иустина, умершего мученической смертью в Риме в последний год царствования Антонина и причисленного к лику святых, приняли на веру образ врага-еврея, преследующего христианина.
Здесь приведены отдельные примеры неполной или искаженной информации, создавшей к концу II века общий взгляд на евреев, выражающийся в упреке в распятии Христа. С таким упреком к народу в целом не обращались ни Петр, ни Иаков Праведный, ни автор Апокалипсиса. В их времена это считалось делом рук римлян, Пилата, первосвященников, отдельных фарисеев. И хотя Христос был приговорен к распятию римским прокуратором Понтием Пилатом, а приговор был приведен в исполнение римскими легионерами, добавившими к казни в пределах своего скромного солдатского чина дополнительные мучения, до сих пор не известен ни один житель Римской Империи, Священной Римской Империи, Италии или другой христианской страны, который бы сокрушался по поводу того, что "наши солдаты" распяли Христа или "наши римляне" распяли Апостола Петра. Власти стран, в которых были распяты 10 из 12 учеников Иисуса, отнеслись к ним так же, как иерархи иудаизма к Христу. Восемнадцать веков штамп о распятии Иисуса евреями нелепым образом владеет умами христиан, ненавидящих иудеев, словно Иисус и его ученики были немцами, французами, итальянцами, поляками или русскими, а невесть откуда взявшиеся иноверцы-евреи специально забрели в Иудею, чтобы распять "нашего Христа".
Вовлечение в христианство греческих философов-эклектиков привело к образованию стереотипа в сознании малоискушенных в тонкостях этой истории христиан, сводящегося к тому, что евреи - богоубийственный народ. На этом, в сущности, подлоге складывается христианское правоверие. И хотя оно еще очень неустойчиво и ведет борьбу с соперничающими сектами маркионитов, монтанистов, гностиков и другими, в речах и посланиях руководителей церквей уже четко звучат ноты нетерпимости к взглядам или оттенкам взглядов их оппонентов. Нетерпимость внушается пастве и становится хорошим тоном в общении с представителями даже христианских сект иного толка, нежели данная.
В периоды гонений происходили казни христиан и каждая секта гордилась своими мучениками. В "Церковной истории" Евсевия со ссылкой на Аполлония Эфесского рассказывается, что христианские секты доходили до клеветы на мучеников другого направления. Ссоры между соперничающими сектами продолжались буквально до смерти соперников на крестах, когда умирающие за Христа люди старались повернуться спиной друг к другу и избегали даже намека на общение. Нужно помнить, что последним словам умирающих придавалось огромное значение.
Одним из самых уважаемых в истории христианства церковных деятелей той поры был Поликарп, мученик и святой, сожженный на костре в г. Смирне. Его мужество во время казни настолько поразило язычников, что власти сочли нецелесообразным продолжать казни и на какое-то время приостановили их. Ученик Апостола Иоанна Поликарп был представителем третьего поколения христиан. Наряду со множеством добрых дел, история сохранила примеры его нетерпимости, нескрываемой гордыни, внушаемой также и его ученикам, презрительного отношения к язычникам и евреям, что, к сожалению, принижает образ этого незаурядного служителя церкви, бывшего при жизни как бы председателем всех церквей Малой Азии. Пылкость веры Поликарпа не всегда соседствовала с апостольским смирением в общении. При встрече в общественном месте с Маркионом, к которому по множеству причин следовало бы отнестись с уважением, Поликарп назвал его первенцем Сатаны. Об этом инциденте с восхищением пишет его ученик Ириней Лионский, свидетельствуя тем самым о снижении уровня христианской мудрости и смирения. Но кто может быть абсолютно уверенным, что именно он не есть первенец Сатаны?
Религия утверждалась людьми, наделенными особым даром убеждения, искусством проповеди. Не каждое обращение к толпе могло дать ожидаемый проповедником результат. Требовалось красноречие, уверенный тон, умение поразить воображение, вызвать поклонение, а иногда страх перед карами и образом врага. Без этого последнего элемента проповеди вообще не произносились. Образ врага является важным компонентом речей уличных ораторов нашего времени. Модным врагом к концу II века для христиан становятся иудеи. Поликарп много сделал для утверждения правоверия в христианстве. Сам будучи учеником Апостола Иоанна, опираясь на апостольское предание и благодаря своему проповедническому дару, Поликарп сумел многих сектантов маркионитов, валентиниан и других вернуть в лоно католической церкви.
Между сложившимся правоверием иудаизма и складывающимся правоверием христианства во II веке еще существовали оттенки, тона и полутона, секты, секточки и перебежчики. Сам Поликарп не только не доходил до разрыва с иудаизмом, но и соблюдал обряды умеренных иудео-христиан. Так, например, празднование Пасхи, главного праздника восточных христиан во главе с Поликарпом, отмечалось 14 ниссана, независимо от дня недели и в один день с иудеями. Этот древний еврейский обычай согласовывался с синоптическими Евангелиями и традициями школы Апостолов Иоанна и Филиппа, учеником которых считался Поликарп. У восточных христиан пасхальное торжество скорее было памятованием Тайной Вечери, чем праздником Воскресения Христова. Римские же христиане, начиная со времен первосвященников Сикста и Телесфора (115 - 136 гг.), придерживались нового предания, согласно которому Иисус не вкушал Пасхи, являясь сам жертвенным агнецем. Поэтому западные христиане, дабы не оскорблять свою христианскую совесть, отмечали свой великий праздник уже не еврейской, а христианской Пасхи в воскресенье, вслед за пятницей, наступающей после 14 ниссана. Вопрос о Пасхе для христианства в целом еще не созрел, и христиане двух школ, восточной и западной, праздновали ее по-разному. Приверженцы еврейской традиции, посещавшие Рим, держались своего обычая и римская церковь проявляла здесь свою терпимость, а ее епископы даже посылали евхаристию своим восточным коллегам.
Гнев Поликарпа чаще, чем на иудеев, обрушивался на гностиков, новации которых в христианстве он яростно отвергал и с которыми он темпераментно боролся всю жизнь. Таким образом, философы-гностики хорошо уравновешивались сторонниками правоверия.
В формировании западной церкви, укрепления в ней духа иерархического подчинения, порядка, смирения и взаимного уважения много сделал Климент Римский, выходец из еврейской семьи, проживавшей в Риме несколько поколений. Он пользовался высшим авторитетом в Италии, Греции и Македонии в конце I века, являясь как бы "последышем" великого поколения учеников Иисуса. Его именуют мужем апостольским, отцом и учителем Церкви. Ириней Лионский считает, что Климент Римский "видел блаженных Апостолов, общался с ними и проповедь их имел в ушах своих" (123). В христианство его обратил Апостол Петр, а Павел имел его сотрудником в проповедовании Слова Божьего в Филиппах. Ориген, Евсевий Кесарийский, Епифаний Кипрский, Иероним утверждают, что именно к Клименту Римскому обращено приветствие Апостола Павла в послании к Филиппийцам. Климент Римский был четвертым римским епископом после Петра. Его память отмечается православной церковью 25 ноября, а католической - 23 ноября. Часть его мощей (глава) была принесена в Россию князем Владимиром.
Одобрение Климента Римского равнялось закону. Его авторитетом прикрывались все партии внутри римской христианской церкви, ставшей наследницей иерусалимской церкви. Это был законодатель серьезный и мягкий, постоянно проповедующий подчинение и уважение к старшим пастырям как высший закон для церкви и семьи. Значение Климента для церкви основывалось на обширной, главным образом, апокрифической литературе, приписываемой ему. Весьма вероятно, перу Климента Римского принадлежит только "Первое послание к Коринфянам", датируемое, по-видимому, 95 - 97 гг. н. э. и изданное на русском языке в России в 1864 г. Послание посвящено проблеме смуты и мятежа, первому подобию протестантизма, возникшему в среде коринфской церкви. Слова послания прекрасны. Это памятник практической мудрости римской церкви, обращенный к людям, погрязшим в раздорах и междуусобиях.
В I веке, пока еще существовало религиозное братство иудеев и христиан, книги, созданные в синагоге, без затруднений перекочевывали в церковь. После иудейской войны, которую возглавил в 135 г. Бар-Кохба, обмен религиозными произведениями затухает, а затем прекращается. Отметим здесь книгу Товита, имевшую большой успех у христиан сразу после ее перевода в 160 г. с еврейского на греческий. Книга была написана, по-видимому, в Сирии около 50 г. н. э.
Еврейский автор непревзойденно подчеркивает тон и прелесть идеалов справедливости и семейных добродетелей. Превосходная еврейская мораль, ставшая общечеловеческой моралью, включает: любовь и вечный союз супругов, преданность семье, сыновнии чувства, добросердечную помощь беднякам, доброжелательство во всем, строгую честность, преданность вере, воздержание, старание не делать другим такого, чего бы не хотел себе самому, заботливый выбор общества и знакомство только с хорошими людьми и т. д. Все это, развиваясь, стало основой христианской буржуазной этики. Человек должен находить счастье в умеренности достатка и в справедливости. Радость заключается в том, чтобы давать, а не брать.
Первые следы книги Товита встречаются в посланиях, приписываемых Поликарпу, в поучениях, известных под названием Второго послания Климента Римского, у Климента Александрийского. Еврейский оригинал книги Товита не сохранился, но греческий перевод, близкий к еврейскому, вошел в православную Библию. После перевода на латинский и литературной обработки, выполненной св. Иеронимом, книга Товита была включена в Вульгату (латинский вариант Библии).
В I и II веках расцветает апокалиптическая литература. Помимо канонического Апокалипсиса (греч. - откровение) Иоанна Богослова, известны апокалипсисы Ездры, Варуха, Авраама, Моисея, Адама, Павла, Варфоломея, Фомы, Стефана и другие апокрифы. Эта литература была ответом анонимных пророков на разрушение Храма, гибель еврейской нации и гонения на иудеев, а позже на христиан. Откровения демонстрируют отвращение и ненависть к Риму, предрекают его гибель и аплодируют ей. Они не замечают необъятных ресурсов Империи и считают предвестниками близкой катастрофы случающиеся пожары, извержения Везувия, наводнения, землетрясения, военные неудачи римлян. Апокалипсисы имели много общего в сценарии, включающем в качестве начального компонента теорию развития Империи, своего рода философию истории. Далее следовали небесные знамения и описание нравов людей - убийства, позорная нажива, блуд, противоестественные преступления и пороки, войны, голод. Все это указывало на приближение Божьего суда. Когда благочестие, закон, справедливость окончательно исчезнут, когда никто не будет заботиться о благочестивых людях, когда все будут стремиться убивать их, доставляя себе удовольствие погружением рук в кровь их, тогда люди увидят конец божественного терпения. Дрожа от гнева, Бог уничтожит греховное человечество посредством огненного потока. Все покроется пеплом. Всемогущий Бог воскресит праведников и восстановит их в прежнем виде. Такова канва общего сценария.
В правление императора Нервы, т. е. около 97 г. н. э., появился Апокалипсис, приписываемый Ездре (Ездра жил в V веке до н. э.) и обыкновенно называемый IV книгой Ездры. Апокалипсис был написан на греческом языке, изобилующем гебраизмами, и впоследствии был переведен на латинский, армянский, сирийский, эфиопский и арабский языки. Это сочинение, выдержанное в еврейском тоне и написанное, по-видимому, римским фарисеем, было хорошо и быстро принято после некоторой правки христианами и цитировалось Климентом Александрийским, Роджером Бэконом, Христофором Колумбом, св. Амвросием и другими известными личностями. Апокалипсис Ездры (Лже-Ездры) много дал для основ христианской теологии, оперируя понятиями: первоначальный грех, малое число избранных, бесконечность страданий в аду, мучения огнем, царство Мессии. Автор Апокалипсиса Ездры это, по-существу, последний пророк Израиля. К разрушению Храма автор относится с негодованием, а его защитников, сикариев, считает святыми людьми. Как человек благочестивый и мирный, оказавшийся вдруг жертвой войны, которую он не затевал, но горькие плоды которой он пожинает сполна, автор обращает к Богу свой упрек-протест: "Сион пустыня, Вавилон (Рим) счастлив. Разве это справедливо? Сион много грешил? Хорошо. Но разве Вавилон более неповинен? Я так думал раньше, чем прибыл сюда; но когда я пришел сюда, что же я увидел? Такое нечестие, что я поражался, что Ты их поддерживаешь в то время, когда за гораздо меньшее разрушил Сион! Какой иной народ познал Тебя, кроме Израиля? И какое племя верило в Тебя, кроме Иакова? И который был менее вознагражден? Я прошел среди народов и увидел, что они живут в изобилии, хотя и не вспоминают о заповедях Твоих. Итак, взвесь на весах и наши беззакония и их; правда, у нас мало верных, но у них совсем их нет. Однако, они пользуются глубоким миром, а наша жизнь - жизнь бегающего кузнечика. Мы проводим наши дни в страхе и боязни; нам было бы лучше не существовать, чем мучиться таким образом, не зная в чем заключается наш грех" (222).
Собеседнику Ездры ангелу Уриэлю трудно что-либо противопоставить такой логике, поэтому он ограждается мессианской теорией. Согласно Уриэлю, Мессия есть сын Бога, но в то же время он обыкновенный человек из рода Давидова. Он должен скоро появиться, т. к. человеческая порода находится в полном упадке и вырождении. Перед его появлением прогремит труба, порядок природы будет нарушен, из дерева потечет кровь и камень заговорит. Для обращения людей на путь праведный появятся пророки Моисей, Енох и Илья. Людям нужно торопиться умереть, т. к. последующие страдания будут ужасными. Правда и добро совсем удалятся от земли. Мессия даст бой нечестивым и, победив их, будет царствовать четыреста лет. Потом наступит Высший Суд. Оправданы будут избранные Богом праведники. Они - украшение Бога, их мало. В христианском Апокалипсисе царство Мессии будет бесконечным. Идея Мессии из рода Давидова, правда, с другой целью будет использована через девятнадцать веков в "Протоколах сионских мудрецов".
Вскоре после Апокалипсиса Ездры появляется Послание Варнавы, названное так, поскольку оно было написано в подражание Послания к Евреям, автором которого в то время признавали Варнаву. Судя по знакомству с тонкостями ритуалов и еврейских агад, Послание Варнавы написано евреем, отошедшим от иудаизма и резко враждебным ему. С одной стороны, автор много цитирует еврейских пророков Даниила, Еноха и Лже-Ездру, в то же время утверждая антииудаизм. Его идеи сводятся к следующему. Обряд обрезания евреев есть недоразумение, внушенное развращенным и злым гением. Храм, который евреи воздвигли для Бога, есть пережиток языческих культов, т. к. нельзя Бога вместить в сооружение человеческих рук. Истинный Бог находится лишь в сердце христиан, поэтому разрушенный Храм никогда не восстановится. Злой ангел превратно истолковал евреям приказания Бога, поэтому иудаизм есть лже-учение. Христиане покончили с жертвоприношениями и с Ветхим Заветом, являющимися лишь символами. Крест Иисуса - разгадка всех тайн. Беспорядки в Империи подтверждают пророчества Лже-Ездры и самого Варнавы.


   7.2. Иудеи против христиан
 
Ну, а что же правоверные евреи? Какой вклад внесли они в противостояние иудаизма и христианства? До сих пор здесь рассматривались антииудаистские взгляды, привнесенные в христианство греками-гностиками, а также евреями-перебежчиками, занявшими крайние позиции. В чем суть антихристианства, утверждаемого правоверными иудеями? Многие христианские богословы были убеждены в том, что единственным настоящим и сильным врагом христианства является иудаизм. Не ислам и не язычество, а иудаизм, т. к. иудаизм отрицает основу христианства - веру в Христа Богочеловека. Отрицание Иисуса как Богочеловека рождало и рождает среди истово верующих христиан враждебное отношение к евреям-ортодоксам и евреям вообще и является краеугольным камнем религиозного антисемитизма.
После первой иудейской войны евреи-ортодоксы прокляли как предателей тройным проклятием евреев-христиан (назарян) за их неучастие в войне. Это проклятие вошло в молитвы иудеев и произносилось в синагогах утром, днем и вечером. Евреев-христиан обвиняли в отступничестве и подвергали преследованиям в тех местах, где сохранилась власть иудеев-ортодоксов. Мотивы преследования были смешанными - политическими и религиозными. Св. Иустин, обращаясь к римлянам писал: "Они обращаются с нами, как с врагами, как будто между нами война, убивают, мучают нас, когда могут, так же, как и вы сами делаете" (127). Женщин-евреек, желающих обратиться в христианство, побивают каменьями. Положение общин иудео-христаин - назарян и евионитов - было особенно незавидно. С одной стороны их преследовали евреи-ортодоксы, с другой - язычники всех толков. Они остались чужими по отношению к церквам Апостола Павла и даже были признаны ими впоследствии еретиками.
Жители Назарета Галилейского, а за ними и жители Иудеи не признавали божественного происхождения Иисуса. Отсюда его горькие слова: "не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и у сродников и в доме своем" (Мк. 6: 4). Во II веке до н. э. задолго до рождения Иисуса в Иудее произошла романтическая история, которая в другой стране, не в Иудее, посчиталась бы банальной и интересной лишь поэтам. Однако в стране, живущей по законам Торы, история любви дочери иудейского священика, которую звали Мариам бат-Бильга, к солдату селевкидской армии, нееврею, имела резонанс просто неслыханный, так как девушка, чтобы выйти замуж за своего героя, отреклась от веры предков. Во II веке новой эры эта давняя история неожиданно вспомнилась при обсуждении происхождения Иисуса в накаленной атмосфере синагог в форме, оскорбительной для его семьи. Обстановка ожесточенных споров делала такую сплетню практически неизбежной. Беспощадный к христианству Цельс не преминул вставить сплетню о внебрачном рождении Иисуса в свое "Правдивое слово", датируемое 177-178 гг. (187). Намеки на эту историю, правда мало вразумительные, имеются в виде приписки в оксфордской рукописи талмудического трактата Sanhedrin (Санг. 65б).
Талмуд, как расширенное устное толкование библейских законоположений, складывался в течение нескольких веков - от IV века до н. э. до IV века н. э. Ученые книжники, прежде всего фарисеи, стремились толкованием Торы соорудить ограду вокруг Закона для утверждения еврейской обособленности и детализации обрядов. Первое редактирование устных положений было выполнено в 210 г. н. э. Иегудой-га-Наси и получило название Мишны, что означает приблизительно "изустные поучения", "воспроизведение знаемого наизусть". Вскоре Мишна сама стала предметом толкований со стороны амораев (евр. - разъяснителей), составивших сборник толкований Мишны, называемый Гемарой. Мишна и Гемара в совокупности и составляют Талмуд. Поскольку толкование Закона происходило одновременно в Вавилоне и Иерусалиме, то различают два Талмуда - палестинский (Талмуд Иерушалим) и вавилонский (Талмуд Бавли). Любое издание Талмуда, согласно обычаю, должно содержать 5894 страницы. Как видно из объема, Талмуд есть воистину грандиозное произведение, включающее с литературной обработкой и детализацией полный кодекс религиозных, гражданских, уголовных и этических норм. Здесь не место для обсуждения Талмуда в целом, поэтому отметим лишь некоторые интересующие нас аспекты.
Талмуд проповедует бедность как добродетель. "Турний Руфий спросил однажды равви Акибу: "Если Бог ваш любит бедных, то почему Он не доставляет им пропитание?" Равви Акиба ответил: "Это для того, чтобы богачи милостыней спаслись от адских мук" (Баба Батра, 10а). "Равви Иошуа говорил: "Бедный, принимая подаяние, оказывает своему благодетелю большую услугу, чем последний оказывает бедному" (Вайнкра рабба, 34). Несмотря на такое отношение к бедности, иудаизм, как и выросшие из него христианство и ислам, плохо подавлял общечеловеческий порок стяжательства. Евреи раньше других народов научились тонкому искусству обращения с деньгами и впервые прославились как банкиры и коммерсанты в Испании при вестготтах. И дело здесь даже не в особых талантах еврейских банкиров, а в неумении варваров вести хозяйственные дела страны, в презрении церкви и аристократии к науке о деньгах, в непонимании значения ссудного процента. В VIII - IX веках еврейские банкиры вели сделки и даже оказывали влияние на политику поздней династии Тан в Китае, Каролингов во Франции, Оттонов в Германии, Аббасидов в Персии, правителей Хазарии (81).
Богатство банкиров - всегда тайна за семью печатями, окутанная слухами и легендами, порождающими новые слухи и легенды, попадающие в конце концов в литературу и научные трактаты. Еврейские ростовщики типа Гобсека стали дежурными персонажами классической литературы. Попытка марксистов, в общем справедливая, применить классовый подход и отделить бедных от богатых в случае еврейского этноса успеха не принесла, как, впрочем, и пропаганда бедности в Талмуде. Штамп в сознании о том, что все евреи умные, коварные и жестокие ростовщики, сопровождал их веками, порождая экономический антисемитизм.
Отношение Талмуда к христианам-назарянам, которых называли минимами или минами, т. е. еретиками, было резко враждебным. К христианам церквей, созданных Павлом, это, по-видимому, прямого отношения не имело, т. к. авторы текстов об их существовании скорее всего не догадывались. Вот примеры. "Для того Адам создан один... чтобы мины не говорили: "много властей на небе" (Мишна,Санг. IV, 5). "Человек создан последним. А для чего он создан последним? Чтобы мины не говорили, будто он был соучастником Его (Бога) в творении" (Тосефта, Санг.VIII). "Мясо, находившееся в руках язычника, разрешено к пользованию, в руках мина - запрещено... Убоина минов - идоложертвенное, их хлеб - хлеб самаритянина, их вино - вино возлияния, от их урожая не берется десятина, их книги - колдовские книги, их дети - незаконнорожденные. Им не продают и у них не берут, не берут у них жен и не дают им, их детей не обучают ремеслу, у них не лечатся..." (Тосефта, Хул. II, 20 - 21). Полный остракизм. Против минов составлялись молитвы.
"Сказал равви Гамалиил мудрецам: "Есть ли человек, кто сумел бы составить молитву против минов?" Встал Самуиил Малый и составил ее. В следующем году он ее забыл; он смотрел два и три часа, но никто его не отозвал (с амвона). Почему же его не отозвали? Ведь равви Иегуда от имени равви сказал: "Ошибся в любой молитве - его не отзывают; ошибся в молитве против минов - отзывают: есть опасение, может быть, он сам мин?" Самуиил Малый - другое дело; ведь он сам ее составил, и надеялись, что он вспомнит" (Берахот, 28б - 28а).
Ряд текстов Талмуда содержит очень краткую информацию о суде над Иисусом, обвиненным в подстрекательстве народа, в ереси и чародействе (Тосефта, Санг. XII, Санг. 67а). Вот отрывок о сцене казни, имеющийся в древних рукописях, но изъятый из позднейших изданий. "Накануне Пасхи повесили Иисуса. И за 40 дней был объявлен клич, что его должны побить камнями за то, что он занимался колдовством: кто может сказать что-либо в его защиту, пусть придет и скажет. Но не нашли ничего в его защиту, и его повесили накануне Пасхи". Сказал Ула: "Допустим, он был бы бунтовщиком, тогда можно искать (поводов для) защиты; но ведь он подстрекатель (к ереси), а Тора говорит: "Не жалей и не покрывай его". Иисус другое дело; он был близок к царскому двору" (Санг. 43а).
Евреев-ортодоксов всегда раздражали рассказы о бестелесном рождении мнимого, по их мнению, Мессии. Поэтому ряд текстов Талмуда содержит намеки на сплетни, о которых говорилось выше. Очевидно, что руководители ортодоксального иудейства, в том числе равви Гамалиил-младший, были весьма встревожены религиозным расколом и вели с ним активную идеологическую борьбу. Содержание и тон молитв (см. разд. 4), предающих анафеме раскольников, говорят сами за себя. Немолитвенные тексты Талмуда, посвященные минам, также враждебны. Цель этих усилий понятна - они должны были в конкретных исторических условиях катастрофы предохранить ядро еврейской нации от углубления раскола и распыления генофонда. Ничего подобного мы не видим в христианских текстах той поры, ставших Новым Заветом. Нетерпимость в христианстве появится позднее, и лишь после того, как оно станет государственной религией.
Таким образом, в то время, когда евреи-христиане писали Евангелия, евреи-ортодоксы составляли Мишну - свое подобие Нового Завета, заглушившее коментариями и казуистикой голос законодателя. Отметим историческую уникальность происшедшего - одновременное появление в недрах одного народа столь противоположных по духу произведений. Талмуд потребовал запрета на чтение иностранных книг (Санг. 90а), отказа от греческой школы, как источника классической культуры, погружения в изучение Закона. Это на много веков изолировало евреев от главного русла цивилизации, лишило их радости наслаждаться изобразительным искусством. В то же время иудаизм исключил из своей среды богословские споры. После религиозного раскола отлучения стали крайне редкими и случались, в основном, из-за действий, а не мнений. Основой религиозного общения было исполнение обрядов, а не догм. Блуждающий суперэтнос, как называл евреев Л. Н. Гумилев, не нуждался для исполнения своего культа в храмах и священниках, а потому пользовался несравненной свободой. Считалось достаточным сохранять верность племени и соблюдать Закон. Внешний ригоризм сочетался с философской независимостью. При этом выдающиеся оракулы синагоги Мендельсон, Маймонид были чистыми рационалистами. С появлением Талмуда двери синагог закрываются для новообращенных. Их считают потенциальными изменниками, вступающими в иудаизм с целью перейти затем в христианство. Они - проказа Израиля. Им можно доверять лишь в двадцать четвертом поколении. Обрядность связывает единоверцев, но обрекает их на замкнутую жизнь в добровольном гетто. Наступает время, когда насмешки Иисуса над обрядностью фарисеев становятся оправданными. Резко возрастают суеверия. Могучий еврейский ум искусственно сжимается на века в кольце бесплодных рассуждений. Еврейские законодатели убеждены, что изучение Талмуда заменяет всякое другое знание, так как в Талмуде заключена полная умственная культура. То, что двадцатый век выплеснул свыше двух десятков евреев - Нобелевских лауреатов, получивших в детстве еврейское воспитание, это не заслуга Талмуда. Это случилось вопреки Талмуду и доказывает силу нравственной природы евреев, выдержавших талмудический гнет.
Враждебное отношение к минам (минимам), т. е. к евреям-христианам, вытекающее из обстоятельств жизни Палестины I века и закрепленное в Талмуде, превратилось в сознании евреев-ортодоксов в доминантную установку. После прекращения в Римской Империи гонений на иудеев, они вместе с язычниками участвуют в преследовании христиан. Об этом пишут многие историки христианства, в том числе Евсевий Памфил, епископ Кесарии Палестинской, в своей "Церковной Истории". В средние века еврейские купцы не брезговали работорговлей, перепродавая рабов-христиан бусурманам. И, хотя работорговля тогда была обычным делом, которым баловались и христиане, и мусульмане, и евреи, случаи продажи евреями христиан в мусульманское рабство остались зафиксированными на скрижалях истории и в сознании христианского суперэтноса.
 

7.3. Победа христианства
Итак, постепенно к концу II века религиозный раскол, происшедший в недрах еврейского народа, вследствие причин, изложенных выше, превратился в устойчивую вражду между иудаизмом и христианством. Евреи-христиане были поглощены в христианстве разноплеменными язычниками. Тезис о братстве людей во Христе затушевывал национальную принадлежность верующих. В глазах первобытных христиан национальная принадлежность не была определяющим человека признаком. Поэтому евреи-христиане должны были раствориться в христианстве. С христианством произошло то, что всегда происходит с религиозными и политическими движениями. Творцы и основатели движений поглощаются и отстраняются от руководства преемниками, заявляющими творцам: "А вы здесь при чем?" Так произошло в исламе, когда сподвижники и родные Магомета попытались подчинить себе совершенную ими революцию и были за это истреблены. Так случилось с последователями Франциска Ассизского, которые спустя поколение были объявлены еретиками и сожжены на кострах. Так произошло во Французской революции, когда последующая волна фанатиков уничтожала предыдущую. По этому же закону развивалась Русская революция 1917 года. Сначала большевики истребили меньшевиков и эсеров, своих союзников по революции, затем сталинская группировка уничтожила "верных ленинцев", сотворивших эру коммунизма. При этом ненависть, возникающая между близкими по духу движениями, оказывается наиболее яростной и беспощадной.
В борьбе иудаизма и христианства победило христианство. Оно стало мировой религией, объединяющей множество этносов. Начав с реформации иудаизма, христианство приобрело признаки наиболее привлекательные в глазах огромных масс людей. Что это за признаки?
Во-первых, это учение о будущей жизни. Древнееврейские пророки выдвигали идею о воскрешении тела. Идея о воскрешении духа была ими заимствована, по-видимому, у греков-орфиков и затем усилена христианами.
Во-вторых, это чистая и строгая нравственность христиан. Они непоколебимо верили, что добродетель будет вознаграждена на небе, а грех покаран в аду. Плиний Старший, в обязанность которого входило преследование христиан, свидетельствовал о их высокой нравственности. Христианская этика о взаимоотношении полов являлась редким исключением в эпоху античности. Все руководители церкви той эпохи были людьми высоких нравственных убеждений.
В-третьих, это заимствованное из иудейской религии непоколебимое убеждение христиан, что грешники окажутся в аду. Это убеждение было и в иудаизме, но христиане очистили его от духа обособленности и неуживчивости евреев. Они твердо верили и пропагандировали, что всех язычников после смерти ждут муки. Такой угрозы в других религиях не существовало. В культе Великой Матери был сходный с крещением обряд тавроболия. Но при этом не проповедовалось, что те, кто не исполнит его, обязательно попадут в ад.
В-четвертых, это способность творить чудеса, а также единство и дисциплина христианских общин.
При императоре Константине Великом христиане составили большинство в армии и христианство было объявлено государственной религией. С этого времени сторонники христианской ортодоксии начинают борьбу с многочисленными ересями. Заметим, что эта борьба не была бескорыстной, т. к. победители зачастую получали имущество побежденных еретиков. На этом история христианства завершает свой первый виток. Началом витка было распятие Иисуса - еретика и реформатора иудаизма.
 

8. ЧТО ДЕЛАТЬ?
Рассматривая "дела давно минувших дней, преданья старины глубокой", бессмысленно ставить вопрос: "Кто виноват в антагонизме евреев и христиан?" Ответ на этот излюбленный вопрос российской интеллигенции не входит в задачу нашей книги. Ограничимся в этой части словами Апостола Павла: "...мы уже доказали, что как Иудеи, так и Еллины, все под грехом" (Рим. 3: 9). После становления христианства, как государственной религии, появляется и поощряется антисемитизм. Идеологически он был проявлением христианского рвения и в период средневековья реализовывался в беспощадных формах. Еврейские погромы периодически вспыхивали во всех странах Европы. Евреи были лишены возможности участвовать в культурной жизни христианских стран, хотя деньги, отбираемые у еврейских общин, и шли на строительство соборов. Одним из примеров церковного антииудаизма может служить случай, когда в правление императора Феодосия по наущению местного епископа была сожжена синагога. Император повелел наказать поджигателей, а местному епископу отстроить синагогу заново. В дело вмешался епископ Милана, учитель Западной церкви св. Амвросий (340 - 397 гг.). Не опровергая вины местного епископа, Амвросий был возмущен решением императора, т. к. "место для неверия евреев будет возведено за счет того, что с таким трудом приобретено церковью, а достояние, с помощью Христа нажитое для блага христиан, перекочует в сокровищницу неверных". Это типичная ситуация, характерная для политики, утверждающей нетерпимость.
Нетерпимость заставляла церковь огнем и мечом искоренять многочисленные ереси в лоне самого христианства. История Западной церкви полна религиозных столкновений и войн, в которых гибли десятки тысяч христиан. Дух христианства - любовь к ближнему и смирение гордыни были вытеснены интересами практической политики государей и поддерживающих их служителей церкви. Нетерпимость из католичества перешла и укоренилась в протестантизме. Основоположник протестантизма Мартин Лютер (1483 - 1546 гг.), профессор библеистики в университете г. Виттенберга и переводчик Библии на немецкий язык, в своем памфлете "Евреи и их ложь" (1543 г.) предложил программу борьбы с евреями из семи пунктов. Первый пункт включал поджоги синагог, а седьмой пункт, венчающий все предыдущие, предлагал изгонять из страны всех уцелевших евреев "как бешеных собак". Этот бредовый и людоедский памфлет был реализован под несколько другим соусом в третьем рейхе.
Известно, что Гитлер враждебно и презрительно относился к христианству, церкви и ее служителям. "Это просто несчастье, что Библия была переведена на немецкий язык и все это еврейское шарлатанство и крючкотворство стало доступным народу. До тех пор, пока эти премудрости, в частности Ветхий Завет, передавались из поколения в поколение исключительно на церковной латыни, отсутствовала опасность того, что разумные люди, взявшись за изучение Библии, помутятся в уме. Но из-за того, что Библия сделалась всеобщим достоянием, множество людей получило возможность ознакомиться с религиозными идеями, которые - благодаря еще такому характерному свойству немцев, как склонность к размышлению, - способствовали тому, что большинство из них со временем впали в религиозное безумие. ...Немец, наделенный разумом, должен был просто за голову схватиться, видя, как еврейский сброд и попы с их болтовней побудили немцев вести себя наподобие высмеиваемых турецких дервишей и негров" (198). Кинув камень в Лютера, Гитлер действовал, тем не менее, в духе его памфлета.
Евреи продолжали свой уникальный эксперимент по выживанию нации. Какая-то часть их следовала за Иисусом. Статистических данных об этом история не сохранила. Взаимный антагонизм ликвидировал массовые перебежки из одной религии в другую, каковые происходили в I и II веках. Однако константинопольский патриарх Филофей (1353 - 1354, 1364 - 1376 гг.), кардинал Люстиже, архиепископ Парижа (1981 г.), и протоиерей А. Мень - отнюдь не единственные евреи-христиане, посвятившие себя служению христианской идее. Известно, впрочем, что им также приходилось выдерживать давление антисемитизма со стороны отдельных иерархов и церковной бюрократии. Большая часть еврейской нации осталась верна иудаизму, защищенному двойной броней Закона и Талмуда. В рассеянии евреи дали миру много характеров возвышенных в нравственном и философском отношении. Иудаизм несмотря ни на что оставался помощником цивилизации, хотя его провиденциальная роль с появлением христианства ослабела.
На протяжении двух тысячелетий евреи жили в добровольной самоизоляции от народов стран проживания, не пуская глубоких корней. Ассимиляция была, по-видимому, незначительной, несмотря на угрозы погромов и соблазны спокойной жизни в случае отказа от иудаизма. Разновидности религиозного, расового и экономического антисемитизма будут рассмотрены ниже на примере существования евреев в России. В этой части книги, посвященной религиозным вопросам, мы хотим наметить те пути, которые могут ослабить, а затем снять полностью нетерпимость, родившуюся во втором столетии нашей эры. Эта нетерпимость иудеев и христиан была взаимной, но не изначальной. Она родилась как результат религиозного и, отчасти, политического рвения руководителей синагоги и церкви, т. е. людей, уважаемых в своих конфессиях и почитаемых как святых. Будучи руководителями общин, они были в то же время и политиками. Политик отличается от ученого или философа тем, что ищет не истину, а выгоду. Иоханан бен Заккай думал о том, как сохранить нацию во враждебном окружении. Св. Амвросий стремился к утверждению церкви как независимого от светской власти и могущественного института. Их логика понятна, а исторические результаты следует признать, с некоторыми оговорками, положительными. Однако цена нетерпимости оказалась чудовищной. Иудаизм, отказавшийся участвовать в соревновании за умы и души всех людей независимо от их национальности, понес, естественно, большие людские потери, чем христианство. Одна нетерпимость, повлекшая ответную нетерпимость, ни к чему другому, кроме как к крови, привести не могла.
Вступая в третье тысячелетие от Рождества Христова, нужно остановиться и подумать, как ослабить и убрать религиозную, расовую и национальную нетерпимость из жизни людей. В принципе, это проблема выживания людей в мире, нашпигованном современным оружием, погрязшем в экономических, экологических проблемах и терроризме. В рассмотрение должен быть включен огромный исламский мир. В этой книге он упоминается впервые, так как находится за пределами нашей задачи. Великий и многоликий ислам поворачивается в конце 20-го века к нам не самым приятным своим лицом. Оно освещено вспышками религиозного фанатизма, который христианство пережило назад тому несколько веков. Это проистекает из двойственности концепций, заложенных в тексты Корана. С одной стороны, призывы к веротерпимости и миру.
"Мы уверовали в то, что ниспослано нам и ниспослано вам. И наш Бог, и ваш Бог един, и мы ему предаемся" (Паук, 46). "Нет принуждения в вере" (Корова, 256). "Истина от вашего Господа: кто хочет, пусть верует, а кто не хочет, пусть не верует" (Пещера, 29). С другой стороны, призывы противоположных действий. "О вы, которые уверовали! Не берите иудеев и христиан друзьями: они друзья один другому. А если кто из вас берет их себе в друзья, тот и сам из них. Поистине, Аллах не ведет людей неправедных" (Трапеза, 51). "Сражайтесь с теми, кто не верует в Аллаха" (Покаяние, 29). "Поистине, неверующие для вас явный враг" (Женщины, 101). "Сражайтесь с ними, пока не будет больше искушения, а вся религия будет принадлежать Аллаху" (Корова, 193).
В Коране существует полная свобода выбора между мечом и оливковой ветвью. Все остается на усмотрение толкователя и зависит от его нравственных принципов и политических пристрастий. Отсюда почва для фанатизма любого толка и потребность следовать не столько за идеей, сколько за конкретным лидером. Ислам - остроугольная религия в сравнении с иудаизмом и, тем более, с христианством.
Нетерпимость может быть побеждена только развитием культуры и ее важного компонента - религии. Религиозная терпимость должна прививаться с воспитанием ребенка на текстах, молитвах и учебниках, исключающих даже намеки на нетерпимость. Трудно представить себе Апостолов в виде разъяренных людей, проклинающих своих врагов. Они явили людям пример высокого служения христианской любви. К сожалению, не все руководители церкви и не в полной мере воплотили в своих действиях учение Христа. Тексты Священного Писания, содержащие элементы нетерпимости, попали туда по воле людей, а не Господа нашего Иисуса Христа. В "Догматической конституции о божественном откровении", принятой II Ватиканским собором в 1965 г., в частности, говорится: "Святые отцы написали четыре Евангелия, пользуясь устными и письмеными источниками, трактуя некоторые вещи синтетически или объясняя с учетом положения церкви". Наступает время, когда церковь и синагога должны покончить с нетерпимостью, по крайней мере, с той, которая исходит из текстов Священных книг. Эти тексты должны быть изъяты оттуда, чтобы люди, совершающие насилие, не могли сослаться на них. Нетерпимость может быть оставлена в малой дозе лишь против тех, кто творит насилие, например, в форме, звучащей в заповеди старообрядцев - "оконников": "Все, кто сеют на земле смуту, братоубийство и смерть, сами будут Богом прокляты и убиты".
Какие конкретно слова и фразы должны быть изъяты или изменены, может решить Вселенский Собор всех христианских конфессий подобно тому, как первые соборы канонизировали тексты. На этом соборе должны быть приглашены и присутствовать полномочные представители иудаизма и ислама. Инициативу созыва, по-видимому, должна взять на себя христианская церковь, как наиболее гуманистическая. Идея редактирования текстов Ветхого, Нового Заветов и Корана, очевидно, встретит упорное сопротивление наиболее косных элементов каждого направления. Это понятно, так как тексты существуют уже тысячелетия. Должна быть тщательно продумана и не спеша реализована методика разъяснения верующим цели и значения предпринимаемых усилий. Абсолютное большинство верующих поймет и одобрит эти шаги, если после изъятия двух-трех фраз или страниц уровень взаимоотношений людей разных религий повысится. Изменение ментальности людей займет несколько поколений, возможно, все третье тысячелетие. Результат этой благородной работы, очевидно, будет угоден Богу.
Первый небольшой шаг уже был сделан в 1965 году на II Ватиканском соборе, одна из деклараций которого "О взаимоотношениях с нехристианскими церквами" и была посвящена рассматриваемому здесь вопросу. Этим собором была отвергнута "коллективная вина евреев за смерть Христа", а также признано целесообразным начать диалог между Ватиканом и Израилем. В 1993 г. в Иерусалиме было подписано фундаментальное соглашение между указанными сторонами, которое знаменует торжественный финал "двух тысяч лет недоверия" между католиками и евреями. Высокие договаривающиеся стороны взяли на себя моральное и правовое обязательства давать отпор антисемитизму, расизму и религиозной нетерпимости. Соглашение предусматривало также установление дипломатических отношений между Ватиканом и Израилем, каковые и были установлены в 1994 г. Решения 1965 и 1993 гг. делают честь епископату католической церкви и, прежде всего, папам Иоанну XXIII, Павлу VI и Иоанну Павлу II. Однако глубинная вражда иудеев и христиан, мусульман и "неверных" проистекает из священных текстов Ветхого, Нового Заветов и Корана, без изменения которых принятые высшими сферами решения останутся на бумаге. К начавшемуся диалогу евреев и католиков со временем должны присоединиться руководители других христианских конфессий, входящих во Всемирный Совет Церквей (ВСЦ). ВСЦ, созданный в 1948 г., в настоящее время объединяет около 450 млн. верующих христиан в 100 странах мира.
Русская Православная Церковь также является членом ВСЦ. В ноябре 1992 г. глава Русской Православной Церкви Патриарх Алексий II во время визита в США на встрече с американскими раввинами произнес примечательные по своему миролюбию слова: "Мы едины с иудеями, не отказываясь от христианства, не вопреки христианству, а во имя и в силу христианства, а иудеи едины с нами не вопреки иудейству, а во имя и в силу истинного иудейства. Мы потому отделены от иудейства, что мы еще "не вполне христиане", а иудеи потому отделяются от нас, что они "не вполне иудеи". Ибо полнота христианства обнимает собой и иудейство, а полнота иудейства есть христианство". Этот безобидный, обращенный к конкретной аудитории призыв вызвал недоумение среди православных иерархов и даже обвинение в "ереси жидовствующих". Раздражение вызывало и само приветствие Патриарха Всея Руси: "Дорогие братья, шалом вам от Бога любви и мира! Бога отцов наших, Который явил Себя угоднику своему Моисею..." Управляющий межрегионального духовного Управления Истинно Православной Церкви, архиепископ Московский и Каширский Лазарь сурово отчитал Патриарха, объявив его слова "грубой ложью и клеветой на христианство и православное учение". При этом Лазарь сослался на экстраполированный по смыслу текст Евангелия от Иоанна (Ин. 8: 44). Случай с архиепископом Лазарем очень символичен для характеристики духа посткоммунистического общества России и показывает, сколь велико может быть сопротивление даже невинным шагам по смягчению антагонизма. При этом Лазарь не ограничился печатной полемикой с Патриархом в духовной сфере, но даже, если верить источнику (233), обратился с заявлением в Прокуратуру РФ с обвинением Алексия II по ст. 131 УК РСФСР (за клевету на православную веру) и ст. 6 Закона "О свободе вероисповедания" (оскорбление религиозных чувств граждан). Интересно, по какой статье обвинил бы этот Лазарь Святых Апостолов, в сторону которых так неосторожно ступил Патриарх Всея Руси Алексий II? Некоторым людям трудно жить без внешних врагов, они помогают им самоутверждаться. Да и побеждать внешних врагов, особенно мифических, бывает проще, почетнее и выгоднее, чем внутренних, каковыми являются пороки человека. В этом корень нетерпимости вообще, и религиозной в частности.
Известный, современный русский художник изображает Христа гневным и воинственным более, чем это следует из духа его учения, и с Евангелием, открытым на стихе: "Не думайте, что я пришел принести мир на землю; не мир пришел я принести, но меч" (Мф. 10: 34). Зрителю после просмотра картины остается лишь дать клятву отомстить всем врагам и посетить оружейную лавку.
Нетерпимость в современной Западной церкви оформилась в движении так называемых традиционалистов во главе с архиепископом М. Лефевром. Лефевр и его сторонники открыто восстали против решений II Ватиканского собора, расценив их как революцию и гибель католической церкви. Их позиция сформулирована следующим образом: "Будущее церкви в ее прошлом". Никаких обновлений, учитывающих современную социальную жизнь, никакого диалога с родственными христианскими конфессиями! Зато есть нежный флирт с ультраправыми политиками. В монастыре Св. Франциска в Ницце в 1989 г. был арестован П. Тувье, нацистский палач, полвека скрывавшийся от правосудия под сутанами католических прелатов. Идя на раскол католической церкви, Лефевр бросил открытый вызов папе Иоанну Павлу II и принялся незаконно раздаривать епископские шапки своим соратникам. За посещение синагоги в Риме Иоанну Павлу II досталось от архиепископа Лефевра проклятий не меньше, чем Патриарху Всея Руси Алексию II от архиепископа Лазаря.
Клерикальная аристократия всегда представляла собой угрозу истинному христианству. Христианство для князей церкви было средством политики и концентрации власти и богатства. В современной России с Православной церковью ведут политические игры практически все силы страны, стараясь подчинить того или иного иерарха своим целям. Взамен рухнувшей идеологии коммунизма срочно разрабатываются доктрины, включающие церковь как важный элемент возрождения духовности общества и его стабильности. Церковь, еще недавно презираемая и гонимая Советской властью, находящаяся на задворках идеологической жизни, вновь привлекает внимание политиков всех толков. За благоволение церкви активно борются и политическая элита демократического направления, и непримиримая оппозиция - националистические круги, фашисты, вчерашние большевики и комсомольцы. И тех, и других не интересуют духовные дары Церкви, но лишь чисто земные цели: имперское сознание, самоутверждение, национальные приоритеты, национальная геополитика, т. е. все то, что не имеет никакого отношения к евангельским заповедям. Церковные и монастырские книжные лавки быстро заполнились литературой ненависти, посвященной злодеяниям евреев, мифам о богоносности русского народа, о русофобских учениях и интригах, об исконных врагах России: евреях, массонах, демократах, католиках, протестантах, инородцах и т. д. Эта "письменность", не имеющая отношения к учению Христа, продается и раздается даром паломникам и посетителям храмов и монастырей. Она издается с благословения церковных иерархов, и в частности митрополита Иоанна Санкт-Петербургского и Кронштадского, являвшегося "живым классиком" и "духовидцем" газет большевистского и фашистского толков.
В то же время в этих газетах на скорую руку кропается новая языческая религия, отталкивающаяся от антисемитизма, как отправного пункта мировоззрения, и потому отрицающая христианство. С точки зрения идеологов новой "мужественной" религии христианство - еврейская выдумка и религия рабов. 60 - 70 лет тому назад это впервые было высказано Гитлером и Розенбергом. Предлагается составленная без особых усилий мешанина из древних славянских верований и современных политических концепций русского мессианизма. Все это имеет пока сырую и расплывчатую форму и "скромную" цель реваншистского движения к людоедскому режиму прошлых лет.
Возвращаясь к теме нетерпимости и предлагаемой здесь микрореформе христианства, иудаизма и ислама, зададимся вопросом: почему бы людям раз в две тысячи лет не возвращаться мысленно к истокам своих религий и с учетом своего горького опыта не вносить коррективы в то, что сcорит людей? Зачем, например, сегодня сохранять в Библии тексты об уничтожении народов (Второзак. 20: 13, 16), если завтра эти тексты могут быть использованы вождями конфликтующих сторон для морального оправдания насилия? Пусть оправдывают насилие как могут, но без ссылок на Священное Писание. Нужно лишить фанатиков всех вероисповеданий и иерархических уровней религиозного утешения. В этом суть наших предложений. Очень осторожное редактирование Священных текстов является, на наш взгляд, единственной разумной возможностью исправить, наконец, роковые ошибки двухтысячелетней давности


 
  1. РУСЬ И ХАЗАРИИ
  
Пропустим несколько веков истории евреев, как не имеющих отношения к теме второй части нашего исследования: Россия и евреи. Этот раздел следует начать несколько издалека -- с истории не собственно России, а с истории Киевской Руси, граничащей с Хазарским каганатом. Возникновение Киевской Руси совпало во времени с гибелью Хазарии и являлось одной из главных причин ее конца. Этот отрезок истории представляет интерес как первое соприкосновение хазарского государственного иудаизма с тогда еще языческими племенами южных славян.

Хазарский каганат в X в.Образование Хазарского каганата относится к середине VII века. Расцвет приходится на VIII -- IX века. Гибель произошла в 965 г. вследствие военного поражения от князя Святослава Игоревича. Хазария являлась самым крупным феодальным образованием в Восточной Европе, просуществовавшим около 300 лет. В период расцвета Хазария владела землями, простирающимися от заволжских степей до устья Дуная, и от Северного Кавказа до северной границы лесостепной зоны России.

Что известно об истории канувших в Лету хазар? История любого этноса становится полноценной лишь тогда, когда она освещена глазами собственных вдумчивых и честных летописцев, бесстрастно изложивших свои наблюдения в назидание любознательным потомкам. Примером такой истории является история Рима и Греции. Римляне и греки признаны великими народами постольку, поскольку у них были великие историки, показавшие всем, как надо описывать жизнь своей страны. То, что известно об истории так называемых варварских народов, это, в сущности, ничтожная верхушка айсберга, включающая <<черепки и развалины>>, отрывочные записи посторонних свидетелей случайных и неточных по времени событий в неточном пересказе личностей, живших в последующие эпохи. И хотя эти <<черепки и развалины>> добываются археологами с превеликим трудом, вызывая каждый раз вполне понятные вспышки эмоций, следует с огорчением признать, что история <<неисторических>> народов фрагментарна, полна теней и неясностей. Она оставляет много возможностей для построения произвольных <<теорий>> увлекающимися учеными, по следам которых идут еще более увлекающиеся писатели.

С собственными историками, скажем прямо, Хазарии не повезло. Известно лишь одно внутреннее свидетельство об устройстве Хазарии -- это письмо царя (кагана) Иосифа некоему Хасдаю ибн-Шафруту, еврею и придворному кордовского халифа Абдаррахмана III, содержащее фрагментарные сведения о государственном устройстве, истории, обычаях и законах иудейского каганата. В письме Иосиф гордо именует себя <<царем Тогармским>> (евр. -- тюркским), ведущим свой род от Тогармы, сына Иафета. Среди 10 сыновей Тогармы, которых перечисляет Иосиф, был Хазар, давший свое имя хазарскому этносу. Предки хазар были малочисленны, и <<они вели войну с народами, которые были многочисленнее и сильнее их, но с помощью Божией прогнали их и заняли их страну. Те бежали, а они преследовали их, пока не принудили перейти через большую реку по имени Руна. До настоящего дня они расположены на реке Руна и поблизости от Куштантинии, а хазары заняли их страну>> (140). Руна -- это Дуна (Дунай), а Куштантиния -- Черное море. В тексте идет речь о преследовании орды болгарского хана Аспаруха.

Далее Иосиф <<богобоязненно>> рассказывает историю принятия иудаизма хазарами. Она началась в 730 (по другим данным в 718) году при <<праведном>> Булане, удалившем из страны идолопоклонников и убедившем князей и верховного князя евреев восстановить забытую веру. Он соорудил шатер, ковчег, светильники, жертвенный стол, священные сосуды и прочую атрибутику. Иудейские обряды были восстановлены для еврейской общины, а не для разноплеменного этноса Хазарии в целом. Затем Иосиф перечисляет имена всех 13 хазарских царей (каганов), начиная с Булана: Булан, Обадия, Езекия, Манассия, брат Обадии -- Ханукка, его сын Исаак, потом Завулон, Манассия, Нисси, Манахем, Вениамин, Аарон и Иосиф, подчеркивая, что власть всегда передавалась у них в роду от отца к сыну, т. к. <<чужой не может сидеть на престоле моих предков, но только сын садится на престол своего отца>> (140, с. 98)В письме содержатся сведения об экономике, общественных отношениях, подвластных народах, географии страны и ее границах, дается описание столицы Хазарии на реке Итиль (Волге).

Поскольку письмо отправлялось ко двору кордовского владыки, то Иосиф подчеркивает заслуги Хазарии перед мусульманским миром: <<Я охраняю устье реки и не пускаю русов, приходящих на кораблях, проходить морем, чтобы идти на исмаильтян. Я веду с ними войну. Если бы я их оставил в покое на один час, они уничтожили бы всю страну исмаильтян до Багдада>> (140, с. 102). Переписка Хасдая ибн-Шафрута с каганом Иосифом датируется 954 -- 961 гг. Письмо Иосифа написано на древнееврейском языке и отличается несколько хвастливым тоном, не соответствующим истинному положению Хазарии в то время, когда до ее гибели оставалось 4 года.

Все остальные свидетельства о хазарах разбросаны в трудах разноязычных средневековых авторов, живших в странах, так или иначе соприкасавшихся с Хазарским каганатом. Это, в основном, византийские и армянские источники VI -- X веков, а также арабская и персидская литература IX -- X веков (212, 172, 270, 174, 144, 124, 250, 116), представляющая собой поверхностный взгляд посторонних путешественников. Сами хазары не обладали письменностью, поэтому внутренних литературных данных, кроме письма царя Иосифа, не обнаружено. Из русских историков -хазароведов, помимо уже упоминавшегося Коковцева П. К. (140), следует отметить Григорьева В. В. (77), Артамонова М. И. (11), Толстова С. П. (264), Рыбакова Б. А. (240), Берлина Н. (21), Плетневу С. А. (205), Гумилева Л. Н. (81), Кожинова В. В. (138).

Выше цитировалось, что род царя Иосифа происходит от Тогармы, сына Иафета. Попытка вычислить свое происхождение от Иафета, сына библейского патриарха Ноя, предпринималась не только Иосифом. Такому тщеславию поддавались средневековые историки разных народов, в том числе и России. Существует целая библиотека, посвященная теме: <<Москва -- Третий Рим>>, основанная на посыле о том, что сын Иафета Мосох -- основатель Москвы и праотец всех Славенороссов. Последний обзор такого рода утверждений приведен в (189).

Хазары упоминаются в византийских, армянских, сирийских хрониках V, VI веков, наряду с савирами, болгарами, аварами, барсилами, сарагурами, гузами, мадьярами (уграми), аланами, печенегами, как один из многих этносов, некогда входивших в гуннскую империю Аттилы, умершего в 454 г. Некоторые их этих племен, а именно болгары, савиры, авары, барсилы и хазары, по своим этнонимам совпадают с именами сыновей Тогармы из письма царя Иосифа, что, однако, не увеличивает достоверность их происхождения от Иафета по изложенной им концепции. Феофан Исповедник отмечает, что <<хазары -- великий народ, вышедший из Берсилии>> (11, с. 130). Берсилией называлась территория современного Дагестана. Берсилы (барсилы, басилы) упоминаются вместе с хазарами в связи с захватом и разорением в 515 -- 516 гг. Армении (174, 124). Прокопий Кесарийский подробно описывает жизнь и воинские доблести савир, гуннского племени, многочисленного и разделенного на много самостоятельных колен, начальники коих издревле ведут дружбу одни с византийским императором, другие с персидским царем (212, с. 407). Под номинальным главенством савиров находились, возможно, и хазары. Арабский историк аль-Масуди в <<Золотых лугах>> называет хазаров тюркскими савирами. В царствование персидского шаха Кавада I в 540 г. хазары захватили Грузию, Армению и Албанию (нынешнюю Нахичеванскую обл.), и шаху с большим трудом удалось выбить их оттуда. С этого времени упоминание хазар и савир становится регулярным в персидских и армянских хрониках. Моисей Каганкатваци пишет: <<...страна наша подпала под власть хазар, церковь и писания были преданы огню>> (124). Для защиты от северных варваров -- хазар, савир и алан персы возводят ряд крепостей в Дербенте, Беленджере, в Дарьяльском ущелье. С конца VI в. савиры упоминаются все реже в персидских хрониках, и, видимо, племенной союз народов Северного Кавказа начинают возглавлять хазары.

Между тем в волжско-каспийских степях около 552 г. создается Западно-тюркский каганат во главе с Тумынем из влиятельного рода Ашина. Младший брат Тумыня хан Истеми сделал попытку вторгнуться в Персию в 562 г., но потерпел неудачу под Дербентом и заключил мир с шахом Хосровом Ануширваном. Тогда он подчинил себе болгар, хазар, алан, утигуров и беленджеров. Войско Истеми вышло к Дону и берегам Черного моря, а его сын Турксанф в 576 г. начал войну с Византией. Однако вследствие междуусобиц, длившихся до 593 г., войска кагана возвращаются в степи между Черным и Каспийским морями, и Византия несколько лет живет спокойной жизнью. За эти годы главной силой тюркской армии становятся хазары. Императору Ираклию удается в 626 г. заключить союз с <<восточными тюрками, которых называют хазарами>> и подтолкнуть кагана на войну с Персией. Война тюрков-хазар с Персией оказалась для первых удачной, и результатом ее был захват в 627 г. Албании (нынешняя Нахичеваньская обл.) и Иберии (Грузии) с ее столицей Тбилиси. В 630 г. началось покорение Армении, однако, оно неожиданно прекратилось из-за вспыхнувшей в каганате междуусобицы, закончившейся развалом каганата. На руинах Западно-тюркского каганата возникли два суверенных государства (каганата) -- Великая Болгария (632 г.) и Хазария (ок. 650 г.).

Во главе Великой Болгарии становится Кубрат (635 г.). Его столица -- Фанагория (вблизи Тамани). Его пастбища -- Причерноморские и Приазовские степи. Кубрат принадлежал роду Дуло (Дулу), который боролся за власть в Тюркском каганате с родом Ашина. После смерти Кубрата великая Болгария распадается на две орды -- первую, во главе с ханом Аспарухом, и вторую, во главе с его братом Батбаем. Здесь мы приближаемся к моменту, который царь Иосиф считал политическим актом образования Хазарского государства.

Династические осколки рода Ашина оседают среди хазар и номинально возглавляют Хазарию, в связи с чем хазары считают себя наследниками Тюркского каганата. Хазары огнем и мечом вытесняют своих родственников болгар из приазовских степей. При этом хан Аспарух около 660 г. бежит за Дунай и основывает Дунайскую Болгарию, прародину нынешних болгар, а хан Батбай предает брата и подчиняется хазарам. В мощном порыве хазары захватили Северное Причерноморье и степную часть Крыма, оказавшись таким образом соседом Византии. <<Хазары, великий народ... овладели всей землей вплоть до Понтийского моря>> -- пишет Феофан Исповедник (164). Открывается эра хазаро-византийских интриг, первоклассными мэтрами которых, естественно, были византийцы.

Лишенный короны экс-император Византии Юстиниан II ссылается в 695 г. в Херсон, откуда бежит затем в Крымскую Готию, подчиненную хазарам. Каган Ибузур Гляван выдает за Юстиниана свою дочь, нареченную после крещения Феодорой, и отправляет молодых в Фанагорию под присмотр правителя Боспора (вблизи Керчи) -- Болгация. Византийский двор, опасающийся опытного политика Юстиниана, уговаривает кагана убить экс-императора, но тот, предупрежденный Феодорой, бежит в Дунайскую Болгарию, откуда с помощью войска хана Тарвела возвращается в Византию и возвращает себе в 705 г. свой трон. В 710 г. Юстиниан начинает войну с каганатом, захватывает и предает огню и уничтожению Херсон, Боспор и часть Крыма. Жители обращаются в рабство, а наместник кагана -- тудун берется в плен. В Херсоне, а затем в Крыму против греков поднимается восстание под руководством армянина Вардана, которого херсониты объявляют императором Варданом-Филиппом. Новопровозглашенный император обращается за помощью к хазарам и получает ее. Армия Юстиниана предает своего государя и объявляет императором Византии Вардана-Филиппа, теперь уже просто Филиппа.

В 711 г. Филипп появляется в Константинополе и казнит Юстиниана. Хазарский каганат в лице Филиппа получает надежного союзника, необходимого в связи с надвигающимися завоеваниями арабов. К этому времени территория, контролируемая хазарами, охватывала современный Дагестан, Прикубанье, Приазовские степи, частично степи Северного Причерноморья и большую часть Крыма. Отношения Хазарии с Византией до первой трети VIII века были мирными. Хазария оттягивала на себя военные устремления арабского халифата, объективно помогая тем самым Византии. В годы, когда Хазария вела войны с халифатом, Византия имела над ним накоторый военный перевес. Империя инспирировала ответные набеги хазар на арабов, в благодарность демонстрируя хазарам не только свою дружбу, но и любовь. В 732 г. император Лев III Исавр женил своего сына Константина на сестре кагана по имени Чичак (тюрк. -- цветок). В крещении она известна как Ирина. Ее сын Лев Хазар правил Империей в 775 -- 780 гг.

<<Ну, а причем здесь евреи и государственный иудаизм Хазарии?>> -- спросит читатель. До сих пор наше повествование не упоминало ни иудеев, ни иудаизма. Здесь мы подходим к периоду истории, когда иудейская община Хазарии сумела выдвинуться на политическую авансцену, захватить, а затем укрепить власть в каганате. Однако прежде всего ответим на вопрос -- откуда, вообще, взялись евреи в Хазарии?

Существует несколько довольно туманных версий появления там евреев. Ни одна из них не имеет четкого хронологического и количественного описания. Все они являются скорее догадками, требующими дальнейших исследований, нежели теориями процессов. Таких версий три.

Первая из версий -- хорезмийская, восходит к работам Толстова С. П. (263, 264) и поддержана в последнее время Кожиновым В. В. (139). В процветающем в VIII веке Хорезме, который, по преданию, был основан <<Нарсе, сыном еврейки>>, существовала еврейская община. Хорезм находился на <<великом шелковом пути>> и был центром евразийской торговли. <<Европу с Востоком связывала торговля, почти всецело находившаяся в руках еврейских купцов>> (13). Это состояние продолжалось до X века, после чего евреи были вытеснены мусульманскими <<синдбад-мореходами>>. В начале VIII века в Хорезме была предпринята попытка свержения хорезмшаха Чагана. Во главе переворота стоял его родственник Хуразад, пользовавшийся всей полнотой власти и опиравшийся на военное сословие. Оказавшийся в безвыходном положении Чаган обратился за помощью к арабскому полководцу Кутейбе, захватившему в 709 г. Хиву и готовящему поход на Хорезм. Кутейба разгромил войско Хуразада и расправился с его сторонниками в Хорезме. Великий Бируни пишет: <<...и всеми способами рассеял и уничтожил Кутейба всех... ученых, что были среди них>>. Эти ученые фигурировали под именем <<хабр>> (множ. <<ахбар>>), что значило по-арабски -- еврейский ученый, ученый раввин. Согласно Толстову С. П., эти <<хабры>> были идеологами восстания Хурабада, и после разгрома последнего в 712 г. они, опираясь на хазар, создали <<новый Хорезм>> на Волге в виде города Итиля.

В Кембриджском послании анонимного хазарского иудея, датируемом 940 -- 950 гг., сообщается следующее: <<И бежали от них наши предки... потому что не могли выносить ига идолопоклонников. И приняли их к себе... казарские. И они породнились с жителями той страны... и научились делам их. И они всегда выходили вместе с ними на войну и стали одним с ними народом. Только завета обрезания они держались, и некоторые из них соблюдали субботу... И оставались они в таком положении долгое время>> (140, с. 113--114). Часть послания, содержащая имена врагов, от которых бежали предки из страны пребывания, утрачена. Кожинов В. В. считает, что бегство происходило из Хорезма. Высокий уровень цивилизации Хазарского каганата он также связывает с тем, что высшие должности в этом государстве занимали хорезмийцы-эмигранты, воспитанники одной из самых развитых в то время цивилизаций и их потомки.

Вторая версия -- персидская -- относит нас к далеким событиям 491 г., когда в правление упоминавшегося выше шаха Кавада Персия была поражена засухой, саранчой и голодом. Открытие амбаров с зерном не предотвратило народных волнений, и тогда один из шахских вельмож по имени Маздак предложил <<социалистический>> план спасения государства. План был хорош как в части обобществления и раздела имущества знати, включая наличный состав гаремов, так и в части ликвидации <<сторонников зла>>, т. е. тех, у кого это имущество и гаремы изымались.

Маздакиты, сторонники Маздака, развернув террор, принялись рьяно отнимать и делить добро и женщин. А так как владельцы гаремов никак не хотели расставаться со своими возлюбленными, то в стране разразилась яростная смута, закончившаяся лишь в 529 г., когда принц Хосрой Нуришван, сын Кавада, повесил Маздака, а захваченных сторонников его приказал живыми закопать в землю. В этой смуте часть еврейской общины, сердцу которой были любезны социальные доктрины Маздака, воевала на его стороне. В результате разгрома маздакитов эта часть евреев бежала вместе с ними из Персии на Северный Кавказ, где, якобы, и осела в долинах рек Терека и Сулака. Кембриджский аноним считает их евреями колена Симонова, забывшими веру предков. Эта версия лежит в русле фантастической истории этносов Гумилева Л. Н. (81, с. 384).

К движениям <<маздакитского>> типа относятся: переворот Хуразада, который, по сообщению арабского историка Табари, <<расправился с хорезмийской знатью, отнимая у нее имущество, скот, девушек, сестер и красивых жен>> (264, с. 223), а также восстания Абу Муслима в Мерве (747 г.), Сумбат-Мига в Восточном Иране (775 г.), <<краснознаменных>> в Горгане (778 г.), Бабека в Азербайджане (816 г.) и др. Идеологами этих движений Кожинов В. В. считает почему-то евреев, потомков эмигрантов из Персии, хотя ничто <<социалистическое>> не чуждо и другим народам.

Третья версия -- византийская. Еврейские общины в виде торговых колоний с незапамятных времен существовали в портовых городах Греции. Отношение византийских императоров к евреям колебалось в зависимости от того, удавалось ли евреям <<найти подход>> к венценосцу, что, вообще говоря, случалось редко или не удавалось. Были периоды относительного спокойствия (V век), были периоды ограничений свободы иудаизма, были периоды гонений. Евреи проходили школу выживания, лавирования, <<винсерфинга>>. Иудейская община Византии пополнялась за счет тех ортодоксов, которые бежали сначала от маздакитов из Персии, затем от арабов, завоевавших Персию и утвердивших там ислам в 690 г.

Отток наступил в 723 г., когда император Лев III Исавр издал эдикт о насильственном крещении всех иудеев, находящихся в пределах его империи. Видимо, в это время какая-то часть их отправилась в поисках <<земли обетованной>> в Хазарию. Ранний Григорьев В. В. пишет: <<Евреи, притесняемые в Греции, удалились к хазарам и, видя простоту этого народа, предложили ему свою веру -- и хазары, находя ее лучше собственной, приняли охотно>> (183). Сейчас известно, что большой охоты принять новую веру у хазар не было и обращение коснулось лишь части правящей прослойки. Эдикт Льва III, скорее всего, приведен в исполнение не был, так как спустя столетие евреи Византии оказались в фаворе у императора Михаила II (820 -- 829 гг.) и его сына Феофила (829 -- 842 гг.). Михаил II был уроженцем г. Амория, <<в котором издавна проживало много иудеев... Из-за постоянного общения и тесного с ними соседства возросла там ересь нового вида и нового учения, к которой, наставленный в ней с детства, был причастен и он. Эта ересь позволяла, совершая обряд, приобщаться спасительной Божьей купели, которую они признавали, остальное же блюла по Моисееву закону, кроме обрезания. Каждый, в нее посвященный, получал в свой дом учителем и как бы наставником еврея или еврейку, которому поверял не только душевные, но и домашние заботы и отдавал в управление свое хозяйство... Этого учения он (Михаил. -- А. К.) придерживался и, войдя в зрелый возраст, будто виноградная лоза от усов, не мог избавиться... Чем дольше владел он царской властью, тем с большей жестокостью и природной злобой раздувал Михаил пламя войны против христиан... Христову паству он притеснял и истреблял, словно зверь дикий, а вот иудеев освобождал от налогов и податей, и потому любили они его и почитали больше всех на свете... Он дошел до вершин нечестия: приказал поститься в субботу... не верил в грядущее воскресение>> (211). По Михаилу Сирийцу, историку и патриарху Антиохийскому, Михаил был внуком крещенного еврея. Его сын Феофил <<хотя и держался, как он утверждал, веры в Бога и Пресвятую Его Матерь, держался и полученной от отца мерзкой ереси. Ею морочил он свой благочестивый и святой народ>> (211, с. 41). Таким образом, идея о беженцах из Византии остается всего лишь версией, имеющей, впрочем, право на жизнь.

Существует еврейский текст о путях миграции иудеев, не упоминающий Хазарию, но представляющий интерес: <<И было лето 4450 (689 г. -- А. К.), и усилилась борьба между исмаильтянами и персами в ту пору, и были поражены персы ими, и пали они под их ноги, и спаслись бегством многочисленные евреи из страны Парас (Персии), как от меча, и двигались они от племени к племени, от государства к другому народу и прибыли в страну Русию и землю Ашкеназ (Германию) и Швецию и нашли там много евреев...>> (21, с. 78). Текст содержит <<персидский след>> и дает повод Гумилеву Л. Н. утверждать о существовании <<страны Русии>> в VII веке. Авторство отрывка приписывается известному хронисту и врачу Иосифу бен Иегошуа Га-Когену, жившему в XVI веке, но имевшему якобы какие-то более древние рукописи. Перевод текста несет неточность, т. к. страны Русии с многочисленными или немногочисленными евреями в VII веке не существовало.

VII и VIII века Хазарии заполнены войнами с арабскими завоевателями. Их история хорошо известна по византийским, арабским и русским источникам. Мы не будем описывать здесь эти полные драматизма и неожиданностей, героического духа и предательства, полководческих успехов и трагических ошибок сюжеты. В битве гигантов больше всего страдают малые государства. Кавказская Албания (Нахичевань), Грузия и Армения подвергались опустошению попеременно то со стороны халифата, то каганата. Существует мнение, что Хазария явилась щитом, защитившим восточно-европейские государства и южную Русь от непобедимых арабов. Едва ли это так. Завоевателей всегда привлекают богатства, сконцентрированные в крупных городах, которых на Руси тогда не было. Да и вообще, неморозостойким арабам в нашей стране делать было просто нечего.

Война с арабами шла с переменным успехом. В 718 г. хазарский военачальник Булан (тюрк. -- олень), являвшийся вторым лицом в каганате, тайно принял иудаизм. В (140, с. 114) о нем говорится так: <<Один еврей выказал в тот день необычайную силу мечом и обратил в бегство врагов, напавших на казар. И поставили его люди казарские, согласно исконному своему обычаю, над собой военачальником>>. Его титул в переписке варьируется следующим образом: царь, бек, шадкаганбек. Номинальный правитель каганата -- каган оставался язычником. Согласно хазарской традиции, его жизнь была окружена запретами (табу), что лишало его возможности эффективно управлять страной, чем, собственно, и занимался царь, являвшийся соправителем кагана и обладавший реальной властью.

Язычество хазар и савир в принципе не отличалось от язычества других народов. Они поклонялись огню, воде, богам дорог, луне и всему, что казалось им удивительным. Иногда они устраивали коллективные <<дикие пляски и битвы на мечах в нагом состоянии>> (124, с. 193). Наиболее почитаемым божеством был Тенгри-хан, бог неба и света, <<чудовищный громадный герой>>.

Известны попытки христианизации Хазарии. Географически это происходило в Кавказской Албании усилиями савирского князя Алп-Илитвера в конце VII века и в Крымской Готии, вассальной Хазарии, спустя сто лет. В Крыму Византия даже учредила Готскую митрополию из семи епархий. В г. Беленджере было построено два христианских храма. Языческая Хазария оказалась соседом двух влиятельных и могущественных в военном отношении государств -- мусульманского арабского халифата и христианской Византии. С точки зрения укрепления верховной власти кагана культ языческого Тенгри-хана был наиболее выгоден, так как утверждал кагана представителем Бога на земле и снимал идеологическую зависимость от влиятельных соседей. Видимо, поэтому каган привел к повиновению князя Алп-Илитвера, взяв у него в знак покорности дочь в свой гарем.

Однако язычеству не суждено было сохраниться в качестве государственной религии Хазарии. С появлением Булана начинается <<плавная>> иудаизация каганата. Этот процесс, как сейчас установлено, сопровождался военным столкновением языческой и иудейской элит, о чем речь будет идти несколько позднее. Да и в древней Руси христианизация, как известно, не являлась мгновенным актом и растянулась на два столетия. Булан удалил из страны языческих шаманов и убедил верхушку иудейской общины вернуться к вере предков. Согласно еврейским источникам исповедание иудаизма первоначально шло в тайне: <<они молились в пещере и... учили своих детей молиться в пещере вечером и утром>> (140, с. 67). Далее, <<царь и визирь пошли... на пустынные горы у моря (Каспийского. -- А. К.)... нашли ночью ту пещеру, в которой некоторые из иудеев праздновали каждую субботу... совершили над собой в этой пещере обрезание>>, а затем вернулись к хазарам, <<настойчиво держась иудейской веры, но скрывая в тайне свое верование>>. Впоследствии <<они обнаружили свои сокровенные мысли, осилили остальных хазар и заставили тех принять иудейскую веру>>. Наконец, <<они победили своих врагов и завоевали разные страны>> и <<многочисленно стало их войско, дойдя до сотен тысяч>> (140, с. 133).

Все это произошло к концу VIII века. Но в 737 г. арабский полководец Мерван Ибн-Мухаммед, разгромив хазарскую армию во главе с Буланом, потребовал от кагана принятия ислама, что и было сделано. Прибывшие муллы запретили кагану пить вино и есть свинину. Впрочем, военное счастье оказалось переменчивым, и скоро каган нарушил запреты.

В полной мере иудаизм восторжествовал при царе Обадии, внуке Булана. <<Он поправил царство и укрепил собрания и дома ученых и собрал множество мудрецов израильских...>> (140, с. 80, 97). <<Поправление>> государства -- туманный термин, под которым сам автор, скорее всего, понимал последующий расцвет государственной мощи Хазарии на основе <<правильной>> религии. Фактически же это был тихий государственный переворот, приведший к власти руководителей иудейской общины. Л. Н. Гумилев называет переворот Обадии явлением исключительным. Однако, если отбросить игру в термины -- <<фаза надлома>>, <<раскол этнического поля>>, <<зигзаги>>, <<пассионарность>>, <<энтропия этногенеза>>, <<химера>> и т. д., которую так любил покойный Л. Н. Гумилев, то мы увидим здесь обычный переворот, каких были сотни в истории государств. Некоторые из переворотов приводили к власти людей и группы, не являющиеся коренным этносом. Сам же Л. Н. Гумилев вспоминает при этом Птолемеев в Египте, Селевкидов в Сирии и Бактрии, Аршакидов в Парфии (81, с. 400). Этот ряд <<чужих>> династий можно продолжить первыми Рюриковичами до их ассимиляции на Руси, саксами во главе с Вильгельмом Завоевателем в Англии, Каролингами во Франции и Италии, Бурбонами (из Наварры) во Франции и Испании, засильем немцев при русском дворе, правлением Бирона при Анне Иоанновне и после ее смерти и т. д. Недаром генерал Ермолов А. П. просил Николая I <<назначить>> его немцем. По гр. А. А. Игнатьеву, русские немцы в XX веке составляли 55 % высшего офицерского состава русской армии (114). Вопрос лишь в том: направлена ли энергия правящего слоя на укрепление государства или нет? В случае иудейского переворота в Хазарии следует дать утвердительный ответ.

При иудейских царях Хазария достигла пика своего могущества. С этим согласны все историки, включая тайных и явных юдофобов. В конце VIII века, т. е. уже при Обадии, начинается <<постепенное, но настойчивое переселение алан, болгар и самих хазар на север -- на широкие и обильные пастбища волжских, донских и донецких степей. Часть болгарских племен откочевала вместе с аланами в лесостепные районы, а оттуда еще дальше -- в Прикамье>>, в Камскую Булгарию (205, с. 43). Происходит смена уклада жизни -- от кочевого к земледелию и к ремесленному производству. Сложилась культура, названная салтово-маяцкой. Строятся, не без помощи Византии, крепости Саркел, Семикаморы, а на античных развалинах Гермонассы -- Самкерц (греч. -- Таматарха, русск. -- Тмутаракань) и Керчь (по Иосифу -- К-р-ц). Столицей Хазарии становится город Итиль в низовьях Волги.

Хазария богатеет от сбора дани с окрестных вассальных племен и транзитной торговли. В период до арабских войн вассальными племенами были горские народы Северного Кавказа: аланы, население Боспора, побежденные болгарские орды. После арабских войн, в правление иудейских царей, экспансия Хазарии направлена на север и данью облагаются славянские племена: поляне, северяне, вятичи, радимичи. Отношения Хазарии со славянами становятся главным историческим фоном развития Киевской Руси. По свидетельству царя Иосифа, дань берется также с буртасов, эрзи, черемисов (мордовско-мерянских племен), болгар, сувар. Как видим, география дани весьма обширна. В IX -- X веках ситуация характеризовалась следующим еврейским текстом о хазарских единоверцах, обитающих в <<стране Козраим, в далеке от Иерусалима... Они бесчислены и забирают они дань от 25 государств, и со стороны исмаильтян платят им дань по причине внушаемого ими страха и храбрости их>> (21, с. 84).

Второй источник обагащения -- это транзитная торговля предметами роскоши (шелком, пряностями и золотом), таможенный налог с которой оседал в царской казне. Знаменитый шелковый путь от Красного моря до Китая, освоенный рахдонитами (перс. -- знающими дорогу) -- еврейскими купцами, насчитывал около 200 дневных переходов. В периоды довольно частых волнений в халифате Аббасидов путь удлинялся и сдвигался в обход Каспийского моря с севера через столицу Итиль. Организация этого гигантского даже по современным меркам бизнеса требовала разнообразных навыков и качеств, среди которых мужество было не на последнем месте из-за частых нападений разбойников (пассионариев -- по Гумилеву). Разумеется, простой хазарский люд от этого ничего не имел. Но и винить <<по-марксистски>> задним числом рахдонитов в том, что они торгуют роскошью, а не ширпотребом, нужным народу, наивно.

Переворот и реформы Обадии (799 -- 809 гг.) оттеснили от кормила государства старую тюркскую аристократию и ханов вассальных этносов, что привело к гражданской войне. Сведения о войне приводит Константин Багрянородный: <<Когда у них произошло отделение от их власти и возгорелась междуусобная война, первая власть одержала верх, и одни из восставших были перебиты, другие убежали и поселились с турками (венграми. -- А. К.) в нынешней печенежской земле, заключили взаимную дружбу и получили название кобаров>> (144, с. 18). В хазарской <<фронде>> (810 -- 820 гг.) против иудейского правительства выступили все феодалы, которые не приняли иудаизма, т. е. язычники, христиане и мусульмане, вся провинциальная аристократия. Война была беспощадной, и степь полыхала несколько лет. Обадия с сыновьями Езекией и Манассией погибли в войне и власть наследовал его брат Ханукка. В эти годы от Хазарии откололся полухристианский Крым, и его немедленно присоединила к себе Византия, с чем пришлось смириться кагану. На территорию ослабленного смутой каганата начинают проникать орды печенегов и баджгардов (башкир). Где силой, где подкупом, меняя союзников, иудейские цари, в конце концов, привели каганат к спокойствию. Основой военной силы каганата становится наемная армия численностью 7 -- 13, а по другим данным, 40 тысяч человек. Хорошо оплачивая труд наемников, цари запрещали им только одно -- терпеть военные поражения. Такое требование к армии является естественным, а не оригинальным, как считал Л. Н. Гумилев (81, с. 404). Действительно оригинальным было бы разрешение армии проигрывать битвы.

После окончания смуты начинается период процветания Хазарии и ее экспансии, главным образом, на север к славянским племенам. Григорьев В. В. пишет об этом периоде: <<Необыкновенным явлением в средние века был народ хазарский. Окруженный племенами дикими и кочующими, он имел все преимущества стран образованных: устроенное правление, обширную, цветущую торговлю и постоянное войско. Когда безначалие, фанатизм и глубокое невежество оспаривали друг у друга владычество над Западной Европой, держава хазарская славилась правосудием и веротерпимостью, и гонимые за веру стекались в нее отовсюду. Как яркий пример блистала она на мрачном горизонте Европы и погасла, не оставив никаких следов своего существования>> (77, с. 66).

Однако не все было так безоблачно, как пишет Григорьев. Правосудие, предполагающее, по-видимому, и полицию, действительно существовало, так как <<судей было много и судили они по разным законам: христиан -- по-христианскому, мусульман и иудеев -- по Корану и Торе, язычников -- по... законам общины>> (205, с. 58). Здесь, правда, неясно, что значит судить христиан по христианскому закону, т. к. сказано: <<Не судите, да не судимы будете>>. Веротерпимость, необходимая в многонациональном государстве и поддерживающая равновесие в многослойном обществе, тоже, скорее всего, имела место, хотя и нарушалась эксцессами, провоцируемыми чаще всего извне -- из халифата и Византии. В Кембриджском документе говорится: <<...было гонение на иудеев во дни злодея Романа (император Византии Роман I -- А. К.). И когда стало известно это дело моему господину (царю Иосифу -- А. К.), он ниспроверг (казнил [?]. -- А. К.) множество необрезанных>> (140, с. 117--118). В другом случае, в отместку за разрушение синагоги в г. Дар-ал-Бабунадж в 922 г. хазарский царь приказал казнить муэдзинов, заявив: <<Если бы я не боялся, что в странах ислама не останется ни одной неразрушенной синагоги, я обязательно разрушил бы и мечеть>> (112, с. 161). В целом же мятежей типа крестьянских войн или войн на религиозной основе в Хазарии отмечено не было. В то же время иудейская религия, как религия избранного народа, не цементировала общество и тем носила в себе зародыш гибели Хазарии.

Взаимоотношения Хазарского каганата с Русью почти не датированы и не документированы из-за государственной юности славянских племен, из коих <<знатнее прочих были поляне, не столько военными делами, как торгами, которые производились с греками, жившими издревле в великих, ими населенных городах по Днепру>> (165). В многочисленных источниках IX -- первой половины X века <<русью>> назывались варяги, сопоставляемые в текстах, а иногда противопоставляемые слову <<славяне>>. Олег Вещий, прибив свой щит на врата Цареграда и отплывая в Киев, <<россам велел поднять парусы паволочные, славянам кропинные>> (165, с. 86). В Русской Правде Ярослава Мудрого (1019 -- 1054 гг.) устанавливается: <<Кто убьет человека, тому родственники убитого мстят за смерть смертью, а когда не будет мстителей, то с убийцы взыскать деньгами в казну... за всякого людина, то есть свободного человека русского (варяжского) племени или славянина 40 гривен...>> (129, с. 136 -- 137).

Текст договора 911 г. Руси с греками начинается так: <<Мы, от роду русского, Карл Ингелот, Фарлов, Веремид, Рулав, Гуды, Руальд, Карн, Флелав, Рюар, Актутруян, Лидулфост, Стемид, посланные Олегом, великим князем русским, и всеми сущими под рукою его...>> (129, с. 77). Смотри также (250, 116). Как видим, в договоре имеются только скандинавские имена военных соратников Олега. Третье и четвертое поколения киевских князей будут носить только славянские имена, т. е. они будут поглощены славянами полностью. Существуют и другие версии происхождения слова <<русь>>, <<россы>> -- от имени реки Рось, впадающей ниже Киева в Днепр, русел рек и т. д., которые здесь не обсуждаются.

<<Призвание>> славянами, кривичами, весью и чудью Рюрика <<Повесть временных лет>> (ПВЛ) датирует 862 г. После ряда междуусобиц варягам было сказано: <<Земля наша добра, и велика, и обилна, а нарядника в ней нет, пойдите к нам княжити и владете нами>>. Согласно общепризнанной <<норманской>> теории, сторонниками которой были все крупнейшие русские историки, варяги явились своеобразными катализаторами военного и государственного становления древней Руси. Дата <<призвания>> Рюрика в настоящее время уточняется и переносится на более ранние сроки, ориентировочно на 838 г. Неточность дат, видимо, присуща ПВЛ. В ней же говорится: <<В год 852... когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля>>, хотя известно, что Михаил стал царствовать в 842 г. В 838 г. из Руси в Константинополь прибыли первые послы <<русского кагана>>, бывшие, естественно, норманами. В письме германского короля Людовика (843 -- 876 гг.) византийскому императору Василию I (867 -- 886 гг.), датированном 871 г., упоминаются два каганата Восточной Европы: хазарский и норманский (русский).

Двое варягов-авантюристов -- Аскольд и Дир отправились с дружиной в поисках военного счастья из Новгорода в Константинополь и на высоком берегу Днепра открыли для себя маленький городок Киев, жители которого, миролюбивые поляне, по смерти своего князя Кия платили дань хазарам. <<Хазары брали дань с полян, и с северян, и с вятичей, брали по серебряной монете и по белке с дыма>>. ПВЛ, составленная спустя около 200 лет после описываемых событий, говорит об этой истории очень коротко: <<Поляне были притесняемы древлянами и иными окрестными людьми. И нашли их хазары, сидящими на горах этих и лесах, и сказали: ,,Платите нам дань". Поляне, посовещавшись, дали от дыма по мечу. И отнесли их хазары своему князю. И сказали старцы хазарские: ,,Не добрая дань эта, княже: мы доискались ее оружием, острым только с одной стороны, то есть саблями, а у этих оружие обоюдоострое, то есть мечи: станут они когда-нибудь собирать дани с нас и с иных земель">> (206, с. 212).

Традиционная точка зрения по этому эпизоду сводилась к тому, что хазары <<получили в ответ на требование дани мечи, что, несомненно, означало вызов (не мир, но мечь!). После этого хазары отступились от сильного и далекого народа>> (205, с. 56) и обложили данью радимичей. <<Аскольд же и Дир стали владеть землею полян>>. Вот, собственно, и вся информация, и при этом никаких дат. Были ли военные столкновения между новоявленными рэкетирами и старыми из-за дани и кто победил в бою, неизвестно. Клио молчит, но не молчит фантазия историков. Карамзмн Н. М. очень сдержанно предположил, что борьба за передел сфер влияния все же состоялась, но не более того. Он не взял на себя смелость объявить то, что было ему неизвестно -- победителя. В наше время Гумилев Л. Н. выступил с фантастической концепцией, суть которой сводилась к тому, что варяжские князья (каганы), правящие Киевом, оказались вассалами хазар, разоружили полян, отдав их мечи, и, побуждаемые хазарами, предприняли ряд завоевательных походов на Византию. Разумеется, военные действия Руси и Хазарии были основным историческим фоном той далекой эпохи, но не существует ни одного известного факта, документа или текста, если его, разумеется, читать бесстрастно, из которого следовала бы вассальная зависимость варяго-русских князей. Принцип Гумилева Л. Н.: <<верить надо не летописи, а совокупности сведений (недоказанных. -- А. К.)>> (81, с. 434) превращает историю в жанр нехудожественной литературы.

Вернемся к нашим варягам. В 860 г. (а по Соловьеву С. М. в 866 г.) Аскольд осуществляет свою заветную цель -- поход на Царьград. Однако в буре гибнет флотилия из 200 судов, и остатки русов возвращаются в Киев. В 882 г. власть в Киеве после предательского убийства Аскольда и Дира переходит к Олегу Вещему. Ослабленная дружина этих первых киевских князей не оказала сопротивления войску Олега, и ее судьба неизвестна. Киев становится стольным городом Руси, <<матерью городов русских>>. В 883 г. Олег <<примучил>> древлян, воевавших с полянами, и обложил их данью по черной кунице с дыма. Затем последовала очередь северян (884 г.) и радимичей (885 г.), плативших до этого дань хазарам. Эти беззащитные и миролюбивые славяне легко согласились платить дань Олегу, с его грозным войском. По преданию, Олег говорил северянам: <<Я враг козарам, а вовсе не вам>>, а радимичам: <<...не давайте (дань. -- А. К.) козарам, а давайте лучше мне>>. Занятый войной с непокоренными аланами хазарский каган упустил славянских данников, присоединенных Олегом к его растущему государству. Следующие 20 лет ушли на покорение дулебов, хорватов и тиверцев.

Разбогатев на дани, укрепив города и разноплеменную дружину, командный костяк которой составляли варяги (россы, русы), а подчиненный -- новгородские славяне, чудь, меря, кривичи, поляне, хорваты, дулебы и тиверцы, Олег в 907 г. предпринял известный поход на Византию. Богатства Константинополя всегда притягивали к себе хищные взоры завоевателей. Нигде нет даже намека на то, что Олег провел этот поход в интересах иудейской Хазарии -- в качестве ее вассала. И хотя Константинополь взять не удалось, договор 911 г. был выгоден Киевской Руси и впервые вывел ее в число государств, претендующих на первые роли в этом регионе. Объективно этот поход был выгоден и Хазарии, соперничающей с Византией.

После смерти в 912 г. легендарного Вещего Олега, в 913 г. отряд русов на 500 судах из Керченского пролива через Дон, затем волоком переправился на Волгу и спустился в Каспийское море. Царь Вениамин в это время погряз в войне с печенегами и пропустил флотилию русов через свои владения, оговорив себе половину предполагаемой добычи (250, с. 130 -- 134).

Хронологически это был четвертый поход варягов-русов на берега Каспия. Первый поход русов на Каспий зафиксирован в мусульманских источниках 864 -- 884 гг. Второй поход на 16 разбойничьих судах имел место в 909 г., когда был захвачен о. Абесгун и уничтожен его торговый флот. Третий поход 910 года привел к захвату и разграблению городка Сари. Так что поход 913 г. был самым крупным разбойничьим набегом варягов на мусульман и к тому же вдвойне выгодным для Хазарского царя, т. к. русы расправлялись с горскими разбойниками, тревожившими Хазарию, и еще делились с ним своей добычей. Русы основательно ограбили побережье Ширвана, Табаристана и Баку и, вернувшись в Итиль, передали царю условленную часть добычи. Здесь события приняли неожиданный и трагический для русов оборот. Мусульманская гвардия хазарского царя потребовала расправы с русами в отместку за пролитую ими мусульманскую кровь и пленение женщин и детей. Отряд русов количеством до 30 тысяч человек был истреблен. Лишь небольшая часть вырвалась из Итиля и бежала на Волгу, где была добита булгарами и буртасами.

В 922 г. от Хазарии отделяется ханство камских булгар, вождь которых Альмуш принял ислам в расчете на поддержку багдадского халифа. В эти же годы восточно-приазовские степи захватывают воинственные печенеги, препятствуя хазарской торговле через жизненно важные порты Крыма. Положение Хазарии в первой половине X века становится очень неустойчивым и несоответствующим описанию, известному из письма царя Иосифа. Только в воображении кагана Хазария еще представляет заметную политическую единицу. <<Большое государственное образование с прочной экономической базой, яркой культурой, сильной центральной властью, сумевшей сплотить вокруг себя разноэтнические народные массы, развалилось. От него осталось маленькое паразитическое ханство, тормозившее развитие экономики в соседних странах, мешавшее их торговле с Востоком. Достаточно было сильного толчка, чтобы оно исчезло с лица земли>> (205, с. 69). О последних 30 -- 40 годах существования Хазарского каганата почти ничего не известно.

По смерти Олега, собравшего под одно знамя славянские племена и давшего им первое понятие о единстве славян, на княжеский престол в Киеве в 912 г. вступает 35-летний Игорь (Ингвар). О его княжении сохранилось всего пять преданий. Главное из них посвящено проблеме <<примученных>> Олегом, но не покоренных древлян. Обложивший их новой данью Игорь, как известно, был в 944 г. древлянами <<привязан к двум деревам и разорван на две части>>. Несмотря на 33-летнее правление Игоря, о нем из русской летописи известно прискорбно мало. Мы знаем, что была война с печенегами в 920 г., непонятно как закончившаяся, и были два похода на Константинополь, в 941 и 944 годах. По-видимому, Игорь часто поручал командование своим воеводам Свенельду и некоему Хельге (Олегу), скорее всего тезке Вещего Олега. О последнем говорит Кембриджский аноним. В 939 г. Хельгу захватил С-м-к-рай (Самкерц, Тмутаракань), который вскоре был возвращен хазарам обратно благодаря победам полководца -- <<досточтимого Песаха>>. Этот Песах затем вторгся в Крым, захватил три городка и <<избил мужчин и женщин>>. Аноним продолжает о Хельге: <<...воевал против Кунстантины (Константинополя. -- А. К.) на море четыре месяца. И пали там богатыри его, потому что македоняне осилили его огнем. И бежал он, и постыдился вернуться в свою страну, и пошел морем в Персию, и пал там он и весь стан его. Тогда стали русы подчинены власти хазар>>(140, с. 120). В русской же летописи говорится о походе самого Игоря в Константинополь в 941 г. на 10000 судах (!) и о разгроме его флота протовестиарием Феофаном с помощью недавно изобретенного греческого огня, своего рода ядерного оружия десятого века. Очевидно, что Хельга и Игорь -- разные личности. Поход Игоря 944 г. с помощью приглашенных дополнительно варягов и печенегов был более успешным.

Еврейский текст, а также краткое свидетельство Масуди: <<...русы и славяне составляют прислугу хазарского царя>> (11, c. 383) -- были использованы Гумилевым Л. Н. как основа для разработки фантастической концепции о вассальной зависимости киевских князей от каганата и о иудео-хазарско-варяжском заговоре против Руси. <<Хазарский царь пригласил дружину Хельги (Олега), посулив варягам раздел Восточной Европы и поддержку за уничтожение Русского каганата>> (81, с. 431). Текст еврейского анонима непонятен и, скорее всего, неточен. Очевидно, что нельзя на случайном сообщении строить целую теорию. Что же касается прислуги хазарского царя, то это, несомненно, один из многих отрядов наемников, которые не перевелись еще и в наши дни. Известно, например, что в 902 г. 700 наемников-россов служили на греческом флоте, за что им было заплачено 100 литров золота (129, с. 73).

С легкой руки первых варяжских князей походы на коварную Византию и ее владения становятся чуть ли не модой их преемников. Они повторялись при Святославе Игоревиче (967 -- 969 гг.), Владимире Святославовиче (Святом), Владимире Ярославовиче (сыне Ярослава Мудрого, 1043 г.), Владимире Мономахе (1116 г.). Каждый из походов был итогом политического расчета монархов растущего Русского государства, своего рода <<пробой меча>> в конкретных исторических условиях. Если принять без доказательств утверждения Гумилева Л. Н. о том, что походы Олега и Игоря, якобы вассалов иудейских царей Хазарии, инспирировались ими, то возникает вопрос: <<А кто же тогда инспирировал походы последних киевских князей на Византию? И почему победоносный поход Олега в 907 г. Гумилев Л. Н. вообще не упоминает? Может быть, потому, что он не вписывается в его фантастическую историю?>>

Прежде чем перейти к описанию последнего акта исторической драмы, остановимся на одной деликатной и неблагодарной проблеме, поднятой Гумилевым Л. Н. и <<усиленной>> Кожиновым В. В., -- о зверствах русов во время набегов на Византию. Они описаны в греческих хрониках, беседах патриарха Фотия <<На нашествие россов>> 860 г., <<Молитве по акафисту и канону к Пресвятой Богородице>>, сочиненной патриархом Филофеем Коккиным в 1360 г., летописях Нестора, трудах Карамзина Н. М., Соловьева С. М. и других историков. Не будем повторять здесь эти ужасы. Зверства были присущи набегам и завоеваниям древности, средних веков и нашего времени. Последние примеры такого рода -- события в Югославии, Нагорном Карабахе и Абхазии. XX-й век породил зверства таких масштабов, о которых древние злодеи не могли и мечтать. Зверства известных своей свирепостью запорожцев в художественной форме описаны в повести Гоголя Н. В. <<Тарас Бульба>>, которую филолог Кожинов В. В. должен был изучать в школе. Зверства готов по отношению к венедам приведены в романе Кондратьева И. К. <<Бич Божий>>. Эти и другие описания зверств, попавшие в художественную литературу, заимствованы из исторических хроник и являются печальным опытом человечества.

В отношении зверств варягов-россов Гумилев Л. Н., как бы вскользь, бросает фразу: <<Все это указывает на войну совсем иного характера, нежели прочие войны X века. Видимо, русские воины имели опытных и влиятельных инструкторов, и не только скандинавов>> (81, с. 438), имея в виду хазарских иудеев. Эта мысль захватила Кожинова В. В. (138) и он отдался ей со рвением работника идеологического фронта КПСС. В работе, посвященной, собственно, истории русского слова, в которой автор почему-то считает себя способным произнести нечто новое, собраны жестокости евреев от времен Иисуса Навина до времен любимой им ленинской партии. Признавая, что <<работы Гумилева Л. Н. многие историки квалифицируют как субъективные, тенденциозные, исходящие из заранее сконструированной концепции>> (139), Кожинов В. В., тем не менее, в доказательство вины хазарских иудеев в зверствах варягов берет на вооружение два гумилевских положения: 1. ссылку на трактат <<Санхедрин>> из вавилонского Талмуда: <<...неиудей, делающий зло иудею, причиняет его самому Господу и, совершая таким образом оскорбление Величества, заслуживает смерти>>; 2. ссылку на христианизацию Руси, начавшуюся с миссии Кирилла и Мефодия в 860 г. в Хазарию.

Мы не считаем, что хазарские иудеи расправлялись с другими племенами менее жестоко, чем, например, варяги-россы с греками или греки с варягами. Отнюдь нет. Но этот тезис Гумилева, как и другие его фантазии, завис в воздухе без доказательств. Нигде нет даже намека на то, что зверствами варяго-россов руководили инструкторы из каганата. Ссылка на Талмуд или Священное Писание в таком деле юридически несостоятельна, т. к. Библия всеобъемлюща, и, наряду со стихом об уничтожении народов (Второзак. 20: 13, 16), имеется стих о любви: <<возлюби ближнего, как самого себя>>, уравновешивающий первый. О нетерпимости отдельных текстов Торы мы писали в главе 8.

Христианская община в Киеве существовала, по-видимому, с 867 года. Службу отправлял пастырь в ранге епископа. Процесс христианизации был медленным, может быть, даже <<штучным>>. Говорить о том, что воинство, участвующее в походах на Константинополь было христовым, а потому, дескать, они не могли без нажима инструкторов уничтожать христианские храмы и вколачивать гвозди в головы священников, нельзя. Настоящие христиане сидят дома и молются Богу, натирая мозоли на коленях, подобно Иакову Праведному, а не штурмуют чужие дальние пределы в поисках наживы. Имена военачальников варягов-россов, а не таинственных инструкторов, хорошо известны. Они приведены в тексте договора 911 г. Руси и Византии. Это Карл Ингелот, Фарлов, Веремид, Рулав, Актутруян, Лидулфост, Стенид, Свенельд и др. В этих именах нет ничего ни славянского, ни христианского. Можно играть словами и текстами, убеждая доверчивого читателя <<Нашего современника>> в происках хазарских иудеев, тем более, что он, этот читатель, и сам обманываться рад. Сложнее будет убедить таким образом серьезных историков и, в частности, греков, которых это коснулось 10 веков назад. Историк-фантаст Гумилев Л. Н. объяснял победы варягов тем, что они перед боем для храбрости наедались мухоморов и теряли контроль над своим рассудком (81, с. 421). Может быть, и здесь мухоморы виноваты?

Доказать вину хазарских иудеев в организации походов и чинимых зверствах оказалось для Кожинова В. В. сложнее, чем вычислить процент еврейской крови Ленина В. И. или жен-евреек членов Политбюро, которые уж вовсе к теме русской словесности отношения не имеют. Хотя это все интересно само по себе не в историческом, а в литературно-психологическом плане. Видимо, членов Политбюро -- Бухарина, Молотова, Рыкова, Ворошилова, Андреева, Кирова и Ежова <<попутал бес>>, т. к. не существовало генеральной линии партии, обязывающей ее членов жениться исключительно на еврейках.

Вернемся в Хазарию. Итак, непосредственных военных столкновений войск Хазарии и киевских князей до похода Святослава Игоревича в летописных текстах не зафиксировано. Хотя Хазария не единожды натравливала на Русь союзных ей венгров (угров) или печенегов. Конец Хазарии наступил в 965 году. Летописец пишет об этом так: <<В год 6473 (965). Пошел Святослав на хазар. Услышав это же, хазары вышли навстречу во главе со своим князем Каганом и сошлись биться, и в битве одолел Святослав хазар и город их и Белую Вежу взял. И победил ясов (осетин. -- А. К.) и касогов (адыгейцев. -- А. К.)>> (206, c. 244). Перед этим в 964 г. Святослав <<пошел на Оку и на Волгу и встретил вятичей>>, последних данников хазар. Согласно этим записям, Святослав сделал бросок на Восток в Волжскую Болгарию, а не в придонские степи, где царствовала хазарская конница. Перезимовав у вятичей, Святослав на ладьях спустился по Волге к Каспию, предавая все огню и мечу. Ибн-Хаукаль пишет, что русы <<ограбили Болгар, Хазаран, Итиль и Семендер>>, и далее: <<...русы разрушили все это и разграбили все, что принадлежало людям хазарским, болгарским и буртасским на реке Итиле. Русы овладели этой страной, и жители Итиля искали убежища на острове Баб-ал-Абваба и укрепились на нем, а некоторые из них в страхе поселились на острове Сия-Кух (полуостров Мангышлак. -- А. К.)>> (250, с. 220). После взятия Итиля Святослав захватил город Семендер, разгромил алан, касогов (адыгейцев), покорил Таматарху (Тмутаракань), поднялся по Дону до Саркела, взял его и основал на его месте русский форт Белую Вежу. Затем вернулся в Киев. На следующий год Святослав сделал своими данниками вятичей и отправился воевать в Дунайскую Болгарию. История его военных деяний хорошо описана историками разных поколений. Он погиб в 972 г., возвращаясь в Киев, вблизи днепровских порогов в стычке с печенегами. Их князь Куря, отрубив ему голову, сделал из ее черепа чашу для пирных веселий с надписанием: <<Кто чужого ищет, свое потеряет>>.

Дружина Святослава, рассеявшая хазарскую армию, откочевала на запад, а союзники Святослава гузы в течении нескольких лет грабили и разоряли беззащитные хазарские селения. В X веке хазары уже не иудеи, а мусульмане, включая кагана. Таково было требование хорезм-шаха, к которому хазары обратились за помощью и защитой от гузов. В конце X века киевский князь Владимир Святославович повторил поход своего отца на Волжскую Болгарию, а затем Хазарию и окончательно обложил хазар данью. Восточная часть Хазарии превратилась в дымящиеся руины, западная -- Тамань, Крым -- если не умерла, то замерла. Последнее упоминание о хазарах имеется в летописи XI века, где они фигурируют как участники заговора против князя Олега Тмутараканского. От некогда грозного соседа остались разрозненные, кочующие языческие орды степняков, которые еще несколько веков будут терзать южные границы Руси. Вместе с разгромом армии Хазарии исчезла и ее правящая иудаистская верхушка. Иудаизм сменился исламом, но не сразу, а к XIII -- XIV веку.

В нашем повествовании мы придерживались лишь основной канвы, не вдаваясь в детали, поскольку все детали событий подернуты дымкой недостоверности и забвения. Это касается и письма царя Иосифа, приукрасившего положение дел в Хазарии, и политических упражнений Кожинова В. В., столь же тенденциозных. А что же остается любознательному читателю? На что можно опереться в раздумьях о нашей истории? А вот что: <<Песнь о Вещем Олеге>> А. С. Пушкина и былина <<Илья Муромец и Жидовин>>. Более точных и прекрасных слов о делах давно минувших дней ученые-хазароведы все равно не напишут.


   2. В РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ

Имиграция в Польшу - Литву до 1600 года; Еврейские общины 17 векаПоявление евреев в Государстве Российском произошло в связи с присоединением к России Малороссии, Белоруссии, Польши, Крыма, Литвы и Молдавии, где они проживали компактными общинами с X - XIII веков. В Киевской Руси существовали общины славяноязычных евреев, так называемых кенааним, которые в XVI-XVII веках были ассимилированы говорящими на идиш евреями-ашкенази. В Великороссии евреев практически не было до конца XIX в. по причинам законодательного характера. Информация о жизни евреев в указанных регионах и о их влиянии на жизнь коренного населения скудна и недостоверна. В конце XVI в. происходит польская колонизация бескрайних степей Дона и Правобережья Днепра, так называемого Дикого поля, являющегося также постоянным объектом набегов крымских татар. Целью набегов являлся захват рабов, живого товара - основного источника благосостояния крымчан. В этот же период в Диком поле появляются казаки, образуя своеобразное братство солдат-разбойников. Расцвет братства, или Кравчины, приходится на 1600 - 1770 гг. Более или менее постоянная территория братства простиралась от днепровских порогов до Буга и Днестра. "Польские хроники той эпохи видят... в этом космополитическом сброде преступников, вынужденных благодаря превратностям своей бурной жизни оставить свое отечество и спасаться в степь, чтобы жить там разбоем. Всякий, представляющий для них хорошую добычу, являлся их врагом, но так как между ними большинство были христиане, они нападали преимущественно на турок и татар" (35, с. 177). Помимо разбоя, бывшего, по-видимому, любимым промыслом, казаки занимались также и честным трудом - охотой, рыбной ловлей и земледелием.
Присоединение степных регионов к Литве, а затем к Польше в XV - XVI вв. привело к внедрению феодальных порядков на некогда свободных землях с жесткой системой эксплуатации крестьян. Например, в 1620 г. в волынских имениях князя Острожского, помимо натурных повинностей, крестьяне обязаны были от трех до пяти дней в неделю работать на своего ясновельможного господина. Количество оброков и податей со временем увеличилось и скоро было доведено до чудовищных размеров. Работать на своем поле крестьянину оставалось лишь урывками. Подручными "панив-ляхив", предпочитавших "бенкетуваты" вместоРоспись потолка синагоги в Ходорове, Полша, 17 век. того, чтобы самим возиться с "хлопом", были евреи-арендаторы, ставшие "язвой здешних мест" по отношению к пахарям. Имеется много источников польского происхождения о наделении, например, некоего "светлейшего сеньора Авраама Шмойловича и его жены Рыклы, дочери Иуды" правами высшей юрисдикции в гражданских и уголовных делах по отношению к подданным ясновельможного графа или князя. Всякое ведение хозяйства требует дотошности, внимания и того, что сейчас называют профессионализмом. К этому явно были не способны польские и литовские магнаты. Они с легкостью перепоручали управление евреям-арендаторам, умеющим круто вести дела, не заботясь о памяти истории. Родилась даже польская поговорка: "Каждый граф должен иметь своего Менделя". Не исключено, что евреи, посмеиваясь, трактовали эту пословицу в противоположном смысле, потому как графов было не меньше, чем Менделей. В русской истории система управления большими имениями с помощью старост-управителей, чаще всего немцев, получила распространение в XVIII - XIX веках. Это отражено в русской литературе (немец Штольц у Гончарова И. А.) и народных песнях ("нехристь-староста татарин меня журит, а я терплю").
В Польше XVI в. евреи являлись также кабатчиками, ростовщиками и купцами, вызывая ненависть безжалостной эксплуатацией местного населения. Так утверждают польские источники. Валишевский приводит латинские стихи, русский перевод которых гласит: "Славное царство Поляков - небо для знати, рай для иудеев и ад для крестьян" (35, с. 188). Исторический взгляд на евреев в Малороссии, устоявшийся со времен вхождения ее в Польшу, сводился к образу "шинкарив-орендарив", пьющих кровь из украинского народа. Такая репутация средневековых евреев Польши и Малороссии стала стереотипом мышления и перекочевала в классическую литературу. К этому следует добавить еще один источник дохода евреев-арендаторов. Наряду с землей они арендовали у своих вельмож и местные церкви, ключи от которых хранились у евреев. Таким образом, податями облагались также браки, крестины и другие церковные обряды. От этого вымогательства страдало православное крестьянство, но не казаки, равнодушные к любой религии.
Относительно религиозности казаков известно следующее. В XVII в. в Запорожской Сечи еще не было ни одной церкви и ни одного священника. Встреча с попом у казаков считалась дурным предзнаменованием. Ярый защитник православия киевский митрополит Петр Могила всенародно обзывал запорожцев неверующими, а защитник казаков у поляков Адам Кисель - религиозными нулями. В своих разбоях казаки обходились с православными церквами также, как и с католическими, т. е. попросту грабили церковную утварь. Хотя Гоголь Н. В. в "Тарасе Бульбе" и изображает запорожцев защитниками православия, но скорее всего это художественное преувеличение. В Смутное время донские и запорожские казаки во главе с атаманом Заруцким, следуя за звездой Лжедимитриев, всласть пограбили православную Русь.
Деревянная синагога в Заблудове, конец 17 векаРелигиозная обстановка в Малороссии, принадлежащей Польше, осложнялась еще и тем, что в 1595 г. под влиянием иезуитов была осуществлена Уния с Римом. Согласно Унии, православная церковь, сохраняя ритуальную автономию, признавала руководство папы. Декларируя религиозную терпимость и свободное отправление греческих обрядов, Уния фактически навязала крестьянству методом насилия, которого избежали лишь православные дворяне, переход в католицизм. Знатные русские фамилии князей Острожских, Чарторыйских, Вишневецких и других одна за другой переходили в римско-католическую веру, перенимали польский язык и образ жизни, т. е. в них, как тогда говорили, "русские кости обрастали польским мясом". Гнет религиозный, экономический, в котором не последнюю роль играли евреи-арендаторы, неоднократно приводил к крестьянским бунтам с параллельными казацкими восстаниями.
После смерти короля Владислава 20 мая 1648 г. Богдан Хмельницкий оглашает манифест, призывающий украинский народ присоединиться к его войску в освободительной войне с ляхами. История борьбы Малороссии против Польши и присоединения ее к России хорошо известна. Вся Украина была залита кровью. Сохранены свидетельства потрясающей жестокости как в отношении поляков, так и в отношении казаков. Больше всех, по-видимому, досталось евреям, причем не арендаторам, которые, естественно, попрятались, а простой бедноте. Есть описания того, как детей Израиля сжигали живьем, сдирали кожу, зарывали живыми в землю, вспарывали животы беременным, выбрасывали утробных младенцев и зашивали туда кошек. Если же несчастные женщины разрывали швы, то им отрубали руки. Впрочем, такие же жестокости достались на долю и поляков, и украинцев. По некоторым данным во время этой войны на Украине были поголовно вырезаны все поляки и все евреи.
Осенью 1653 г. земский собор в Москве, выслушав Богдана Хмельницкого, рекомендовал молодому царю Алексею Михайловичу взять Запорожское войско с городами и землями под свою высокую руку. Восьмого января 1654 г. казачья Рада в г. Переяславле единодушно изъявила: "Волим под Царя восточного, православного! Боже, утверди! Боже, укрепи! Чтобы мы вовеки все едины были!"
Отголоски этих событий воплощены Гоголем Н. В. в повести "Тарас Бульба". Читатель помнит, как под воздействием слухов о том, что "ксендзы ездят теперь по всей Украйне в таратайках. Да не то беда, что в таратайках, а то беда, что запрягают уже не коней, а просто православных христиан. Слушайте! Еще не то расскажу: уже, говорят, жидовки шьют себе юбки из поповских риз. Вот какие дела водятся на Украйне, панове!", - были утоплены в Днепре все подвернувшиеся под казацкую руку жиды, за исключением Янкеля. Янкель был оставлен в живых как залог экономического сотрудничества наций, поскольку он выкупил Дороша, брата Бульбы, из турецкого плена за 800 цехинов. Вездесущий, как Фигаро, всезнающий и всемогущий Янкель, балансирующий на острие бритвы ради выгоды и ежедневно рискующий быть повешенным "как собака", один из самых интересных персонажей этой повести. Здесь он как бы противопоставляется Бульбе с его разовым героизмом. В сущности, вся жизнь Янкеля в этом враждебном ему разбойничьем вертепе, именуемом Сечью, есть непрерывный героизм.
Со времени Переяславской Рады и до конца XIX века евреи России, за исключением отдельных личностей, не будут играть никакой роли в общественной жизни страны, оставаясь лишь литературными, чаще комическими, персонажами.
 

3. ОТ ПЕТРА ВЕЛИКОГО ДО ЕЛИЗАВЕТЫ ПЕТРОВНЫ

Отношение русских царей к евреям было традиционно умеренно негативным. Попытка голландских евреев получить разрешение Петра I поселиться в России получила отказ ввиду того, что, по мнению Петра I, евреям в России делать нечего, поскольку любой русский еврея все равно обжулит. По-видимому, государь знал свои кадры с этой стороны жизни, отражением чего и явилась близкая к действительности история с зашиванием карманов у членов русского посольства в романе А. Н. Толстого "Петр I". Кстати, в таком посольстве был и П. П. Шафиров, сын крещенного еврея, получившего дворянство от царя Федора Алексеевича. Шафиров П. П. вырос в крупного дипломата, участвовавшего в подписании союзных договоров с Польшей, Данией (1715 г.), Пруссией и Францией (1717 г.), Прутского мирного договора с Турцией (1711 г.), Рештского мирного договора с Ираном (1732 г.) и в подготовке Ништадтского мирного договора со Швецией в 1721 г. Вершиной карьеры барона Шафирова П. П. была должность канцлера при Петре I c 1709 г. и должность президента Коммерц-коллегии при Екатерине I в 1725 г. В его доме происходило первое торжественное заседание Императорской Академии наук в декабре 1725 г. Шафирова П. П. по праву можно отнести к "птенцам гнезда Петрова", участвовавшим в великих преобразованиях этого государя.
Военным подвигом России в те годы была война с могущественной Швецией (с 19.08. 1700 г. по 30.08. 1721 г.) за выход к Балтийскому морю, потребовавшая колоссального и длительного напряжения всех сил. Этому предшествовали два Азовских похода Петра I (1695 и 1696 гг.), последний из которых увенчался успехом. Азов был взят штурмом, и Петр I получил желанный выход к Азовскому и Черному морям, хотя воспользоваться им для торговли было невозможно из-за враждебности Турции, владевшей всем побережьем Черного моря. Заключив мир с Турцией 3.06.1700 г., Россия объявила войну Швеции. Карл XII, разгромленный Петром I под Полтавой 27 июня 1709 г., бежал в Турцию и сумел убедить султана возобновить войну с Россией. Петр I, вступивший с небольшим войском в Молдавию, оказался окруженным двухсоттысячной турецкой армией и был вынужден подписать мирный договор, по которому Азов был возвращен Турции. Тем не менее, Россия выиграла войну со Швецией, и это явилось выдающимся достижением Петра I в военной области. По условиям Ништадтского договора к России были присоединены Лифляндия с Ригой, Эстляндия с Ревелем, Ингрия (область Петербурга) и юго-западная часть Финляндии с Выборгом. Несмотря на победу, добытую силой оружия, Россия заплатила Швеции за перечисленные земли 2 миллиона ефимков, как бы выкупив их навечно этой сделкой. Об этом скромно умалчивают современные национал-радикалы из Прибалтики.
Гений Петра был всеобъемлющим. Он создал флот и регулярную армию, организовал железоделательные и горные заводы, поощрял устройство шелковых, суконных и полотняных фабрик, вывез из Голландии коров, от которых пошли известные холмогорская и ярославская породы, прорыл Вышневолоцкий и Ладожский каналы, соединив Балтийское и Каспийское моря.
В области управления Петр I в 1711 г. заменил старую боярскую Думу Сенатом из 9 человек, которому подчинил 12 коллегий, принимающих решенияПетр Павлович Шафиров (1669 - 1739) вице-канцлер по повелению царя написал историческое сочинение - "Рассуждения о причинах Свейской войны". большинством голосов. Коллегии ведали вопросами управления, суда и отраслями хозяйства. Россия была поделена на 8, а затем на 10 губерний. Губернии делились на провинции, провинции на уезды.
Много внимания Петр I уделял просвещению. В Москве были учреждены Славяно-Греко-Латинская академия, Навигацкая, Инженерная, Артиллерийская и Медицинская школы. В 1715 г. Навигацкая школа была переведена в Петербург и преобразована в Морскую Академию. В разных городах для детей дворянского, а также других сословий открываются "цифирные" школы и духовные семинарии. От дворян Петр требовал знаний, а неграмотным запретил жениться. Царь издал "Табель о рангах", согласно которой все должности в армии, флоте и административных учреждениях разделялись на 14 рангов-чинов. Всякий дворянин независимо от происхождения, но проявляя усердие и способности, мог занять должность от прапорщика до фельдмаршала. В 1724 г. утверждается устав Академии Наук, открытие которой состоялось уже при Екатерине I. В 1703 г. выпускается первая российская газета "Ведомости". Широко привлекая иностранцев, главным образом немцев, Петр I использовал их знания и опыт для блага России, сохраняя в то же время на первых постах в государстве русских людей: Меньшикова, Шереметьева, Апраксина, Головкина и др.
Многие из реформ Петра I приобрели необратимый характер и повлияли на последующую судьбу страны. Однако в первые годы после смерти Петра I, последовавшей 28.01.1725 г., развитие России во всех отношениях затормозилось вследствие частых смен государей и дворцовых интриг. За последующие 16 лет на российском престоле сменилось четыре фигуры - две женщины, мальчик и грудной младенец: вдова Петра I Екатерина I (1725 - 1727 гг.), его внук Петр II (1727 - 1730 гг.), племянница Петра I Анна Иоанновна (1730 - 1740 гг.), ее внучатый племянник Иоанн Антонович (1740 - 1741 гг.). Отсутствие закона о престолонаследии было проклятием династии Романовых и позволяло группировкам аристократов и гвардии "делать царей" сообразно своим интересам. События развивались следующей чередой.
После похорон Петра I родовитая боярская аристократия выдвинула на царский престол десятилетнего мальчика - Петра Алексеевича, сына казненного за измену царевича Алексея. Этому шумно воспрепятствовали Семеновский и Преображенский полки, подошедшие с барабанным боем к стенам дворца, где происходило совещание. Офицеры полков потребовали, чтобы на престол была возведена вторая жена Петра - Екатерина Алексеевна. Фактическим правителем при вдовствующей императрице Екатерине I стал князь Меньшиков А. Д. Он сделал заявку на регенство, обручив свою дочь с наследником престола Петром Алексеевичем. Противоборствующая партия во главе с князьями Долгорукими и Голицыными настояла перед императрицей на создании в помощь ей Тайного Совета. В 1727 г. Екатерина I умирает и императором провозглашается 12-летний мальчик Петр II. Воспользовавшись болезнью Меньшикова, группировка Долгоруких и Голицыных подписывает у ребенка-царя указ об отставке светлейшего князя и ссылке его в городок Березов в Тобольской губернии. Меньшиков выезжает из С.-Петербурга в Березов с семьей и длинным обозом, груженным добром, нажитым им на полях брани и управления. Но вскорости его догоняет новый указ самодержавного ребенка, повелевающий ему ехать далее к месту ссылки без имущества. Светлейший князь А. Д. Меньшиков, друг и сподвижник Петра I, "счастья баловень безродный, полу-державный властелин", герой Нарвы и Полтавы, первый губернатор С.-Петербурга, умер в нищете и был похоронен в Березове 22 октября 1729 г.
Расправившись с могущественным конкурентом, князья Долгорукие уговорили юного царя жениться на их сестре. Но судьба распорядилась так, что в канун свадьбы Петр II скоропостижно умер от оспы. Тогда Тайный Совет обратился к племяннице Петра I Анне Иоанновне, вдовствующей герцогине Курляндской, проживавшей в Митаве, с предложением вернуться в Россию и сесть на российский престол. При этом Тайный Совет выдвинул будущей императрице ряд условий (кондиций), ограничивающих ее власть. Она должна управлять страной с согласия Тайного Совета, никого из членов Тайного Совета не казнить, не отбирать имущества, не выходить замуж, а, кроме того, Бирон, возлюбленный Анны Иоанновны и бывший камергер курляндского герцога, должен остаться за пределами России в Курляндии. Анна Иоанновна с тяжелым сердцем подписала эту хартию и отправилась в Петербург исполнять свою новую должность императрицы. Через несколько месяцев такой жизни в ее покои неожиданно вваливается толпа горожан и дворян, недовольных тайными советниками. Они просят Анну Иоанновну править ими самодержавно, как встарь ими правили ее великий дядя, дед и прадед. Анна Иоанновна немедленно рвет на глазах коленопреклоненных подданных эту злополучную хартию и объявляет себя самодержицей.
Далее все происходит стремительно. Голицына сажают в Шлиссельбургскую крепость, Долгоруких казнят, а в Митаву посылается гонец с письмом-приглашенем Бирону поуправлять Россией. Бирон десантируется в Петербурге и постепенно окружает себя когортой прибалтийских баронов. Кабинет министров возглавил немец граф Остерман, главнокомандующим стал немец граф Миних. Все ключевые должности в государстве заняли немцы. Русская знать, священническое сословие и простой люд познали унижение и беспощадную жестокость, с которой чуждая по вере и духу новая каста принялась разорять страну, выколачивать подати и недоимки, вызывая тихую ненависть. Ситуация отдаленно напоминала ту, что имела место в Хазарии в VIII - X веках. Десятилетнее царствование императрицы Анны Иоанновны, женщины ленивой, грубой и невежественной, было бездарным и жестоким. Дух и нравы этих лет хорошо описаны Лажечниковым в романе "Ледяной дом". Справедливости ради надо отметить успешные внешнеполитические акции Анны Иоанновны.
Во время очередной польской смуты, вызванной смертью в 1733 г. курфюрста Саксонского и короля Польского Августа II, союзника Петра I, претензии на вакантный престол заявил экс-король Польши, проживающий во Франции, Станислав Лещинский, он же тесть короля Людовика XV. Польский сейм, традиционно враждебный России, выбрал Лещинского королем Польши. Однако часть дворян, недовольных результатом голосования, обратилась к Анне Иоанновне за военной поддержкой и получила ее. Русские войска второй раз за столетие были введены в Польшу, и их штыками на престоле был утвержден Август III, креатура России.
В короткой войне, развязанной Турцией, русские войска заняли Крым, но впоследствии из-за угроз Англии и Франции были вынуждены возвратить его. Все же, положительным результатом этой войны было присоединение к России Азова и Екатеринославской губернии с северной частью Херсонщины.
В октябре 1740 г. Анна Иоанновна почила в бозе, передав престол двухмесячному ребенку Иоанну, сыну четы герцогов Брауншвейгских Анны Леопольдовны и Антона Ульриха. Анна Леопольдовна приходилась племянницей покойной императрице. Регентом по завещанию был назначен Бирон, прославившийся своей жестокостью и деспотизмом. Его регентство длилось месяц. В ноябре 1740 г. граф Миних с группой гвардейских офицеров врывается ночью в опочивальню Бирона. Регента избивают, заворачивают в одеяло и относят в караульную. Вскорости он оказывается в сибирской ссылке. Регентшей становится Анна Леопольдовна. Правление немцев длилось еще год, пока не созрел заговор русских офицеров во главе с Елизаветой, дочерью Петра I.
В ночь на 25 ноября 1741 г. Елизавета Петровна в костюме преображенского гвардейца с крестом в руке появляется в казармах Преображенского полка и призывает петровских гвардейцев себе на помощь. Рота преображенцев совершает переворот и провозглашает императрицей дочь Петра I. В итоге каждому свое - Jedem der Seine! Елизавета Петровна получает империю, солдатов жалуют дворянством и деревеньками, герцоги Брауншвейгские с младенцем Иоанном Антоновичем отправляются в Шлиссельбургскую крепость в вечное заточение, граф Миних - в ссылку на север, граф Остерман - в Березов. Немецких баронов разгоняют, их места занимает русское дворянство. Восстанавливается национальное равновесие.
 

4. ЕЛИЗАВЕТА ПЕТРОВНА

С воцарением Елизаветы Петровны начинается "золотой век" русского дворянства. Умная, веселая и жизнерадостная царица не любила утруждать себя государственными делами. Балы и маскарады продолжались почти все ее двадцатилетнее царствование. "Веселая царица была Елизавет, поет и веселится, порядка ж нет как нет!" За порядком поглядывали фавориты, в том числе и скромный хохол казак Григорий Розум, пленивший царицу голосом и красотой и ставший за все эти таланты графом Разумовским, а затем и тайным супругом Императрицы Всероссийской. Это "тайное" супружество откликнулось в царствование Екатерины II появлением в Европе княжны Таракановой, претендовавшей на российский престол и утверждавшей, что она и есть плод означенного супружества со всеми вытекающими, по ее мнению, из этого медицинского факта генеалогическими и юридическими последствиями. Екатерине II, права которой на российский престол из-за убийства ее мужа Петра III были весьма сомнительны, пришлось отправить в Ливорно целую эскадру под командованием графа Алексея Орлова-Чесменского с целью заманить княжну на корабль и доставить в Россию. Как известно, Орлов пообещал княжне Таракановой три вещи: поддержку своей эскадры, а также руку и сердце. Княжна не выдержала соблазнов и оказалась на флагманском корабле, а затем и в Петропавловской крепости. Она умерла в заточении, родив ребеночка, нареченного Орловским, не выдав тайны своего рождения.
Елизавете Петровне приписывают фразу, с которой она отказала евреям в прошении о торговых льготах: "От врагов Господа Моего Иисуса Христа не желаю прибыли интересной", т. е. отказ был мотивирован религиозными соображениями. Официальная историография Романовых уделяет мало внимания Елизавете Петровне, нахваливая ее, в основном, за добрый и веселый нрав, набожность и любовь ко всему русскому. По-видимому, это связано с тем, что она меркнет как самодержица между двумя великими личностями: предшествующим ей Петром I и последующей Екатериной II.
Будучи бездетной, Елизавета Петровна воспитывала своего племянника Карла-Петра-Ульриха, сына ее старшей сестры Анны Петровны и герцога Голштинского (Голштейн-Готторпского). Мальчик рано лишился родителей и до 14 лет рос при дворе прусского короля Фридриха II (Великого), которого он обожал. В 1742 г. юношу привезли в Петербург, объявили Великим Князем и Наследником Российского престола и окрестили по православному чину, назвав Петром Федоровичем. Через два года его женили на 15-летней Софии-Фредерике-Августе, принцессе Анхальт-Цербстской из бедного немецкого княжества. Приняв православие, принцесса стала называться Екатериной Алексеевной. Новоиспеченная Великая Княгиня была наделена природным умом, красотой, любознательностью и тактом. Она быстро освоила язык, обычаи православной церкви, дух двора Елизаветы Петровны и русского общества той поры. Своей скромностью и уважительностью Екатерина сумела завоевать симпатии народа, придворных и взбалмошной императрицы. На современном политическом жаргоне это называется "набрать очки".
О личности Великого Князя Петра Федоровича, впоследствии Петра III, известно много негативного: он был неумен, безволен, склонен к пьянству и распутству и, в довершение всего, преклонялся перед прусскими порядками, печально знаменитыми по предыдущему царствованию. Следует заметить, что такое изображение Петра III имеет своей основой лишь источники, враждебные убитому императору. Это письма самой Екатерины многочисленным адресатам, в коих она создавала мнение о недееспособности и порочности мужа и неизбежности его устранения, а также мемуары и письма преданных "матушке-государыне" вельмож, совершивших государственный переворот. Если судить по фактам, то этот бедняга действительно виноват перед историей, т. к. одним росчерком пера зачеркнул результаты победоносной войны России с Пруссией 1757 - 1761 гг., названной историками Семилетней.
Первоначально война была развязана Пруссией в 1756 г. против Франции и Австрии. Пруссию поддерживала Англия, также воевавшая с Францией. Король Пруссии Фридрих II, талантливый полководец, флейтист и остроумный циник, лихо разгромил все подвернувшиеся ему под царственную руку вражеские армии, захватил австрийскую Силезию, оккупировал дружественную России Саксонию и угрожал Польше и Курляндии.
Елизавета Петровна отправила летом 1757 г. в Восточную Пруссию 80-тысячный корпус под командованием генерала Апраксина, который после взятия Мемеля, Тильзита и других городов выиграл первое сражение под деревушкой Гросс-Егерсдорф. Однако плодами победы Апраксин не воспользовался и, сославшись на нездоровье, отступил из Пруссии. За это он был отдан императрицей под суд. Военными действиями стала руководить "конференция" сановников, а на заключительном этапе войны - генерал Салтыков. К январю 1758 г. был взят Кенигсберг, а затем и вся Восточная Пруссия, присягнувшая после случившегося Елизавете Петровне. В битве у деревни Цорндорф Фридрих потерял треть своей прекрасной армии, а в 1757 г. у деревни Кунерсдорф - всю оставшуюся часть. Разгром был полным. Фридрих писал: "Из армии в 48 тысяч человек у меня не остается и 3 тысяч... все бежит, и у меня уже больше нет власти над этими людьми... Я не переживу гибели моего отечества". В 1760 г. русские войска впервые вошли в Берлин. В 1761 г. была взята крепость Кольберг, и желанная победа в кровопролитнейшей войне была, можно сказать, в кармане. Но... неожиданная смерть Елизаветы Петровны в декабре 1761 г. резко меняет ситуацию на российском Олимпе. Ставший государем Петр III уже в день смерти отдает распоряжение о прекращении военных действий. Вскоре он заключает союз со своим кумиром Фридрихом II, и русские войска по его воле воюют со вчерашней союзницей Австрией.
Заканчивая обзор царствования Елизаветы Петровны, отметим его общий положительный тонус. И, действительно, мятежей не было, жестоких или массовых казней - тоже. Дворянство любило и поддерживало государыню. Война с Пруссией худо-бедно завершилась фактической победой. Украшением царствования Елизаветы Петровны был, конечно, Ломоносов М. В. Его могучий ум охватил многие области науки и значительно опередил свое время. Он первый дал словесную формулировку закона сохранения материи. Его перу принадлежат литературные произведения, труды по истории, философии, а также сугубо прагматические предложения вроде записки "О размножении и сохранении Российского народа". Мозаичные портреты Анны Иоанновны, Елизаветы Петровны и Екатерины II, выполненные Ломоносовым М. В., являются украшением Эрмитажа. Поистине, это русский Леонардо! В 1745 г. Ломоносов
М. В. Высочайшим указом назначается первым русским профессором Академии Наук, укомплектованной в то время исключительно немцами. В биографических работах и кинофильмах о Ломоносове М. В. всегда подчеркивается борьба, которую он вел с "академическими" немцами. Для его личной карьеры эта борьба была суровой необходимостью. В то же время следует заметить, что увлекаться перипетиями всех конфликтов, как делают биографы Ломоносова, не следует, поскольку "академические" немцы явились той питательной средой, из которой выросла в дальнейшем российская наука. Велика заслуга Ломоносова М. В. в создании Московского Университета, открытого в 1755 г. по его настоятельным прошениям на Высочайшее Имя и при поддержке его друга графа Шувалова И. И.
 

5. ПЕТР III

Придя к власти в декабре 1761 г., Петр III ознаменовал начало правления милостями. Вернул из ссылки Бирона, Миниха и ряд вельмож эпохи Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны. Была уничтожена зловещая "Тайная канцелярия" - ВЧК в миниатюре - прежних царствований. Дворянам был жалован 18 февраля 1762 г. "Указ о вольности дворянства", дающий им право служить или не служить в армии по их собственному желанию. Заметим, что при Петре I дворяне обязаны были пожизненно нести военную или административную службу. Анна Иоанновна ограничила службу 25 годами. Таким образом, указ Петра III являлся для дворян желанным райским яблочком и открывал возможности безмятежного наслаждения вольной помещичьей жизнью. Однако заигрывания с дворянством ни к чему не привели, поскольку слишком много глупостей было наделано к моменту воцарения и, особенно, сразу после него. Дурацкий мир с Пруссией казался еще и позорным из-за пролитого зря моря крови и возросшего влияния при дворе посла Фридриха II. Отношения с духовенством были испорчены из-за непочитания православных обрядов. Гвардия тихо ненавидела Государя из-за насмешек, угроз расформирования ее по армейским частям, предпочтения ее голштинским солдатам, которых Петр III лично муштровал по прусскому образцу, объявленного похода на Данию для, якобы, спасения Голштинии и т. д. Среди гвардейских офицеров зрел заговор и не хватало лишь знамени для переворота. Унижения, которым публично подвергалась Екатерина со стороны мужа, его намерение развестись с ней и жениться на своей любовнице Воронцовой, толкнули Екатерину в стан заговорщиков. 28 июня 1762 г. братья Алексей и Григорий Орловы тайно увезли Екатерину из Петергофа в Петербург, где ей присягнули войска под всеобщее ликование народа. 29 июня Петр III в день своих именин подписал отречение от престола, был арестован в Ораниенбауме, отправлен в Ропшу и через неделю убит пьяными стражниками. Официальной причиной смерти была "геморроидическая колика".

 
6. ЕКАТЕРИНА ВТОРАЯ

Авантюры в форме государственных переворотов - жемчуг истории. Без них учебники были бы неимоверно скучны, а жанр исторического романа не мог бы прокормить даже таких гигантов, как Дюма и Пикуль. Свершившийся переворот был уже третьим в этом беспокойном столетии. К счастью для России на этот раз власть досталась женщине, обладающей глубоким и тонким мужским умом, высокой работоспособностью, волей, энергией и европейским образованием. Кроме того, от нее исходило могущественное женское обаяние, повергавшее к ее стопам выдающихся мужей России, из которых она сама выбирала наиболее достойных любовников. Будучи воспитана на французской литературе, Екатерина хорошо знала нравы французского двора, а потому просто и "естественно" перенесла их на благодатную русскую почву. Эта сфера ее жизни, привлекшая столько внимания современников и потомков, была лишь дополнением к главной части жизни Екатерины. А главной частью и смыслом жизни Императрицы была работа - управление страной, ежедневное, детальное и мудрое. Примечательно, что бремя управления не изменило ее приветливого характера. Она не стала угрюмой и тяжелой в общении. Она командовала вельможами почти радостно, с юмором, с ясным взором и улыбкой, так прекрасно отраженными в полотнах Рокотова, Левицкого и других титанов русской кисти. Обращение "матушка-государыня" емко характеризует отношение к Екатерине ее окружения и не имеет аналогов в истории.
Императрица отличалась умением выбирать государственных деятелей и пользоваться их способностями. Наиболее прославившиеся из них навечно замерли у подножия памятника Екатерины работы Растрелли, это Потемкин, Суворов, Румянцев, Ал. Орлов, Безбородко, Бецкий, Ушаков, Державин и Дашкова. Такой "команды" не было ни у одного монарха Европы!
Начитавшись энциклопедистов, молодая Государыня попыталась применить в законодательной практике их идеи относительно государственного устройства. Ею был написан знаменитый "Наказ" из 20 глав и 500 параграфов, утверждающий самодержавие, как необходимость, и равенство и вольности всех в рамках законов. Этот либеральный свод законов в духе Монтескье, Бильфельда и Беккария изрядно напугал не только придворных, но и цензуру ряда европейских государств, не пропустившую его после того, как он был опубликован в России в 1767 г. на четырех языках. Для составления проекта нового свода законов - Уложения, взамен устаревшего Уложения 1649 г., было избрано в законодательную комиссию 565 депутатов с наказами избирателей от всех сословий, кроме, разумеется, крепостных крестьян. Комиссия под председательством Бибикова проработала с 1766 по 1768 г. и в конце концов была распущена Екатериной, недовольной результатами и направлением работ. Тем не менее, из собранных наказов сословий Императрица "получила свет и сведения о всей Империи, с кем дело иметь, и о ком пещись должно".
С либеральными тенденциями "матушке-государыне" скоро пришлось повременить из-за Пугачевского бунта, охватившего Поволжье и Урал. С вольностьюМедаль на Коронацию Екатерины Второй 1762 года донского казачества было покончено уже после Булавинского восстания, но казацкие вольности еще сохранились на границах Империи, куда не в полной мере доходила царская власть - на Яике, Тереке и Кубани. В указанных областях власть старалась наложить руку на вольных казаков, требуя от них гарнизонной службы и присылая им своих начальников, что часто вызывало недовольство казачества. Но главной язвой России было, конечно, крепостное право. Принято считать, что сама Екатерина была противницей крепостного права, не знавшей лишь, как подступиться к решению этой проблемы, а дворянство, напротив, поддерживало крепостное право, т. к. не могло представить свою жизнь без власти над крестьянами. После Указа Петра III 1762 г. о вольности дворян, многие их них, перестав служить в армии, превратились в помещиков и осели в деревне. Около миллиона государственных крестьян было раздарено Екатериной гвардии и фаворитам за поддержку ее трона. Положение частных крестьян являлось более бесправным, чем положение государственных крестьян. Власть помещика была безграничной. Крестьян можно было покупать и продавать, проигрывать в карты, отдавать в солдаты, ссылать в Сибирь, разлучать с семьей, жестоко наказывать, вплоть до истязаний, что и делала знаменитая Салтычиха, замучившая до смерти 75 человек. Салтычиха была, конечно, крайним, садистским вариантом помещицы. Нищета и рабство крестьян делало Россию пороховой бочкой, ждущей своей искры. История бунта Пугачева, назвавшегося убиенным Петром Федоровичем, хорошо известна. Крестьянская война, кровавая и беспощадная, бушевала около двух лет (1773 - 1775 гг.) и была подавлена регулярной армией под командованием генерала Суворова А. В. Восстание Пугачева явилось и лебединой песней русского казачества, распрощавшегося с вольностями и ставшего подобием погранвойск, подчиненных центральной власти. Напуганная бунтом Пугачева, Екатерина прекратила разговоры об освобождении крестьян, и крепостное право достигло при ней наибольшего расцвета. Критика крепостного права отныне стала государственным преступлением.
Усмирив Россию, "матушка-государыня" занялась реформами. По реформе 1775 г. Россия была поделена на губернии и уезды с примерно равным количеством жителей - в губернии 300 - 400 тысяч, в уездах - 20 - 30 тысяч человек. К концу царствования Екатерины в России было 50 губерний. В губернском городе создавались: 1. Губернское правление во главе с губернатором; 2. Казенная палата во главе с вице-губернатором для ведения денежных и хозяйственных дел; 3. Судебные палаты гражданского и уголовного судов для надзора над уездными судами; 4. Совестный суд, где дела решались не по формальным законам Империи, а по "справедливости". Здесь рассматривались дела малолетних преступников и умалишенных, неумышленные преступления и тяжбы, примиряющие стороны. 5. Приказ общественного призрения, ведающий школами, больницами, богадельнями и тюрьмами. В последних двух учреждениях дела решались выборными заседателями, но под председательством назначенного чиновника. В уездных городах существовали избираемые дворянами нижние, земские суды, состоящие из председателя ("исправника") и двух заседателей и по задачам соответствующие губернским правлениям. Кроме того, реформа установила сословные выборные суды - верхние в губернии и нижние в уезде, отдельно для дворян, для горожан и для крестьян. Таким образом, Екатерина создала стройную иерархию, основанную на самодержавии и привилегированном положении дворянства и включающую элементы выборности. Привилегии дворянства были усилены в реформе 1785 г., согласно которой дворяне освобождались от податей, рекрутской повинности и телесных наказаний. Они могли быть судимыми только в дворянских судах лицами, равными по происхождению. Дворянское достоинство передавалось и женам-недворянкам, и детям от них. Лишение дворянства могло произойти только по решению суда. Дворяне объединялись в уездные и губернские собрания во главе с выборными предводителями. Реформой предусматривалось и "городовое положение" для городских обывателей, избирающих городского голову и должностных лиц в городскую думу и сословные суды.
Просвещенный ум Екатерины обратил внимание на проблему воспитания молодежи и здравоохранения. В этих областях ею были сделаны практические шаги. Сама Императрица считала, что "один только украшенный или просвещенный науками разум не делает еще доброго и прямого гражданина... во многих случаях паче во вред бывает, если кто от самых нежных юности своей лет воспитан не в добродетелях... ясно, что корень всему злу и добру
- воспитание". "Матушка-государыня" явилась первым европейским монархом, провозгласившим "на правительственном уровне" задачу воспитания юношества. До нее Петр I заботился лишь о практической стороне обучения.
Воспитание "новой породы, или новых отцов и матерей", нравственно совершенных, следовало вести под надзором опытных педагогов, в разобщении с семьей и обществом, влияние которых могло быть, по мнению царицы, негативным. Ею были созданы воспитательные учреждения закрытого типа: Смольный институт с отделениями для девиц-дворянок и девиц-горожанок (1764 г.) и кадетские корпуса для мальчиков, а также открытые народные училища в уездных и губернских городах для всех сословий. Екатерина учредила "Медицинскую коллегию", призванную заботиться о городских аптеках и врачах, прообраз нашего Минздрава. Прививка оспы в России впервые началась с Императрицы и ее сына, показавших столь важный пример для подданных. Можно сказать, что царствование Екатерины II, или "век Екатерины", явилось началом культурного подъема России, религиозного и политического вольнодумства. Издаются: двадцатитомная "Древняя Российская Вифлиофика" Новикова Н. И., "История Российская" Татищева В. Н., "История Российская" кн. Щербатова М. М., "Путешествие из Петербурга в Москву" Радищева А. Н., произведения Державина Г. Р. и Фонвизина Д. И.,сатирические журналы "Трутень", "Всякая всячина", "Живописец". Дух этих произведений придавал блеск царствованию "матушки-государыни". К сожалению, после Французской революции 1789 г. и всех порожденных ею эксцессов Екатерина II, памятуя о Пугачевском бунте, перешла к консервативной внутренней политике. Репрессии в форме тюремного заключения обрушились на Радищева А. Н., Новикова Н. И., Княжнина Я. Б.
Внешняя политика Екатерины II была блистательно победоносной. Границы Империи существенно расширились за счет присоединения владений Речи Посполитой и Турции.
Речь Посполитая (Res Publika) по Люблинской унии 1569 г. объединяла королевство Польское и Великое княжество Литовское, включающие Малороссию и Белоруссию с православным населением и евреями как незначительным национальным меньшинством. Наибольшего могущества Речь Посполитая достигла в XVII веке, когда ее соседство представляло грозную опасность для Государства Российского. Так, например, в смутное время ее ставленник Лжедмитрий (Отрепьев?) в 1605 г. венчался на царство в Москве. В 1610 г. московские бояре в оккупированной столице избрали на русский престол польского королевича Владислава. И в последующие десятилетия влияние Речи Посполитой на западных границах России было значительным. Однако государственное устройство Речи Посполитой, окруженной полноценными монархиями, несло в себе зародыши ее гибели. Политическая власть в стране фактически принадлежала дворянству - шляхте, избирающей королей на сеймах. Шляхта отказывала королю в повиновении, когда он нарушал ее "золотые вольности", которыми она гордилась. В таких случаях "народ - шляхта" имела право поднимать оружие на государя, объединялась в союзы - "конфедерации". В сейме по обычаю для принятия какого-либо указа требовалось единогласное решение. При этом правом вето обладал каждый член сейма. А поскольку интересы "ясновельможных панов" зачастую не совпадали, то и решения из-за вето не принимались, а сейм превращался в центр раздора и анархии.
К началу царствования Екатерины II Польша уже не представляла опасности для Империи, т. к. была ослаблена в результате Северной войны и состояла в полусоюзнических отношениях с Россией. После смерти в 1763 г. короля Августа III сейм по желанию Императрицы выбирает королем гр. Станислава Понятовского - Августа IV. Знатоки альковных тайн утверждают, что Понятовский - второй по хронологии возлюбленный Великой Княгини Екатерины Алексеевны. Вскоре после избрания нового короля разворачиваются события, вытекающие из религиозной нетерпимости католической шляхты и погубившие, в конечном счете, Речь Посполитую. В ответ на жалобу Белорусского православного епископа Георгия Конисского Екатерина II обращается в сейм с ходатайством о религиозном равноправии с католиками православных и протестантов. Гордый сейм, естественно, отказывает, и тогда русские войска входят в Варшаву. Несговорчивых поляков увозят в Россию, а оставшиеся принимают в сейме закон в 1767 г. об уравнивании прав диссидентской и католической шляхты. При этом признается, что католичество остается государственной религией, а королем может быть только католик. Вмешательство России и надзор над внутренней жизнью Польши породил католическую конфедерацию "за веру и свободу", обрушившую гонения на православных. Так как насилие порождает ответное насилие, то на арену жизни выходят "гайдамаки" - бродячие разбойничьи дружины, "казаковавшие" в Правобережной Украине. В союзе с православной шляхтой они начинают с жестокостью, отмеченной в школьных учебниках, громить ксендзов, католическую шляхту и, разумеется, евреев. Вырезаются целые города и городки. Например, г. Умань был вырезан поголовно гайдамаками под начальством казаков Железняка и Гонты.
Король Август IV, будучи не в силах сам управиться со смутой, просил Екатерину II послать опять военные силы. С гайдамаками русские войска расправились быстро, а с конфедератами война, несмотря на командование Суворова А. В., тянулась до 1773 г. После этого произошел "первый раздел Польши" между Пруссией, Австрией и Россией, согласно которому Россия получила Белоруссию. Польские патриоты болезненно переживали унижение Речи Посполитой, но до Французской революции в стране сохранялось спокойствие. 3 мая 1791 г. польский сейм провел реформу конституции, сделавшую власть короля наследственной. Кроме того, реформа разделила исполнительную и законодательную власти, ввела в состав сейма третье сословие, отменила право вето, вследствие чего решения стали приниматься в сейме большинством голосов, правозгласила свободу вероисповедания, но с господствующим значением католицизма, отменила право "конфедераций" шляхты и т. д. Это была по европейским меркам весьма передовая конституция. Примерно такие права население России получит после манифеста 17 октября 1905 г. Консервативные круги польской аристократии и шляхты, недовольные конституцией 3 мая, обратились за помощью к Екатерине, и русские войска с целью предотвращения "ужасов Французской революции" в 1792 г. вновь заняли Варшаву. Нашел предлог для вторжения в Польшу и прусский король Фридрих-Вильгельм II. Происходит "второй раздел Польши", согласно которому от Речи Посполитой в пользу России отторгаются Волынь, Подолия и Минская область, а сама Речь Посполитая попадает в формальную зависимость от России, например, лишается права объявлять войны и заключать договора без согласия Екатерины II.
Естественно, что свободолюбивая польская шляхта стала готовиться к сопротивлению, которое началось восстанием 1794 г. под командованием Тадеуша Костюшко. Лучшие генералы русской армии: гр. Румянцев-Задунайский, гр. Суворов-Рымникский, генерал Ферзен - были брошены на подавление поляков. В кровавом сражении Суворов взял штурмом Варшаву, а затем вместе с прусскими войсками усмирил всю Польшу. В 1795 г. Речь Посполитая - первое демократическое славянское государство - исчезла с политической карты Европы. Король отказался от польского престола и переехал на полный пансион в Петербург. В результате "третьего раздела Польши" Россия получила Литву и Курляндию, Пруссия - Варшаву, Австрия - Краков и Люблин.
Пока русские войска гоняли по Польше гайдамаков и конфедератов, Турция в 1768 г., использовав в качестве предлога гайдамацкие грабежи местечек Балту и Галту, объявила России войну, открыв тем самым второй фронт. Несмотря на внезапность войны и сложность обстановки, сухопутным войскам России под командованием гр. Румянцева удалось выиграть важные сражения у крепости Хотина и на реках Ларге и Катуле. В это же время русский флот под командованием гр. Орлова, перейдя из Балтики в Средиземное море и подняв восстание греков против турок, разгромил турецкие эскадры у о. Хиос и в бухте Чесма. Переправившись через Дунай, русские войска перенесли военные действия вглубь Турции. За успешные операции гр. Румянцев получил титул "Задунайского", а гр. А. Орлов - титул "Чесменского".
Военная кампания завершилась в 1774 г. весьма выгодным для России Кучук-Кайнарджийским миром, по которому Крым, северное побережье Черного и Азовского морей становились независимыми от турецкого султана, а Россия получала Азов, Керчь, устья Днепра, Дона и Буга и контрибуцию в 4,5 млн. рублей. Официальное присоединение Крыма к России становилось вопросом времени. Крымское ханство, несколько столетий терзавшее Малороссию и Московское государство своими набегами, ослабленное междуусобицей, было по просьбе хана Шахин-Гирея в 1783 г. включено в состав России.
Новые, огромные, пустынные пространства плодородной земли - Новороссии требовали заселения ее колонистами. Для полного умиротворения завоеванных территорий Екатерина II уничтожила Запорожскую Сечь и назначила наместником края Потемкина Г. А. Его энергия и административный талант очень много сделали для преобразования и мирной жизни Новороссии. Строятся города и порты - Николаев, Херсон, Екатеринослав, Севастополь. Создается Черноморский флот России. Крым стал называться Тавридой, а князь Потемкин получил титул "Таврического". В советское время в 1954 г. Хрущев Н. С. росчерком пера подарил, как свою собственность, Крым Украине. К сожалению, ее современные вожди делают вид, что не знают описываемую здесь историю или не хотят знать тот исторический факт, что Крым никогда не принадлежал Украине.
В то время, как Екатерина совершала по приглашению Потемкина свое знаменитое путешествие по Новороссии и Тавриде, Турция в 1787 г. вновь начала военные действия в надежде вернуть утраченные земли. Сначала война протекала вяло, хотя русским войскам под командованием кн. Потемкина и удалось в кровопролитном штурме овладеть крепостью Очаков. С передачей командования армией Суворову, после блестящих побед при Фокшанах, Рымнике и взятия Измаила война завершилась подписанием в Яссах в 1791 г. мирного договора с Турцией. По Ясскому договору России отошел Очаков, земли между Бугом и Днестром. Турция признала права России на Крым, а Суворов
А. В. получил титул графа "Рымникского".
Внешняя политика Екатерины II собрала в пределах Российской Империи славянские народы - великороссов, белоруссов, малороссов, поляков, а также ряд национальных меньшинств - крымских татар, ногайцев, греков, латышей, литовцев, молдаван, гагаузов и евреев.


7. ПАВЕЛ I - РУССКИЙ ГАМЛЕТ

В 1754 г. у Екатерины после 9-летнего замужества родился первенец Павел. Отцовство ребенка из-за репутации царицы лишь предположительно приписывают Петру Федоровичу. При этом в качестве главного аргумента выдвигается сходство характеров отца и сына. Новорожденнного младенца забрала в свои покои Елизавета Петровна, решительно отстранив от воспитания Екатерину. Привыкнув к нянькам и фрейлинам, маленький Павел боялся мужчин и дрожа прятался, завидя их, под стол или в угол. Он рос способным и добрым ребенком. Обучать наукам Павла начали, когда ему было 4 года. Воспитателями назначили Н. И. Панина и С. А. Порошина. Навестивший его как-то отец заметил: "Я вижу, этот плутишка знает предметы лучше нас". Приглашенный уже после смерти Петра Федоровича в качестве воспитателя цесаревича знаменитый Даламбер учтиво отказался от такой чести, сообщив приватно Вольтеру: "Я очень подвержен геморрою, а он слишком опасен в этой стране". Порошин замечал в дневнике: "Если бы его высочество человек был партикулярный и мог совсем предаться одному только математическому учению, то бы по остроте своей весьма удобно быть мог нашим российским Паскалем". Павел много и внимательно читал и был хорошо знаком с Сумароковым, Ломоносовым, Державиным, Расином, Корнелем, Мольером, Вертером, Сервантесом, Вольтером и Руссо. Он прекрасно владел французским, немецким и латынью, но, по-видимому, не знал английского языка. Шекспировский "Гамлет" тогда еще не был переведен на русский язык, и юный Павел не мог увидеть свою судьбу в трагедии датского принца. Случалось, что когда он он влюблялся во фрейлин, то писал стихи:
Я смысл и остроту всему предпочитаю, На свете прелестей нет больше для меня. Тебя, любезная, за то я обожаю, Что блестешь, остроту с красой соединя.
Несмотря на атмосферу распущенности и фривольности окружающего его екатерининского двора, Павел вырос целомудренным, образованным, тонким и остроумным человеком.
В сентябре 1773 г. царица женила Павла на Вильгельмине Гессен-Дармштадской, в православии Наталье Алексеевне. Наталья Алексеевна умерла от родов в апреле 1776 г. В ее шкатулке были обнаружены письма гр. Андрея Разумовского, лучшего друга Павла, перед которым цесаревич открывал свою чистую душу. Из писем следовало, что покойная Великая Княгиня была любовницей графа.
Через год Екатерина убедила оскорбленного вдовца жениться вновь. На этот раз ему была предопределена в жены София-Доротея Вюртембергская, в православии Мария Федоровна. Этот брак был более счастливым. Однако и здесь самолюбию Павла, как отца, был нанесен удар. Все родившиеся дети - Александр, Константин, Николай и дочери были по требованию Императрицы отняты у родителей и отданы на воспитание назначенным Екатериной персонам. Молодые супруги были вынуждены подчиниться монаршей воле и навещать детей по расписанию, утвержденному царицей.
Удивительно, но нет никаких признаков того, что Екатерина любила своего сына. Ей достаточно было его покорности. Когда Павел возмужал и стал разбираться в жизни, между ним и матерью встала тень убиенного Петра Федоровича. Он глядел на мать глазами принца Гамлета, сохраняя при этом, как и Гамлет, почтительность и вежливость. Характер Павла становился, между тем, болезненно подозрительным и вспыльчивым. Его часто посещали галлюцинации в виде призрака убитого отца или великого деда. Интересно, что судьба Павла за много лет была предсказана наблюдательным Фридрихом II, которого Павел посетил в Берлине в период своего сватовства к Софии-Доротее, приходящейся внучатой племянницей прусскому королю. В своих исторических опытах король писал: "Он показался гордым, высокомерным и резким, что заставило тех, которые знают Россию, опасаться, что ему будет трудно удержаться на престоле, на котором, будучи призван управлять народом грубым и диким, избалованным к тому же мягким управлением нескольких императриц, он может подвергнуться участи, одинаковой с участью его несчастного отца".
Отчуждение между матерью и сыном возросло из-за различия политических взглядов. Доктрина, которая созрела в голове 20-летнего Павла и которую он представил на суд Императрице, сводилась к тому, что России не нужны наступательные войны. Необходим принцип разумной достаточности, и все усилия Империи должны быть направлены на создание внутреннего порядка. При этом, по мнению цесаревича, у титулованных холопов-дворян не должно быть никаких привилегий. Все сословия должны быть одинаково равны или одинаково бесправны перед самодержцем. Масоны, которым покровительствовал Фридрих II и литературу которых внимательно изучал Павел, внушили ему, что он, как будущий самодержец и посвященный, должен возглавлять не только государство, но и церковь. Они делали крупную ставку на приближающееся, как им казалось, царствование Павла.
Екатерина сначала высмеяла масонов в своих комедиях "Обманщик", "Обольщенный" и "Шаман сибирский", а затем некоторых из них, в частности Новикова, подвергла арестам и ссылке. Она понимала, что ее наследник разрушит все то, что она создавала такой дорогой ценой. Возникла ситуация, сходная с той, которая имелась между Петром I и царевичем Алексеем. Поэтому Екатерина решила не готовить сына к управлению державой, изолировать его от всех государственных дел и передать власть своему внуку Александру. Бедный русский Гамлет в течение 13 лет вел в подаренных ему Гатчине и Павловске замкнутый образ жизни, играя роль мини-самодержца и муштруя несчастных солдатиков и офицеров на прусский манир. Он жил, опасаясь покушений, терзаясь подозрениями, страхом и надеждой, старея и болея. Екатерина попыталась склонить Александра к согласию на устранение Павла от наследования престола, но многоликий Александр, этот "очаровательный сфинкс", вел себя очень загадочно, балансируя между бабкой и отцом. С женой Павла, Великой Княгиней Марией Федоровной, дело обстояло проще, и Екатерине удалось получить ее подпись на документе, лишающем Павла короны в будущем. Растерявшаяся Великая Княгиня скрыла от мужа свое вынужденное предательство, которое открылось ему уже после смерти царицы.
В 1793 г. вскоре после свадьбы любимого внука Александра и Луизы Баденской, в православии Елизаветы Алексеевны, Екатерина созвала ближайших вельмож на тайное совещание. Здесь она решительно поставила вопрос о лишении Павла права наследования короны в пользу своего внука. Несмотря на то, что такое решение принято не было, царица составила завещание о передаче власти в случае ее смерти Александру. В ночь с 4 на 5 ноября 1796 г., когда с Императрицей случился удар и "воздыхание утробы, хрипение, по временам извержение из гортани темной мокроты", Павел примчался в Зимний дворец, где его встретили сыновья - Александр и Константин, оба в гатчинских мундирах. Знающий тайну престолонаследия гр. Безбородко молча указал Павлу на перевязанный лентой пакет с завещанием Екатерины, каковой и был немедленно сожжен в камине под хрипы умирающей Государыни. За эту важную услугу Безбородко был осыпан милостями: награжден княжеским титулом, девятью тысячами душ крестьян и возведен в канцлеры.
Останки Петра III были извлечены из могилы Александро-Невской лавры и торжественно перенесены в Петропавловскую церковь. При переносе гроба Павел, тонко и зло издеваясь, повелел Алексею Орлову нести за гробом корону задушенного им Государя. Перед погребением Павел облобызал истлевшие кости и заставил так же поступить своих сыновей. Затем он вошел в царские врата, взял корону и, возложив ее сначала на себя, увенчал ею костяк Петра III.
Отдав таким образом сыновний долг, 42-летний самодержец приступил к делам управления. Политика Павла была непоследовательной, если не сказать сумбурной. Он больше разрушал созданное Екатериной, чем создавал свое. Так, например, были сокращены права и льготы, дарованные сословиям в 1785 г. Это сразу лишило его поддержки
дворянства, без которой царствование становилось проблематичным. Девизом самодержавия Павла являлась сказанная им фраза: "В России велик только тот, с кем я говорю, и только, пока я с ним говорю". Павел попытался приостановить развитие крепостного права, ограничив барщину тремя днями в неделю и запретив продавать дворовых людей и крестьян без земли. Практического результата эта мера не дала.
Павел понимал самодержавие буквально, представляя себя в центре державы, откуда по радиусам расходятся его повеления. Для мгновенного исполнения повелений требовалась "железная лоза" и такая же дисциплина. Император был беспощаден ко многим вещам, составлявшим обыденную жизнь того времени. Он наказывал за мелкие ошибки на вахт-парадах, за взятки и злоупотребления властью, за судебную волокиту, за ввоз иностранных книг, за французские моды, фраки, жилеты, круглые шляпы, за прохождение мимо дворца с покрытой головой, за невыхождение дам из экипажей при встрече с самодержцем, за "игру в банк" и т. д. От репрессий Павла пострадало несколько тысяч человек. Офицеры, идя на вахт-парады, брали с собой деньги, готовясь к возможным арестам.
Недовольство и страх породили заговор, который созрел в высших кругах петербургской знати и в среде гвардейских офицеров, не забывших золотой век Екатерины. Для обеспечения государства, трона и предотвращения заговора, о существовании которого Павел знал, генерал-губернатором столицы был назначен граф фон-дер Пален, оказавшийся по злой иронии судьбы главой заговорщиков. Все нити управления страной и заговором находились в руках этого вельможного провокатора. Среди заговорщиков были Орлов, Бенигсен, Голицын, Панин, Талызин, Чичерин, братья Зубовы, Уваров, Татаринов, Мансуров, Яшвиль и др. К заговору был привлечен и Великий Князь Александр Павлович, находившийся, по-существу, под домашним арестом. Его убедили в том, что речь идет всего лишь о регентстве при душевно больном Государе, которому после дворцового переворота будет гарантирована спокойная и почетная жизнь в любимом Михайловском замке. В ночь с 11 на 12 марта 1801 г. при обсуждении деталей переворота на вопрос одного из офицеров: "А что делать, если тиран окажет сопротивление?" - гр. Пален ответил французской пословицей: "Когда хочешь приготовить омлет, надо разбить яйца". Известно, чем закончилась эта ночь (120, 278). Павел был схвачен в своей опочивальне Михайловского дворца пьяными гвардейцами, избит и задушен. Утром весь Петербург ликовал и радовался возвращению к привычной жизни. Так закончилось царствование этого странного, по-своему незаурядного, больного человека. Закон о престолонаследии, впервые принятый в России в 1797 г., вступил в действие после смерти его автора.


8. АЛЕКСАНДР I

Убив законного Государя, заговорщики привели к власти 24-летнего Александра Павловича. Попытка вдовствующей Императрицы Марии Федоровны заявить свои самодержавные права: "Ich will regieren!" - была прервана холодной репликой бар. Бенигсена: "Не ломайте комедию, мадам!" Александр Павлович, получивший от гр. Палена известие о смерти Императора, наконец понял, что стал соучастником убийства отца, на которое он ни в коем случае согласия не давал. Прозрение повергло его в шок, а последующие рыдания не смог остановить приказ графа Петра Алексеевича: "Довольно быть мальчишкой!.. Извольте царствовать!" Через короткое время "мальчишка" отстранил от двора главных заговорщиков, воспользовавшихся его неопытностью - Палена, Панина, Пл. Зубова и Бенигсена, отправив их по своим имениям и замкам. Молодой самодержец Александр I обещал "царствовать по духу и сердцу Великой Бабки своей".
Начало царствования было многообещающим как из-за личности монарха, сумевшего добротой и любезностью, обаянием и изящной красотой очаровать своих подданных, так и из-за либеральных тенденций, в которых он был воспитан Лагарпом и реализация которых должна была по общему мнению вот-вот наступить. Восторг вызывал контраст общего тона жизни в сравнении с предыдущим царствованием. Молодая Императрица Елизавета Алексеевна всех пленяла своей наружностью и поведением. Стройная, голубоглазая красавица, прекрасно образованная, знающая литературу, искусство и историю, была наделена живым умом и тактом. После свадьбы молодых 23 сентября 1793 г. Екатерина называла их не иначе, как Амуром и Психеей. В первые дни царствования была уничтожена Тайная экспедиция, опустела Петропавловская крепость, ссыльные стали возвращаться в свои дома, в том числе в столицу. В правах было восстановлено около 12 тысяч человек. В указе обер-полицмейстеру предлагалось "не причинять никому никаких обид". Рарешался ввоз книг из-за границы. Заработали частные типографии. В апреле были уничтожены стоящие на площадях виселицы.
Благонамеренный Император смутно представлял себе перечень и суть необходимых реформ. По предложению гр. П. А. Строганова в мае 1801 г. был создан Негласный комитет, состоящий из друзей Государя - гр. В. П. Кочубея, Н. И. Новосильцева, кн. Ад. Чарторыйского и самого Строганова. Этот интимный комитет, который Александр I шутя называл комитетом общественного спасения, а екатерининские вельможи "якобинской шайкой", должен был заняться разработкой коренных преобразований государственного и общественного порядка. Под влиянием комитета было восстановлено значение сената как высшего административного и судебного органа Империи и учреждены взамен устаревших коллегий 8 министерств, управляемых министрами на началах единоличной власти и ответственности. Взамен случайных и временных при Екатерине совещаний Александром был создан "Совет непременный" из 12 членов для обсуждения важнейших государственных дел.
Главная же проблема государства - рабство крестьян, в целом понимаемая и Государем, и интимным комитетом, представлялась им трудноразрешимой. Комитет Генерал-лейтенант граф СТРОГАНОВ Павел Александрович ограничился здесь законом 1803 г. о "свободных хлебопашцах", дающим право помещикам освобождать крестьян с землей. Освобождение должно было утверждаться правительством, после чего крестьянин переходил в сословие свободных хлебопашцев. Авторы закона предполагали постепенно и на добровольных началах упразднить крепостное право. Однако нашлось немного помещиков, согласившихся отказаться от рабского труда. Всего за 25-летнее царствование Александра в свободные хлебопашцы было зачислено менее 50 тысяч крестьян. Через два года Император, убедившись, по-видимому, в неподготовленности к практической деятельности членов комитета, охладел к нему и перестал собирать его у себя.
Наиболее известными администраторами царствования были М. М. Сперанский и А. А. Аракчеев. Сперанский - сын сельского священника, ставший законодателем, опытным и умным бюрократом. Сперанскому царь доверил свои мечты о преобразованиях, не воплощенные в жизнь интимным комитетом. Им был разработан план общественного устройства, согласно которому все население России представлялось граждански свободным, а крепостное право упраздненным. Граждане по правам делились на дворянство, среднее сословие и рабочий народ. Дворянство обладало правом владеть населенными крестьянами землями и могло не служить на государственной службе. Средний слой - мещане, купцы и поселяне, имеющие во владении ненаселенныеГраф М.М. Сперанский крестьянами земли. Народ рабочий - крестьяне, ремесленники и слуги. На вершине пирамиды - державная власть монарха, опирающаяся на закон и окруженная государственным советом. Ниже располагались законодательные, исполнительные и судебные учреждения, независимые друг от друга. Законодательные учреждения: волостные, окружные, губернские и государственная дума - суть выборные органы, сменяемые через три года.
Вот отрывки из письма Сперанского Государю: "Весь разум сего плана состоял в том, чтобы посредством законов и установлений утвердить власть правительства на началах постоянных, и тем самым сообщить действию сей власти более правильности, достоинства и истинной силы... Правительство не может почитаться законным, если оно не основано на общей воле народа... Источник власти пребывает всегда в народе, в самой стране... Всякое правительство существует только в силу известных условий и только тогда законно, если свято исполняет эти условия... Основные государственные законы необходимо ограничивают верховную власть... Деспотическая власть могла только приличествовать младенчеству гражданских обществ... (278, с. 147).
Первоначально одобрив реформу Сперанского, Государь изменил свое отношение к ней - и проект остался замороженным. Многие видели в Сперанском сторонника французских идей и интриговали против него. В частности,
Н. М. Карамзин в соей патетической записке Государю "О древней и новой России" доказывал на радость крепостникам вред и опасность реформ Сперанского. Конституционное здание Сперанского само по себе было неплохим, но Александр сомневался в том, из чего, собственно, исходил законодатель: а именно в том, что люди зависят всецело от государственного и социального порядка. При хорошем порядке и люди должны быть хорошими! Эти сомнения и наветы вельмож привели к отставке одного из выдающихся людей той эпохи.
Аракчеев Алексей Андреевич Нравственным антиподом М. М. Сперанскому был А. А. Аракчеев. Странным образом Государь, человек умный и явно не лишенный добродетелей, всю жизнь держал при себе эту темную, рабски преданную ему личность. Полуобразованный гатчинский капрал, ставший графом Империи, жестокий и надежный, как скала, хранитель устоев был доверенным лицом Государя. Знаменитые военные поселения графа Аракчеева, созданные в правление Александра I, явились прообразом трудовых армий Троцкого Л. Д. в первые годы Советской власти. В поселениях расквартировывались батальоны регулярной армии и содаты превращались в земледельцев, точнее в батраков, с железной палочной дисциплиной. Мужики этих селений и окрестных деревень также одевались в солдатские мундиры и учились строевой службе. Избы сносились, а взамен строились домики, выкрашенные в один цвет. Мужиков пытались заинтересовать ссудами, льготами, скотом и лошадьми. Военным начальством велся строгий учет вдов и девиц, женихов и невест, а также инвентаря. К концу царствования Александра I около трети армии участвовало в масштабном социальном эксперименте, построенном на дисциплине, строгой финансовой отчетности и приносящем, как теперь говорят, экономический эффект. Царь получал лестные отзывы об этом от Карамзина, Кочубея и Сперанского. Однако мужикам жить под команды: "Дышать! Не дышать!" - не нравилось, и возникали бунты. В ход шли шпицрутены, лилась кровь, а затем снова наступала видимая тишина. Отвлеченные взгляды царя об идеальном устройстве быта крестьян, о порядке и благообразии жизни принимали здесь карикатурные формы, но поддерживались железной рукой Аракчеева.
Эти два разделенных столетием государственных деятеля - Аракчеев и Троцкий были резко отличны по своему психологическому складу. Кажется, в их характерах не было ни одной общей черты, кроме беспредельной жестокости и презрения к человеку. Оба исходили из ложных посылок: неограниченного терпения русского народа и возможности насадить сверху требуемый социальный порядок. И военные поселения Аракчеева, и, спустя век, трудовые армии Троцкого, основанные на идее казарменного социализма, принесли много страданий и крови.
Александр I, будучи по характеру своему невоинственным человеком, к тому же мечтающим о частной, уединенной жизни, оказался вовлеченным в ряд войн, непродиктованных интересами России. Для историков всегда было трудным моментом внятное объяснение причин нахождения русских войск далеко от родных пределов - где-нибудь в Австрии или Италии. В учебниках это подменялось описанием блистательных побед Суворова в битвах при р. Требии, у г. Нови, знаменитого перехода через Альпы и т. д. Европейская политика Александра претерпела с 1805 по 1812 гг. поворот на 360 градусов, вызывая недоумение подданных: от войны с Францией в союзе с Австрией и Пруссией в 1805 - 1806 гг. к Тильзитскому миру с Наполеоном и снова к войне с Францией в 1812 -1814 гг.
Следствием Тильзитского соглашения о "континентальной системе", направленного против Англии, явилась война России со Швецией в 1809 г. Поводом к войне был отказ Швеции присоединиться к "континентальной системе". После ряда боев русские войска под командованием Багратиона и Кульнева перешли зимой по льду Балтийское море в районе Аландских островов, перенеся военные действия на шведскую территорию и вынудив Швецию к миру. В результате успешных операций был заключен Фридрихсгамский мирный договор, согласно которому Финляндия до р. Торнео отошла к России, превратившись в Великое княжество Финляндское. Император сохранил в княжестве существовавшее там местное самоуправление. Тильзитский раздел мира между Наполеоном и Александром позволил России отвоевать Бессарабию у Турции, оставшейся без поддержки Франции. Это было зафиксировано Бухарестским мирным договором 1812 г. В Бессарабии существовала довольно многочисленная еврейская община.
Отечественная война 1812 - 1814 гг. явилась величайшим испытанием России, оставившим глубокий след в истории и психологии русского общества. Ей посвящена целая библиотека произведений разных жанров и видов - научных и художественных, великих романов и небольших стихотворений, опер и романсов. Война отражена в шедеврах живописи и скульптуры. Нет смысла здесь повторять известные сюжеты о силе духа и героизме отдельных личностей или народа в целом. Отметим лишь роль Александра в самый кризисный момент эпопеи, когда французская армия после Бородина вступила в Москву.
Император не отличался подобно Наполеону решительным характером. Он никогда не смог бы произнести слова, с которыми тот посылал в бой свою гвардию: "Солдаты! Мне нужна ваша жизнь, и вы обязаны отдать мне ее!" Просто и ясно. Любезный и приветливый Государь, в обществе которого все чувствовали себя свободно и легко, не был рожден полководцем. Его отношение к собственному абсолютизму исходило из сознания ответственности за пролитую кровь отца и лишало его уверенности в праве на власть. Да и чтение Библии, которым одно время увлекался царь, не укрепляло его дух, хотя некоторые слова пророков и можно было истолковать в антибонапартистском смысле. Уж не является ли нашествие французов карой за грех отцеубийства? И вот этот нерешительный человек в трудную минуту испытаний, когда враг в столице его Империи, когда ближайшее окружение в лице Марии Федоровны, брата Константина, графа Аракчеева истерически требует, чтобы он подписал позорный мир с Наполеоном, когда уличная толпа в день коронации 15 сентября 1812 г. встречает его мрачным и презрительным молчанием, этот человек находит в себе душевные силы к борьбе. Об антиалександровских настроениях русского общества свидетельствует сестра царя В. Кн. Екатерина Павловна: "Занятие Москвы французами переполнило меру отчаяния в умах, недовольство распространено в высшей степени, и Вас самого отнюдь не щадят в порицаниях... Вас обвиняют громко в несчастии Вашей Империи, в разорении общем и частном, - словом, в утрате чести страны и Вашей собственной..."
Под всполохи кремлевского пожара Александр заявляет: "Истощив все средства, которые в моей власти, я отпущу себе бороду и лучше соглашусь питаться картофелем с последним из моих крестьян, нежели подпишу позор моего отечества и дорогих моих подданных, жертвы коих умею ценить". И еще: "После этой раны все прочие ничтожны. Ныне более, нежели когда-либо, я и народ, во главе которого я имею честь находиться, решились стоять твердо и скорее погрести себя под развалинами Империи, нежели примириться с Аттилою новейших времен". Жизнь показала, что жертвы подданных не были напрасными. Понятие о чести своей и своих подданных, которым был наделен Император, полностью отсутствовало у "вождя мирового пролетариата" Ленина В. И., подписавшего спустя 106 лет позорнейший Брест-Литовский договор с Германией.
Вернемся к Наполеону. Его прокламации с обещаниями свободы крепостным успеха не принесли, поскольку мужики верили больше делам, чем словам. Дела же завоевателей, как водится, сводились к грабежам и репрессиям. Истощенная и деморализованная наполеоновская армия, включающая помимо французов немцев, поляков, итальянцев, волоча награбленное, в конце концов убралась за пределы России. Из 600-тысячной армии сохранило строй и дисциплину не более 15 - 20 тысяч человек. Остальные погибли, либо сдались в плен, либо превратились в бродяг. Наполеон умчался вербовать новых рекрутов. На смоленской дороге остались лежать сотни тысяч неубранных трупов, заражающих гниением воздух. Распространились эпидемии. Многие губернии были опустошены пожарами и грабежами.
Русские войска вступили в Польшу, население которой встретило Александра холодно и мрачно - не так, как Наполеона год назад. Наполеона поляки встречали с энтузиазмом и присоединились к его походу на Москву, превосходя французов в жестокости и грабежах. "Одни евреи, которым так мало доверяло наше правительство, проявили русский патриотизм, встречая восторженно нашу армию. Александр с удивлением смотрел на толпы старых и молодых евреев, которые несли ему навстречу разноцветные хоругви с его вензелями, били в барабаны и играли на трубах и литаврах, распевая гортанно какие-то гимны, сочиненные еврейскими пиитами в честь русского народа, с которым они чувствовали связь, несмотря ни на что" (288). Возможно, это была защитная реакция. Известно, например, что жители Дрездена приветствовали и Александра, и Наполеона с одинаковым восторгом.
Война продолжалась уже в Европе. Был взят Париж. Наполеона сослали на Эльбу, русских солдат заперли в казармы. Александр достиг высочайшего триумфа. В его приемной толкутся короли и герцоги. Льстецы называют Александра "царем царей, соединившихся для блага Вселенной", "Агамемноном новой Илиады". Он лично ведет свою дипломатию и делает это профессионально. Наполеон, будучи на острове Св. Елены, говорил про него: "Александр умен, приятен, образован. Но ему нельзя доверять. Он неискренен. Это - истинный византиец, тонкий притворщик, хитрец". Отзыв шведского посла в Париже Лагербиельне об Александре: "Тонок, как кончик булавки, остер, как бритва, и фальшив, как пена морская". Венский конгресс устроил дела всех монархов. Александр получил в награду герцогство Варшавское, ставшее Царством Польским в составе Российской Империи, но с особым статусом. По статусу исполнительная власть поручалась "Совету министров" под председательством наместника Царства Польского, а законодательная - двухпалатному сейму. Верхняя палата - сенат - состояла из светской и церковной аристократии, а нижняя - "посольская изба" - из выборных депутатов. Тут же родилась и патриотическая партия, ставившая целью воссоздание Речи Посполитой в старых ее границах, существовавших до разделов Польши в XVIII в.
Армия, вернувшаяся из похода, принесла с собой идеи Французской революции, получившие развитие на русской почве. Наряду с масонскими кружками в России создаются просветительские, либеральные и политические общества. Этому способствует свобода выражения мнений в послевоенной России, контакты с западными обществами типа Союза друзей добродетелей (Tugendbund), ввоз либеральной и философской литературы из Европы. В 1817 г. создается тайный Союз Благоденствия, в который вошли наряду с молодежью несколько генералов 2-й армии, расквартированной в Тульчине, начальники полков, офицеры, ряд известных помещиков и высокопоставленных чиновников. Цели общества тогда еще не были четко определены. После бунта Семеновского полка в Петербурге осенью 1821 г. усилился надзор полиции, и руководство Союза решило, дабы отвлечь внимание правительства, самораспуститься. Фактически же из Союза Благоденствия родились два тайных революционных общества - Северное и Южное. Северное общество возглавлялось братьями Муравьевыми, кн. Трубецким и поэтом Рылеевым, Южное - полковником Пестелем. Каждое из обществ разрабатывает свои проекты конституции России как демократической страны с республиканским управлением. Некоторые члены обществ были сторонниками конституционной монархии.
Император Александр Павлович знал о существовании тайных обществ из доносов предателей - статского советника Бошняка, юнкера Шервуда и поручика Майбороды, но ничего не предпринимал, памятуя о либеральных увлечениях своей молодости и говоря: "Не мне их карать". Подробный доклад с точными данными о вожаках движения и их планах был направлен Аракчеевым больному Императору в Таганрог. Доклад поступил уже после смерти Александра I, последовавшей 19 ноября 1825 г.


9. НИКОЛАЙ I

Смерть либерального монарха ускорила развязку политической интриги. Заговорщики решили действовать. Этому способствовала неопределенность с наследованием короны. У Александра I не было детей, и ему по закону о престолонаследии 1797 г. должен был наследовать В. Кн. Константин Павлович. Но Константин Павлович в 1822 г. отказался от престола и, будучи наместником Царства Польского, женатым к тому же на особе нецарской крови - пани Грудзинской, прислал из Варшавы письменное о том заверение. Наследником был признан третий по старшинству сын Павла - В. Кн. Николай. Однако он об этом официально оповещен не был. Завещание Александра I о наследовании короны Николаем с ведома кн. Голицына и гр. Аракчеева летом 1823 г. было тайно вручено московскому архиепископу Филарету с собственноручной надписью царя: "Хранить в Успенском соборе с государственными актами до востребования моего, а в случае моей кончины открыть прежде всякого другого действия".
Известие о смерти Александра застало Николая 27 ноября в церкви во время молебна о здравии Государя. Молебен был прекращен, и В. Кн. Николай Павлович, "задыхаясь от рыданий", опрометчиво произнес присягу брату Константину. Пакет с завещанием был вскрыт на заседании Государственного совета, который, однако, не пришел ни к какому мнению, предоставив все решать самому Николаю Павловичу. Николай Павлович продолжал настаивать на принятии всеми присяги Константину. Создалось междуцарствие из-за отсутствия претендентов на престол. Николай посылал курьеров в Варшаву к Константину с просьбой подтвердить отречение от престола и медлил с решением, опасаясь гвардии. Военный генерал-губернатор Петербурга гр. Милорадович откровенно объяснил Великому Князю, что гвардия его ненавидит за любовь к муштре, дисциплине и порядку. Опасаться было чего. Николай хорошо знал историю своей семьи.
12 декабря 1825 г. Николай Павлович получил два письма. Одно от Дибича с известием об открытии заговора, другое от Константина с отказом от престола, но в форме интимной, не допускающей публикации. Николай принимает решение действовать. Он поручает Карамзину и Сперанскому составить манифест о своем восшествии на престол. В полночь сам прочитывает его Государственному совету, а утром 13 декабря - генералам и командирам гвардейского корпуса. В 7 часов утра 14 декабря 1825 г. присягу Николаю приносят Сенат, Синод и большая часть гвардейских полков. В это же время на Сенатскую площадь выходят Московский, Гренадерский полки и батальон Гвардейского Морского экипажа, принесшие ранее присягу Константину и возглавляемые заговорщиками.Бенкендорф Александр Христофорович (1783-1844) Начинается знаменитое восстание декабристов. Многие из руководителей заговора на Сенатскую площадь не явились. Отсутствовал и "диктатор" кн. Трубецкой, усомнившийся в трудную минуту в себе и в восстании, которое он поднял. Неразбериха царила и на правительственной стороне. Там не нашлось ни одного генерала, способного командовать войсками, и в эти решающие часы противостояния Николай Павлович проявил свои сильные личные качества - умение организовать дело и волю к победе. Результаты противостояния известны. Абсолютизм был спасен, как всегда, ценою крови подданных. По делу декабристов было арестовано более ста причастных к заговору лиц, сорок из которых суд приговорил к смертной казни, остальных - к каторжным работам. Император Николай I несколько смягчил приговор, казнив только пять руководителей Союзов.
При Николае I абсолютизм в России достиг апогея. Фон самодержавного царствования окрашивался личностью Государя. В данном случае это был суровый, умный и очень упорядоченный человек. В детстве и отрочестве он прошел под руководством генерала гр. Ламсдорфа М. И. "немецкую" школу педагогики, основой которой был страх. В 1831 г. Государь писал об этой методе: "...страх и искание, как избегнуть наказания, более всего занимали мой ум". Суровый генерал нещадно лупил ребенка линейкой и ружейным шомполом, а иногда, впадая в раж, ударял его об стену, о чем заносились записи в педагогический журнал. Мария Федоровна высоко ценила педагогический "дар" Ламсдорфа. В играх со сверстниками Николай был груб, заносчив и драчлив. В молодые годы он увлекался математикой, артиллерийскими и инженерными науками, а став царем, любил говорить: "мы, инженеры". Строгость, точность, симметрия, привитые этими науками, стали определяющими в характере Николая, и качествами, которых он добивался в различных сферах государственного управления. Женился Великий Князь Николай Павлович в июне 1817 г. в возрасте 21 года на 19-летней дочери Прусского короля Фридриха-Вильгельма III Фредерике-Луизе-Шарлотте-Вильгельмине, принявшей в православии имя Александры Федоровны.
Николай стал царем в 29 лет, имея за спиной скромный чин бригадного генерала и не имея никакого государственного опыта, поскольку Александр не удосужился посвятить младшего брата в тайны высокой политики. Вступление на престол произошло под грохот картечи, но с сознанием законности своей власти. Николай пришел к выводу, что заговор был сословным, дворянским движением, охватившим все слои дворянства. Страшась за свою власть, Николай решил сделать ставку не на дворянство, а на чиновничество и строго управляемую бюрократию. При нем централизация управления достигла максимума, а чиновничья рать стала многочисленным и влиятельным сословием, отделяющим власть от общества. Дворянство было напугано репрессиями, оплакивало своих сосланных и сторонилось новой бюрократии. Император лично принимал решения по множеству больших и малых конкретных дел и контролировал их выполнение с помощью "собственной Его Величества канцелярии", состоящей из 4-х отделений и ставшей важнейшим инструментом царствования.
Не вдаваясь в философию, а тем более в мистику, как его старший брат, Николай управлял Россией так, как управляют сложным хозяйством, т. е. с помощью расчета, порядка, единства власти и закона. Аракчеев был отстранен и заменен гр. Бенкендорфом А. Х., бывшим масоном, приятелем декабристов, донесшим на них Александру I, а ныне ставшим шефом знаменитого Третьего отделения собственной Его Величества канцелярии - политической полиции. Царь поручил ему "отирать слезы" обездоленных, "отечески" опекать русское общество и "охранять нравственность". Охранять нравственность было не просто, т. к. взятки и воровство были неотвратимыми качествами чиновников. Царь преследовал коррупцию беспощадно, но без успеха. О деловых качествах сенаторов Николай писал Константину так: "Представьте, что среди всех членов первого департамента Сената нет ни одного человека, которого можно было бы, не говоря уже послать с пользой для дела, но даже просто показать без стыда". Его отзывы о губернаторах столь же убийственны. Здесь Государь присоединялся к бесчисленному сонму критиков его царствования. Отметим положительные результаты правления Николая I.
Во-первых, это систематизация свода законов, выполненная в 1833 г. гр. Сперанским М. М. Были изданы: "Полное собрание Законов Российской Империи" в 45 томах, содержащее старые законы и указы, начиная с Уложения 1649 г. и до воцарения Николая I, и "Свод Законов Российской Империи" в 15 томах, содержащий действующие законы. В рамках абсолютизма это был неплохой кодекс. В Своде Законов не было смертной казни. Однако наказание Свод Законов Российской Империишпицрутенами, широко применяемое в то время, приводило к смерти обычно на другой день после истязания. Школа Ламсдорфа проявлялась везде, и однажды на рапорте гр. Палена, в котором тот просил назначить смертную казнь нарушителям карантина, царь начертал: "Виновных прогнать сквозь тысячу человек двенадцать раз. Слава Богу, смертной казни у нас не бывало и не мне ее вводить". Справедливости ради отметим, что Россия была не единственной страной с подобными наказаниями в то суровое время.
Во-вторых, укрепление финансового состояния государства. Выпущенные Александром в период войны с Наполеоном бумажные ассигнации в количестве более 500 млн. рублей обесценились и шли по 20 копеек за серебряный рубль. Денежная реформа министра финансов Канкрина Е. Ф. 1843 года привела к стабилизации рубля. В обращении остались серебряная и золотая монеты и равноценные им бумажные деньги.
В-третьих, развитие строительства. Отметим здесь Николаевскую железную дорогу между С.-Петербургом и Москвой, Исаакиевский собор в С.-Петербурге архитектора О. Монферрана, Храм Христа Спасителя в Москве архитектора А. К. Тона и его же Большой Кремлевский дворец.
В-четвертых, открытие многих специальных учебных заведений военного и технического профиля - кадетских корпусов и академий, Технологического Института, Строительного Училища и Педагогического Института в С.-Петербурге, Межевого Института в Москве, нескольких Женских Институтов. Развивается сеть классических гимназий для детей дворян и уездных училищ для детей купцов и мещан. Формальные преграды для недворянских детей в гимназиях становятся неэффективными, и в них оказываются "разночинцы". Образовательный процесс сопровождался ограничительными мерами, характерными для эпохи Николая I - цензурными строгостями, запрещением политических тем и философии, прекращением подготовки студентов за границей. Студентов и гимназистов старших классов стали обучать маршировке. Для профессуры и студентов становятся жизненно важными вопросы политической благонадежности и "непорочности мнений", что, естественно, угнетало науку и литературу. Исаакиевский собор . 1818 — 1858. Архитектор А. А. Монферран (при участии В. П. Стасова, А. А. Михайлова 2-го и др.).
Несмотря на жесткий прессинг правительства в сфере духа, в царствование Николая I русская культура процветала. В это время творили многие выдающиеся писатели, поэты, ученые, композиторы: Пушкин А. С., Лермонтов
М. Ю., Гоголь Н. В., Грибоедов А. С., Вяземский П. А., Тютчев Ф. И., Глинка М. И., Даргомыжский А. С. и ряд других не менее блестящих талантов. Тогда же сформировались два конкурирующих взгляда на историю и пути развития России - славянофильский и западнический. Первое направление возглавлялось Хомяковым А. С., братьями Киреевскими, Самариным Ю. Ф., братьями Аксаковыми. Представителями западничества были Белинский В. Г., Грановский Т. Н., Герцен А. И. Спор славянофилов и западников являлся содержанием русской философии XIX и начала XX века. Он был прерван Октябрьской революцией 1917 г. и возобновился в наши дни. Славянофилы и западники были едины лишь в одном - в критике существующих порядков. Критике подвергались бюрократизм, цензура, полицейский режим, недоверие власти к обществу. И те, и другие мечтали об отмене крепостного права, при этом западники увлекались зарождающимися тогда социалистическими теориями. Выплеснувшись за пределы литературных салонов, западники увлекли русскую интеллигенцию в оппозицию правительству. С течением времени оппозиционные настроения усилятся, станут модой, правилом хорошего тона и породят нигилизм и радикализм, которые, в свою очередь, подготовят почву для марксизма. Зная о таких настроениях, Николай I не доверял обществу и довольствовался преданными ему службистами.
Еврейская тема была неактуальна при Николае I и оставалась таковой вплоть до конца XIX столетия. Лишь Герцен А. И. вскользь пишет о детях или подростках, очевидно, сиротах, в возрасте 8 - 13 лет, в шинелях, перегоняемых под командой офицера сначала в Пермь, а затем, "вышла перемена", в Казань. Цель перегона офицеру неизвестна: "...во флот, что ли, набирают - не знаю". По доброте русской души офицер жалеет еврейских ребятишек: "Беда да и только, треть осталась на дороге" (67).
Польский вопрос обострился в 1830 г. Недовольные урезанной конституцией, русской властью и цасаревичем Константином Павловичем, поляки подняли очередное восстание. Цесаревич бежал из Варшавы вместе с немногочисленными частями русского войска. Поляки выбрали Временное правительство во главе с диктатором, созвали сейм, низложивший династию Романовых, и стали добиваться у Николая I признания независимости Польши и присоединения к ней Литвы и ряда западных земель, когда-то принадлежавших Речи Посполитой. Николай отправил в Польшу войска под командованием гр. Дибича, нанесшие польским ополченцам поражение под Варшавой. Эпидемия холеры несколько умерила пыл военных действий. От эпидемии умерли цесаревич Константин и гр. Дибич. Войну энергично закончил в 1831 г. уже новый главнокомандующий - гр. Паскевич-Эриванский, ставший наместником Царства Польского и князем Варшавским. Конституционные права поляков были отменены, сейм уничтожен, польское войско распущено, Варшавский университет, как рассадник крамолы, закрыт.
Началась политика русификации Польши, и Польша превратилась в рядовую провинцию России. В 1839 г. в г. Полоцке униатские епископы во главе с Иосифом Семашко постановили просить у Государя "дозволения им присоединиться к прародительской православной всероссийской церкви". Дозволение было получено, и Синод торжественно совершил акт воссоединения униатов с православием, означающий конец униатской церкви, существовавшей в западной и южной Руси с конца XVI века. Польскому влиянию в этих областях был нанесен тяжелый, хотя и не смертельный удар.
Завоевание Кавказа, начатое при Александре I, продолжалось при Николае I. Причиной войны была христианская Грузия, терзаемая как внутренними раздорами, так и Персией и Турцией. При Екатерине в 1783 г. установилось формальное покровительство России над Грузией. В 1801 г. Павел I официальным манифестом объявил о присоединении Грузии к России. Александр I с 1805 по 1813 г. воевал с Персией из-за Грузии, в результате чего Россия укрепилась в Грузии, а также в Баку и Дербенте. Война с Персией возобновилась при Николае I в 1826 г. вторжением персов в российское Закавказье. Русская армия под командованием Ива́н Фёдорович Паске́вич (8 (19) мая 1782, Полтава — 20 января (1 февраля) 1856, Варшава) — граф Эриванский (1828), светлейший князь Варшавский ген. Паскевича разгромила персов под г. Елизаветполем, овладела крепостью Эривань, перешла реку Аракс, захватила г. Тавриз и двинулась на Тегеран. Шах запросил мира, каковой и был заключен в деревне Туркманчай в 1828 г. Помимо выплаты контрибуции, Персия уступила России земли по левому берегу Аракса с г. Эриванью (Ереваном). Однако до замирения Кавказа дело не дошло из-за сопротивления горских племен под руководством сначала имама Кази, а затем Шамиля. Русский абсолютизм долго ломал свои зубы о кавказские скалы. Сопротивление продолжалось все царствование Николая I и закончилось при Александре II.
В 1828 - 1829 гг. Россия воевала с Турцией из-за мятежных греков, пытавшихся добиться освобождения от ига турецкого султана. Греков поддержали также Англия и Франция. Ранее в 1827 г. союзный англо-франко-русский флот разгромил турецкую эскадру в Наваринской бухте. В 1828 г. русские войска под командованием гр. Дибича перешли Дунай, взяли штурмом крепость Варну, а затем Шумлу и овладели второй столицей Турции - городом Адрианополем. В это время в азиатской Турции гр. Паскевич захватил крепости Карс, Ахалцых и г. Эрзерум, после чего в Адрианополе в 1829 г. был подписан выгодный России мирный договор. Согласно договору Россия получила левый берег устья Дуная, восточный берег Черного моря от устья Кубани до порта Св. Николая, г. Ахалцых и право свободного прохода через Босфор и Дарданеллы для русских судов и судов дружественных России государств. Кроме того, Россия получила право вмешательства во внутренние дела Турции как заступница и покровительница народов Молдавии, Валахии и Сербии, получивших автономию в границах Турции.
Возросшее влияние России в Турции резко нарушило равновесие сил в Европе. Англия, Франция, Австрия и Пруссия объявили восточный вопрос своим кровным делом и, в конечном итоге, уравновесили роль России, созвав в 1840 г. в Лондоне конференцию и установив совместно с Россией общий протекторат над Турцией. Николай I с открытым забралом и твердой рукой поддерживал монархические устои Европы. Он где мог подавлял революционное брожение и не признавал правительств, родившихся из революции. В 1849 г. император Николай I помог Францу-Иосифу подавить национальное восстание венгров. Россию боялись везде как грозную силу. Поэтому Англия и Франция повели с султаном свою игру, направленную против России и приведшую вскоре к Крымской кампании 1853 - 1856 гг. Предлогом для конфликта стала передача султаном ключей от Вифлеемского храма, находившихся до этого у православных верующих, католикам. Заступничество Николая I ни к чему не привело, и тогда он ввел русские войска в Молдавию и Валахию - "в залог, доколе Турция не удовлетворит справедливым требованиям России". Переговоры на Венской конференции по турецким делам зашли в тупик. Турция вынуждена была в 1853 г. либо отдать ключи от храма, либо объявить России войну. Султан предпочел последнее, а поддерживающие его Англия и Франция ввели свои флоты в Черное море. В сентябре 1854 г. союзные войска Франции, Англии и Турции высадились вблизи Евпатории. Российский парусный флот не смог оказать серьезное сопротивление флоту союзников, оснащенному паровыми двигателями. Началась знаменитая 350-дневная осада Севастополя. Несмотря на героизм защитников, город пришлось сдать врагу. Это произошло в конце августа 1855 г. За полгода до этого, 18 февраля 1855 г., император Николай I, бесстрашный рыцарь абсолютизма и монарх Божией милостью, гордый и самонадеянный человек, умер, предоставив своему сыну Александру II разбираться со своими врагами.


10. АЛЕКСАНДР II ОСВОБОДИТЕЛЬ

Император Александр II. [1868-1872]Война, по-существу, была проиграна. Оставался неясным способ, каким Россия могла бы с минимальным уроном для чести выйти из войны. Помогли взятие важной турецкой крепости Карса ген. Н. Н. Муравьевым, общее истощение союзников и посредники - Австрия и Пруссия. На Парижском конгрессе европейских дипломатов был подписан в марте 1856 г. мирный трактат, по которому Россия получала в обмен на Карс Севастополь, отказывалась от своих владений в устье Дуная в пользу Молдавии, теряла право иметь военный флот в Черном море, объявленном нейтральным, теряла право покровительствовать христианским подданным Турции. Проливы становились демилитаризованными. Таким образом, начало царствования Александра Николаевича во внешнеполитическом аспекте было крайне неудачным, т. к. в тот час России противостояла вся вооруженная и озлобленная Европа.
Александр II вступил на Российский престол 19 февраля 1855 г. 37-летним человеком. Его воспитатели - Жуковский В. А., Мердер К. К., Сперанский М. М., Павский Г. П. добились хороших результатов, привив ему в юности филантропические идеи, знание законов и "религию сердца". К воспитанию юноши, сентиментального и несколько апатичного склада, прикладывал иногда свою суровую руку и отец. "Другой раз, заехав к нему на дачу под Петергофом и застав его играющим среди дня в карты, разбранился и тотчас уехал, но через короткое время вернулся и, видя, что игра продолжается, надавал сыну пощечин". Это был, разумеется, эпизод, но, по большому счету, Николай I систематически знакомил сына с разными отраслями государственного управления и, уезжая из столицы, оставлял ему общее руководство делами. Ко вступлению в должность императора Александр II имел более чем 10-летний опыт помощника отца и свидетеля правительственной работы.
Маркиз Кюстин, автор злой книги "Россия в 1839 г.", писал о цесаревиче: "Выражение его глаз - доброта. Это в полном смысле слова Государь. Вид его скромен без робости. Он прежде всего производит впечатление человека, превосходно воспитанного. Все движения его полны грации. Он - прекраснейший образец Государя, из всех, когда-либо мною виденных". Его характер и мировоззрение нашли отражение в манифесте по случаю мирного договора: "При помощи Небесного промысла, всегда благодеющего России, да утвердится и совершенствуется ее внутреннее благоустройство; правда и милость да царствуют в судах ее; да развиваются повсюду и с новой силой стремление к просвещению и всякой полезной деятельности, и каждый под сению законов, для всех равно справедливых, всем равно покровительствующих, да наслаждается в мире плодами трудов невинных".
Александр Николаевич был женат на гессен -дармштадской принцессе Максимилиане -Вильгельмине-Августе-Софии-Марии, младшей дочери герцога Людвига II, ставшей после обряда венчания Великой Княгиней Марией Александровной.
Александр, как и его отец Николай I, сознавал гибельность для России рабства крестьян. Но, в отличие от отца, у него хватило смелости, молодой энергии и настойчивости провести отмену крепостного права. Он понимал, что "лучше отменить крепостное сверху, нежели дожидаться того времени, когда оно само собою начнет отменяться снизу". Прямо скажем, что в его окружении было мало сторонников такого шага. Нужно было преодолеть сопротивление всего уклада жизни, включая общественное мнение дворянства, света, двора, Государственного совета. В своей речи Государственному совету по крестьянскому делу Александр II указал, что на уничтожение крепостного права "есть его прямая воля". 19 февраля 1861 г. закон об отмене рабства в России был принят. "Имя Александра II отныне принадлежит истории... грядущие поколения этого не забудут", - писал Герцен. Тем не менее, в столетний юбилей отмены рабства ни одна советская газета, к стыду и сожалению, ни словом не обмолвилась об этом важном для России событии.
В 1864 г. было введено новое положение "О губернских и уездных земских учреждениях", ставших впервые в России всесословными институтами. В уездные земские собрания, где председательствовал уездный предводитель дворянства, избирались сроком на 3 года "гласные". Уездное земское собрание избирало постоянную исполнительную власть, состоящую из председателя и двух членов, называемую земской управой. Ежегодные съезды депутатов уездных собраний данной губернии составляли губернское земское собрание, где председательствовал губернский предводитель дворянства. Губернское земское собрание избирало для постоянной работы губернскую земскую управу. Деятельность земств была подчинена надзору губернатора и министерства внутренних дел. Конфликтные дела передавались в сенат. Уездные и губернские земства рассматривали широкий круг вопросов, общих для всей губернии или уезда. Аналогичные формы самоуправления в 1870 г. были введены для городов. Независимо от корпораций и сословий все граждане, платящие налоги в городскую казну, получили право сообща избирать гласных в городскую думу. Дума из своей среды выбирала постоянных членов для работы в городской управе. Новый порядок управления и перемена в общественном строе благотворно действовали на развитие жизни в городе и деревне. С освобождением крестьян оживилась уездная жизнь. Везде стали возникать хозяйственные предприятия, банки, строительные фирмы.
В 1864 г. была проведена наряду с земской реформой реформа судебная. Вместо екатерининских сословных судов был учрежден суд, независимый от администрации, бессословный, "равный для всех подданных". Впервые в России в суды был введен общественный элемент в виде присяжных заседателей, привлекаемых по жребию из местного населения. С участием адвоката и прокурора суд стал состязательным, гласным и проходящим при участии публики. Одновременно была смягчена система наказаний - отменены розги, плети, шпицрутены, клеймение преступников. Судебная реформа Александра Второго соответствовала европейскому уровню того времени.
Следующей реформой была реформа воинская 1874 г. Со времен Екатерины дворянство было освобождено от обязательной военной службы, ставшей уделом низших классов. При этом закон позволял богатому человеку откупаться от армии, нанимая вместо себя рекрута. Рекрутская повинность с 25-летним сроком службы разоряла бедных, отнимая от семей кормильцев практически на всю жизнь. По новому закону в армию призывались все молодые люди, достигшие 21 года. Если количество призывников превышало потребность армии, то бросался жребий. Вытянувший жребий служил в армии, остальные зачислялись в ополчение. Общий срок службы 15 лет делился на два срока таким образом: 6 лет в строю, 9 лет в запасе. Для образованных людей срок службы сокращался. В армии уменьшилась муштровка солдат и началось обучение их грамоте. Реформа была нацелена на воспитание сознательного отношения солдат к своему долгу и соответствовала потребностям времени.
Последняя из крупных реформ Александра II - закон о печати. Цензура, свирепствовавшая при Николае I, была существенно ослаблена. По закону 1865 г. цензурировались лишь брошюры и небольшие по объему произведения. Книги оригинальные объемом свыше 160 страниц и переводные объемом свыше 320 страниц цензуре не подвергались. Издатели отвечали перед судом за издание противозаконных текстов. Газеты и журналы, получившие лицензию, издавались также без цензуры. В случае нарушений пунктов закона делались предупреждения. После третьего предупреждения издание закрывалось. По сравнению с николаевской эпохой или советским режимом состояние печатного дела в России переживало эру невиданного либерализма. Правление Александра Николаевича охарактеризовалось мощным расцветом культуры. Это время русских гигантов - Толстого Л. Н., Тургенева И. С., Толстого А. К., Фета А. А., Мусоргского М. П., Балакирева М. А., Бородина А. П., Римского-Корсакова Н. А., Кюи Ц. А., Стасова В. В.
В это же время заметный вклад в русскую культуру внесли Рубинштейн А. Г. и Антокольский М. М. Родившиеся в еврейских семьях, поддержанные благородными русскими людьми и воспитанные русской средой, они отблагодарили Россию своим творчеством. Наряду с композиторской деятельностью (оперы "Демон", "Нерон" и другие), Рубинштейн А. Г. основал Певческую Академию, Русское Музыкальное общество и Петербургскую консерваторию. Скульптуры Антокольского М. М.: "Иван Грозный", "Петр I", "Ермак", "Нестор-летописец", "Христос", "Мефистофель", "Сократ", "Спиноза" и другие - являются украшением Русского музея.
Царствование Александра II сопровождалось расширением территории Империи. На Дальнем Востоке были присоединены к России обширные и богатые Амурская область, согласно Айгунскому договору 1858 г., заключенному гр. Муравьевым-Амурским и китайским императором, и Уссурийский край, согласно Пекинскому договору 1860 г., заключенному гр. Игнатьевым. В обмен на Курильские острова Россия получила от Японии южную половину Сахалина. В эти же годы правительство России продало США Аляску за 7 млн. рублей.
В 60 - 70-е годы была покорена Средняя Азия. Русский отряд под командованием генералов Черняева и Веревкина захватили Кокандское ханство со столицей Ташкентом и Бухарское ханство со столицей Самаркандом в 1868 г. В 1873 г. войска под командованием ген. Кауфмана взяли Хиву. Полукочевые разбойничьи племена туркмен были умиротворены отрядами ген. Скобелева, захватившими их главную крепость Геок-тепе в 1881 г. Границы Российской империи приблизились к владениям Афганистана и Британской Индии.
Самая затяжная в истории России Кавказская война, длившаяся около полувека, закончилась в 1864 г. Имам Шамиль, объявивший газават России и сумевший объединить под знаменем ислама разрозненные горские народы, сопротивлялся много лет. В конце концов Шамиль, осажденный в ауле Гуниб, был вынужден в 1859 г. сдаться русским, после чего он со своим гаремом был вывезен в Россию на условиях почетного пленника. Сопротивление горцев стало спадать. Мятежных черкесов постепенно вытеснили с гор на равнину, где им предложено было поселиться постоянно. Значительная часть их, около 200000 человек, не согласившаяся с этими требованиями, выехала в Турцию.
Поляки, притихшие при Николае I, в 1863 г. подняли мятеж. Польша всегда пользовалась особыми привилегиями в России. Александр II попытался их расширить путем умеренной реформы, предложенной польским патриотом маркизом Велиопольским. Однако польские радикалы на это не пошли, предпочтя реформам требование полной независимости от России в старых границах Речи Посполитой. Вспыхнувший мятеж был жестоко подавлен гр. Муравьевым М. Н. Царство Польское было упразднено, поделено на 10 новых губерний и получило название "Привисленского края". В отместку за восстание крестьянская реформа в Польше была проведена быстрее, чем в России, и в более демократическом виде. Этим ставилась цель оторвать польских крестьян от мятежного дворянства и интеллигенции. В Привисленском крае повсеместно была введена русская администрация и обязательный русский язык.
В 70-е годы вновь разгорается борьба балканских славян, порабощенных Турцией, за свое освобождение. Эта борьба вызвала мощный отклик в России в поддержку братьев-славян: сербов и черногорцев. Их восстание против турок в 1876 г., которое возглавлял отставной генерал Черняев, было подавлено. Зверства турок побудили европейских дипломатов созвать в 1877 г. конференцию в Константинополе, потребовавшую прекращения зверств в отношении славян и особого статуса для славянских провинций. Поскольку султан отказался следовать решениям конференции, то Александр Второй объявил Турции войну. Русская армия перешла Дунай, овладела горными переходами через Балканы, захватила штурмом Плевну, Филипполь, Адрианополь, а на Азиатском театре войны - Карс и Батум. Турция оказалась разгромленной и в местечке Сан-Стефано; в 10 км. от стен Константинополя был подписан 19 февраля 1878 г. знаменитый мирный договор, по которому Турция признавала независимость Черногории, Сербии и Румынии и образование княжества Болгария. Россия опять получала устье Дуная и города Батум и Карс.
Однако условия Сан-Стефанского договора вскоре были опротестованы Англией и Австрией. В Берлине в том же году был созван конгресс, на котором под председательством Бисмарка и под давлением всей европейской дипломатии России пришлось пойти на существенные уступки, изменив условия мира, выработанные в Сан-Стефано. Территории Черногории и Сербии были сокращены, княжество Болгария было поделено на две области - собственно Болгарию и Восточную Румелию, оставшиеся под эгидой Турции. Сербия и Румыния были признаны независимыми королевствами, а Босния и Герцоговина отошли временно к Австро-Венгрии. Таким образом, военный успех России не сопроводился политическим результатом. Между новыми балканскими государствами и Россией вследствие этого произошло заметное охлаждение. Отношения между Россией, с одной стороны, и Англией, Австрией и Германией, с другой, находились на точке замерзания.
Эра Александра II - время глубоких и всесторонних реформ, затрагивавших все слои русской жизни. Много новых идей общественного, религиозного, научного, художественного и этического сознания проникает в умы разночинной и дворянской молодежи, распространяясь по многочисленным учебным заведениям, созданным в эпоху реформ. Классические и реальные гимназии становятся типовыми, всесословными образовательными учреждениями. Их жизнь продлится до средины 20-х годов XX века, когда революционная буря изменит форму и дух обучения молодежи. Свобода, столь долго загоняемая в тайники бытия в период николаевского застоя, легко находит молодые души, девственные в профессиональном отношении и пылкие в эмоциональном. Героями классической литературы становятся Базаров, Рахметов, Рудин и другие персонажи, не умеющие абсолютно ничего делать, но готовые ценой собственной жизни переустроить мир по некоему туманному для всех, в том числе и для них самих, замыслу. Необходимая для развития общества критика становится единственным действием героев романов и молодежи, подражающей своим "гениям". Русская литература породила длинный ряд ниспровергателей устоев и борцов со злом, всегда существующим в жизни, но в ней, т. е. в литературе, практически не было людей дела или людей, имеющих хотя бы вкус к созданию новых и конкретных форм бизнеса или творчества. Общество, воспитанное русской литературой, легко перешагнуло ту опасную грань, за которой начинается сочувствие и аплодисменты террору. Злая ирония судьбы повернула острие террора на Государя, больше кого-либо из Романовых сделавших для блага России. Подпольная Россия требовала его смерти.
Вера ЗасуличПервый выстрел прозвучал 4 апреля 1866 г. при выходе Александра из Летнего сада, где он "гулял с Марусей (Баденской. - А. К.) и Колей (Лейхтенбергским. - А. К.) пешком". Стрелял некто Каракозов Д. В., 24-х лет, русский, со средним образованием, из крестьян. На вопрос царя: "Почему ты стрелял в меня?" - стрелок ответил: "Почему? Да потому, что ты обманул народ, обманул крестьян - обещал землю, да не дал!" Царь ничего не понял. Поскольку он остался невредим, то Петербург ликовал. Этим выстрелом в России открывался сезон "царской охоты".
Через год 6 июня 1867 г. прозвучал второй выстрел. Царь ехал по Булонскому лесу в карете с детьми и с Наполеоном III, у которого он пребывал в гостях. Стрелял поляк Березовский, к счастью, мимо. Императрица Евгения, рыдая, умоляла Александра II погостить во Франции еще хоть немного. Но визит был испорчен, и Царь вернулся в Россию. Будучи смелым человеком и охотником, много раз ходившим на медведя, он вдруг почувствовал себя мишенью каких-то непонятных злых сил.
После нескольких лет затишья охота возобновилась. За эти годы в России создались террористическая партия "Народная воля" и партия социалистов-революционеров. Зимой 1878 г. экзальтированная девица В. И. Засулич стреляла в петербургского градоначальника Трепова Ф. Ф. Суд присяжных под председательством Кони А. Ф. ее оправдал, а толпа обезумевших студентов в восторге демонстрировала по этому поводу на Невском проспекте. В августе того же года Кравчинский С. М. убивает шефа жандармов Мезенцева Н. В.
2 апреля 1879 г. Александр Николаевич, совершая утреннюю прогулку, опять становится охотничьей дичью. В него выпускает пять пуль с расстояния 8 шагов тридцатилетний студент-недоучка А. Соловьев, возмущенный, как он записал при допросе, социальной несправедливостью, неработающий, атеист, проведший последнюю ночь перед покушением у проститутки. 60-летнему Царю пришлось пробежаться под огнем, меняя галсы так, что ни одна пуля не попала в цель.
Осенью 1879 г. террористы из "Народной воли" подготовили два взрыва на железной дороге по пути предполагаемого следования Государя. Мина первой группы террористов (в составе Фроленко, Лебедева, Кибальчича и Желябова) не взорвалась по причине плохих запалов. Мина второй группы террористов - Михайлова, Перовской, Гартмана, Исаева и Ширяева - пустила под откос поезд свиты Государя, но сам Царь с семьей, ехавший другим составом, не пострадал. Александр Николаевич чувствовал себя в западне, и круг охотников сжимался все теснее.
5 февраля 1880 г. в апартаментах царской семьи в Зимнем дворце раздался страшный взрыв, унесший 8 жизней солдат и ранивший 45 человек. Взорвались три пуда динамита, принесенного во дворец истопником С. Халтуриным. Именем этого убийцы большевики именовали Миллионную улицу до 1991 г. Царь, опоздавший к обеду, опять уцелел. Терроризм и панический страх, как чума, расползались по Петербургу и городам России. Правительство отвечало репрессиями. Подпольная Россия рассыпалась прокламациями.
Первую скрипку в правительстве Александра II в этот период начинает играть гр. Лорис-Меликов М. Т., покоритель Карса, умный политик армянского происхождения. Он возглавил "верховную распорядительную комиссию" с обширными полномочиями для подавления террора и восстановления равновесия между властью и обществом. Лорис-Меликовым была подготовлена конституционная реформа, согласно которой представители земств привлекались к работе Государственного совета. Александр Николаевич называл ее "указом о созыве нотаблей", намекая на судьбу Людовика XVI.
28 февраля 1881 г. был арестован Желябов А. И., глава "Народной воли". Оставшиеся члены Исполкома партии - Перовская С. Л., Михайлов Т.
М., Кибальчич Н. И., Рысаков Н. И., Гельфман Г. М., Гриневицкий И. И., Фигнер В. Н. и Фроленко М. Ф. ускорили охоту на Царя - минный подкоп на Малой Садовой, наружное наблюдение за маршрутом следования, изготовление бомб. 1 марта 1881 г. Александр II подписал "Конституцию" Лорис-Меликова и отправился на развод в манеж. Он миновал Малую Садовую, где его ждала мина, но не миновал двух метальщиков бомб, двух камикадзе, расставленных Перовской по Екатерининскому каналу. Первая бомба, брошенная Рысаковым, убила ребенка и двух казаков эскорта. Когда чудом уцелевший Царь подошел к убитым, раздался взрыв второй бомбы, брошенной Гриневицким себе под ноги. Погибли оба. Гельфман Геся Мироновна
Цареубийц судил особый комитет Сената под председательством Фукса и опекой министра юстиции Набокова. Подсудимые Желябов, Перовская, Кибальчич, Гельфман, Михайлов и Рысаков были приговорены к смертной казни.
Беременной Гесе Гельфман, первой в истории России еврейке-террористке, смертная казнь была заменена каторжными работами, где она и скончалась после родов. Советские историки дали в высшей степени хвалебную оценку действиям народовольцев, именами которых были названы улицы во многих городах России. Посмотрим, что сказал о них умнейший человек граф Лорис-Меликов в своей записке наследнику престола: "Я коснулся этих явлений, так как они приводят к прискорбному заключению, что на исцеление людей, заразившихся социальными идеями, не только трудно, но и невозможно рассчитывать. Фанатизм их превосходит всякое вероятие; ложные учения, которыми они проникнуты, возведены у них в верования, способные довести их до полного самопожертвования и даже до своего рода мученичества". Россия сделала серьезную заявку стать первой террористической державой мира.
Либеральная же интеллигенция горячо обсуждала волнующий ее вопрос: по-христиански ли будет казнить террористов или лучше будет их помиловать? Ибо только духовная сила Христовой истины может победить силу зла и разрушения. Речь на эту тему профессора Соловьева В. С., сына известного историка, призывающая к всепрощению, вызвала шквал аплодисментов. Духовный наставник России Л. Н. Толстой в письме к Александру III просил простить не только цареубийц, но и всех государственных преступников. В дневнике А. С. Суворина отмечена беседа с Ф. М. Достоевским, согласно которой Достоевский, несмотря на отвращение к террору, не стал бы предупреждать власти о готовящемся покушении. И. С. Тургенев в известном рассказе называет революционерку святой. Таково было умонастроение самых уважаемых за нравственные качества людей России, ее духовных лидеров. Их беспринципное отношение к террору во многом повлияло на психологический климат русского общества конца XIX начала XX века. В сущности, они благословили наступление вседозволенности.
Ну, а что же "Конституция" Лорис-Меликова, подписанная покойным монархом в день смерти? На Государственном совете, состоявшемся 8 марта, голоса разделились. Стронники реформ - Лорис-Меликов, Валуев, Милютин, Абаза, Сольский, Посьет, Урусов и другие оказались в меньшинстве. Царь принял позицию К. П. Победоносцева, своего воспитателя, пользовавшегося огромным влиянием на Александра III. Злой, острый и беспощадный ум Победоносцева представил будущее России на примере западных парламентов, как хаос и беспредел закулисных махинаторов разных партий, выступающих от имени народа, а на самом деле погрязших в биржевых аферах, дешевом краснобайстве, тайной возне эгоистических интересов. Победоносцев издевался над земствами и судом присяжных, неподготовленностью и случайностью присяжных, беспринципностью адвокатов, безнаказанностью преступлений, равращающих общество, утилитаризмом реальной школы, порочностью университетской автономии и т. д. Не было ни одной реформы погибшего, но еще не захороненного Государя, которую бы глумливо не очернил Победоносцев. Умный и желчный демагог, блестяще манипулирующий столь любезными царскому уху словами: "православие", "народность", "самодержавие", "духовность" и т. д., - он буквально заворожил своего 36-летнего воспитанника, потрясенного к тому же смертью отца. "Конституция" Лорис-Меликова была выброшена на свалку утопических идей. Сам Лорис-Меликов и ряд министров Александра II ушли в отставку.


11. АЛЕКСАНДР III МИРОТВОРЕЦ

Молодой Государь был неглупым человеком, но его ленивый нерезультативный ум оказался не в состоянии решать масштабные задачи, стоящие перед страной, которые были по плечу его отцу. Всю тяжесть государственных проблем принял на себя Победоносцев - идеолог и гарант русского абсолютизма. Лучшие реформы - считал Победоносцев - это те, при которых все остается по-старому. Огромная страна, с происходящими в ней сложными экономическими и социальными процессами, нуждающимися в правовом обеспечении, оказалась замороженной на 13 лет, а в некоторых областях отброшенной назад к временам Николая I. Задушевным собеседником и другом Победоносцева К. П. был Достоевский Ф. М. Их объединяла ненависть к западной цивилизации, парламентаризму, либеральной журналистике, европейским нравам и т. д. Странная это была дружба.
Александр Александрович являлся вторым сыном Александра II. После смерти от туберкулеза старшего брата, Николаяпринцесса Дагмара Александровича, 12 апреля 1865 г. Александр становится женихом его невесты принцессы Марии-Софии-Фридерики-Дагмары, дочери датского короля Христиана IX. Выйдя замуж в 1866 г., принцесса Дагмара, хрупкая и изящная красавица с зелеными глазами, принимает православное имя Марии Федоровны. За строгий характер ее побаивались все, включая ее гиганта мужа, а свет назвал ее "Гневной". Как все очень сильные люди, шутя гнущие подковы, Александр Третий был добродушным увальнем, человеком большой инерции, с энергией, в лучшем случае, командира полка, но не Императора огромной державы. Он охотно перепоручил государственные заботы всесведущему Победоносцеву, предпочтя им радости семейного очага. В отличие от отца, имевшего десятки возлюбленных, последней из которых была морганатическая супруга Александра II светлейшая княгиня Юрьевская (Долгорукая), Александр III был образцовым семьянином. Маленький Миша, баловень семьи, со смехом поливал лысину самодержца водой из лейки. Все смеялись и были счастливы.
Александр III увлекался коллекционированием произведений искусства и археологией. В этих делах он считал себя большим знатоком. Еще одним увлечением Цесаревича была игра на корнете в компании с принцем Ольденбургским, гр. Олсуфьевым и ген. Половцевым. Впоследствии, когда оркестр разросся, корнет был заменен огромным медным геликоном с низким басом, более соответствующим рангу исполнителя.
В молодости с ним произошла история, запомнившаяся ему на всю жизнь. Он непристойно обругал штабного офицера. Офицер потребовал извинений и пригрозил Цесаревичу самоубийством. Тот замешкался с извинениями, и офицер покончил с собой. Государь обязал Цесаревича сопровождать на кладбище гроб с телом покойного. Был великий стыд и раскаяние.
Террор в стране потихоньку сошел на нет под бдительным оком нового министра внутренних дел, шефа жандармов гр. Толстого Д. А. Заговорщики всех уровней и мастей были казнены, частично пребывали на каторге. Арестовали, наконец, и В. Фигнер, девицу с ангельским ликом и кровавым туманом в голове. Взошла на эшафот группа А. Ульянова. Царь по совету своего наставника тщательно запирал внутренние запоры дверей Гатчинского дворца, где в уединении жила его семья. Береженого Бог бережет! Одним из последних пострадавших от покушений был гр. Лорис-Меликов, автор несостоявшейся конституции. Страна внешне казалась умиротворенной. Университетская автономия была уничтожена, и с 1884 г. строптивых студентов стали отправлять в солдаты. Суд присяжных был ограничен в правах. Новый цензурный устав замкнул уста либеральной прессе. Жизнь продолжалась почти без сенсаций. Хотя крестьяне, ставшие свободными, но не получившие земли, время от времени и устраивали бунты. Их стали агитировать переезжать в Сибирь и в Среднюю Азию. Для этого организовывались маршруты, ссуды, "Крестьянский земельный банк". Миллионы крестьян отправлялись в города на заработки, оседая там и образуя городской пролетариат. Это были годы бурного развития промышленности, строительства Транссибирской магистрали и железных дорог. Опора царизма - дворянство, лишившись дарового крестьянского труда, постепенно разорялось, уступая имения предприимчивым купцам и крестьянам. Лик России менялся. Ее корневая система требовала новых социальных технологий.
Жесткая эксплуатация рабочих вызывала стачки - в 1885 г. в Орехово-Зуеве и на Морозовской фабрике, в 1890 г. - на Путиловском заводе, в 1893 г. - наПетербургский Союз борьбы за освобождение рабочего класса Хлудовской мануфактуре в г. Егорьевске Рязанской губернии. Забастовки происходили также в Петербурге, Москве, Шуе, Минске, Вильнюсе и других городах. Появился новый класс и новые проблемы. Правительство Александра III попыталось разработать фабричное законодательство и учредило должности фабричных инспекторов для защиты интересов рабочих от чрезмерной эксплуатации хозяев. Однако чиновники оказались слабыми и, главное, продажными защитниками рабочего класса. И тогда естественным образом родились партии социал-демократического направления, объявившие себя подлинными защитниками нового класса. Первая в России группа "Освобождение труда" создалась в 1883 г. Ее возглавили Г. В. Плеханов, П. Б. Аксельрод, В. И. Засулич и Л. Г. Дейч.
Впрочем, эти отдельные сейсмы еще не предвещали социальных потрясений. Умная политика, упреждающая события, могла бы на десятилетия направить вектор развития страны в плодотворное русло. Но интеллекта Победоносцева хватило лишь на поддержание статус-кво и на поиски врагов, в качестве которых удачную роль сыграли евреи. В 80-х годах в России евреи еще не были катализаторами революционных процессов, и прокатившиеся по югу страны еврейские погромы носили, так сказать, профилактический характер бытового и низового происхождения. Возможная схема выглядела следующим образом. Когда на лавке Тит Титыча появлялась надпись: "Тит Титыч-с в запое-с", лавка Моисея Соломоновича работала четко, как часы, на зависть конкуренту. Протрезвевший Тит Титыч-с через некоторое время приводил громил, молодецкую удаль которых полиция и войска усмиряли неохотно. На жалобу генерала Гурко по этому поводу Александр Александрович как-то ответил: "А я, знаете, и сам рад, когда евреев бьют".
По инициативе Победоносцева в 1881 г. издаются ограничительные законы: о черте оседлости евреев, о запрете им проживать в столицах, за исключением купцов первой гильдии и лиц с университетскими дипломами, о процентной норме для евреев - студентов и гимназистов. Эта норма обосновывалась Шульгиным В. В. следующим образом (293). Поскольку университеты существуют на налоги населения, а евреи составляют лишь пять процентов, то будет несправедливо, если при их генетической склонности к наукам они займут 95 процентов мест в университетах вместо русской молодежи, якобы более ленивой в этом отношении. Старейшины еврейских общин не раз обращались с прошениями на Высочайшее имя разрешить еврейской молодежи обучаться в России, а не за границей, поскольку там они обучаются, в основном, социализму, а не чему-либо путному. Ответом было молчание. Эти ограничения не касались иудеев, перешедших в христианство, так называемых выкрестов. Таковым был, например, дед Ленина Израиль (Александр) Бланк, окончивший Медико-хирургическую Академию. Согласно ограничительным законам, евреи не принимались на государственную службу, а в армии не допускались к производству в офицеры.
министр финансов Витте С. ЮДальновидный министр финансов Витте С. Ю., имея в виду невостребованный в России запас еврейского ума, энергии и фанатизма, неоднократно докладывал Царю об опасности ограничений прав евреев для будущего страны. В своих "Воспоминаниях" Витте отвечает на вопрос Александра III: "Правда ли, что Вы стоите за евреев?", - вопросом: "Можно ли потопить всех русских евреев в Черном море? Если можно, то я принимаю такое решение еврейского вопроса. Если же нельзя, то решение еврейского вопроса заключается в том, чтобы дать им возможность жить. То есть предоставить им равноправие и равные законы..." (41). Александр III отложил эту проблему, посчитав ее не заслуживающей внимания. Накануне первой революции Витте С. Ю. писал: "Из феноменально трусливых людей, которыми были почти все евреи лет тридцать тому назад, явились люди, жертвующие своей жизнью для революции, сделавшиеся бомбистами, убийцами и разбойниками... ни одна нация не дала России такого процента революционеров".
Что же касается заграницы, то Европа бурно генерировала социалистические теории разных модификаций, в том числе марксизм. Обучающаяся за границей молодежь - русская и еврейская - привозила эти идеи домой в головах и чемоданах, набитых прогрессивной литературой. Социалистические идеи надолго застревали в сонных городах гигантской равнинной страны, в то время как в Европе они устаревали из-за быстрого темпа жизни и заменялись еще более прогрессивными, и еще более радикальными. К концу царствования Александра III социалистические учения пустили первые корни в городах Российской Империи, имеющих рабочий класс.
К положительным итогам правления этого царя следует отнести, по крайней мере, два. Первый - это упрочение рубля. Война 1877 - 78 гг. подорвала курс бумажных денег, который к тому же постоянно колебался. Министры финансов Александра III - Бунге Г. Х., Вышнеградский И. А., Витте С.
Ю. с помощью чрезвычайной бережливости, системы пошлин на импортные товары и льготных налогов на собственное производство добились сначала сокращения бюджетного дефицита, а затем создания золотого запаса, что позволило в царствование уже Николая II в 1895 - 98 гг. провести денежную реформу. Золотой рубль, приравненный к 1,5 кредитным рублям, стал самой устойчивой валютой мира. Второй итог царствования - это тринадцатилетний мир. За эти годы имело место лишь одно мелкое столкновение с афганцами в 1885 году из-за Мертвого оазиса, оставшегося, в конечном итоге, за Россией. Официальная историография справедливо называла Александра II - Освободителем, а Александра III - Миротворцем.
В октябре 1894 г. Александр Александрович, кажущийся всегда могучим здоровяком, заболел нефритом и, не дожив до 50 лет, умер в Ливадии, оставив державу Цесаревичу Николаю Александровичу.


12. НАЧАЛО ЦАРСТВОВАНИЯ НИКОЛАЯ II

26-летний Государь принимает царство, не имея представления о методах управления огромной страной, о ее нуждах, особенностях развития и перспективах. Это был хорошо воспитанный, застенчивый молодой человек с образованием гвардейского офицера. Его личность изучена многочисленными биографами. Последняя и лучшая из романтических версий жизни Царя - это книга Э. Радзинского (218). В ней использованы дневники Николая II, которые он методично вел с 14-летнего возраста до последних дней жизни в Ипатьевском доме, и переписка Царя с Аликс, насчитывающая около 650 писем. Из дневников и переписки предстает образ честного, нежного и любящего человека, созданного для семьи, но не для власти. Его воспитатель, все тот же Победоносцев К. П., внушил ему две простые истины: самодержавие - единственный способ бытия России, реформы же и либеральная печать непременно закончатся в этой стране смутой и развратом. Если судить Николая в рамках этих представлений, а других он просто не знал, то историки должны выставить ему высший балл, т. к. он сделал все, чтобы выполнить заветы отца и воспитателя. По прошествии многих десятилетий, когда умерли все участники Русской Драмы, кто своей смертью, а кто по принуждению, старая, мудрая Клио своим вердиктом утвердила: Император Николай Второй любил две достойные того вещи - семью и Россию.
А тогда в траурный день 21 октября 1894 г. потерявший голову от горя по отцу и любви к невесте Николай записал в дневнике слова, озадачивающие всякого: "Было брожение: где устроить мою свадьбу, - мама и я, что все-таки лучше это сделать здесь, пока дорогой папа под крышей дома, а все дяди против, говорят, что мне надо сделать это в Питере"(95). Свадьба Николая с Алисой Гессен-Дармштадтской, в православии Александрой Федоровной, являлась как бы продолжением похорон и состоялась 13 ноября 1894 г., несмотря на объявленный в стране годичный траур и до прошествия положенных 40 дней. Первая пара Империи, счастливейшая супружеская чета, баловни судьбы, они останутся вечно влюбленными до последней минуты своей жизни в подвале Ипатьевского дома, находясь под дулами палачей.
Коронация Императора Николая II 14 мая! 1896 г. в Успенском Соборе Кремля была апофеозом русской державности, мощи и величия династии Романовых. Молодой Царь на белом коне с серебряными подковами, въ езжающий в белокаменную столицу, казался символом незыблимости устоев этой страны. Лучшее описание ритуала коронации приведено в (302). Программа торжеств, разработанная министром двора И. И. Воронцовым-Дашковым, его заместителем В. Б. Фредериксом и обер-церемонийместером фон дер Паленом К. И., предполагала народное угощение на Ходынском поле, служившем учебным плацем для войск Московского гарнизона. Плац был изрыт траншеями, рвами, волчьими ямами, о которых забыли и не засыпали перед торжествами. На даровое угощение собралось свыше полумиллиона людей. Началась давка, в которой погибло по официальным данным 1389, а по неофициальным от 4000 до 4800 человек. Еще несколько тысяч человек получили увечья и ушибы. Мать-Императрица потребовала прекратить торжества и наказать градоначальника Москвы В. Кн. Сергея Александровича, дядю Государя. Этот дядя, известный москвичам как "ментор кутежей", а более узкому кругу как гомосексуалист, был женат на Элле Гессенской, родной сестре Аликс. Аликс, дядья Царя и двор потребовали продолжения празднеств, и в тот вечер царственная пара танцевала кадриль на балу французского посла Монтебелло. Ходынская трагедия траурной чертой отделила плачущую Москву от семи тысяч веселящихся аристократов, приглашенных из всех столиц мира.
Доклад следователя по этому делу Кайзера был погребен в сейфах генерал-губернаторства. Обер-полицмейстер Москвы полковник Власовский был отправлен на заслуженный отдых с пенсией 3000 рублей в год. В. Кн. Сергею Александровичу высочайшим рескриптом была объявлена благодарность "за образцовую подготовку и проведение торжеств", а москвичами присвоен титул "князя Ходынского". Семьям пострадавших были выделены в качестве компенсации 90 тыс. рублей, из коих 12 тыс. рублей изъяла городская управа на похороны жертв великого разгильдяйства (130). Хотя Государь в этом несчастье и не нес никакой вины, он не сумел взять правильный тон в отношении с обществом, положив начало череде других не менее трагических ошибок. Весь год прошел в разъездах по городам Империи и столицам Европы. Были нанесены визиты Францу-Иосифу, Вильгельму II, Христиану IX, королеве Виктории, президенту Франции, брату жены Эрнсту Дармштадтскому. В канун Нового года в своем дневнике Царь записал: "Дай Бог, чтобы следующий 1897 г. прошел бы так же благополучно, как этот".
По аналогии с библейской притчей о снах фараона, которому снились 7 тучных и 7 тощих коров, что следовало понимать, как череду из 7 урожайных и 7 голодных лет, первые 7 лет царствования Николая (1795 - 1790 гг.) были действительно благополучными. Роль мудрого Иосифа при царе играл Витте С. Ю., "дедушка русской промышленности", министр финансов в 1792 - 1901 гг. и премьер-министр в 1905 - 1906 гг. Витте С. Ю. реализовал программу, включающую: жесткую налоговую политику, строгий пртекционизм, защищающий молодую русскую промышленность от конкуренции с Западом, финансовую реформу 1797 г. и привлечение иностранных инвесторов. По последнему пункту Витте выдержал жесткую критику, суть которой сводилась к тому, что опора на заграницу ставила Россию в уязвимое положение. Витте утверждал: "Только разлагающиеся нации могут бояться закрепощения их прибывающими иностранцами. Россия не Китай!" Время показало его правоту. Приток иностранного капитала стал массовым. В угольной промышленности за десятилетие 1890 - 1900 гг. он увеличился в 5 раз и составил 70 % всех капиталовложений. В металлургии иностранный капитал увеличился в 3,5 раза, составив 42 % общей суммы вложений. Итоги были впечатляющими. За период 1892 - 1904 гг. протяженность железных дорог в России удвоилась.
Было завершено строительство Транссибирской магистрали, линии Оренбург-Ташкент и других дорог. "Железнодорожная лихорадка" привела к созданию современной металлургической промышленности с высокой концентрацией производства. За десять лет производство чугуна, стали и стального проката утроилось. Добыча нефти выросла в 5 раз, при этом Бакинский регион давал половину мировой добычи. Появились крупные заводы типа Путиловского в С.-Петербурге, насчитывающие тысячи и десятки тысяч рабочих. Родились новые отрасли промышленности - химическая, электротехническая, военная, требующие рабочих высокой квалификации. Подъем экономики создал и новые социальные группы - крупную промышленную и финансовую буржуазию и рабочий класс. Новые социальные группы оказали дестабилизирующее воздействие на политическую систему России с жестким каркасом самодержавия, опирающегося на дворянство и крестьян. То, что было пройденным этапом для Европы, выдержавшей ряд политических бурь, становилось актуальным для России в начале XX века.
Дети из еврейского местечкаК этому времени количество рабочих, занятых в промышленности, сельском хозяйстве и торговле, не превышало 9 млн. человек. Рабочих в строгом смысле слова, т. е. сконцентрированных постоянно в промышленном производстве, было около 3 миллионов (38). Оценка Ленина в 67,5 млн. человек, включающая полупролетариев деревни, сейчас признана завышенной. Эксплуатация рабочих была жестокой. Рабочий день длился 12 - 14 часов. Заработки были нищенскими. Существовала система штрафов. Техника безопасности практически отсутствовала. Условия быта были ужасны. Формы трудового законодательства находились в зачаточном состоянии, да и те не соблюдались. В мае-июне 1896 г. забастовали 35 тысяч текстильщиков Петербурга. Они требовали: сокращения рабочего дня, повышения заработной платы, отмены штрафов и открытия школ для рабочих. 14 июня 1897 г. правительство издало закон, ограничивающий рабочий день 11,5 часами и обязавший предпринимателей соблюдать воскресенье как нерабочий день. Этот закон соблюдался не везде и плохо.
Поскольку волнения рабочих беспокоили прежде всего полицию, то начальник одного из отделов Департамента полиции С. Зубатов предложил В. Кн. Сергею Александровичу создать официально на заводах Москвы профсоюзы "для поддержания равновесия среди классов, злобно друг на друга посматривающих". "Для равновесия (в качестве противоядия) с чувствующей себя гордо и поступающей нахально буржуазией нам надо прикармливать рабочих, убивая тем самым двух зайцев: укрощая буржуазию и идеологов и располагая к себе рабочих и крестьян" (271). Под покровительством министра внутренних дел Плеве и Зубатова были созданы профсоюзы, проведены демонстрации в поддержку царя, встречи с Плеве и т. д. В итоге появились законы: о выборе "рабочих старшин" в конфликтные комиссии, об оказании медицинской помощи лицам, получившим инвалидность, о выплате половины заработка в течение отпуска по болезни. Зубатовские профсоюзы быстро восстановили против себя промышленников, на чьи плечи было возложено дополнительное финансовое бремя. Кроме того, они привили рабочим зачатки организованности, чем вскоре воспользовались революционеры. В 1903 г. из-за жестоких столкновений с полицией, породившей эти профсоюзы, они были распущены, а сам Зубатов подал прошение об отставке. Благодаря независимости от администрации зубатовские профсоюзы были эффективнее советских профсоюзов - "школы коммунизма".
Положение крестьян к 1900 г. характеризовалось малоземельем, долгами помещикам за выкупленную после реформы 1861 г. землю, низкой культурой земледелия и, соответственно, низкими урожаями. Средний надел крестьянской земли к 1900 г. составлял примерно 2 - 4 десятины. Урожайность была наинизшей в Европе: 5 - 6 центнеров с га. Налоги, за счет которых развивалась промышленность, тяжелым бременем давили крестьянство, обрекая его на нищету. К этому следует добавить мелочную опеку общины, устанавливающей правила перераспределения земли в связи с изменением числа едоков в крестьянских семьях, сроки сельских работ, порядок чередования культур. Крестьянская община коллективно отвечала за выплату налогов, выкупных платежей отдельных членов общины, разрешала или запрещала крестьянину получать паспорт в случае, когда он отправлялся на заработки в город. Община большинством в 2/3 голосов решала вопрос о выделении крестьянину в полную собственность земельного участка. Таким образом община поддерживала некоторое среднее состояние своих членов, не позволяя впасть в крайнюю нищету и не давая особенно разбогатеть. Общинное владение землей исходило из религиозно-философского взгляда на то, что земля дана Богом, как воздух и вода, а потому не должна находиться в частной собственности. Владение ею помещиками есть нарушение Божеских замыслов, и, следовательно, рано или поздно она должна быть перераспределена в пользу всех. Кроме того, считалось, что общинное землепользование оберегает крестьянина от него самого, от его слабости к вину, от вероятной возможности того, что он пропьет землю и она попадет в руки инородцев, например, евреев. С профилактической целью евреям было запрещено владеть землей в пределах Российской Империи. Сторонником общинного землепользования был гр. Л. Н. Толстой. В противовес ему Витте замечал: "Горе той стране, которая не воспитала в населении чувства законности и собственности, а, напротив, насаждала разного рода коллективное владение". Спустя сто лет общество так и не пришло к единому взгляду на эту проблему, придерживаясь в каждой стране своих традиций. В первой по уражайности сельскохозяйственной державе мира - Голландии земля арендуется фермером у государства с правом наследования и может быть отобрана в случае ее нерационального использования. Общинное владение землей сейчас имеет место в Израиле (кибуцы), частично в Китае.


13. ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ И ПАРТИИ В КАНУН ПЕРВОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Советские историки, описывая общественные движения этого периода, всегда зацикливались на радикальных кружках типа "Народной воли", неонародничества или марксистских группках, представляя их лучом света в темном царстве. Фактически же влияние их до революции 1905 г., когда, собственно, появились первые контакты революционеров с рабочими, было ничтожным. Идеология основной массы русского народа и высших кругов ограничивалась православной религией, причем в умеренном звучании, и верой в доброго, справедливого царя. Такой идеологии соответствовала триединая формула, выдвинутая Союзом русского народа в 1905 г.: "Самодержавие, православие, народность". Церковь управлялась Святейшим Синодом, полностью подчиненным царю. Монархи защищали церковь от конкуренции с другими конфессиями, что приводило к застою и потере отдельными иерархами морального авторитета. Значительная часть интеллигенции к началу XX века утратила интерес к религии вообще. Негативные образы священников у Толстого в "Воскресении" и у Лескова в "Полунощниках", по-видимому, соответствовали таким настроениям. Патриархальный монархизм не имел и не нуждался в дополнительных опорах типа монархической партии. Поскольку церковных патриархов в России со времен царя Петра I не было, то вся устойчивость политической системы определялась только самодержавным монархом. Устранение привычной большинству русского народа монархии означало бы катаклизм вселенского масштаба, потрясение основ и смуту.
Это хорошо понимали умеренные либералы в земствах. Поэтому они занимались конкретными делами - боролись с бездействием бюрократии, с политикой Витте, изучали аграрные проблемы, помогали голодающим, подавали прошения на имя царя по различным вопросам, которые, чаще всего, отвергались. В 1902 г. состоялось совещание земских деятелей для обсуждения: нужд промышленности и сельского хозяйства, равенства в гражданских правах, развитияЕвреи Одессы (1876) образования, свободы прессы, расширения прав земств, создания совещательного совета земцев при Государе. Приближалось время, когда русская интеллигенция становилась "третьей силой", создавая профессиональные и культурные ассоциации демократической направленности: Комитет по развитию культуры, Вольное экономическое общество, Московское правовое общество и др. Постепенно создавалась легальная цепь политических организаций умеренных и не очень умеренных либералов. Либералы были противниками насилия и сторонниками конституционных реформ. Созданный за границей П. Б. Струве, а затем распространивший с 1904 г. свою деятельность на Россию "Союз освобождения" включал известных ученых - историка П. Н. Милюкова, философов С. Н. Булгакова, Н. А. Бердяева, деятелей земств и юристов.
Либералам противостояли по своему духу и методам группы социалистической направленности: социал-демократы, социалисты-революционеры и анархисты, превратившиеся в партии к 1905 г. Первые две группы исповедовали марксизм, хотя и в разных вариантах. Бациллы марксизма были завезены в Россию из Европы Плехановым Г. В. и Струве П. Б. в 90-х годах XIX века. Экономическая наука в приложении к устройству государства и общества с незапамятных времен интересовала людей. В бесчисленном ряду ученых этой отрасли знаний следует отметить Аристотеля, Ксенофонта, А. Смита, Д. Рикардо, А. Сен-Симона, Ш. Фурье, Р. Оуэна, П. Прудона, М. А. Бакунина. К. Маркс, помимо экономических расчетов, предложил рассматривать исторический процесс как борьбу классов. Классификация была заманчиво простой: рабовладельцы и рабы, феодалы и крепостные, буржуазия и пролетариат. Поскольку рабовладельцы и феодалы ушли в небытие, то, очевидно, пролетариат должен стать могильщиком буржуазии. Классификация не оперировала личностью, отдельным индивидуумом. Пусть там Ламарк и Кювье громоздят друг на друга свои виды, семейства, отряды, классы и т. д. С человеческим родом можно обойтись попроще! Поскольку класс буржуазии в исторической перспективе все равно исчезнет, то нет смысла уточнять границы этого множества. После Октябрьского переворота 1917 г. большевики приступят к планомерному уничтожению буржуазии, последовательно включая в этот класс: императорскую семью, вооруженные силы, полицию, правящую элиту, культурный класс, аристократию низов - зажиточных крестьян, квалифицированных рабочих, казаков, любые прочие группы населения, признаваемые по какому-либо признаку опасными.
Классификация Марксом рода человеческого не была первой, и не была точной. В Древнем Риме свободные граждане делились по имущественному признаку на 5 групп, а шестой группой, называемой proles, были граждане, имущество которых состояло лишь из их детей. Самая точная классификация людей в любой стране известна лишь налоговым инспекторам. Любой, самый тупой налоговый инспектор знает, что уничтожить банкира - это все равно, что уничтожить курицу, несущую золотые яйца. В своем намерении уничтожить буржуазию марксисты противоречили одному из своих любимых диалектических законов - закону единства и борьбы противоположностей. Если борьба на уничтожение, то к чему еще единство? Помимо борьбы классов общество нуждается также и в сотрудничестве классов. Это неизбежно, и это исторический факт. Марксисты в течение десятков лет с гордостью именовали свою теорию "научным" социализмом (коммунизмом) в противовес "утопическому" социализму Сен-Симона, Фурье и Оуэна. Они преподавали "научный коммунизм" в высших учебных заведениях так, что в учебных планах инженерных специальностей весь этот букет дисциплин занимал 25 % учебного времени, а для гуманитарных специальностей и того более.
В другие времена фашисты предложат также простую и понятную толпе классификацию людей - высшая раса и низшая раса, и приступят к уничтожению "неполноценных" рас, игнорируя все законы Божеские и человеческие и сотрудничество наций.
Поскольку коммунистическая теория родилась в голове немецкого еврея  К. Маркса, то антисемиты всего мира десятки лет называют ее "еврейским мракобесием". Особое мнение на этот счет имел Гитлер, который считал "еврейским мракобесием" марксизм в совокупности с Библией. Не исключая приоритета К. Маркса, справедливости ради отметим, что социализм как учение есть "плод гения" людей разных национальностей - немцев, французов, русских, а не преимущественно евреев. Поэтому если кому-то хочется использовать применительно к социализму ругательное слово "мракобесие", то в равной мере прилагательным к нему могут быть слова "немецкое", "французское", "русское". Само же социалистическое учение по сути своей является интернациональным и имеет девиз: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" Многим странам Европы это учение принесло социальное обеспечение и демократию. В нашей же стране новое политическое учение, доведенное до абсурда, привело к преступлениям, превратив жизнь ее граждан в движение по кругам дантевского ада.
В 1895 г. В. И. Ульянов (в дальнейшем Ленин) едет в Швейцарию к Плеханову с целью объединить свои марксистские кружки с группой "Освобождение труда". Там создается подпольный "Союз борьбы за освобождение рабочего класса" - прототип Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП), созданной филиалами "Союза" на I съезде в Минске в 1901 г. В 1903 г. РСДРП на II съезде в Брюсселе-Лондоне раскололась на большевистскую РСДРП(б) и меньшевистскую РСДРП(м) фракции. Первую возглавил Ленин, вторую - Цедербаум Ю. О. (в дальнейшем Мартов). Раскол произошел по вопросу о членстве в партии. Ленин представлял партию как жесткую, централизованную структуру с железной дисциплиной, связывающей лучших профессиональных революционеров. Мартов представлял партию как союз людей различных, но близких к марксизму взглядов, способных привлечь в партию возможно большее количество рабочих, и не только рабочих. Ни та, ни другая фракция не придавала на этом этапе значения крестьянству.
Партией крестьянства была партия социалистов-революционеров (эсеров). Она была создана в 1901 г. уцелевшими членами разгромленных ранее "Северного союза эсеров" и "Южной партии эсеров". У колыбели партии стояли
Е. К. Брешковская, М. Р. Гоц, В. М. Чернов, Г. А. Гершуни, П. П. Крафт,
М. М. Мельников, Е. Ф. Азеф, М. Ф. Селюк. Подобно народникам, а многие из них вышли из "Народной воли", эсеры видели в сельской общине ядро социализма на селе, основанного на кооперации и децентрализации, и имели вкус к терроризму. Со временем в процессе изменений городской жизни эсеры обратились и к рабочему классу, приняв на вооружение некоторые догматы марксизма. В рамках партии существовала хорошо законспирированная "боевая организация", которой до 1908 г. руководил Азеф, одна из самых зловещих и загадочных фигур революционной России того периода. Партия эсеров была наиболее популярной среди крестьян вплоть до революции 1917 г. Большевики, меньшевики и эсеры придерживались принципа интернационализма.
В 90-е годы XIX века создаются и партии, преследующие, в первую очередь, национальные цели. Это Всеобщий еврейский рабочий союз в России и Польше (Бунд) и Польская социалистическая партия. Из последней выделилось в 1900 г. крайнее левое крыло во главе с Р. Люксембург, стоящее на позициях интернационализма и ожидающее освобождения поляков после создания свободных социалистических республик в Германии, Австрии и России. Эта вторая польская социалистическая партия называлась "Пролетариат". В Армении действовала армянская революционная партия дашнаков - "Дашнакцутюн". Кроме «Жертва фанатизма». Картина Николая Пимоненко.перечисленных партий существовали небольшие группы и партии, например партия "Народное право", "Группа народовольцев", кружок Распутина, еврейская "Поалейцион", не оказавшие серьезного влияния на революцию 1905 г.
К 1905 г. социалистические теории стали популярными среди субинтеллигенции и рабочей молодежи. Это произошло по следующим причинам.
1. Очевидного социального и политического неравенства низших и высших слоев общества, к чему молодежь всегда была особенно чувствительна.
2. Кажущейся простотой социальных учений в сравнении с естественными науками. Известно, что добиться личного результата в математике, физике, технике, биологии или медицине можно, лишь затратив десятилетия напряженного труда. Для участия же в марксистских семинарах молодому человеку достаточно было прочтения небольших по объему брошюр. Очевидно, что из-за неудобочитаемости главного произведения Маркса мало кто из марксистов был с ним действительно знаком.
3. Вопрос о принадлежности прибавочной стоимости рабочему классу постулировался и принимался молодежью без колебаний, хотя на самом деле все обстояло значительно сложнее. Например, человек, придумавший полезную идею и с помощью своего ума, энергии, воли, денег (если они есть) и наемных помощников реализовавший ее, после уплаты налогов, очевидно, и должен быть владельцем прибавочной стоимости. Разумеется, здесь существует много вариантов.
4. Идеи интернационализма - международного братства обездоленных всех стран. Всемирное объединение пролетариев было неким аналогом всемирной христианской идеи.
5. Бюрократические порядки, косность, произвол полиции и начальства всех рангов - все это вызывало раздражение и накапливалось в ожидании благоприятного момента.


14. ЕВРЕИ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Поскольку евреи активно участвовали в революции 1905 - 1907 гг. и в октябрьском перевороте 1917 г., то полезно коснуться умонастроений, бытовавших в еврейской общине России в конце XIX и начале XX века. Эта община, самая многочисленная в мире, насчитывала около 5 млн. человек, населявших Малороссию, Белоруссию, Молдавию, Польшу и Литву. Ветер странствий и гонения привели их предков в эти земли достаточно давно. Еще в X - XIII вв. в Киевской Руси существовали кланы славяноязычных евреев (кенааним). В XVI - XVII вв. они были поглощены пришедшими с Запада евреями (ашкенази), говорящими на идиш. Это было нацменьшинство, "инородцы", каких на Руси были десятки, причем "инородцы", не свалившиеся в Россию с оборотной стороны Луны, а оказавшиеся в пределах Империи вследствие разделов Польши и других завоеваний. Основная часть евреев исповедовала ортодоксальный иудаизм, меньшая часть - хасидизм. Беднота занималась ремеслами, богачи - коммерцией. Землей евреи не владели ни в России, ни, практически, в какой-либо другой стране Европы. Это запрещалось законами, охраняющими, как указывалось, земли коренного населения от ловких и безжалостных иудеев. За 3000 лет своего существования, т. е. являясь одним из древнейших этносов мира, евреи не выработали традиций аристократизма. Отчасти, это объясняется отсутствием ленных владений. Главная же причина кроется в уважении евреями личных качеств человека, когда в синагоге ораторская трибуна - "седалище моисеево" - предоставлялась прежде всего пророку (лже-пророку), имеющему что сказать людям. Подобное отношение к пастырям наблюдалось у русских староверов, баптистов и в некоторых других конфессиях. Плакат 1904 г. «Русский царь — прекрати жестоко подавлять евреев!»
Своих библейских царей евреи, разумеется, помнили, но жизнь научила их не сильно доверять таким авторитетам, а потому строилась на самоуправлении и, в некотором роде, на демократических началах. Трудно сказать, как евреи относились к чужим царям. Во всяком случае, до революции 1905 г. это никак не проявлялось. До XIX в. общины жили своей внутренней жизнью, не участвуя в общественных делах государств. С получением европейскими евреями гражданских прав во Франции, Германии, Англии, они начинают отрываться от своих общин, интенсивно интегрируясь в светское общество этих стран. Достаточно сослаться на "Сцены Парижской Жизни" Бальзака. Помимо алчного Гобсека и куртизанки Эстер, по страницам его романов кочуют два друга, два циничных остроумца - разбойники пера Натан и Бисиу. Можно с уверенностью утверждать, что русское еврейство знало о гражданских правах своих единоверцев в Европе. Не зря существовала пословица: "Если в Варшаве жид чихнет, то краковские жиды немедленно отвечают - на здоровьечко!" Шульгин это свойство называл коллективной душой евреев. В первом десятилетии XX века в русском еврействе произошел, применяя терминологию Гумилева, "пассионарный толчок", самый мощный, может быть, со времен Иудейских войн. Причины его лежали в предыстории и в современности. Осветим некоторые из них.
Во-первых, это светское образование, которое молодые евреи получали в Европе и в России, внесшее атеизм в умы, оторвавшее молодежь от общины и создавшее проблему "отцов и детей". Если раньше "плохой" еврей нарушал изредка заповеди, то это были лишь заповеди "не укради" и "не прелюбодействуй", т. е. те же, которые нарушал и "плохой" христианин. Атеизированные дети готовились отвергнуть все абсолютно, включая и заповедь "не убий". Разумеется, ради "высших идеалов". Надо напомнить читателю, что иудаизм не обещал однозначно загробной жизни своим правоверным последователям. Бессмертие гарантировалось лишь Израилю, т. е. народу в целом. К тому же сами законы Моисея имели во многом социальный смысл, устанавливающий порядок в общине. Для атеизированного иудея дистанция к социализму в принципе была короче, чем для христианина. "Высшие идеалы" предлагались социалистическими учениями - в частности, марксизмом - которые все очень просто объясняли и к тому же указывали путь к близкому светлому будущему каждому индивидууму. Для любителей простых решений - еврейской субинтеллигенции - социализм легко заменил религию отцов. Так же, впрочем, как и для русской субинтеллигенции.
Вторая причина - сионизм. Сионизм, как и марксизм, указывал путь к светлому будущему, но только в "земле обетованной" и только для евреев.
Третья причина - это осознание евреями своих гражданских прав и свобод, отказ признать свою второсортность, которую они вынужденно терпели 18 веков.
Пассионарный толчок разделил русское еврейство по нескольким направлениям. Первая, самая талантливая и миролюбивая часть пошла в науку и культуру. По итогам XX века результаты следует признать впечатляющими: более двух десятков Нобелевских лауреатов, несколько десятков академиков, Лауреатов Сталинских, Ленинских и Государственных премий, Героев соцтруда, сотни докторов наук, звезд искусства, шахматистов, скрипачей и т. д. (25).
Вторая часть - около 2 млн. человек - рискнула эмигрировать в США в поисках лучшей доли, не надеясь на Россию.
Третья часть, по-видимому, малочисленная, занялась "революционным преобразованием" России. Это были, в основном, недоучившиеся студенты, субинтеллигенция, переполненные эмоциями и готовые жертвовать всем молодые люди и девицы.
"Серый" кардинал Царя, теоретик самодержавия Победоносцев К. П. сформулировал свою программу решения еврейского вопроса следующим образом: "Одна треть евреев эмигрирует, одна треть переменит веру, и одна треть погибнет" (273). Евреи не знали этой программы, но кожей чувствовали приближение грозы и пополняли ряды революционеров. Соединив еврейский фанатизм с русским экстремизмом, они образовали горючую смесь огромной разрушительной силы. Поскольку революционные партии действовали подпольно, то установить общее количество членов и процент евреев среди них затруднительно. Всеми признается, что больше всего евреев было в партии эсеров. В воспоминаниях террориста Савинкова, охватывающих период 1902 - 1909 гг., фигурирует 149 имен, включая членов ЦК партии эсеров, членов боевой организации, рядовых членов партии и 2 - 3 провокаторов. Евреев в этом списке 31 человек, т. е. 20 %. Расчет, разумеется, усредненный из-за переменности состава ЦК, боевой организации и разной активности персонажей этой драмы. Боевая организация то разрасталась до 30-ти человек, то сокращалась до 3-х из-за казней и внутреннего распада. Этими тремя были Е. Азеф, Б. Савинков и красотка Дора Бриллиант. Социальный состав партии был неоднородным. В боевой организации сотрудничали дочь якутского генерал-губернатора, столбовая русская дворянка Т. Леонтьева и дочь нищего еврея М. Школьник. Независимо от социального статуса, они относились к террору с "почти религиозным благоговением" (241).
Четвертая часть, самая многочисленная, это простой люд, ремесленники и торговцы, живущие обычной жизнью и не занимающиеся политикой. Их историческое "предназначение" заключалось в оплате счетов, предъявляемых "черной сотней" их революционным соплеменникам. Они и были жертвами погромов, т. к. в отличие от революционеров не знали конспирации и были всегда под рукой и на виду.
По шкале этнической ценности евреи в начале XX века в сознании правительства и в общественном сознании России занимали одно из последних мест. Они оставались изгоями, над которыми тяготел миф о распятии Христа. Появившиеся "звезды" в лице Рубинштейна, Антокольского и Левитана ничего не меняли. Крупных капиталистов среди евреев было ничтожно мало. Здесь следует отметить братьев Поляковых - Самуила, Лазаря и Якова Соломоновичей, банкиров и строителей железных дорог, банкиров М. А. Гинцбурга, Дм. Рубинштейна, Мануса, сахарозаводчика Л. И. Бродского, ювелира Ее Величества А. Симановича, секретаря и друга Распутина, подкармливающего его и использующего в своих темных аферах. Первый из братьев Поляковых был известным меценатом. Средний класс у евреев считался также незначительным. Основная же еврейская масса представляла бедноту, влачащую жалкое существование.
 

15. РУССКИЕ НЕМЦЫ - ПЕРВАЯ НАЦИЯ РОССИИ

Кто же в таком случае был привилегированной нацией, занимающей первое место в России по шкале этнической ценности? Таковыми были русские немцы. Они начали появляться при дворе и в русском обществе в царствование Петра I в процессе "прорубания окна в Европу". При Петре I это был торговый, военный и ученый люд. Они служили "по контрактам", отдавая свой опыт России, не забывая свои собственные интересы, присматриваясь к огромной, полудикой стране. Завоевание Прибалтики включило в орбиту русского дворянства особый отряд "немецких баронов", владевших землями в Латвии, Эстонии и Литве со времен меченосцев. Прибалтийские немцы быстро разобрались в интригах петербургского двора, почти безошибочно делая ставку на победителя во время дворцовых переворотов. Военные и волевые качества, активность и преданность престолу быстро сделали их важной составляющей в сфере политики, армии и администрирования.
Этому способствовало непрерывное породнение русских царей, великих князей и княжон с немецкими владетельными домами - Мекленбургским, Брауншвейгским, Гессен-Дармштадтским, Голштейн-Готторпским, Ольденбургским, Лейхтенбергским и др. Немецкая кровь постепенно вытесняла русскую кровь в жилах царей, превращая их в обрусевших немцев. Практически все русские императрицы плохо говорили по-русски даже к концу своей жизни. По нацистским законам Третьего рейха царскую семью следовало бы отнести к этническим немцам. Имея в виду такую особенность династии Романовых, можно утверждать, что не кровь определяет мироощущение человека, а воспитание и уклад жизни. Визиты немецких родственников в Петербург и ответные визиты великих князей к ним были регулярными. Таким же регулярным становилось присутствие дворян немецкого происхождения при царском и великокняжеских дворах. В глазах русских придворных присутствие немецкого дворянства там обретает черты неизбежности и закономерности. Даже когда наступали периоды немецкого засилья, у русского дворянства крайне редко появлялось желание открыто протестовать или жаловаться. Да и к кому следовало обращать жалобы с неудовольствиями такого рода? К Царю, у которого все родственники немцы и опорой трона являются выходцы из Прибалтики? Поэтому приходилось терпеть, копить злость и ждать очередного переворота.
Важной особенностью карьеры прибалтийских дворян являлось условие обязательного принятия православия, что снимало все ограничения в продвижении по государственной службе.

Поэтому прибалтийские немцы, желающие сделать карьеру при русском дворе или в армии, уже к концу XVIII в. сменили протестантизм на православие. Это принесло свои плоды, и вскоре православные немцы активно теснят православных же русских на всех уровнях и во всех сферах государственной жизни. Мы видим русских немцев во главе Канцелярии Его Величества, министерств: двора, иностранных и внутренних дел, военного, финансов, образования, генералами и адмиралами, губернаторами, командующими армиями, гвардейскими частями. Прибалтийское дворянство стало рассадником административной элиты. В России не существовало губерний, военных округов, дивизий, полков, где бы немцы не занимали командных постов. Особенно высокая концентрация их вблизи трона. Немцы воспитывают цесаревичей, великих князей и княжон, управляют наукой и университетами, военными академиями и штабами, заводами и поместьями. Помимо изначальных земельных наделов в Лифляндии, Эстляндии и Курляндии прибалты становятся помещиками практически всех губерний страны. Немцам в Российской Империи жаловаться было не на что. Французский историк ссылается на случай, когда Николай I, желая вознаградить Ермолова А. П., спросил его, чего бы он хотел. Ермолов ответил: "Сделайте меня немцем, Государь" (148). Немецкая буржуазия - средний класс - задает тон не только в Риге и Ревеле, но также и в Петербурге, Москве, Екатеринбурге и других городах Империи. Немецкое крестьянство фермерского типа процветает как в Поволжье, куда оно было приглашено Екатериной II, так и в Новороссии, Прибалтике, средней России.
Русские немцы, включая прибалтийскую ветвь, оказали в целом положительное влияние на государственность России, становление ее промышленности, науки и культуры. Они стали изрядно обрусевшим нацменьшинством, занявшим благодаря своим талантам исключительное положение в жизни Российской Империи, сравнимое, в какой-то степени, с положением правящей иудейской прослойки в далекой Хазарии 1000 лет тому назад. Невозможно перечислить имена всех российских граждан немецкого происхождения, вошедших в историю Государства Российского. Отметим здесь лишь наиболее известных ученых - Миллера Г.-Х., Рихмана Г.-В., мореплавателей - Беллинсгаузена Ф. Ф., Крузенштерна И. Ф., военачальников - кн. Барклая-де-Толли М. Б., бар. Беннингсена Л. Л., гр. Миниха Б.-Х., бар. Остермана А. И.
К тому времени, о котором идет речь, русские немцы занимали от трети до половины губернаторских и вице-губернаторских должностей России и до половины командного состава армии. Здесь они выдвигались благодаря храбрости, дисциплине, преданности трону, исполнительности и жестокости. Эта последняя черта иногда приводила к бунтам, как было в Семеновском полку в октябре 1820 г., и всегда помогала усмирять мятежные провинции и отдельные воинские части. Солдаты не любили и боялись немцев. Лейтенант Шмидт здесь был приятным исключением. Во время русско-японской войны командный состав армий выглядел так: 1-й армией командовал ген. Линевич, 2-й - ген. Грипенберг, 3-й - ген. бар. Каульбарс. Отрядами, входящими в армии, командовали генералы Засулич, Штакельберг, Мищенко и Ренненкампф.
На совещании в Новом Петергофе в конце июля 1905 г., посвященном созданию Государственной Думы, в первом перед Государем ряду сидели: Победоносцев К. П. - обер-прокурор Синода, Булыгин А. Г. - министр внутренних дел, Будберг А. А. - шеф императорской канцелярии, Фриш Э. В. - старейшина Госсовета, Ламздорф В. Н. - министр иностранных дел, Редигер А.
Ф. - военный министр, братья Д. Ф. и А. Ф. Треповы, кн. Ширинский-Шахматов А. А., гр. Бобринский А. А., гр. Игнатьев А. П., Танеев А. С., бар. фон-Гильденбрандт Ю. А. - статс-секретарь, бар. Фредерикс Б. В. - министр двора, Нарышкин А. А. - председатель Совета объединенного дворянства, Рихтер О. Б. - член Госсовета, Шванебах П. Х. - главноуправляющий земледелием и землеустройством, бар. Нольде Э. Ю. - управляющий делами Комитета министров, Тимрот А. Г. - статс-секретарь, Герард Н. Н. - председатель департамента Госсовета, сановники Коковцев В. Н., Стишинский А. С., Павлов Н. М., Верховский В. В., Чихачев Н. М., историк Ключевский В. О., пять великих князей. Как видим, немецкое дворянство представлено здесь весьма внушительно.
В офицерском Собрании гвардии, армии и флота в присутствии Императора Николая II, великих князей, высшего генералитета и рядового офицерства полковник Золотарев произносил речь, посвященную памяти Императора Александра III, основателя Собрания. "Пока Золотарев говорил о внутренней политике Александра III, как известно, весьма консервативной, зал слушал в напряженном молчании. Но вот лектор перешел к внешней политике. Очертив в резкой форме "унизительную для русского достоинства, крайне вредную и убыточную для интересов России пронемецкую политику предшественников Александра III", Золотарев поставил в большую заслугу последнему установление лозунга - "Россия для русских", отказ от всех обязательств в отношении Гогенцоллернов и возвращение себе свободы действий по отношению к другим западным державам... И вот, первые ряды зашевелились. Послышался глухой шепот неодобрения, задвигались демонстративно стулья, на лицах появились саркастические улыбки, и, вообще, высшие сановники всеми способами проявили свое негодование по адресу докладчика. Я был удивлен и таким ярким германофильством среди сановной знати, и тем, как она держала себя в присутствии Государя", - писал Деникин А. И. (91).
Мы привели этот раздел книги для полноты картины и с целью показать два полюса этнического спектра дореволюционной России. На одном из полюсов находились русские немцы, обладающие властью, влиянием и всеми правами, на другом - евреи, не обладающие этими ценностями, но решившие добиться гражданских прав.


16. ПУТЬ К КРОВАВОМУ ВОСКРЕСЕНЬЮ
Годы 1901 - 1907 характеризовались чередой экономических и социальных неурядиц, всеобщим смятением умов, террором, войной и революцией. Все началось с неурожайного 1901 г., вызвавшего крестьянские беспорядки. Маленькие земельные наделы, низкая технология, долги помещикам - все это усугубило несчастье и толкнуло крестьян к бунтам. Мировые цены на зерно упали вследствие общего кризиса, и положение даже крупных помещичьих хозяйств в эти годы стало неустойчивым. С 1902 по 1904 г. зарегистрировано 670 очагов мятежа, в основном, в Поволжье и на Украине. Полыхали усадьбы помещиков, растаскивался инвентарь и скот. Правительство и правая пресса обвиняли во всем революционеров-агитаторов. После введения земствами начального образования 20 - 25 % крестьян владело грамотой и могло читать прокламации эсеров. Неизвестно при этом, сколько мятежей было вызвано агитацией, а сколько произошло стихийно. Весной 1905 г. беспорядки повторились в Саратовской, Пензенской, Курской, Черниговской, Орловской и Воронежской губерниях. Крестьянство требовало земли и захватывало ее явочным порядком. Для решения земельного вопроса правительство создало специальные комиссии. Земские либералы, пытаясь ввести стихийные действия в цивилизованное русло, организовали Всероссийский крестьянский союз.
Молодая российская промышленность продолжала использовать западные кредиты. Спад производства в Европе и Америке в 1899 - 1903 гг. отразился на рынке кредитов, вызвав рост процентных ставок. Правительство России потеряло возможность получать займы за границей и резко сократило государственные заказы. Это привело к остановке ряда производств, в которых государство являлось главным заказчиком. Началась цепная реакция банкротств в промышленности. В течение трех лет было остановлено с увольнением персонала около 4000 предприятий. Уволенные рабочие отправились в свои деревни, где положение оставалось безрадостным. Витте был обвинен своими противниками в развале сельского хозяйства и промышленности и подал в отставку с поста министра финансов. Витте являлся талантливым технократом, пользовавшимся доверием западных банкиров и умевшим опережать время. Обстоятельства складывались против него. Кроме того, Витте, "самый умный человек Империи", обладал влиянием, а Царь этого не любил. К тому же он напророчил провал дальневосточной политики Николая II, которую тот считал великой идеей своего царствования. Поэтому Царь без сожаления расстался со своим министром.
С новым подъемом промышленности в 1903 г. началась волна забастовок рабочих, доведенных до крайности нищетой. Требования были чисто экономическими, хотя нефтяники Баку выдвигали и политические требования: право на забастовки, признание независимых профсоюзов. В 1903 г. бастовало свыше 200000 рабочих. Забастовки сопровождались демонстрациями, как, например, в Златоусте, Киеве, Николаеве, Одессе. Демонстрации вызывали столкновения с полицией или войсками и жестоко подавлялись. Однако до воскресения 9 января 1905 г. рабочие продолжали считать Государя арбитром в споре с предпринимателями и даже защитником. В это время в Петербурге огромное влияние в рабочей среде приобрел Гапон Г. А., священник, пламенный оратор и харизматическая личность. Организованная им забастовка на Путиловском заводе распространилась на другие предприятия города и охватила 200000 человек. Гапон составил от имени рабочих петицию Царю, под которой подписалось 150000 человек. Текст петиции содержал описание бесправия рабочих и по тону своему был трогательной мольбой к Царю-заступнику о помощи (272). Надо заметить, что к этому дню Россия пережила множество террористических актов. Из мемуаров Савинкова известно два варианта подготовки покушения на Царя. Помимо эсеров теракты готовили максималисты и анархисты. Предупрежденный полицией о шествии рабочих, Царь покинул столицу и с семьей отправился в Царское Село. Дальнейшее известно. Мирная процессия рабочих с женами, детьми и стариками, с хоругвями, иконами и царскими портретами, несшая злополучную петицию Царю, была расстреляна войсками на Дворцовой площади С.-Петербурга. Стрельба продолжалась по бегущим на Невском проспекте у Казанского собора, на Морской и Гороховой улицах, на Нарвской и Невской заставах, на Выборгской стороне. Было убито более 1000, ранено около 2000 человек. Среди убитых оказалось несколько полицейских, сопровождавших религиозную процессию и не подозревавших о расстреле, и священников. Ответственным за бойню был
В. Кн. Владимир Александрович, командующий войсками Петербургского военного округа. Таково мнение Герасимова А. В., шефа политической полиции России в 1906 - 1908 гг. (62). Радзинский считает, что эта трагедия была спровоцирована спецслужбами с целью дискредитировать слабого Государя и заменить его более сильной личностью, например В. Кн. Николаем Николаевичем, либо попугать его и заставить сдвинуться вправо (219).
В этот день Царь записал в дневнике: "9 января 1905 года. Тяжелый день! В Петербурге произошли серьезные беспорядки... вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять, в разных местах города много убитых, раненых. Господи, как больно и тяжело! Мама приехала к нам из города прямо к обедне. Завтракали со всеми. Гулял с Мишей. Мама осталась у нас на ночь". На следующий день 10 января: "Завтракал дядя Алексей. Принял депутацию уральских казаков, приехавших с икрой. Гуляли. Пили чай у мамы..." Николай сохранял хладнокровие истинного монарха! Ну, постреляли ребята немного, чего не бывает. Бабы новых народят!
Отец Георгий (Гапон) обратился к рабочим с гневным призывом: "Родные, кровью спаянные братья! Невинная кровь пролилась! Пули царских солдат... прострелили царские портреты и убили нашу веру в царя. Так отомстим же, братья, проклятому народом царю и всему его змеиному отродью, министрам и всем грабителям несчастной земли русской! Смерть им!" Лучше Гапона говорил только "вождь мирового пролетариата", который по этому поводу пророчески изрек: "Пролетариат еще поговорит с царем иным языком!" (156).
Справедливо считается, что Гапон был агентом полиции. Однако после ухода Зубатова он был предоставлен самому себе, вышел из-под контроля и действительно вообразил себя борцом за народное счастье. Известны случаи, когда революционеры меняли свои убеждения и сотрудничали с полицией. Здесь имела место противоположная ситуация. На какое-то время агент полиции стал революционером и героем 9 января. Гапон шел в первых рядах шествия и первым рисковал жизнью. После расстрела толпы он скрывался на квартире М. Горького. Еще зимой 1906 г. Гапон был самым популярным лидером в рабочей среде. 22 марта 1906 г. он был разоблачен эсером Рутенбергом П. М. в присутствии рабочих и повешен ими в пустующей даче в Озерках.
Кровавое воскресенье губительнейшим образом отразилось на авторитете Николая II и самодержавия. Была потеряна возможность примирить труднопримиримое, "утрясти" классовые проблемы сверху, монархом - отцом всей нации. Дальнейшие события приобретут бескомпромиссный характер. Прежде чем шагнуть в революцию 1905 г., отметим следующие важные обстоятельства.
17. СТУДЕНЧЕСТВО
Новой социальной группой в России начала XX века было студенчество. Надо отдать должное царскому правительству, которое поддерживало стремление к учебе в университетах молодых людей из бедных слоев. Из 4017 студентов столичных университетов 1957 были детьми неимущих родителей, причем 847 из них получали стипендию. Конфликт возник из-за полицейского произвола в отношении студентов С.-Петербургского университета. Студенты потребовали неприкосновенности личности, публикации всех касающихся их мер, отмены старого закона о призыве в армию исключенных студентов. Ректор университета ответил им, что "райские птицы, которым дается все, что они просят, не обитают в нашем климате". Студенты устроили демонстрацию у Казанского собора. Их поддержало своей забастовкой 25000 рабочих. Университет был закрыт, все студенты исключены. После открытия университета принято было обратно 2181 студентов из 2425. Николай II осудил студентов, заявив, что они должны учиться, а не демонстрировать. Брожение не утихло, и 14 января 1901 г. бывший студент Карпович П. В. убил министра просвещения проф. Боголепова Н. П. Это бессмысленное преступление, восторженно встреченное студенчеством, открыло серию террористических актов со стороны революционных сил и ответных действий правительства. Участия студентов-евреев в указанных беспоряках отмечено не было ввиду, скорее всего, их отсутствия в столичном университете. После этих событий значительная часть студенчества стала в оппозицию царскому режиму. В 1902 г. произошел подпольный студенческий съезд с яростными дискуссиями эсеров и либералов. Небольшая часть студентов-экстремистов пошла в террор, в боевую организацию эсеров. Через 5 лет в университетских городах черты оседлости евреев - Киеве, Одессе, Нежине студенты-евреи стали основной взрывчатой силой. В революционной смуте этих городов, особенно после Манифеста 17 октября 1905 г., они приняли активнейшее участие, являясь, как утверждали правые, ее "спинным хребтом" (294). В целом же студенчество России не разделялось по национальному признаку. Великие идеи, в том числе социалистические, распространялись транснациональным образом, подобно религиозным, пацифистскому, феминистскому и другим движениям.
18. ЦАРСКИЙ ХАРАКТЕР
К началу войны с Японией Николаю II было без малого 36 лет, из коих он 8 лет после коронации правил страной. 8 лет - небольшой срок для того, чтобы стать профессионалом в каком-либо деле, а тем более в руководстве Россией. Пусть читатель оглянется на собственный опыт и признает справедливость сказанного. Конечно, Государь прошел за это время большой путь. Это уже не тот молодой человек, который когда-то на вопросы Витте отвечал: "Спросите у мамы". Он почти преодолел комплекс застенчивости. Теперь это очень сдержанный, вежливо слушающий собеседника, внимательно следящий за формулировками, никогда не повышающий голос, подтянутый и аккуратный человек. Он преодолел и комплекс неполноценности по отношению к своим напористым и властным дядьям. Теперь он добивается от них того, что ему нужно, и делает это в своей манере: спокойно, не повышая голоса. Тогда, в начале пути, он тяготился государственными делами, уделяя им 2
- 3 часа в день. Теперь он работает по многу часов, вдаваясь во все детали и мелочи управления, излишне замыкая на себя второстепенные вещи. Он всегда немногословен. Немногословен, как его дневник. Историки, изучавшие личность царя по его дневнику, часто употребляли слово "посредственность". Фактически это не так. Он не был книжником и пишущим человеком, поэтому его дневники сухи. Откровенничал он лишь с матерью и Аликс. Его жизнь была заполнена семьей и царскими заботами. Николай общался с огромным количеством людей - от солдат до королей, и никто из них не назвал его посредственностью. Правда, Деникин А. И. пишет, что Царь "без всякого сомнения человек застенчивый, вне привычной среды, видимо, затруднялся в выборе тем для разговоров" (87). Однако общение Деникина с Николаем II было кратковременным, на приеме присутствовало множество офицеров, и найти с каждым индивидуальную тему разговора, как старался Государь, было действительно трудно. Это уличные ораторы общаются сразу со всей толпой. Николай не обладал этим даром, и ему это было не нужно. Он был не ритор, но Царь. Как личность он действительно не стал ярким человеком, возможно, из-за своей скрытности и, возможно, из-за бремени рутинной работы. Но он не был и посредственностью.
Ферро ищет и находит в его жизни две "великие идеи царствования" - выход к Тихому океану и официальные профсоюзы . Советские историки вообще не находят в его царствовании ни великих идей, ни чего-либо положительного, представляя этот период русской истории как череду преступлений режима против простого народа (133). Задолго до советских историков в 1911 г. вышла книга Обнинского В. П. с описанием злодейств царизма (184). В посткоммунистической России маятник исторических оценок качнулся в противоположную сторону, и дореволюционная Россия в кино и книгах предстает как прекрасная Атлантида, Бог весть почему-то взорвавшаяся (218, 74). Образ последнего Российского Императора, невинно убиенного большевистскими иродами, окутан ностальгическим флером, прошел стадию героизации и вот-вот будет канонизирован Церковью. Споры и оценки событий в России в первые два десятилетия XX века, очевидно, не скоро достигнут стационарного состояния. Появились и первые учебники по истории Советского государства, написанные без идеологической риторики (38,
284). Наш рассказ тоже не будет последним в этих спорах. Из того, что известно о Николае II (131, 155, 83, 142, 176, 152, 58, 190), нам представляется существенным подчеркнуть следующие его качества, отразившиеся на результатах русско-японской войны и последующих за ней событиях.
Во-первых, позднее созревание Николая, как Государя и как личности. Отчего это произошло? От традиционной системы воспитания и образования всех великих князей России? Большая семья Романовых, насчитывающая около 40 особ, дала лишь одного-двух человек, оказавшихся более или менее на уровне требований в годину потрясений. Это были В. Кн. Николай Николаевич, дядя Царя, генерал-инспектор кавалерии и Главнокомандующий Русской армии в Первую мировую войну, и сам Государь, принявший на себя командование, но не в русско-японской войне, а в сложнейший момент летом 1915 г. после отступления русских войск. По традиции великие князья командовали родами войск и гвардией. Фактические их интересы были далеки от детального руководства частями, а обязанности сводились к выполнению представительских функций и парадам. Дядя Царя В. Кн. Алексей Александрович, генерал-адмирал русского флота, вышел в отставку после гибели эскадры, атакованной японцами на рейде Порт-Артура. Его вклад в военно-техническое состояние флота был нулевым, в основном из-за чрезмерной склонности адмирала к "сладкой" жизни. Другой дядя Царя, В. Кн. Сергей Александрович - генерал-губернатор Москвы и генерал-инспектор артиллерии, никак себя не проявил на артиллерийском поприще. Оба они имели при этом высшие воинские звания - по флоту и артиллерии, соответственно. Их отношение к воинским обязанностям нельзя даже сравнивать с тем, как относились к таковым военачальники советского периода, например адмирал флота Горшков С. Г., главный маршал артиллерии Воронов Н. Н., или партийные сановники, курирующие эти отрасли. Другими словами, практической поддержки от своей большой семьи в военное время Государь не имел.
Во-вторых, неагрессивный и даже миролюбивый характер Николая II. Об этом говорят мемуаристы, близко знавшие Царя, западные, эмигрантские и посткоммунистические историки. Об этом говорит его политика. На взгляды молодого Государя повлияла книга И. Блоха "Будущая война", описывающая возможные опустошения, вызванные всеобщим конфликтом. По инициативе Царя всем державам направляется нота от 16 (28) августа 1898 г. с призывом к разоружению и созывается Гаагская мирная конференция, в которой приняло участие 13 государств, включая США, Китай и Мексику. Это была первая конференция такого рода. Она запретила применение боевых отравляющих веществ и разрывных пуль "дум-дум". Несчастьем царствования Николая II явились Русско-японская и Первая мировая войны. Обе войны были объявлены России, и к обеим войнам она подошла неподготовленной. Войны усугубили внутренний кризис и, в конечном итоге, погубили самодержавие. Характер Царя годился не для войн, а для мирного существования. Редкие семейные конфликты с дядьями, кузенами и братьями он всегда старался сгладить и добивался мира, соответствующего его понятиям о чести династии. Из его характера вытекала и нестрогость к проштрафившимся бюрократам. Это неизбежно вело к снижению уровня руководства и вызывало беспощадную критику слева. Взяточничество на всех уровнях сопровождало все правление Николая II.
В-третьих, непоколебимая приверженность идее самодержавия. Собственно, она и была главной идеей его царствования. Все, что угрожало самодержавию, естественно, пресекалось, а люди с намеком на либеральные взгляды устранялись из руководства. Его упрямство тоже было подчинено этой идее. Он получил абсолютную власть от отца и делал все, чтобы в таком же виде передать ее наследнику. Более того, он совершенно искренне верил, как христианин, что он есть Помазанник Божий и сохраняет власть, врученную ему Промыслом Божиим. Его неспособность к компромиссам оказалась для династии роковой.


19. РУССКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА
История этой войны хорошо изучена. Лучшие работы, включающие анализ причин и весь ход военных действий, здесь принадлежат ее участникам Деникину А. И. и Игнатьеву А. А (88, 114). Их мы рекомендуем любознательному читателю. Нападение Японии на русскую эскадру в Порт-Артуре и Чемульпо в ночь на 27 января 1904 г. было полной неожиданностью для всего населения России, смутно представляющего, где эта Япония, собственно, находится и в связи с чем такое несчастье. Сведения об Японии, которыми располагали верхи, были противоречивыми: от лестных оценок японской армии до уничижительных. Военный агент полковник Ванновский доносил, что военные силы Японии - это блеф, а ее армия суть опереточная. Ген. Куропаткин после первых боев докладывал Государю: "Мы имеем дело с весьма серьезным противником, отлично подготовленным, обладающим обширными и самыми усовершенствованными силами и средствами, весьма храбрым и отлично руководимым" (89). Сам Государь "придерживался мнения об японцах, как о нации антипатичной, ничтожной и бессильной, которая может быть уничтожена одним щелчком русского гиганта..." (42). Ночной разгром эскадры он назвал укусом блохи, по-видимому, строя хорошую мину при плохой игре.
Между тем Япония отнеслась к войне предельно серьезно. Ее политическая элита, увлеченная паназиатской идеей, внедряла в сознание японцев представления об избранности расы Ямато и "исторической миссии" Японии. Военная каста Японии во все времена имела высокий боевой дух. Теперь же этот дух зиждился на современном оружии, полученном по договорам и на кредиты Англии, Германии и США. По договору 1902 г. Англия обязалась оказать Японии военную помощь, если бы Япония "при охранении своих интересов в Китае вступила в столкновение с другой державой и к последней присоединились бы еще одна или несколько держав". Японский принц Фушими, посетивший США, получил заверения в общности не только коммерческих, но и политических интересов. Пресса Англии и США поддерживала военные усилия Японии. Японская армия и флот были обучены и проинструктированы немецкими и английскими инструкторами, соответственно. Аналитики слагали целые поэмы об интригах кузена Вилли - императора Вильгельма Второго, стравливающего Россию и Японию. Вильгельм, пишет Витте, старался "втиснуть нас в дальневосточные авантюры... стремился к тому, чтобы отвлечь все наши силы на Дальний Восток... это было им вполне достигнуто" (43). Надо добавить, что Россия хорошо "просвечивалась" немецкой и японской разведками. В этом плане пребывание Царя, Аликс и группы генералов в гостях у брата Царицы в Гессене, откуда Царь руководил делами Империи и своим наместником на Дальнем Востоке Алексеевым, представляло непреодолимый соблазн для дешифровальщиков кайзера Вильгельма. Поток царской информации становился открытым для немцев, и часть его попадала в японский Генеральный штаб (132). Японский разведчик "штабс-капитан Рыбников" не зря стал персонажем художественной литературы. Японцы часто оказывались полностью в курсе планируемых операций. Накануне наступления русской армии под Мукденом 20 февраля японцы подбросили в наши аванпосты записку: "Мы слышали, что через 5 дней вы переходите в наступление. Нам будет плохо, но и вам нехорошо" (90). Наступление закончилось поражением.
Моральная и техническая неподготовленность России, географическое удаление от театра военных действий, блестящая разведка Японии и вялая стратегия ген. Куропаткина - вот слагаемые неудач России в той войне. Единственным стимулом, питающим патриотизм армии, была оскорбленная народная гордость из-за предательского нападения японцев. Армия воевала хоть и без подъема, но проявляя мужество и выполняя свой долг до конца. Сражения этой войны известны. На море: вблизи Порт-Артура 31 марта 1904 г., в Китайском море 14 августа 1904 г., в Цусимском проливе 14 - 15 мая 1905 г. В последнем сражении погибла большая часть русской эскадры, семь месяцев следовавшей к месту своей гибели из Балтики. Раненый адмирал Рождественский был взят в плен. На суше: сдача бар.Стесселем Порт-Артура 20 декабря 1904 г., поражение под Вафангоу, Ляояном и, наконец, под Мукденом 25 - 27 февраля 1905 г.
"Маленькой победоносной войны", по выражению Плеве, не получилось. Военные действия приняли вялотекущий характер. Силы Японии были на пределе, тогда как Россия наращивала свою мощь. Последний бой 1 июля под Санвэйзоем был уже в пользу русских. Япония через посредничество президента США Т. Рузвельта предложила России переговоры. Царь согласился. Переговоры в Портсмуте возглавил премьер-министр Витте. Мир был необходим и Японии, и России в связи с начавшейся революцией. Мирный договор был подписан 23 августа 1905 г. По договору Япония отторгла от России Квантунский полуостров с Порт-Артуром и Дальним, южную ветку КВЖД и половину о. Сахалин. Витте получил от Царя титул графа, а от остряков уточнение: "граф Полусахалинский". Результаты неудачной войны вызвали уныние и недовольство либералов и яростную, злобную критику со стороны революционеров.
Япония, воодушевленная победой, продолжала усиленно культивировать боевой дух нации и через "завещание Танаки" в 1927 г. шла к Перл-Харбору
- американскому Порт-Артуру. Доклад Танаки императору Японии гласил: "Согласно завету Мейджи, наш первый шаг должен был заключаться в завоевании Формозы, второй - в аннексии Кореи. Теперь должен быть сделан третий шаг, заключающийся в завоевании Маньчжурии, Монголии и Китая. Когда это будет сделано, у наших ног вся остальная Азия. Раса Ямато сможет тогда перейти к завоеванию мира".
Русские войска из Маньчжурии возвращались в бурлящую Россию. Их путь лежал по Сибирской магистрали, управляемой самозванными "забастовочными комитетами", устранившими военное и гражданское начальство дорог, через самозванные республики - Иркутскую, Красноярскую, Читинскую и др. Россия погружалась в хаос.


20. ЛЕВЫЙ ТЕРРОР
Выстрел Карповича открыл сезон охоты на людей, который продлился несколько лет. Россия прочно заняла место первой террористической державы мира. Террор разделил общество на тех, кто им возмущался, таких было, по-видимому, большинство, тех, кто был к нему равнодушен, и тех, кто ему аплодировал. В то время к революционному террору прибегала, в основном, партия эсеров. Террор был индивидуальным. Вопрос о жертве предварительно обсуждался либо в ЦК партии эсеров, либо решался боевой организацией самостоятельно. Многие террористические акты происходили спонтанно и совершались террористами-одиночками, а затем уже в прокламациях либо в партийной газете указывалось, что такой-то убит по решению ЦК партии эсеров. Руководители партии отрицали эволюционный путь развития России. "В борьбе обретешь ты право свое!" - таков был девиз эсеров. Бороться главным оружием - словом считалось неэффективным и медленным. Взрывы бомб должны были пробудить надежды и поднять народ на борьбу с самодержавием. Поэтому террор направлялся на видных администраторов - министров, губернаторов, символизирующих устойчивость царского режима. Жертвами террора становились военные - генералы, адмиралы, офицеры армии и полиции. Жертвами становились также случайные люди - посетители приемных, прислуга, прохожие и люди, убитые по ошибке.
Судя по письмам и воспоминаниям террористов, они считали свою борьбу святым и благородным делом, шли на нее без страха и упрека, а на эшафот
- с гордо поднятой головой. Прокурор, присутствовавший при повешении группы Карла Трауберга, говорил Герасимову, начальнику Петербургского охранного отделения: "Как эти люди умирали... Ни вздоха, ни сожаления, никаких просьб, никаких признаков слабости... С улыбкой на устах они шли на казнь. Это были настоящие герои!" Герасимов добавляет: "Они в этом отношении не были исключением: все террористы умирали с большим мужеством и достоинством. Особенно женщины... Героизм этой молодежи, надо признать, привлекал к ней симпатии в обществе" (64). З. Коноплянникова, убившая ген. Мина, взошла на эшафот, декламируя строки Пушкина:
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья...
Террористы России трогательно декламировали Пушкина, террористы Франции - Ронсара, Испании - Лорку, исламисты - суры Корана. Несмотря на различие текстов, их всех роднил довольно распространенный вид нравственного уродства - презрение к жизни, глубокое невежество и неумение работать.
Вот неполный список жертв покушений в 1902 - 1907 гг.: министры внутренних дел Сипягин Д. С., фон Плеве В. К.; генерал-губернаторы и градоначальники - уфимский Богданович Н. М., харьковский кн. Оболенский И.
М., виленский фон Валь В. В., московский Козлов А. А., петербургский фон дер Лауниц В. Ф., московский гр. Шувалов П. А., финляндский Бобриков Г.
И., саратовский Сахаров В. В., черниговский Хвостов; главный военный прокурор Павлов, командир лейб-гвардии Семеновского полка Мин Г. А., командующий Черноморским флотом адмирал Чухнин, комендант Севастопольской крепости генерал Неплюев, начальники охранных отделений - петербургского Карпов, нижегородского Грешнер и другие.
Убит был В. Кн. Сергей Александрович. Было спланировано, но не осуществлено несколько покушений на Николая II. Согласно первому замыслу он должен был быть убит на балу Леонтьевой Т. А., душевнобольной дочерью якутского генерал-губернатора. Авторами замысла были Леонтьева Т. А. и Швейцер М. И., не имевший на то санкции своего ЦК. Убийство не состоялось из-за отмены бала. По второму замыслу, санкционированному ЦК, убийство Царя должно было произойти при Высочайшем смотре крейсера "Рюрик". Однако у матросов Авдеева и Каптеловича, подрядившихся на это дело, в решительную минуту не поднялась рука. Третье дело - дело Наумова-Синявского-Никитенко с самого начала "просвечивалось" лично Герасимовым А. В., и закончилось арестом, судом и казнью главных участников. 3 сентября 1907 г. ЦК партии эсеров отрекся от цареубийц.
Планировались, но не были осуществлены убийства великих князей Владимира Александровича, Николая Николаевича, Сергея Михайловича. "Повезло" также премьер-министру Столыпину П. А., министрам юстиции Акимову М. Г. и Щегловитову И. Г., министру внутренних дел Дурново П. Н., градоначальникам: Петербурга - Трепову Д. Ф., Москвы - Дубасову Ф. В. и Рейнботу, губернаторам Клейгельсу и Унтербергеру, полицейскому генералу Новицкому, шефу иностранной агентуры Охранного отделения Рачковскому П. И. и Победоносцеву К. П. В этих случаях покушения не удались из-за работы провокатуры или внутренних неурядиц боевиков или удались "частично", т. е. погибли другие люди, но сам объект покушения убит не был (случай Столыпина П. А., 1906, 1907 гг.). Были периоды, когда Царь, великие князья и высшие сановники России из-за угрозы терактов не выезжали из своих домов, находясь под добровольным домашним арестом, а если выезжали, то лишь с одобрения начальника Охранного отделения. Террор влиял даже на дипломатический ритуал. Визит английского короля Эдуарда VII едва не был отменен из-за привычки короля свободно гулять по улицам старой, доброй Англии, посещать театры, балет, заводы и верфи. Решено было встречу перенести в Ревель и устроить ее на плаву, на яхтах "Штандарт" и "Виктория и Альберт". Террористы и здесь планировали покушение на Царя во время его переезда поездом из Петербурга в Ревель. Оно было расстроено благодаря Азефу, лучшему из агентов политической полиции России.
Какова была роль революционеров-евреев в этих кровавых делах? Сами эсеры посчитали бы такой вопрос глупостью. Они преследовали социалистические цели и называли себя интернационалистами. Национальная принадлежность не являлась для них определяющим признаком, даже когда она была написана на лице. Впрочем, и в их среде не все было идеально с национальным вопросом. Известно, что "бабушка русской революции" Брешко-Брешковская называла Азефа за глаза "жидовской мордой", но после убийства фон Плеве переменилась и отвешивала ему русские земные поклоны. Странная и страшная была эта кампания! Савинков приводит список членов ЦК в 1902
- 1909 гг.: Гоц М. Р., Азеф Е. Ф., Чернов В. М., Потапов, Слетов С. Н.,
Ракитников Н. И., Селюк М. С., Брешко-Брешковская Е. К., Зензинов В. Н., Минор О. О., Рубанович И. А., Аргунов А. А., Натансон М. А., Фундаминский И. И., Крафт П. П., Тютчев, Авксентьев, Бабкин, Панкратов, Спиридонова М. А. В этом списке минимум 5 евреев, т. е. 25 %. Расчет, разумеется, приближенный, т. к. конспирация заставляла революционеров скрывать подлинные имена и пользоваться псевдонимами.
Основателем боевой организации эсеров являлся Гершуни Г. А. (Герш Исаак), "тигр революции", руководивший покушениями на Сипягина, Богдановича и Оболенского. В феврале 1904 г. он был приговорен к смертной казни, замененной бессрочной каторгой на Ангаре, откуда в 1906 г. бежал за границу. Гершуни оставил мемуары о своих подвигах (68, 93). Его правой рукой длительное время был Мельников М. М. Идейным руководителем террора и представителем боевой организации партии эсеров за границей, откуда и направлялась террористическая деятельность, был Гоц М. Р. Практическим же руководителем боевиков являлся Азеф Е. Ф. Заместителем Азефа был Савинков. Как видим, в этой русско-еврейской солянке еврейские фанатики играли важную роль. Сам Азеф в течении 15 лет с 1893 по 1908 г. являлся платным агентом Департамента полиции. Его роль в русском терроризме весьма противоречива ввиду того, что его профессиональный рост как секретного агента неизбежно был связан с политическим ростом его влияния в партии эсеров. С 1903 г. Азеф возглавлял боевую организацию эсеров, и под его личным руководством произошли самые громкие убийства того времени - министра внутренних дел фон Плеве В. К. (15.07. 1904 г.) и В. Кн. Сергея Александровича (4.02.1905 г.).
В это время Азеф по полицейской части подчинялся Рачковскому П. И., вице-директору Департамента полиции. Рачковский был большим другом Трепова Д. Ф., генерал-губернатора Петербурга, и больше увлекался политическими интригами, чем рутинной полицейской работой. Так что лавры этих убийств заслуженно делит с Азефом его полицейский шеф. Между Азефом и ген. Герасимовым А. В., шефом Охранного отделения, был заключен с апреля 1906 г. договор о нижеследующем. Азеф информирует Герасимова о всех заговорах ЦК партии эсеров и совместно с Герасимовым разрушает планы заговорщиков. Герасимов, со своей стороны, не арестовывает людей Азефа. Полиция таким образом постоянно переигрывала заговорщиков, подводя их к мысли о бесполезности террора. Так были предотвращены убийства Царя, Дурново П. Н., Трепова Д. Ф. и других сановников. В то же время Азеф предавал боевиков региональных организаций своей партии, не принадлежащих к центральной боевой организации. Таким было, например, дело о семи повешенных, которому Л. Андреев посвятил свою пресловутую повесть. Карьера Азефа прекратилась в конце 1908 г., когда он был разоблачен историком Бурцевым В. Л. Партийный суд, состоявшийся сначала над Бурцевым, оклеветавшим одного из вождей партии, превратился затем в суд над Азефом. Судьями были избраны кн. Кропоткин, Фигнер В. Н. и Лопатин Г. А. Перелом в деле наступил после информации, полученной от экс-директора Департамента полиции Лопухина А. А., решившего предать своего агента. Суд приговорил шефа боевой организации к смерти. Однако Азеф ускользнул от расплаты и с фальшивым паспортом, выданным ему Герасимовым, скрывался до своей естественной кончины в 1918 г. Суд над Азефом и приговор вызвали громкий политический скандал, на котором долго грели руки как революционные, так и реакционные круги. Впоследствии выяснилось, что Лопухин
А. А. был вынужден эсерами сделать разоблачающее Азефа признание из-за угрозы смерти похищенной у него дочери. В истории с похищением дочери Лопухина некрасивую роль сыграл разоблачитель Азефа Бурцев (63). Признания, вырванные таким путем у Лопухина, стоили ему пенсии, звания сенатора и четырех лет каторжных работ. Сам факт разоблачения Азефа нанес сокрушительный удар по эсеровскому терроризму, породив всеобщее недоверие друг к другу в партийной среде. Сами вожди партии осмыслили эту катастрофу спустя много лет, после выхода в 1934 г. книги Герасимова А. В.
Убийства политических деятелей происходили не на фоне мирной жизни, а вплетались в канву революционного брожения. Крестьянские мятежи с разорением помещичьих усадеб, демонстрации рабочих даже с чисто экономическими требованиями жестоко подавлялись полицией, войсками или казаками. Крутые меры всегда были любимы администрацией, приветствующей рвение отдельных полицейских или военных чинов. К тому же в толпе часто оказывалось 2 - 3 эсеровских боевика, открывающих огонь из пистолетов по полиции или казакам. В результате ответных мер появлялись убитые рабочие и члены их семей. Далее эсерам оставалось подсчитать жертвы и наметить кандидатуру из враждебного класса, ответственную за бойню. После этого начиналась очередная охота за очередным губернатором. Так раскручивалась спираль насилия. Например, уфимский генерал-губернатор Богданович Н. М. был признан эсерами ответственным за златоустовскую бойню, в которой было убито 69 и ранено 250 рабочих. Генерал Мин Г. А., командир Семеновского полка, был казнен эсерами за подавление московского мятежа. Каждая из упоминавшихся выше жертв эсеровских покушений ранее участвовала в подавлении с применением оружия каких-либо беспорядков. Россия погружалась в кровавый хаос, выйти из которого без применения насилия у властей не было возможности.
Интерес представляет финансовая сторона жизни революционных партий. Содержание партийной элиты, боевиков, лабораторий взрывных устройств, типографий, закупка оружия - все это требовало немалых денег. Откуда брались деньги? Для каждой партии "тайна сия велика есть". Историки не получили и никогда не получат финансовых отчетов партийных казначеев. Сохранились лишь фрагменты, догадки и обрывки цепочек, связывающих революционеров с источниками финансирования. Собственно, источников было два: ограбления банков, "научно" называемые "экспроприациями" или "эксами", и пожертвования "меценатов". В октябре 1905 г. Азефу удалось убедить ЦК партии эсеров распустить (временно) боевую организацию. Тогда от эсеров откололась недовольная этим оппозиционная группа максималистов во главе с Соколовым (Медведем). Максималисты вошли в историю с двумя громкими делами. Первое дело - это ограбление 20 марта 1906 г. Московского Общества Взаимного Кредита, когда бандитам достались 800 тысяч рублей. Второе дело - взрыв на Аптекарском острове загородной дачи Столыпина 25 августа 1906 г. Во время взрыва пострадало около 100 человек, из которых 27 было убито, остальные ранены, по большей части, тяжело. Сам Столыпин при этом не пострадал. Случаев экспроприации, выполненных собственно партией эсеров, не зарегистрировано.
Иная ситуация складывалась в стане социал-демократов. На Четвертом (Объединительном) съезде между меньшевиками и большевиками состоялась острая дискуссия о возможности экспроприации денежных средств в пользу революции. Большевики считали, что поскольку целью социалистической революции является глобальное перераспределение собственности, то не будет большим грехом еще до революции получить ее некоторую часть, так сказать, авансом. Меньшевики во главе с Мартовым брезгливо относились ко всякой уголовщине и добились на съезде принятия соответствующей резолюции. Однако Ленин, никогда и нигде не работавший и потому всегда нуждавшийся в деньгах, негласно, но систематично эту резолюцию игнорировал. "Эксы", которые совершали его люди, вписали славную страницу в уголовную историю РСДРП(б). Его идейный патрон Парвус А. Л. (Гельфанд) совместно с членом ЦК РСДРП(б) Красиным Л. Б. ограбили в 1905 г. Петербургское отделение Волжско-Камского банка. В дальнейшем руководство по добыванию денег для партии возглавил Красин, обладавший ярким криминальным талантом. Крупный грабеж средь бела дня 20 июня 1907 г. был осуществлен в Тифлисе Джугашвили (Сталиным) и Тер-Петросяном (Камо). Было убито трое охранников, много ранено прохожих и добыто 350 тысяч рублей. Большие денежные суммы были захвачены на корабле "Николай" в бакинском порту, при ограблении почтовых отделений и вокзальных касс. Эти деньги, а также помощь "меценатов" помогли большевикам продержаться до "немецких" денег и революции 1917 г. и приступить к всемирной финансовой революции. Золотом партии распоряжалась узкая группа лиц - теневое Политбюро во главе с Лениным - Красин, Ганецкий, Богданов, Каменев, Зиновьев.
Из русских "меценатов" наиболее известны двое: Бартольд и Морозов С.
Т. Первый - богатый коммерсант, эсер, поддерживал свою партию по идейным соображениям. Второй "миллионщик" - владелец Никольской мануфактуры, жестоко притеснявший и обиравший своих рабочих, финансировал различные группы: эсеров, большевиков, либералов и частные лица - в силу непонятного свойства русской души, не представляя конкретно, как эти деньги используются революционерами и к чему это все в конце концов приведет. Размеры взносов неизвестны. В мае 1905 г. Морозов С. Т. покончил с собой в Ницце, завещав через Горького 100 тысяч рублей большевикам. Высказывались подозрения, что это "самоубийство" было инсценировано Красиным (65). Ряд подробностей финансового обеспечения большевиков приводятся в (46, 28).
Вливания в первую русскую революцию делались также из-за границы. Финский журналист К. Циллиакус сообщил ЦК партии эсеров, что через него поступило в пользу русских революционных партий пожертвование от американских миллионеров в размере одного миллиона франков. ЦК принял пожертвование, выделив боевой организации 100 тысяч франков для закупки и перевозки оружия в Россию. Зафрахтованный на эти деньги летом 1905 г. корабль "Джон Крафтон" с грузом оружия и взрывчатки не дошел до России, сев на скалы у о. Кеми в Ботническом заливе (242). Кроме "Джона Крафтона" были и другие транспорты оружия, один из которых лично организовывал в Антверпене в мае 1905 г. Савинков. Обсуждая источники финансирования русских революционеров, поклонники теории Всемирного Жидомасонского заговора обычно вспоминают еще одного "безумного миллионщика" Джейкоба Шиффа, директора банкирского дома "Кун, Лейб и Ко". Шифф совместно с доктором Штраусом, бывшим послом США в Италии, в августе 1905 г. посетили в Портсмуте премьер-министра Витте. Витте пишет: "Они говорили мне о в высшей степени жалком положении евреев в России и о необходимости дать им равноправие. Я принял их очень любезно и не мог отрицать тяжелого положения евреев в России, хотя вместе с тем указал им, что некоторые данные, ими представленные, преувеличены; но я силился им доказать, как я в этом убежден, что если евреям сразу дать полное равнаправие, то это принесет им больше вреда, чем пользы. Это вызвало со стороны Шиффа резкие возражения, которые смягчились более уравновешенными рассуждениями Штрауса. Этот последний произвел на меня, между прочим, самое лучшее впечатление" (44). Шифф с американской прямотой заявил Витте: "Если Царь не желает дать своему народу свободу, в таком случае революция воздвигнет республику, при помощи которой права будут получены". "Конечно, - ответил Витте, - и это может статься, но не раньше, чем через сто лет, а до той поры будут царствовать Романовы" (295). Этот разговор состоялся за два месяца до начала первой революции и спустя месяц после аварии "Джона Крафтона". Хотя деньги от американских плутократов поступили анонимно, нельзя исключать участия здесь Джейкоба Шиффа. Это имя часто упоминается Шульгиным и Нечволодовым в связи с февральской революцией 1917 г.


21. РЕВОЛЮЦИЯ 1905 - 1907 гг.
Империя была потрясена событиями Кровавого воскресенья. Весь год происходило создание общественных организаций, объединений и союзов. Они плодились буквально, как грибы после дождя. Все лица интеллигентных профессий спешили создать свои союзы. Возникли союзы врачей, адвокатов, инженеров, профессоров, учителей, чиновников вообще и чиновников Сената, в частности. На квартире настоятеля Казанского собора протоиерея Орнатского состоялось даже собрание священников с целью создания союза священников. Обер-прокурор Св. Синода Победоносцев К. П., узнавший о собрании, распорядился так: "Пошлите полицию и казаков. Пусть от моего имени нагайками разгонят этих попов..." Во всех союзах шло обсуждение политических вопросов, выработка программ, провозглашение лозунгов. Ряд союзов ограничивался требованием конституции. Другие выдвигали сугубо республиканские требования. Все союзы, в конце концов, объединились в Союз Союзов, образовавший как бы теневое правительство, построенное на объединении людей всех профессий. Всемогущий Трепов после некоторых колебаний приказал летом 1905 г. арестовать Центральный совет Союза Союзов. В числе арестованных оказались люди с положением в обществе и, в частности, один тайный советник. Из-за шума, поднятого в печати, арестованные были выпущены на свободу. К осени 1905 г. произошла постепенная легализация массовых собраний. В августе 1905 г. была объявлена автономия университетов . Задуманная с благими намерениями, университетская реформа в конкретной предреволюционной атмосфере привела к открытию аудиторий для собраний людей, не имеющих отношения к знаниям. В Университете, Технологическом, Горном, Лесном и других институтах начались непрерывные митинги. Все залы и аудитории заполнились народом, слушающим революционных ораторов. Для собраний людей по профессиям отводились отдельные аудитории. Имелись аудитории для солдат, чиновников, офицеров, полицейских, агентов охраны, кухарок, сапожников, портных, городовых и т. д. Все это с полудня до полуночи шумело, волновалось, слушало и аплодировало радикальным витиям. Власть пребывала в нерешительности. Народ российский, впервые глотнувший воздух свободы, пьянел, гудел и размышлял, куда податься.
В рабочей среде, переживающей волнения и забастовки, возникли Советы
- органы рабочего самоуправления. Первыми приветствовали Советы меньшевики. Большевики, опасаясь конкуренции со стороны Советов, отнеслись к ним с недоверием. 15 июня 1905 г. вспыхнуло восстание на броненосце "Князь Потемкин-Таврический". Понимающие опасность общего взрыва либералы пробовали перевести ход событий в мирное русло. На Чрезвычайном съезде в Москве земские деятели приняли обращение "К обществу", содержащее требование выборов представительного собрания в рамках конституционной монархии. Император отверг эти требования. Тогда новый земский съезд 6 - 8 июля принял проект конституции, ограничивающий власть монарха. В последних числах июля состоялся I Всероссийский крестьянский съезд, находящийся под влиянием эсеров. Съезд потребовал созыва Учредительного собрания, отмену сословной иерархии, реформу кабального налогообложения крестьян, отмену помещичьего землевладения. Осенью усилились забастовки. Первыми забастовали типографские рабочие Москвы, добиваясь пересмотра тарифных ставок. Троцкий Л. Д. писал: "Это маленькое событие открыло собой не более и не менее как всероссийскую политическую стачку, возникшую из-за знаков препинания и сбившую с ног абсолютизм". В октябре разразилась всеобщая забастовка. Остановилась вся жизнь. Не было электричества и газа. Стояли поезда и конки. Бастовали промышленность, торговля, банки, страховые общества, городские и земские управы, телефон, телеграф. Бастовали чиновники правительственных учреждений, городовые и надзиратели. Страна была в параличе. Кайзер Вильгельм предложил Царю переехать в Германию. Придворная камарилья - противница реформ, делая ставку на В. Кн. Николая Николаевича, высказывалась за отъезд Царя из России, что могло означать также и конец династии, вообще. Петербург, Москва и другие города были отрезаны друг от друга. В городах фактическая власть переходила к Советам. В Петербурге Совет рабочих депутатов 17 октября через газету "Известия" обратился ко всем бастующим с призывом вступить в контакт с ним - "единственным полноправным представителем трудящихся
С.-Петербурга".
Этот день 17 октября 1905 г. является важной исторической датой. 17 октября был издан Высочайший Манифест о даровании народу России гражданских свобод - неприкосновенности личности, свободы слова, собраний и организаций, свободы совести. Манифест обещал выборы в Думу, которая затем должна была разработать принцип всеобщих выборов. Законы, издаваемые Государем, отныне должны были быть согласованы с Думой. Манифест явился плодом мучительных колебаний Николая II и серьезной ломки его взглядов. Он считал акт подписания Манифеста нарушением своей присяги, данной при вступлении на престол. Текст Манифеста был разработан Витте, к которому Царь обратился за помощью в труднейшую минуту царствования. Из текста Манифеста оставалась неясной роль самодержавия в будущем и формы взаимодействия его с Думой. В Манифесте не упоминалась конституция. И все же Манифест был серьезной уступкой Царя общественному мнению России. Если бы стране удалось удержаться на уровне отношений, вытекающих из Манифеста, и с некоторым, разумеется, его развитием, то в будущем это была бы благопристойная страна типа Англии. Многое зависело от того, сумеют ли либералы повести за собой народ по пути мирных, поэтапных преобразований. Однако в стане либералов произошел раскол. Умеренная часть их - октябристы поддержала Манифест, радикальная часть, образовавшая партию конституционных демократов - кадетов, отнеслась к нему сдержанно. Революционные партии - эсеры, социал-демократы отвергли Манифест, взяв курс на социальную революцию.
Расчет Витте на успокоение общества не оправдался. Петербург, Москва, Киев и ряд других городов находились в состоянии непрерывного митинга. Революционный напор был необычайно велик. Из-за границы приехали политэмигранты и слились в едином потоке с выпущенными по амнистии из тюрем политическими заключенными. Началась открытая продажа привезенных из-за границы русских нелегальных изданий - "Искры", "Революционной России" и других. Появилось много новых революционных газет, сатирических журналов с карикатурами на Царя, издаваемых в теперь уже легальных типографиях. Возросло влияние Советов рабочих депутатов. Петербургский Совет во главе с Хрусталевым-Носарем, а затем с Троцким являлся вторым правительством. Открыто проводились сборы денег на оружие, создавалась своя милиция и боевые дружины. Разложение перебросилось в армию и флот. Было отмечено 193 бунта. Серьезные беспорядки произошли в Преображенском полку, в частях Московского гарнизона, ряде флотских экипажей. Кровавые бунты имели место в Свеаборге, Кронштадте, Севастополе.
Второй крестьянский съезд подтвердил 6 - 10 ноября принцип национализации земли, после чего начались крестьянские волнения. Крестьяне жгли усадьбы помещиков, отбирали скот и инвентарь, делили долгожданную землю. Страну охватило революционное безумие. Витте был вынужден перейти к репрессиям. Если Петербургский совет был арестован практически бескровно, то события в Москве приняли трагический оборот. Четыре дня с 15 по 18 декабря 1905 г. Семеновский полк и некоторые части Московского гарнизона вели бои с вооруженными рабочими Пресни. Патронов не жалели. В конце концов генерал-губернатор Москвы Дубасов и командир Семеновского полка Мин оказались победителями. Крестьянские восстания в Симбирской, Курской, Черниговской и Саратовской губерниях были подавлены так же жестоко, как и в Прибалтике и Польше. В национальных окраинах России мятежи стимулировались, помимо нищеты, неумной политикой русификации, проводимой рьяными администраторами. Ненависть местного населения к чиновничеству часто распространялась на весь русский народ. Финляндия лишилась своего самоуправления, т. к. ее территория стала прибежищем террористов. Финская полиция до этого не просто отказывалась выдавать их России, но и арестовывала презжающих по делу русских полицейских. Подобная ситуация в 1992 - 1996 гг. имела место в мятежной Чечне. Из Маньчжурии возвращалась армия, сохранившая дисциплину и веру в монархию. Офицерский корпус боевых частей явился мощной поддержкой государственности России. Путь армии из Маньчжурии домой сопровождался разгоном самостийных комитетов и советов и восстановлением порядка. По всей стране шли аресты революционеров. Среди арестованных оказался Керенский А. Ф., возглавлявший боевую дружину эсеров в Александро-Невском районе Петербурга. Главный теоретик революции Ленин В. И. в это время отсиживался в уютной Женеве, развлекаясь склоками с политическими оппонентами и предоставляя другим умирать на баррикадах. В декабре 1905 г. в Петербурге было арестовано около 2000 человек. В Риге к арестованным применялись изощренные пытки, ставшие предметом обсуждения Второй Государственной Думы (76). Весной 1906 г. общее число арестованных и высланных составило 50000 человек (39). Такого количества репрессированных царская Россия еще не знала. Но эти цифры окажутся ничтожными по сравнению с репрессиями в большевистской России. И правые, и левые могли теперь подсчитать потери. Глава правых Пуришкевич В. М. заявлял, что количество раненых, искалеченных и убитых террористами в 1905 - 1907 гг. составляет 20000 человек (296). Либкнехт К., со ссылкой на официальные источники, докладывал, что в России в 1906 - 1910 гг. за политические преступления было репрессировано 37735 человек, осуждено на смертную казнь 5735 и казнено 3741 человек (274). Казни приводились в исполнение по приказу Царя в течение 48 часов после вынесения приговора. Цифры казненных не учитывают погибших на баррикадах, расстрелянных без суда и павших жертвами погромов.


22. ПРАВЫЙ ТЕРРОР
Царь и правительство искали поддержку в обществе против революционных сил. Либеральная интеллигенция в целом была настроена еще промонархически, но служить активно престолу уже не хотела и фрондировала. Шаляпин Ф.
И. со сцены императорского театра под гром оваций пел революционные гимны. Писатель Л. Андреев предоставлял свою квартиру для тайных заседаний ЦК РСДРП(б). "Литературная цивилизация" ввязалась в политическую борьбу с самодержавием на стороне различных партий. Здесь и Блок, и Бальмонт, и Горький, и Мережковский, и Римский-Корсаков, и Репин. Писатели не чурались общаться с террористами: Мережковский с Савинковым, Белый с Валентиновым, Горький с Лениным. Революцию 1905 г. русская интеллигенция переживала как трагическое поражение. Герасимов пишет: "Тяжело признаваться, мне редко приходилось встречать людей, которые были бы готовы из убеждения, а не для извлечения материальных выгод оказывать нам активную поддержку в деле борьбы против революции. А революционеры, которые стремились не только свергнуть правительство Царя, но и решительно боролись против самих основ существующего строя, всюду встречали поддержку и сочувствие" (66).
Однако левый террор пробудил ответные силы, которые вошли в историю под именем "Черной сотни" - довольно неточного термина, охватывающего ряд крайне правых групп. Последнее и наиболее объективное исследование "Черной сотни" приведено в (150). Самой активной группой в "Черной сотне" был Союз Русского Народа (СРН), созданный в ноябре 1905 г. доктором Дубровиным, забросившим медицину ради политики. Благодаря чутью и энергии Дубровин сумел выйти на В. Кн. Николая Николаевича, а затем на Государя, благословившего Союз. Второй и весьма колоритной фигурой в СРН был бессарабский помещик, член II и III Государственной Думы В. М. Пуришкевич. Ярый враг парламентаризма, Пуришкевич скандальными выходками пытался дискредитировать Думу, взорвать ее изнутри. Атмосфера скандала сопровождала Пуришкевича вплоть до его смерти в 1920 г. Его выстрелами был добит Распутин Г. Е. Третьим лидером СРН был Марков 2-й, помещик Курской губернии, гордившийся внешним сходством с Петром I. Это был яркий думский оратор и радикальный антисемит, предрекавший полную гибель евреев, до последнего человека, тогда как Пуришкевич предлагал всего лишь выслать их на Колыму. Марков 2-й после революции 1917 г. перебрался в Германию и впоследствии служил там нацистам.
Идеология СРН опиралась на несколько постулатов. Во-первых, это "золотой треугольник" - православие, самодержавие и народность. Во-вторых, отношения Царя с народом не должны быть испорчены бюрократией, парламентом и партиями. Поэтому СРН выступал против парламентаризма, за самодержавие в чистом виде, которое только и может обеспечить единство народа. Правда, СРН предлагал еще созыв Собора, согласно древней русской традиции, но Собора сугубо совещательного. В-третьих, главная ценность виделась в крестьянской общине. Город означал отсутствие корней, а столыпинские реформы - гибель общины. Столыпин в те годы рассматривался СРН в лучшем случае как сомнительный союзник, а в худшем - как масон и противник. Хотя некоторые правые понимали необходимость индустриализации России, в целом СРН не представлял себе для нее такого будущего. И, наконец, в-четвертых, корень всех бед СРН видел в мировом и русском еврействе. На еврейском вопросе черносотенцы концентрировались абсолютно и беззаветно. Отбрасывая могущественную русскую компоненту в революционном движении, члены СРН провозглашали, что все евреи - революционеры, а все революционеры - евреи. Кроме того, все евреи - капиталисты, а все капиталисты либо евреи, либо их ставленники. Между Ротшильдом и Марксом заключен тайный союз. Еврейские революционеры хотят уничтожить государственный строй, чтобы утвердить власть еврейских капиталистов. Это последнее провозглашалось открытым текстом в случайно обнаруженных, а до того тайных "Протоколах сионских мудрецов" - настольной книге каждого уважающего себя антисемита и националиста от рядового партийного функционера до фюрера. Тезис о союзе "Маркса и Ротшильда" стал впоследствии главным пунктом идеологии нацизма. Рабочему вопросу СРН большого внимания не уделял, считая, что русские рабочие под защитой Царя живут лучше, чем их собратья на Западе под властью еврейских эксплуататоров.
Согласно уставу СРН лица еврейского происхождения не могли быть членами Союза, тогда как нерусские люди других национальностей могли ими стать при условии единогласного принятия. Вскоре оказалось, что первую скрипку в черносотенных делах играют не столько русские, сколько русские немцы, всегда являвшиеся опорой трона, и молдавские помещики, до этого себя в русской истории никак не проявившие. Среди функционеров СРН и лиц, активно поддерживающих Союз в печати, наиболее известными были: Грингмут, Бутби де Кацман, посвятивший СРН свое издание "Протоколов", Крушеван, депутат Думы и редактор газеты "Бессарабец", Синадино, Демянович, Крупенский, ген. бар. Каульбарс, Левендаль, Энгельгардт, Плеве, Пеликан, ген. Ранд, гр. Доррер, Рихтер-Шванебах и др. Продолжателями черносотенной традиции в эмиграции после 1917 г. являлись Финдберг, А. Будберг, Нейдгардт, герцог Лейхтенбергский. В СРН входили также представители русской аристократии с громкими именами - Урусов, Мещерский, Шереметьев, Гагарин, ряд православных иерархов - архиепископ саратовский Гермоген, волынский Антоний, некоторые ученые: историк Иловайский Д. И., Майков А. А., сын поэта (167). За руководителем СРН Дубровиным маячили фигуры великих князей Владимира Александровича и Николая Николаевича. В торжественной обстановке венки СРН были возложены на Императора и Наследника. В целом же "Черная сотня" была экзотической смесью аристократии, мелкой буржуазии и отребья больших городов. В кризисной революционной ситуации Царь делал ставку на армию, полицию и СРН, став фактически членом контрреволюционной политической партии. Аудиенции черносотенных депутатов у Царя становятся заурядным явлением. В речах Царя, обращенных к СРН, дежурными стали фразы: "объединяйтесь, истинно русские люди", "вы мне нужны", "буду миловать преданных". Против кого следовало объединяться истинно русским людям? В революционой сумятице, когда трону угрожала гибель, власти искали эффективный лозунг, указующий врага державы. Ведь должен же кто-то быть виноват в создавшемся хаосе и разрушении! Поскольку активность евреев в революционных акциях бросалась в глаза, то им и выпала честь стать врагами трона. Революционный лозунг "долой самодержавие!" был уравновешен лозунгом "бей жидов!". Еврейские революционные активисты легко могли бы просчитать последствия своих акций для массы соплеменников, ни сном, ни духом не подозревающих, что именно им придется заплатить за революционные "шалости" героев. Могли просчитать, но не захотели! Когда приносишь себя в жертву во имя будущего всего человечества, не хочется думать о мелочах жизни и о жизни кого-то еще! В пылу событий 1905 - 1907 гг., так же, как и в 1917 г., охваченное общим безумием русское еврейство не нашло организационных форм и сил для отмежевания и внятного осуждения левого террора. Расплата наступила в виде правого террора. По России прокатилась волна еврейских погромов.
Если левый террор имел в качестве основы определенную идеологию, то правый террор зиждился на антисемитизме, вспыхнувшем под влиянием революции и пропаганды властей. При дворе и в царской семье антисемитизм был элементом воспитания молодых людей. Царь искренне считал, что вся эта каша заварена евреями. В письме к матери от 25 октября 1905 г. он писал: "...народ возмутился наглостью и дерзостью революционеров и социалистов, а так как 9/10 из них жиды, то вся злость обрушилась на тех - отсюда еврейские погромы. ...Но не одним жидам пришлось плохо, досталось и русским агитаторам: инженерам, адвокатам и всяким другим скверным людям" (297). Если судить по другим документам, то Государь не был столь наивен, как в этом письме. Однако такой взгляд был широко распространен, особенно среди людей, нуждающихся в простой трактовке сложных явлений. Рядовые члены СРН - люди улицы, владельцы небольших лавок, неотесанные и малообразованные, приехавшие в столицу попытать счастья, боящиеся темпа жизни и социальных перемен, охотно принимали такую трактовку. Они верили в Царя и Бога, боялись интеллигентов и инородцев. Их инстинктивный, биологический антисемитизм облегчал задачу поиска врага. Зачем вычислять и отлавливать поодиночке террористов, которых и полиция не может изловить, когда еврейские местечки, улицы, а главное, магазины вседа на виду? Решение лежало на поверхности, и искушение было велико.
В XX веке политики крайних направлений часто будут прибегать к обвинениям этнических меньшинств в антигосударственной деятельности. В СССР будут обвинять калмыков, чеченцев, крымских татар. В фашистской Германии, как и в России 1905-1907 гг., олицетворением зла станут евреи. Многое здесь зависело от качества пропаганды. Опыт СССР и Германии показал, что массовое сознание легко поддается манипуляциям. В те годы в России антисемитская пропаганда велась, в основном, прокламациями и двумя десятками провинциальных черносотенных газет. Из центральных изданий в этом деле участвовали "Русское знамя", "Объединение", "Вече", консервативное "Новое время", официальный "Правительственный вестник" и некоторые церковные газеты. Прокламации печатались в Почаеве, в ряде небольших губернских и уездных типографий. Главная же их масса производилась в секретной типографии МВД. Ее возглавляли бар. фон дер Липпе, сенатор бар. фон Тизенгаузен, ген. фон Раух. В составлении текстов принимали участие Д. Ф. Трепов, фон Крамер, ген. Богданович, Буксгевден, Нейдгардт, а также некий "высокий" аноним из дворца. Религиозная сторона пропаганды сводилась к убийству евреями Христа. Эта мысль и помимо прокламаций внушалась невежественными попами детям с самого раннего возраста. Политическая сторона пропаганды сводилась к обвинению всех евреев в терроризме, стремлении к низвержению монархии, совершении ритуальных убийств, высасывании крови из русского государства евреями-банкирами, непредоставлении России западных займов по наущению тех же банкиров, что явно указывало на существование Всемирного Еврейского заговора. Листовки по сути своей были сгустком человеконенавистнического бреда, и появление их в каком-либо городе обычно предвещало погром.
Пропаганда и организация акций СРН финансировались, в основном, из правительственных источников. Существовал также и спонсор Полубояринова, вдова богатого издателя, передавшая на эти цели СРН около 500 тысяч рублей. И пропаганда, и акции курировались шефом тайной полиции Рачковским
П. И. Вся деятельность СРН и других монархических групп протекала под его непосредственным руководством. На секретном докладе Трепова Царю о работе подпольной фабрики прокламаций сохранилась виза Николая II: "Выдать 75 тысяч рублей Рачковскому за успешное использование общественных сил". Здесь случилась утечка информации по вине графини Витте, заявившей на званом обеде: "А Рачковскому за его поганую типографию семьдесят тысяч рублей наградных дали". После этого за "несение пошлого вздора" графиня Витте во дворец не приглашалась. В 1917 г. на допросе лидер СРН Н.
Е. Марков 2-й признал: "Я обычно получал враз по 144 тыс. рублей" (134). Всего СРН было передано из правительственных источников около 1,5 млн. рублей. Отчетности в расходах этих денег не требовалось. Деньги работали эффективно. Жандармский ротмистр Комиссаров, словоохотливый сподвижник Рачковского, говаривал: "Все зависит от того, сколько вы отпустите денег. Тогда я могу устроить "тур-де валяй" (погром. - А. К.), какой вам угодно: хотите - на десять человек, а хотите - на десять тысяч" (134). "Средней внушительности погромчик" обходился, примерно, в 6 - 10 тыс. рублей.
Сейчас невозможно установить, в какой мере погромы были тщательно спланированы, а в какой - стихийны. Погромы происходили и до создания "Черной сотни" - на Украине в 1881 г., в Кишиневе и Гомеле в 1903 г. В Кишиневе 7 апреля 1903 г. было убито до 500 евреев, столько же в Гомеле. Газетой "Таймс" было опубликовано письмо министра внутренних дел фон Плеве губернатору Кишинева фон Раабену, похищенное кем-то. Оно изобличало его как инициатора и организатора бойни. Погромы происходили во время гражданской войны в 1919 г., когда "Черная сотня" уже прекратила свое существование. Только в Проскурове тогда было убито около 1700 человек. В период, о котором идет речь, пик погромов совпал с пиком революционных демонстраций - с 18 по 29 октября 1905 г. В указанные дни еврейские погромы прошли в 660 городах и местечках, причем в некоторых дважды и трижды. Результат: тысячи убитых, сгоревших в пожарах, десятки тысяч изувеченных, вдов, сирот. Звериная дикость разгула черносотенных банд впечатляла: избиения, вспарывание животов, выбрасывание из окон, изнасилования женщин и девочек на глазах родственников, длительное мучительство и убийство всех без разбора - стариков, детей, женщин и мужчин. Сохранились документы - фотографии убитых и описания зверств, которые без специальной психологической подготовки трудно читать (207). Задуманные властями, как коллективное наказание и устрашение евреев, эти кровавые вакханалии не привели к желаемому результату. Революционная гроза продолжала громыхать по собственному закону разбуженной стихии. От погромов пострадала, главным образом, еврейская беднота, далекая от всякой политики. Евреи-революционеры продолжали заниматься своим любимым делом - революцией. Их лично эти погромы не коснулись. Они умели прятаться и ждать проявления политического сознания у своих соплеменников. Богатые евреи находили приют в домах организаторов погромов. Например, Симанович с семьей прятался у жандармского генерала Маврина и киевского полицмейстера Цихоцкого.
Помимо массовых убийств СРН не брезговал и отдельными терактами. Наемными убийцами были убиты проф. Герценштейн, депутат I Думы, умеренный кадет, отнюдь не революционер, так же, как и Иоллос и Караваев, члены II Думы. От рук наемных убийц пали деятели революционного движения А. Л. Караваев, Н. Э. Бауман, Ф. А. Афанасьев и др. Была подложена бомба в дымовую трубу дома гр. Витте, которая, однако, не взорвалась из-за непрофессионализма бандитов. Вообще, Витте был предметом особой ненависти "Черной сотни", считавшей его виновником всех несчастий, постигших Россию, и главным "жидомасоном". Со своей стороны, Витте испытывал глубокое презрение к этой организации. В дневниках он писал: "Союз - организация обычных воров и хулиганов", "цели "Черной сотни" эгоистичны и имеют самую низкую природу. Их стремления диктуют желудок и карман. Это типичные убийцы с большой дороги" (151). Все погромы происходили, в основном, в пределах черты оседлости евреев. За пределами этой черты зарегистрировано 24 погрома. В Польше и Литве, где "Черной сотни" не было, - ни одного погрома. В Москве и Петербурге погромов не было. В Сибири, где евреи практически не жили, погромы имели антиреволюционную направленность. В Томске 21 октября 1905 г. толпа окружила и подожгла театр, в котором происходил митинг. Было убито и сожжено свыше тысячи человек.
Нельзя сказать, что власть повсеместно поддерживала погромщиков. Правда заключалась в том, что революционные события деморализовали администрацию, отодвинув ее на обочину и лишив властных функций. Все же в ряде городов погромы были предотвращены, в других местах производились аресты убийц невинных евреев. К сожалению, имена администраторов, сыгравших в столь трудных условиях благородную роль, история не сохранила. Зато известны имена губернаторов, градоначальников, полицейских чинов, способствовавших погромщикам или призывавших к погромам. Это Трепов Д.
Ф., генерал-губернатор Петербурга, шеф корпуса жандармов и дворцовый комендант, бывший в эти месяцы диктатором России, генералы Богданович, Курлов, Сахаров, губернатор Томска Азанчевский-Азанчеев, "истинно русские немцы" - Нейдгарт, градоначальник Одессы, фон дер Лауниц, губернатор Тамбова, а затем Петербурга, бар. Меллер-Закомельский, гр. Доррер, курский предводитель дворянства, Грингмут, редактор "Московских ведомостей", ген. Буксгевден, ген. фон Раух, бар. Каульбарс, "истинно русские фашисты" - Пуришкевич, Марков 2-й, Каменский, Замысловский и др. Всякая бессудно пролитая кровь невинна, и имена людей, запятнанных ею, опозорены в истории.
Был период, когда "Черная сотня" вышла на первое место в ряду управления страной. Знаки СРН возлагали на себя губернаторы и архиереи, подстраиваясь к местным лидерам этой партии. Число отделений Союза в городах и местечках России в эпоху его расцвета составляло около 3000, хотя сами отделения были малочисленными. По данным Тайной полиции, состав отделений не превышал 10 - 20 человек. Главным делом СРН после организации погромов были прошения о помиловании осужденных судами погромщиков, если осуждения их все же происходили. Прошения шли телеграфно по каждому решению суда от всех отделений СРН, имитируя глас народа. Николай II рассудил все следующим образом: "Я знаю, что русские суды относятся к участникам погромов с излишней строгостью и педантично. Даю вам мое Царское слово, что буду всегда исправлять их приговоры по просьбам дорогого мне Союза Русского народа" (185). "Все мы в душе сочувствуем погрому", - произнес ген. бар. Каульбарс на официальном приеме властей Одессы после одного из самых кровавых избиений. Лидер СРН Дубровин за свою деятельность по "мобилизации общественных сил" удостаивался милостивых телеграмм и других знаков монаршего внимания. "Общественными силами" обычно являлись трактирные лакеи, извозчики и городское дно. Безнаказанность воодушевляла громил на продолжение "подвигов". Как бы не относиться к революции 1905 - 1907 гг., геноцид евреев, санкционированный верховной властью, является позорной страницей истории России. Евреи на собственной шкуре испытывали враждебность к себе этой власти.
К концу 1906 г. наступил спад революционной волны и черносотенного террора. В стане правых начались склоки и противоречия, в результате которых Пуришкевич организовал свой "Союз Михаила Архангела", базирующийся в южных областях России и Бессарабии. Финансовые инъекции прекратились, а заниматься конструктивной работой "союзники" не умели. Последователи Дубровина и Маркова 2-го затеяли взаимную распрю, обвиняя друг друга в недостатке патриотизма и в филосемитизме. Центральная фигура СРН в университетских кругах, профессор-юрист Б. Никольский в этой распре назвал Дубровина "гнусным паразитом" и "грубым отталкивающим животным". В конце концов без инъекций и распря, и всякая иная жизнь в СРН замерли. После февральской революции 1917 г. "Черная сотня" была запрещена.
Здесь мы прервем хронологию событий и сделаем экскурс в историю "Протоколов Сионских мудрецов", сыгравших трагическую роль в судьбе евреев.


23. ПРОТОКОЛЫ СИОНСКИХ МУДРЕЦОВ И ВСЕМИРНЫЙ ЖИДОМАСОНСКИЙ ЗАГОВОР Великий Бальзак в "Истории тринадцати", сам того не ведая, дал нап-
равление литературной теме конспирологии - заговора "неведомых миру, однако, подлинных властелинов, более могущественных, чем короли... Перед их тайной властью, безмерной в своей действенности и силе, общественный строй оказался бы беззащитным; она опрокидывала бы все препятствия, громила бы на своем пути любое сопротивление; каждый из таких избранников силен был бы дьявольской силой всего содружества" (12).
Эта романтическая история не была забыта и со временем под пером менее талантливых мужей приобрела характер навязчивого, детективно-политического литературного жанра. В 1865 г. М. Жоли, бывший революционер и франкмасон, выпустил в Женеве памфлет "Диалог в аду между Макиавелли и Монтескье, или политика Макиавелли в XIX веке. Записано современником". Дух Макиавелли, под которым понимался Наполеон III, объяснял в царстве теней духу Монтескье, как можно решить "проблему стабилизации политических обществ, постоянно терзаемых анархией и революциями" путем перехода к искусной и беспощадной диктатуре. За этот злой бестселер Жоли пришлось отсидеть в тюрьме 18 месяцев. Далее в 1879 г. в Швейцарии В. Марр издал памфлет, предрекающий победу еврейства над германизмом и революцию в России. Это первое антисемитское пророчество затерялось на библиотечных полках. Но следующее пророчество в форме романа сэра Джона Рэтклифа (псевдоним Германа Гедше) "Речь главного раввина" имело успех. В этом произведении описано заседание синедриона на еврейском кладбище в Праге, происходящее раз в столетие, на котором обсуждаются планы мирового господства евреев. "Речь" была перепечатана русским правительством в сотнях экземпляров. Еще один опус, прославивший этот жанр, принадлежал румынскому еврею Миллинеру, сменившему веру и, как это бывает с ренегатами, обрушившему на головы бывших единоверцев свою ненависть. Под псевдонимом "майора Осман-бея Кибризли-заде" Миллинер оповестил читателей, что революционное движение возглавляется "Альянсом Израэлит Универсель", действительно существующим с 1860 г. для защиты евреев от обвинений в ритуальных убийствах. Этот Альянс подготовил армию для нападения на Россию. Офицерами армии являются раввины Восточной Германии, а главнокомандующим - главный раввин Кенигсберга. Николаю II брошюра Миллинера понравилась, и он начертал: "Полностью разделяю высказанные здесь мнения". Впоследствии Миллинер прославился шантажом, правда безуспешным, ряда знаменитых людей.
Охранное отделение Департамента полиции, внимательно следящее за европейской общественной мыслью, в 1895 г. подготовило документ под названием "Тайна еврейства", так сказать, "суммарный очерк" по истории европейских и заокеанских движений, начиная с крестовых походов и кончая революциями XIX века. Следуя германской традиции, безвестные интеллектуалы Охранного отделения за 10 лет до революции 1905 г. предложили версию всемирной истории, объясняющую абсолютно все еврейскими дрожжами, на которых поднимались все мало-мальски значительные, разумеется, отрицательные явления цивилизации. Документ предназначался для служебного пользования, а потому общественного резонанса не имел. Однако в 1905 г. появляются знаменитые "Протоколы Сионских мудрецов", ставшие путеводной нитью всех теоретиков и, что еще печальнее, практиков антисемитизма в XX веке. Первое издание "Протоколов" было выпущено в Кишиневе Бутби де Кацманом и Крушеваном, второе - в Царском Селе С. Нилусом, как составная часть его претенциозного романа "Великое в малом и Антихрист, как близкая политическая возможность". Едва ли бы история сохранила память о Нилусе, если бы не вставка с "Протоколами", обессмертившая все его творение.
В "Протоколах" анонимные Сионские мудрецы бесстрастным тоном провозглашают цель - коронацию Царя Иудейского на планетарном троне и методы достижения этой цели. "Владыка должен быть примерно безупречен... ни одной стороной своего характера он не должен давать животным инстинктам власти над своим умом... Он будет всходить на престол не иначе, как по испытании своего ума названными мудрецами..." (248). Воцарение Владыки из семени Давидова произойдет в результате однодневного государственного переворота, подготовленного повсеместно во всех странах. В то же время этот переворот случится путем всеобщего голосования всех измученных неурядицами гоевских (нееврейских) народов. "Тогда они нас вознесут и на руках понесут в единодушном восторге надежд и упований. Голосование, которое мы сделали орудием нашего воцарения, приучив к нему даже самые мелкие единицы из числа членов человечества составлением групповых собраний и соглашений, отслужит свою службу и сыграет на этот раз свою последнюю роль... Надо привести всех к голосованию без различия классов и ценза, чтобы установить абсолютизм большинства..." (249).
Для того, чтобы довести народы до требуемого состояния, когда они сами по доброй воле пригласят поуправлять ими Сионских мудрецов, необходимо посеять смуту и войны, разложить администрацию и армию, возбудить всеобщее неверие и хаос, расстроить финансы, торговлю и промышленность, вызвать животную вражду между классами, слоями и народами, убить всякую инициативу и авторитеты, развратить и споить население всех стран, являющееся, в сущности, стадом глупых баранов. Такое состояние фактически близко к достижению, благодаря знанию мудрецами всех болевых точек отдельного индивидуума, коллектива людей, классов, народов и государств. Люди бездумно приняли на веру подброшенный им мудрецами лозунг "Свобода, Равенство и Братство", состоящий из бессмысленных и неосуществимых понятий. Теперь же яд либерализма разложил всю основу жизни, все законы, все души. Всеобщий крах неминуем. Сообщниками мудрецов являются франкмасоны. Их ложи есть во всех странах мира. Ложи включают выдающихся деятелей каждой страны, целиком подчиненных еврейству. Деятельность всех лож централизована. Управление народами после переворота будет вестись очень разумно, но с беспощадным подавлением недовольства. Продуманы детали управления прессой, образованием, судами, полицией, армией, классами, финансами, налогами и т. д. Дьявольски злая и умная, хотя и не лишенная театральности, программа мирового господства Сионских мудрецов основана на знании тайн жизни и собственного превосходства анонимных авторов. Ее изучение производило серьезное впечатление как на неискушенных читателей, так и на людей, стоящих у кормила власти. Утопичность и несообразности программы выплывали почти всегда, но лишь при втором чтении людьми с критическим мышлением.
С публикацией "Протоколов" естественно возник вопрос об их достоверности. Вместо того, чтобы внятно объяснить происхождение документов, на которых, кстати, отсутствовали подписи учредителей-масонов 33-й степени посвящения, Нилус последовательно выдвигал три разные взаимоисключающие версии, породив тем самым сильные подозрения в их подлинности. Согласно изданию 1905 г., "Протоколы" были похищены женщиной у "одного из наиболее влиятельных и наиболее посвященных лидеров масонства". Этой даме прожженные мудрецы доверились по пословице "на всякого мудреца довольно простоты". По другой версии, приведенной в послесловии к английскому изданию "Протоколов", Нилус писал: "Мой друг обнаружил их в сейфе в штаб-квартире Общества Сиона, находящейся сейчас во Франции". По третьей версии 1917 г., "Протоколы" были изъяты из полной подшивки протоколов Сионистского конгресса, состоявшегося в Базеле в 1897 г. По этой же версии, "Протоколы" были подписаны Сионистскими представителями 33-й степени посвящения. Характерно отношение к подлинности "Протоколов" Николая II, воспитанного в духе "государственного антисемитизма" и открыто поддерживавшего еврейские погромы. "Николай II если в начале, при появлении "Сионских протоколов" и отнесся к ним с доверием и даже был от них в восторге, то скоро он понял, что это - явный подлог, и, несмотря на то, что он сам был настроен антисемитски, он с негодованием отнесся к этим "Протоколам" (82, 220). Прозрение Николая II случилось не само по себе, а после разъяснений спецслужб.
Образ всемогущих евреев, владеющих всем золотом мира, согласно "Протоколам", разительно отличался от действительного положения русских евреев, влачащих, по большей части, жалкое существование. Поэтому пропагандистский эффект публикации Нилуса был крайне незначительным и о "Протоколах" быстро забыли. Забвение длилось до революции 1917 г., когда наступили крах монархии, военное поражение России и апокалиптические потрясения страны, вызванные большевиками. Потрясения были столь глобальными, что на первых порах им не находили вразумительного объяснения. Однако видное положение, которое заняли евреи-большевики в политической, военной, экономической и культурной областях, возродило интерес к "Протоколам" и создало литературный бум в развитии идеи Всемирного Жидомасонского заговора. Русская эмигрантская литература 20-30-х годов первоначально рассматривала большевистскую революцию как результат заговора немцев и евреев, что вызывало возмущение немецких правых экстремистов. Последние имели свои виды на использование "Протоколов" и утверждали, что "немецкий" след в заговоре есть чепуха. В конце 20-х - начале 30-х годов русские и немецкие крайне правые нашли общую точку опоры в виде универсальной еврейско-масонской теории заговора. Связующим звеном в этом ансамбле были русские эмигранты Г. Шварц-Бостунич и Ф. В. Финберг (289, 276). Первый стал офицером СС высокого ранга, доверенным лицом Гитлера и ведущим нацистским авторитетом по Талмуду, ритуальным убийствам и франкмасонству. Второй был провозвестником идеи "окончательного решения еврейского вопроса".
Использование "Протоколов" как основы развития общества по еврейско-масонским рецептам неожиданно споткнулось на открытие текстуального совпадения "Протоколов" с "Диалогом" М. Жоли. 16 августа 1921 г. лондонская "Таймс" опубликовала статью с сенсационным разоблачением "Протоколов" как литературной подделки (215). Структура "Протоколов" с 1-го по 19-й почти полностью повторяла структуру "Диалогов" с 1-го по 17-й, но с незначительным перефразированием их. В "Протоколах" с 20-го по 24-й плагиаторам удалось проявить некоторую самостоятельность, хотя сходство текстов временами было поразительным. В целом, пассажи "Протоколов" по сравнению с "Диалогами" были осовременены, в них были введены имена Маркса, Ницше и Дарвина, а планам Макиавелли придан еврейский колорит. Для сопоставления текстов читатель отсылается к (215, 33). В результате расследования Бурцева В. Л. (33) с большой долей вероятности можно утверждать, что к плагиату приложил руку Рачковский П. И., бывший до 1902 г. шефом заграничной агентуры Охранного отделения, Головинский М. В., пописывающий сотрудник того же отделения, дослужившийся потом до генеральского чина, и известный всему Петербургу аферист, журналист и "агент сразу всех разведок" Манасевич-Мануйлов И. Ф. Видимо, последние два из авторского трио не отличались большой скрытностью, т. к. княжна Радзивилл и леди Хэрблет, известные антисемитки, крепкие в этом отношении, "как крокетные молотки", и жившие тогда в Париже, свидетельствовали в 1905 г. следующее. Радзивилл: "Головинский явился ко мне с визитом. Я приняла его как человека, с матерью которого я была хорошо знакома; но мне не было тогда известно, что он служит в полиции... Однажды он показал мне и нескольким приятелям сочинение, над которым он работал с Рачковским и Мануйловым... Рукопись эта была составлена на французском языке и писана рукой, но разными почерками, на желтоватой бумаге. Помню отчетливо, что на первой странице было огромное синее чернильное пятно". Хэрблет: "Я антисемитка. Когда я услышала про "Сионские протоколы" и прочитала о них, я немедленно раздобыла себе эту книгу. Мне тогда не приходило в голову, что она может находиться в какой-либо связи с моими парижскими друзьями. Но как только я раскрыла книгу, я немедленно сказала себе: "А, я вижу моего друга Головинского" (82).
Полицейское происхождение "Протоколов" признавали известные русские общественные деятели, в том числе министры Временного правительства Милюков П. Н., Карташев А. В., писательница Берберова Н. Н. и другие. Целью составления "Протоколов" были политическая утилизация антисемитизма и бытовой юдофобии и попытка внушить обществу, что нет никаких либеральных, демократических, республиканских настроений, а есть лишь слепые и глуповатые люди, входящие в такие же партии, которыми тысячелетиями манипулируют коварные сионские кукловоды. Примитивная, до гениальности простая схема, нашедшая массу сторонников! Невежды верили в нее, потому что были невеждами, субинтеллигенты - потому что это шло на пользу реакции. Вырвавшаяся из-под полицейского пера клевета стала жить и развиваться по схеме знаменитой арии дона Базилио. Ее не мог остановить в 1932 г. швейцарский суд в Берне, осудивший местных фашистов-распространителей "Протоколов", как сознательных мошенников. Да и сам Нилус, дойди дело до суда, не избежал бы такого же приговора. После издания "Великого в малом" его спросили: "Не полагаете ли Вы, Сергей Александрович, что, сами того не ведая, оперируете подлогом?" С невинным взором фанатика он ответил: "Пусть так, но Бог и лжецов заставляет вещать правду, а вера наша и собачьи кости может превращать в чудодейственные мощи".
Идея Всемирного Жидомасонского заговора, родившись в Германии, перебралась в 1905 г. в Россию в форме "Протоколов", бумерангом вернулась в нацистский рейх и с 1987 г. пышно расцвела снова в России, питая целую индустрию антимасонской литературы. Есть ли какие-либо основания приписывать евреям руководство масонами, и имеют ли евреи, вообще, отношение к масонству? Учитывая, что заговоры в политике - обычное дело, и вся история тому подтверждение, уместно поставить вопрос: насколько утопична сама идея всемирного заговора? Существовали ли в прошлом влиятельные, тайные, межгосударственные организации, претендующие на такую власть? Речь здесь не идет о католической церкви, военных блоках, Коминтерне, ордене иезуитов, существовавших открыто, но использующих тайную дипломатию.
Ближе всего к идее тайной межгосударственной организации был орден "Бедных рыцарей Христа и Храма Соломона", или орден тамплиеров. Он был основан в Иерусалиме Гуго де Пайеном сразу после захвата города у мусульман в 1099 г. Король Иерусалима Болдуин II отвел первым девяти сподвижникам братства дом, расположенный на месте развалин Иерусалимского храма, отсюда и название ордена "Рыцари Храма" - усеченная форма официального названия. В ордене объединялись два самых благородных идеала средневековья - монашество и рыцарство. Сюда принимались рыцари и монахи, происходившие из знатных семей. Помимо них в ордене были братья-послушники, т. е. конюшие, сержанты, слуги. Рыцари носили белый камзол и белый плащ с восьмиконечным красным крестом, братья-послушники носили черные камзолы с таким же крестом. Отсюда произошел их знаменитый черно-белый штандарт, цвета которого впоследствии были использованы для обвинения тамплиеров в манихействе.
Устав ордена требовал от рыцарей полного и безусловного героизма, неприкасания к женщине, молчаливости. Такие качества вели их к изоляции от общества. Статья 12 так называемого "Французского устава", принятого в 1136 г., разрешала тамплиерам идти к рыцарям, отлученным от церкви, и принимать их в свои ряды. Рыцари, виновные в супружеской измене, святотатстве, ереси, богохульстве или убийстве, вступали в орден, дабы получить прощение за свои грехи и преступления. Как видим, публика была довольно своеобразная. О героическом прошлом тамплиеров напоминают руины крепостей Шато-Пелерен, Сафед, Тортоз, Крак-де-Шевалье. В 1291 г. тамплиеры были изгнаны из Палестины и перебрались в Европу, создав некое международное, наднациональное государство, насчитывающее свыше 15000 рыцарей. Как и в Палестине, их обязанностью была охрана путников и паломников. Статус ордена, как суверенного государства, полученный в качестве привелегии от римских пап, никто не оспаривал, и Великие Магистры вели переговоры с королями Европы на равных. Благодаря скрупулезной честности тамплиеров и умению вести денежные дела, орден превратился в мощную и надежную финансовую державу.
Казалось бы, что из-за обета безбрачия, который давали неофиты, существовала опасность исчезновения в один прекрасный день этой таинственной державы ввиду отсутствия подданных. Но, при посвящении в рыцари послушникам сообщалось, что одновременно с ними в орден вступают также их предки, братья, потомки и все домочадцы, т. е. все члены рода послушника отныне являются братьями Храма. Источаемая при посвящении благодать нисходит на всю семью рыцаря, создавая тем самым особую тамплиерскую знать, наделенную наследственными свойствами, или тамплиерскую династию. Введение в устав ордена рыцарей Храма принципа наследственности, причем наследственности, так сказать, по боковой линии, означало, что Великие Магистры ставили целью создание сверхгосударства, выходящего за рамки обычных государств, создание некоей тайной Священной Империи, параллельной явной "Священной Римской Империи германской нации", империи, основанной на военном и финансовом могуществе ордена. Когда орден тамплиеров в XVII веке был возрожден в масонской форме, его Великие Магистры утверждали, что ведут свой род от семей тамплиерской знати, ставшей таковой в период официального существования ордена Храма с 1118 по 1314 г.
Как известно, орден тамплиеров был разгромлен Филиппом IV Красивым 13 октября 1307 г. Формально орден был обвинен в ереси, богохульстве и содомии. Истинным мотивом действий короля Филиппа Красивого были династические претензии на корону Священной Римской Империи, удовлетворить которые можно было, убрав подлинных правителей Европы - тамплиеров. Мы не будем здесь касаться канонических тонкостей процесса над тамплиерами. Укажем лишь, что из процесса явствовала продуманная процедура отречения от Христа и плевок на крест, обязательные при приеме новых членов. В тайном Внутреннем круге ордена, куда допускались избранные посвященные, существовал секретный Устав, осуждающий, по-видимому, Христа как лже-пророка (4). Современные масоны это отрицают, утверждая, что все показания в процессе были получены под пыткой и потому недействительны. В центре официальной печати Великого Магистра ордена тамплиеров был изображен Храм Соломона (5). Символика масонов, ведущих свою историю от тамплиеров и розенкрейцеров, часто содержит, помимо угольника и циркуля, еще и Храм Соломона и шестиконечную звезду Давида, напоминающие о происхождении братств. Это единственная, и притом символическая ниточка, связывающая масонов с иудейством.
Не все тамплиеры погибли. Разгромлена была лишь французская часть ордена. Испанские, португальские и шотландские тамплиеры были признаны церковью невиновными и оправданы. Несмотря на то, что орден Храма официально был распущен буллой папы Климента V, обнародованной 5 апреля 1312 г. на Венском соборе, указанные выше ветви тамплиеров продолжали жить под другими названиями. Испанские тамплиеры влились в орден Калатравы, созданный еще в 1164 г. королем Александром Кастильским. Португальские тамплиеры вошли в орден Христа, основанный в 1318 г. королем Португалии Дени I. Шотландские тамплиеры, соединившиеся в XVIII в. с собственно масонством, стали членами ордена св. Андрея и Шотландского Чертополоха. Орден был основан шотландским королем Робертом Брюсом 24 июня 1314 г. в день его победы над Эдуардом II Английским, зятем Филиппа IV Красивого. Орден существует поныне. От союза тамплиеров с масонами возникли ритуалы ряда высших степеней: шотландского старого, шотландского исправленного, шведского, мемфисского и мисраимского рядов. Колыбелью масонского движения была система строгого тамплиерского послушания барона Хунда.
Мы провели этот небольшой экскурс в историю, дабы показать, что к созданию ордена и деятельности тамплиеров - предшественников масонов иудеи не имели не малейшего отношения. Однако ересь, возникшая в идеологии ордена Храма, могла быть результатом общения его Магистров с мусульманскими или иудейскими учеными в палестинский период истории тамплиеров. Какая-либо детализация этой версии сейчас невозможна.
Существовало еще одно великое движение, трансформировавшееся в социально-политическую доктрину нарождавшегося в XVIII в. масонства. Речь идет об ордене розенкрейцеров. Свое название он получил от избранной им эмблемы розы, расцветшей на кресте, что являлось символом возрождения и искупления. Легенда приписывает создание этого тайного ордена Христиану Розенкрейцу, родившемуся якобы в 1378 г., личности совершенно мифической. Возможно, что его имя является искаженными древнееврейскими "rosah koroz", означающими "глашатай тайны". Розенкрейцеры ставили своей задачей возрождение человека, падшего в результате первородного греха. Расцвет движения пришелся на XVI - XVII в. Несмотря на чрезмерное увлечение оккультно-мистическими теориями, к розенкрейцерам принадлежали выдающиеся личности и ученые той эпохи - Лейбниц, Декарт, Роберт Флуд.
Розенкрейцеры в отличие от тамплиеров не обладали ни тайной властью, ни финансовым могуществом. Но именно они выдвинули план всемирного переворота, уничтожения папской власти, установления всемирной республики и единой мировой религии. Многие свои идеи они черпали из Ветхого Завета и у зелотов, исповедующих принцип "лишь Бог - Царь", взятый из пророчеств Самуила. Как известно, Самуил предупреждал израильтян о несчастьях, которые принесет им царская власть (1 Цар. 8: 10-18). Розенкрейцеры - философы, "посвященные", "великие оккультисты", видевшие перед глазами скандальную картину общества той поры: тиранию, взяточничество, торговлю должностями, ложь и насилие, легко могли предсказать и финал всей эпохи. Этот финал - революция. Помимо анонимных пророчеств о Французской революции, следует отметить пророчества Нострадамуса в "Письме к Генриху Второму", "Предсказания" Парацельса и пророческие гравюры, приписываемые аббату Иоахиму Флорскому. Ничто и никогда так не поражало воображение простых смертных, как взгляд в будущее этих прозорливцев, сумевших из прошлого разглядеть детали революционных событий. К подобным прозорливцам следует отнести и М. Жоли, предложившего в "Диалоге" рецептуру подавления смут для диктаторских режимов XX в.
Как всегда, пострадавшие от революции стали искать причины бедствия и в качестве таковых назвали масонов, философов, иллюминатов. Естественно, что масоны, предложившие лозунг "Свобода, Равенство и Братство", в лице очень многих выдающихся деятелей той эпохи принимали активнейшее участие в революционной драме. Достаточно назвать имена Демулена, Мирабо, Лафайета, Марата, Дантона, Робеспьера и Сен-Жюста. Они были мозгом и сердцем революции. Но свести Французскую революцию к деятельности масонства - это значит исказить и упростить всю панораму социальных процессов. В масонских ложах состояли "властители дум" XVIII и XIX веков - Вольтер, Дидро, Руссо, Байрон, Д'Аламбер, Гете, Моцарт, Гайдн, Бетховен, Гюго, Бомарше, Гольдони, Гарибальди, Мадзини, Киплинг, Грез, Гудон, братья Монгольфье. Роберт Бойль и Исаак Ньютон были Великими Магистрами Сионского ордена. В те времена евреи не играли никакой роли в общественной жизни Франции и Европы, и потому еще не могли быть названы "партнерами" масонов по революционным деяниям.
Масонство зародилось в средние века как объединение "вольных каменщиков", создателей прекрасных, поражающих воображение готических храмов. Искусство их возведения требовало высокого профессионализма и одновременно соблюдения тайны этого удивительного ремесла. Отсюда прием в орден лишь посвященных, постигших секреты строительства и обязавшихся хранить их в тайне, как и внутренние дела ордена. Масоны приняли в качестве основных принципов веру в братство людей и народов, общность и единство религий и служение общему благу. Конституция "Великой Ложи Франции" гласит: "Масонство есть всемирный союз, покоящийся на солидарности. Цели масонства - нравственное совершенствование человечества. Его девиз Свобода, Равенство и Братство. В глазах масонов все последователи равноправны, не взирая на различия национальные, расовые, религиозные, на различия в состоянии, звании и положении. Масонство утверждает принципы всеобщей морали, одинаково приемлемой для всех народов, во всех условиях. Оно не ставит никаких границ в искании истины. Поэтому оно против установления каких-либо догматов или требований принадлежности к определенному верованию. Каждый масон свободен и руководствуется только велениями своей совести. Масоны практикуют самую широкую терпимость в философской и религиозной области, как в политической, так и в социальной... Конечные стремления масонов - объединение на основе свободы, равенства и братства всех людей, без различия рас, племен, наций, религий и культур в один всемирный союз для достижения царства Астреи, царства всеобщей справедливости и земного Эдема (рая)". К этой возвышенной цели стремились все неискаженные мировые религии. Этому учил Христос, и к этому придет человечество в процессе своей эволюции.
"Вольные каменщики" нуждались в покровительстве сильных мира сего для того, чтобы свободно проезжать по государствам Европы. Постепенно в масонский орден вовлекается аристократия. По-видимому, первым таким аристократом был герцог Лотарингский (1731 г.), женившийся впоследствии на Марии-Терезии Австрийской и ставший императором Австрии. Очень скоро масонство приобрело буржуазный и аристократический оттенок. Рабочих и ремесленников, даже имеющих звание подмастерьев, уставы лож не рекомендуют к приему в члены ордена, так же, как и прислугу и, вообще, людей "низкого и подлого положения". В документах Савойской ложи говорится: "Равноправие не имеет абсолютно никакого значения. Оно возможно лишь на словах... И в то же время очень важно, чтобы в масонских списках никогда не опускали титулы, чтобы во всех ложах говорили: "брат маркиз" или "граф такой-то"... Хотя масонство и уравнивает все положения, все же следует в большей степени слушать лиц, занимающих выдающееся положение в цивилизованном обществе, нежели плебеев" (109). Стремление приобрести влиятельных и умных "братьев" становится стимулом при поступлении в масонские ложи. Очень скоро во главе лож оказываются: короли и принцы - Фридрих II Великий, кайзер Вильгельм I, принц Альберт Эдуард Уэльский, позднее король Эдуард VII, Людовик XV, Людовик XVIII, Карл X, герцог Виндзорский - бывший король Эдуард VIII, Виктор-Эммануил II, Виктор-Эммануил III; президенты Дж. Вашингтон, Б. Франклин, Т. Рузвельт, Кулидж, Тафт, Гувер, Трумэн, Никсон, Форд, Рейган, Гастон Думерг, Поль Думер; премьер-министры - Черчиль, Гамбетта, Ферри, Комб, Кавур, Криспи и др. Во Франции с 1879 по 1931 гг. масонами были пять президентов, с 1875 по 1967 гг. - 22 премьер-министра.
В России дела с масонами обстояли следующим образом. Масоном был Император Павел I. Сохранились "масонские" портреты Цесаревича Павла в одеянии Гроссмейстера Мальтийского ордена и на фоне богини Астреи. Император Александр Павлович был весьма близок к масонам, хотя точных данных о вступлении его в какую-либо ложу нет. В России масонство приобрело консервативный, верноподданический дух. В ложах состояли В. Кн. Константин Павлович, герцог Вюртембергский, гр. Костка-Потоцкий, гр. Остерман-Толстой, гр. Нарышкин, гр. Балашов, гр. Бенкендорф, гр. Вильегорский. Русская аристократия, наконец-то, нашла себе занятие по душе. В ложу Озириса, основанную в Москве в 1776 г., принимались лица исключительно княжеского достоинства. С 1800 г. ложи плодятся, как грибы после дождя. Это - "Соединенные друзья", "Нептун", "Гармония", "Елизаветы к добродетели", "К мертвой голове", "Палестина", "Овидий", "Великая директорианская ложа Владимира к порядку" и др. Весь цвет России, ее интеллектуальная элита были причастны к масонству. Приведенный ниже сокращенный список фамилий впечатляет: Пестель, Трубецкой, Волконский, Муравьев-Апостол, Лунин, Якушкин, Глинка, Бестужев, Кюхельбекер, Долгорукий, Александр и Николай Тургеневы, Карамзин, Пушкин, Суворов, Голенищев-Кутузов, Новиков, Лопухин, Репнин, Грибоедов, Херестов, Бакунин, Сперанский, Ланской. Из последних Романовых в ложах были в. князья Александр и Николай Михайловичи.
После запрета масонства Александром I в 1822 г. и вплоть до начала XX века о масонах в России почти ничего не было слышно. За это время великая просветительская миссия масонства была утрачена. В него были привнесены политика, коммерция, протекционизм, личные амбиции и нетерпимость. Масонство разделилось на множество самостоятельных лож без общей руководящей идеи и общего центра, ведущих самостоятельную политику и соперничающих друг с другом. Революционные идеи привели к появлению среди масонов экстремистов атеистического и даже сатанинского толков, считавших себя почему-то масонами. В 1863 г. на съезде студентов в Льеже 21-летний масон, он же марксист и зять Маркса, Лафарг определил цель масонства, "как торжество человека над Богом. Война Богу, ненависть к Богу. Весь прогресс в этом. Надо проколоть небо, как бумажный свод". Революционная риторика отдельных личностей, не имевших, впрочем, большого веса ни в масонстве, ни в обществе, выплеснулась за пределы масонских лож, категорически не признающих никакой огласки. Экстремистский дух риторики сделал все масонство мишенью консервативных сил. К таинственным, беспокойным, ищущим истину масонам добавились люди, тоже называющие себя масонами, призывающие к свержению Бога, церкви, монархов и всего, что дорого христианству. В митинговом запале звучали призывы: "Триумф Галилеянина длился 20 веков. Иллюзия длилась слишком долго...", "Долой Распятого; Ты, который уже 18 веков держишь мир сгорбленным под твоим ярмом, Твое царство кончилось... Не нужен Бог...", "Мы, масоны, принадлежим к роду Люцифера...", "Я взываю к тебе, Сатана, царь миров. Долой священника, долой твою святую воду и твои молитвы. А ты, Сатана, не отступай назад. В никогда не отдыхающей материи ты, солнце живое, царь явлений природы... Сатана, ты победил Бога священников!" (137).
Терпимость, с которой начинали масоны, привела, как это часто бывает в широких гуманистических движениях, к зарождению ереси и зерен самоуничтожения. Процесс фальсификации и замены истины ложью сопутствовал всякому учению и религии. История Западной церкви тому пример. Учение Христа, проникнутое любовью к ближнему, состраданием и терпимостью ко всем, тоже сосуществовало со злобным осуждением всех инакомыслящих. В истории масонов следует отметить одну отличительную особенность. Они никогда не выступали открыто, никогда не опровергали, никогда не отвечали ни на похвалу, ни на критику, следуя Пушкину: "...Обиды не страшась, не требуя венца, хвалу и клевету приемли равнодушно и не оспоривай глупца". Это всегда раздражало и подстегивало врагов масонов. В политике сие приводило к запрету масонства абсолютистскими и диктаторскими режимами, включая фашистские и коммунистические, а также церковью, видевшей в масонстве мощного конкурента. До 1972 г., согласно каноническому праву, масоны были отлучены от церкви.
Враги масонства создали в политической литературе целое направление, некий жанр, зазвучавший в резонанс с антисемитизмом после того, как в Базеле в 1897 г. прошел первый Сионистский конгресс, а вскоре и появились "Протоколы Сионских мудрецов". Теперь евреи становятся не только партнерами масонов по гигантскому заговору против всего, что дорого человеку - христианства, патриотизма, души, но и руководителями масонов. В чем конкретно заключалось руководство, и кто имярек, когда и кем руководил, не сообщалось, но те, кто желал, верили в идею Всемирного заговора жидомасонов, ставшую плотью и кровью доктрины русской крайне правой. Сами масоны при этом презрительно молчали, предоставляя евреям открещиваться от обвинений (86), что только усугубляло и без того очевидную их вину. Писатели-неевреи (136, 14, 10), не испытывавшие симпатий к теории заговора жидомасонов, объявлялись наемниками еврейского капитала. Поскольку среди масонов было много крупных государственных деятелей, то легко было последние войны и конфликты объяснить их происками. По новейшей усовершенствованной версии жидомасонства (153, 193) им приписывают французские революции 1789, 1830, 1848, 1971 гг., русские революции 1917 г., Крымскую войну, смерть Александра I, Лермонтова, Столыпина, первую мировую войну, перестройку и развал СССР.
После 1987 г. практически каждый из номеров журналов "Наш современник" и "Молодая гвардия" вносил лепту в теорию Всемирного Жидомасонского заговора. Сложность разработки "теории" заключалась в доказательстве участия евреев в масштабных событиях, выполненных масонами. Трудно было поверить, находясь в здравом уме, что за блестящими аристократическими именами масонов стояли безродные евреи, диктовавшие им свою волю. Согласно "теории", железный канцлер Германии Бисмарк, например, был марионеткой еврейского банкира Блейхредера; фанатик революции Ленин подчинялся германскому правительству, действовавшему по поручению международного масонства. Это масонство в лице лорда Мильнера, представляющего интересы Ротшильда, германского дома Варбурга, американских акул Уолл-стрита Шиффа, Куна и Лейба, министра иностранных дел Германии Ульриха фон Брокдорф-Ранцау в тандеме с русско-немецко-еврейским гением бизнеса и социализма Парвусом и сотворило революцию 1917 г. С русской стороны им помогали предатели и масоны: министр иностранных дел Сазонов, царские генералы Алексеев, Рузский, Крымов, Теплов, Брусилов и Гурко. О составе Временного правительства речь будет идти ниже. Всплеск "теории" заговора произошел в годы перестройки, когда тысячи марксистских идеологов из отделов пропаганды и агитации, кафедр истории КПСС, марксизма-ленинизма, научного коммунизма, научного атеизма оказались не у дел и ринулись в журналистику добывать себе пропитание привычным словоблудием. В масоны при этом попали даже Гитлер и Рудольф Гесс. "Зараженнырми" еврейской кровью, но скрывавшими или скрывающими это, оказались Керенский-Кирбис, Виктор Чернов-Цукерман, Ельцин-Эльцин, Солженицын-Солженицер, Сахаров-Цукерман, Михаил и Раиса Горбачевы, А. Н. Яковлев, Арбатов, Евтушенко и много других менее известных людей. Американская сионистская ложа "Бнай Брит" ("Сыны Завета") вознамерилась в ближайшие годы возвести в древней Москве новый Храм Соломона.
Неясным при этом оставался вопрос: если жидомасоны заправляют в мире абсолютно всем, то что же они, собственно говоря, ссорились все время, затевая войны? И почему именно русские масоны всегда терпели поражение? Оставалась недоказанной также связь Ленина, Сталина, Троцкого, Хрущева, Брежнева и Кагановича с "Великим Востоком" или какой-либо иной ложей.
Наибольший эффект на впечатлительных людей теория Всемирного Жидомасонского заговора производила в части, касающейся революции 1917 г. Согласно исследованиям Берберовой Н. Н. (14), которые на сегодняшний день являются наиболее достоверными, масоны занимали многие влиятельные посты в Государственной Думе, Государственном Совете, МИДе, Военно-промышленном комитете, Генералитете (после 1915 г. и смещения В. Кн. Николая Николаевича), Торгово-промышленном союзе, Прогрессивном блоке, партиях кадетов, октябристов, трудовиков, адвокатуре, профессуре Московского и Петербургского университетов. Процесс повторной масонизации русского общества начался еще в 60-х годах XIX в. с отдельных полуэмигрантов, проживавших во Франции. Внимание всегда привлекали громкие имена, как, например, Тургенева И. С. и В. Кн. Николая Михайловича, вступивших тогда в ложу "Биксио". В 80-е годы для русских в Париже открывается ложа "Космос", куда входят историк М. Ковалевский, изобретатель П. Яблочков, писатели В. Немирович-Данченко, А. Амфитеатров, врач-психиатр Н. Баженов, филосов В. Вырубов и другие, а также ложа "Гора Синай". В январе 1906 г. Совет "Великого Востока Франции" дает разрешение на открытие в России лож французского подчинения: в Петербурге - "Полярной Звезды", в Москве
- "Возрождения".
В 1910 г. русское масонство формально отделилось от "Великого Востока", став самостоятельным и претерпев структурные изменения. Малочисленные (до 12 человек) ложи с 1913 г. подчиняются "Верховному Совету народов России", состав которого был засекречен. Известно лишь, что секретарями Верховного Совета были Н. В. Некрасов - будущий министр Временного правительства, А. Ф. Керенский - будущий премьер-министр и М. Терещенко, а влиятельным членом Совета - кн. В. Оболенский. Масонство тех лет никак не было связано с революцией и стояло на весьма умеренных позициях. Одному из направлений масонства в России - "мартинистам" во главе с гр. Мусиным-Пушкиным патронировала царская семья - сам Царь Николай II, вскоре вышедший из "мартинистов", его дядья Николай и Петр Николаевичи, Георгий Михайлович, оставшиеся "мартинистами" до 1916 г. Берберова приводит список масонов - высокопоставленных чиновников МИДа, секретарей и советников посольств, консулов в Англии, Франции, Италии, Швеции, Норвегии, Швейцарии, США, Китае, Бразилии (15). Значительную координирующую роль играла ложа "Малая Медведица", в которую в 1912 г. был включен А.
Ф. Керенский, и "Военная ложа" во главе с октябристом А. Гучковым, членом Госсовета, председателем III Думы и будущим председателем Центрального Военно-промышленного Комитета. Гучков втянул в "Военную ложу" ряд высокопоставленных генералов: Алексеева, Рузского, Крымова и других. В IV Государственной Думе было создано "масонское объединение" представителей левых прогрессистов, левых кадетов и меньшевиков, ставящее целью свержение самодержавия. По некоторым данным в России в эти годы существовало уже три десятка лож, объединяющих умеренную интеллигенцию и буржуазию. Они считали, что монархия не спасет страну от надвигающегося революционного хаоса и старались повернуть события в более спокойное русло. Очевидно, что масоны разных партий координировали свои действия, не позволяя взять верх партийным разногласиям.
Состав Временного правительства был согласован тайно заговорщиками еще в 1916 г. на заседаниях у кн. Львова, в номере гостиницы "Франция" в Петербурге (3). В его первый состав входили десять "братьев" и один "профан", т. е. непосвященный (Милюков П. Н.). Таким образом, в свершении февральской революции 1917 г. русским масонам удалось "малой кровью" устранить царизм, сохранив весь ход военной и политической машины. Известно, что отречение Николая II в целом соответствовало настроению большинства народа, а в обеих столицах было встречено с ликованием. Как следует оценивать эти события с точки зрения существования Всемирного Жидомасонского заговора? В какой мере оно было инспирировано "Великим Востоком Франции", в котором, согласно "теории" заговора, хозяйничали евреи?
Берберовой приводится фотокопия "Обязательства" Великого Мастера ложи "Полярная Звезда" гр. А. Орлова-Давыдова, в котором тот клянется хранить верность "Великому Востоку Франции". Однако этот документ датирован 1908 г. Отделение же русского масонства от "Великого Востока" произошло в 1910 г. Никаких документов о подчинении и хранении верности русских лож упомянутому "Великому Востоку" после 1910 г. пока не обнаружено. Сама Берберова к теории Всемирного Жидомасонского заговора относится отрицательно. Даже обладая чрезвычайно буйной фантазией, трудно себе представить, что лидеры Февральской революции 1917 г. позволили бы манипулировать собой французским, еврейским, американским или каким-либо еще "братьям". В среде русских масонов, во всяком случае, среди масонов высоких степеней евреев практически не было. Справедливости ради, отметим из масонского списка Берберовой евреев Винавера М. М., Крыма (Неймана)
С. С. и Слонима М. Л., игравших в 1917 - 1920 гг. третьестепенные роли. Таким образом, Февральская революция 1917 г. явилась продуктом чисто русской самодеятельности. Что же касается масонского аспекта Февральской революции, то, даже если принять, согласно "теории" заговора, масонский фактор в качестве решающего, в политическом отношении этот тезис является малопродуктивным. Ибо через 7 месяцев масонские заговорщики были вышвырнуты из России большевиками, превратившись в бессильных и несчастных изгнанников. Часть их была истреблена в результате гражданской войны и кровавой бани, учиненной новой властью, в которой евреи-большевики играли активнейшую роль. Это будет подробно освещено в следующих разделах. Сами большевики при этом и не подозревали, что разгромили масонов. Они считали, что ведут борьбу с русской и мировой буржуазией и ее пособниками. Новые доктрины объявляли врагами трудового народа всех инакомыслящих, все партии и движения, все религии, в том числе христианство и иудаизм. О масонстве как таковом в СССР не вспоминали несколько десятилетий, пока идеологи не набрели на золотую жилу борьбы с международным сионизмом. Об этом речь будет идти несколько позднее.
Проблема Всемирного Жидомасонского заговора обсуждалась в 20 - 30-х годах лишь в русских эмигрантских кругах, откуда она перекочевала в Германию через обосновавшихся там русских немцев из Прибалтики - Тальберга, Финберга, фон дер Гольца, генералов Бискупского, Авалова, Скоропадского, Шварца-Бостунича, Шабельского-Борка. Попав на стол Гитлеру, "Протоколы Сионских мудрецов" произвели на него сильное впечатление. Малообразованный, но с большим воображением человек, к тому же еще сексуальный калека (280), которому шустрые евреи, судя по всему, наставляли рога, обрел, наконец, рычаг для поворота, как ему казалось, земной оси. С этого момента еврейская тема стала навязчивой в его сознании и определяющей политику нацистской партии, а затем, после прихода к власти, государства. Что уж тут говорить! Любой диктатор мог очень многое взять на вооружение, прочитав "Протоколы". Гитлер взял максимум максиморум. Это были - идея избранности расы, принципы воспитания молодежи, организация репрессивного аппарата, прессы, отношение к различным слоям населения, презрение к принципам морали, низшим сословиям, другим этносам. А главное - это образ врага, вездесущего, безжалостного, коварного. Знакомый с верхушками многих дисциплин, "дилетант широкого профиля", Гитлер легко проэкстраполировал биологические законы, перенеся их действие на человеческое общество. Весьма способный к качественному анализу, он построил умозрительную расовую схему, на вершине которой находились немцы, потомки мифических арийцев, в самом низу - негры. Евреи - враги человечества подлежали уничтожению. Славяне в этой пирамиде стояли выше евреев и могли бы после завоевания и прополки служить рабами немцам. В связи с такой "теорией" сейчас, когда первая дюжина чемпионов мира по боксу в тяжелом весе укомплектована исключительно неграми, властвующими также в десятке других престижных видов спорта, возникает вопрос: если негры - низшая раса, то что же такое высшая? Эту сверхзадачу, в меру своих сил, и решают современные поклонники расизма. По Гитлеру, для очищения немецкой крови от примеси еврейской рейху понадобилось бы 600 лет. Такова уж она, эта сильная еврейская раса! Для того, чтобы наверняка придать арийский характер немецкому потомству, Гиммлер рекомендовал молодым людям из СС совокупляться на могилах тевтонских рыцарей (281). Здесь молодым людям гарантировались "расово полноценные останки" и восприятие от них истинно немецкого духа. О болезненном влиянии "Протоколов" на идеолога расизма
А. Розенберга свидетельствуют целые страницы его книги "Миф XX века", переписанные из полицейского трактата (110). Ни М. Жоли, ни троица Рачковский-Мануйлов-Головинский не ожидали столь длинной жизни для своих творений. Этот гнусный продукт человеческого мозга обернулся для евреев трагедией - в немецких лагерях смерти их погибло 6 миллионов человек.
Историкам известен еще один долгоживущий подлог. Это так называемое "Завещание Петра Великого", в котором излагается фантастическая программа русского завоевания Европы и Азии. Авторство "Завещания" сомнительно, хотя многими и приписывается кавалеру д'Эону де Бомон, авантюристу и шпиону Людовика XV, мастеру маскарада, устроившемуся "чтицей" при Императрице Елизавете Петровне. "Завещание", якобы выкраденное им из секретных императорских архивов в Петербурге, пылилось затем в архивах французской дипломатии, пока не попалось на глаза Лезюру, опубликовавшему отрывки из него в 1812 г. в книге "О возрастании русского могущества с самого его начала и до XIX столетия". Французское правительство приложило много усилий к распространению этой книги. Впоследствии во Франции был опубликован полный текст "Завещания". Оно неизменно использовалось в пропаганде враждебными России государствами. Не осталось оно без употребления и ведомством Геббельса в 1941 г., уверявшим, что большевики и евреи продолжают начертанную в "Завещании" программу покорения мира русскими. "Завещание Петра Великого" было прототипом "Протоколов Сионских мудрецов" на русский манер.
В послевоенные годы Идеологический Отдел КПСС редко вспоминал масонство, давая волю антисемитизму в форме борьбы с вездесущим сионизмом. Изредка, впрочем, поощрялись и антимасонские произведения (307, 256,
257). "Советский Дюма" - В. Пикуль посвятил масонам несколько увлекательных романов. В 90-х годах уходящего столетия "жидомасонофобия" стала распространенным и стойким умственным дефектом, некоей разновидностью идеологической паранойи. Она поддерживается в обществе 150-ю полуфашистскими и фашистскими газетами и листками, издаваемыми с разрешения слабеющей демократической власти. Редакции этих изданий укомплектованы отставными марксистскими мэтрами, делающими с серьезным видом попытку переложить вину своей любимой ленинской партии на мифических жидомасонов. Увлечение борьбой с ними и невежество лишает их возможности разглядеть реалии сегодняшнего дня: еврейскую эмиграцию, войну в Чечне, перемещение центра финансового могущества из Америки в Юго-Восточную Азию, в частности в Японию, где евреев никогда не было и, по-видимому, не будет. Сегодня Японии принадлежат 9 из 10 крупнейших банков мира.
По результатам переписи 1989 г. число евреев в РСФСР составило 536848 человек. За последние 5 лет при средней ежегодной эмиграции в Израиль в 30 - 35 тысяч человек из страны выехало 150 - 175 тысяч евреев. Следовательно, сейчас в 1995 г. их в России не более 360 - 375 тысяч. В начале XX века евреев в России было около 5 миллионов. Таким образом, можно сказать, что евреев в России практически уже нет. Их нет в Кремле, нет в Правительстве, нет в Совете Федерации. На всю Государственную Думу приходится от силы 3,5 еврея, считая Жириновского. Любимый враг, такой живой, близкий и удобный во всех отношениях, уничтожен и рассеян! Еврейский, он же жидомасонский вопрос, решен в России окончательно и бесповоротно. Однако, судя по всему, знамя борьбы с Всемирным Жидомасонским заговором еще долго будет развеваться над просторами этой прекрасной страны.


24. ЦАРЬ И ДУМА
Вернемся снова к событиям 1905 г., на которых был прерван наш рассказ. Свободы, обещанные Манифестом 17 октября 1905 г., в условиях революции оказались пустым звуком. Когда кругом шли аресты подозреваемых, говорить о неприкосновенности личности было некому. Свобода слова также была минимизирована Законом от 13 февраля 1906 г., согласно которому любое лицо могло быть подвергнуто преследованию за "антиправительственную пропаганду". Свобода забастовок была резко сужена Законом от 2 декабря 1905 г., запрещающим бастовать государственным служащим и рабочим предприятий, имеющих жизненно важное для экономики страны значение. И все же, Манифест 17 октября был выполнен в главном - в части выборов в Государственную Думу. Избирательный Закон от 11 декабря 1905 г. устанавливал многоступенчатые выборы с неравными правами избирателей и стремился обеспечить права, в первую очередь, помещиков. Избиратели делились на 4 курии - помещики, городские собственники, рабочие и крестьяне. Каждая курия выбирала выборщиков в избирательные округа. Один выборщик приходился на 50 тыс. рабочих, на 30 тыс. крестьян, на 7 тыс. буржуа и на 2 тыс. помещиков. 24 апреля 1906 г. за три дня до открытия Думы правительством были приняты Основные законы, ограничивающие законодательные, бюджетные и политические ее права. Достаточно сказать, что Дума не могла назначать министров. Время сессий определялось Государем. В перерывах между сессиями он же принимал все законы. Царь имел право распускать Думу. Половина бюджета страны была неподконтрольна Думе.
Выборы шли с 26 марта по 20 апреля. В Первую Думу баллотировались: Союз Русского народа, Союз 17 октября - октябристы и Партия конституционных демократов - кадеты. Последние в отличие от октябристов считали Манифест 17 октября начальной стадией политической борьбы. Социалистические партии бойкотировали выборы. Результаты, обнародованные 20 апреля, оказались следующими. Главную победу, благодаря умелой кампании и прекраcным ораторам, завоевали кадеты, получившие более трети голосов. СРН и октябристы набрали в сумме около 10 % мест. Крестьянство избрало 100 собственных беспартийных кандидатов, выступающих за аграрные реформы. В Думе оказалось еще 100 депутатов - трудовиков.
За неделю до открытия Думы Витте подал в отставку, получив предварительно большой иностранный заем. Его обвиняли в проигрыше правых партий на выборах, в авторстве Манифеста 17 октября, предполагающего мирный путь России, а не то, что произошло в реальности. Следовательно, Манифест - роковая ошибка самодержавия. Царь писал матери 10 ноября 1905 г.: "Но не могу скрыть от тебя некоторого разочарования Витте. Все думали, что он страшно энергичный и деспотичный человек, и что он примется сразу за водворение порядка... А вышло, как будто, наоборот - повсюду пошли манифестации, затем еврейские погромы и, наконец, уничтожение имений помещиков!" И еще: "Я никогда не видел такого хамелеона - человека, меняющего свои убеждения, как он (Витте. - А. К.). Благодаря этому свойству характера почти никто больше ему не верит". На прошении об отставке Царь с удовольствием написал: "Граф Сергей Юльевич! Вчера утром я получил письмо Ваше, в котором Вы просите об увольнении от всех занимаемых должностей. Я изъявляю согласие на Вашу просьбу. Николай". Так закончилась карьера крупного русского государственного деятеля и "отца" Государственной Думы. Премьер-министром был назначен И. Л. Горемыкин, человек послушный и безынициативный.
Первая Дума была открыта 27 апреля 1906 г. в очень торжественной обстановке. Она просуществовала всего десять недель. Депутаты оппозиции 5 мая выдвинули требования о введении всеобщих выборов, об отмене всех ограничений на законодательную деятельность Думы, о личной ответственности перед Думой министров, о гарантии гражданских свобод, об отмене смертной казни, о разработке аграрной реформы, о пересмотре налогообложения, о введении всеобщего и бесплатного образования, о политической амнистии и ряд других. Дума смело приняла проект аграрного закона, передававшего крестьянам арендуемые у помещиков земли "за справедливую компенсацию". Тут правительство сочло, что Дума превышает свои полномочия, и 9 июля 1906 г. первый русский парламент был распущен. Николай II посчитал себя уязвленным требованиями депутатов, лишающих его наследственных прерогатив, и продолжающейся революцией.
Премьер-министром назначается Столыпин П. А., человек крутого нрава, умный и дальновидный политик. Столыпин П. А. чудом избежал смерти во время эсеровского покушения 25 августа 1906 г., жертвой которого стала его дочь. Поэтому он имел личные мотивы покончить с кровавым хаосом в России. Столыпин учреждает военно-полевые суды, сурово преследует революционеров, приостанавливает выпуск 260 ежедневных и периодических изданий, обрушивает административные санкции на оппозиционные партии, требуя их лояльности по отношению к власти. В течение 8 месяцев ему удается подавить революцию. В историю вошли знаменитые "столыпинские галстуки" - веревки с петлей для приговоренных к повешению и не менее знаменитые Земельные Законы. По Закону от 5 октября 1906 г. крестьяне были уравнены в правах с остальным населением страны. Второй Земельный Закон от 9 ноября 1906 г. наносил смертельный удар крестьянской общине. Он разрешал любому крестьянину в любой момент потребовать причитающуюся ему долю общинной земли.
Вторая Государственная Дума открылась 20 февраля 1907 г. и оказалась значительно радикальнее Первой. В нее вошли социалистические партии, сообразившие на этот раз, что Дума является трибуной для пропаганды их идей. Состав Второй Думы выглядел так: 37 эсеров, 45 меньшевиков, 22 большевика, 100 кадетов, около 100 трудовиков, 80 депутатов от нацменьшинств без четкой политической ориентации, 19 октябристов, 33 монархиста. Правительственные партии оказались в еще большем меньшинстве.
Впервые в истории России собравшись в таком составе, думцы дали волю страстям, забыв о полезной, но рутинной работе. Царь наблюдал, как спокойные и уравновешенные люди, выходя на трибуну, впадали в революционный экстаз, критикуя и громя все подряд. Ждать особых результатов ему не приходилось, а потому он просто выжидал удобного случая, чтобы распустить и эту Думу. Правительство в лице Столыпина потребовало от Думы осуждения революционного террора. Радикальное большинство депутатов отказалось это сделать. Более того, 17 мая Дума проголосовала против "незаконных действий" полиции и отказалась лишить депутатской неприкосновенности 16 социал-демократов. Левые депутаты требовали отмены монархии. Правая пресса называла Думу "рассадником бунтов и неповиновения", "прибежищем еврейского мракобесия". Ввиду неуправляемости Думы, Царь объявил 3 июня 1907 г. о ее роспуске и назначил созыв очередной Третьей Думы на 1 ноября 1907 г. Одновременно правительством был разработан новый избирательный закон, ужесточающий избирательный ценз основных избирателей. Закон увеличивал неравенство в представительстве различных социальных групп, сокращал представительство крестьян и нацменьшинств. Голос одного помещика отныне равнялся 60 голосам рабочих, 30 голосам крестьян и 7 голосам горожан. Самодержавие брало крупный реванш, означающий также конец революции 1905 г. Уступки демократии, вырванные у царя 17 октября 1905 г., фактически упразднялись. Дума становилась покорным царю совещательным органом. Идея либеральной парламентской революции, мирным путем ведущей страну к конституционной демократии, потерпела поражение. Сами либералы, не сумевшие овладеть революционной стихией, были деморализованы и дискредитированы. Они уступили поле идей радикалам.
В выборах в Третью Думу приняло участие всего 3500000 человек. 44 % депутатов были дворяне-помещики. "Благодарение Господу - у нас нет парламента!" - воскликнул один министр, имея в виду буйный нрав предыдущей Думы и то, что с умным, энергичным Столыпиным дела пойдут успешнее. Царь снял с постов двух министров - А. Ф. Редигера и А. А. Поливанова за сотрудничество с Думой и обсуждение в ней военных вопросов. Этим подчеркивалось, что они являлись министрами Царя, а не министрами Думы. Единственный, кто еще нарушал спокойствие - это Гучков А. И., поносивший великих князей оптом и в отдельности, чем постоянно раздражал Царя. Враждебные чувства к Думе питала не только царская семья, но и министры, и могущественная чиновничья рать. Земства и городские Думы находились под надзором и в опале. Выборы в городские Думы и Управы были отменены в 217 из 318 городов, где они ранее существовали.
Легальными партиями после 1906 г. оставались: "Союз русского народа", октябристы и партия "мирного обновления". Они и составили костяк III Думы. Оппозиция была ослаблена и не мешала Столыпину проводить реформы. Было много риторики, острот и брани, но в целом заседания Думы напоминали скверный водевиль. Председатель Думы Хомяков называл трибуну "эстрадой". Какого-либо влияния на внешнюю или внутренюю политику Дума не оказывала. По предложению Столыпина и на деньги правительства была создана новая фракция "Союз националистов" со своим клубом. Она конкурировала с черносотенной фракцией "Русское собрание", также подкармливаемой правительством. Эти две группировки и составляли "законодательный центр" Думы. Фракции тешились национализмом, ксенофобией, антисемитизмом. Дух последнего витал над Россией густым смрадом. Столыпин П. А. после поездки в Крым, где градоначальником был генерал Думбадзе, рассказывал Хомякову трогательную историю о том, как хор детей Столыпина и Думбадзе пел песенку про одесского депутата О. Я. Пергамента, крещеного еврея, юриста и математика, бывшего заметным членом III Думы:
Жид Пергамент попал в парламент,
Сидел бы дома и ждал погрома.
Национализм был хорошей альтернативой "еврейскому социализму" и завоевывал прочные позиции в обществе. Третья Дума просуществовала до 1912 года.
Четвертая Дума, избранная в 1912 г. на 5 лет, была еще более консервативной, чем Третья. Ее роль в делах управления была ничтожной. Царь назначал министров по случайным признакам, как выбирают из шкафа старое, пронафталиненное пальто перед срочным выходом из дома. Даже правые фракции возмущались тем, что Царь игнорировал их патриотизм при выборе министров. По предложению Николая II в июне 1914 г. Совет министров обсуждал вопрос о преобразовании Думы из законодательного органа в консультативный. Ненависть Царя к Думе носила устойчивый характер и выражалась им репликой: "Когда же, наконец, они замолчат?"


продолжение